Танец снежинок в лучах солнца

      Дома, по сравнению с холодной улицей и едва ли менее прохладным автобусом, было невероятно тепло. Рэй почувствовал это, как только вошел. Ещё он ощутил на себе несколько пар удивленных глаз тех детей, кто пулей выбежали встретить его или просто проходили мимо.       — Рэй, ты так поздно вернулся, — сказала Джемима, подходя к нему.       Рэй не успел выгнуть бровь, как тут же понял, — он же не отмечает свой день рождения и после гимназии, если пятнадцатое января выпадает на учебный день, приходит точно в то же время, как и в любой другой. Разве что изредка, очень изредка, его могут вытащить на прогулку в ближайший Макдональдс Эмма и Норман, а тут он чуть ли не спустя два с половиной часа пришел, даже успело потемнеть.       — Да-а... я был с Эммой и Норманом, — не поведя и глазом, быстро придумал правдоподобную ложь он, потому что правда или неоднозначный ответ будут равны чуть ли не допросу с пристрастием. Это же дети... а Эмма с Норманом и подтвердить смогут, если что, да и те их прекрасно знают.       Конечно, не то чтобы Рэй хотел лгать близким людям, но сейчас он не был готов рассказать им.       — А я говорил, что с ними он скоро будет отмечать свой ДР по-нормальному, — крикнул веселый Лани, а Тома уверенно закивал.       Рэй на это легко улыбнулся, покачав головой. Он звал их местными Бибой и Бобой, шутя-подкалывая.       Дети. Всего лишь дети.       После небольшого семейного ужина и подаренного Рэю внимания в таком количестве, которого ему хватит до ближайшего дня рождения точно, Рэй на законных основаниях именинника не выбирался из ванной около часа, а потом, разморенный насыщенным днём и горячей водой, отправился в свою комнату на втором этаже. Ну, на самом деле, комнату он делил еще с Доном и Нэтом, но те пока что не вернулись, видимо, убивая время за недавно купленной одной на двоих приставкой.       Завалившись на кровать, легко скрипнувшую под весом, Рэй устало прикрыл глаза, вдыхая теплое ощущение умиротворения и наслаждаясь тишиной, как самой лучшей музыкой.       Личное пространство хотя бы на время больше кровати, спасибо.       На самом деле, в приемной семье было не так уж и плохо. По сравнению с его прежней жизнью, очень даже хорошо, но Рэй — интроверт, и для него очень важны личный комфорт и потребность побыть с самим собой в полном одиночестве. Хорошо, что Дон с Нэтом, да и все остальные, это понимают. Здесь все стараются устроиться как можно более комфортно для себя и другого в придачу, и это не могло не радовать.       Рэй, отдохнув немного, решил наконец-то проверить телефон за все те два часа, что не прикасался к нему, не считая того момента, когда записывал номер и инстаграм Оливера в заметки.       Первое, что он увидел, это несколько сообщений от Эммы и парочка от Нормана. С легкой улыбкой и эфемерным чувством обреченности Рэй сначала открыл переписку с Эммой.

«Ты что, действительно ждешь Оливера??!~(*о*)~ » 15:02 отправлено «Мамочки, он идёт!! Боже мой, Рэй, он правда ИДЕТ К ТЕБЕ ААаАа!!!» 15:08 отправлено «Я дышудышудышу. Вы такие милахи даже издалека, божечки-кошечки!!! Ты тоже дыши!» 15:09 отправлено «Ахапзха, Рэй, не удушись шарфом, умоляю тебя! Удачно погулять!!!\ (^о^) /» 15:12 отправлено «Вы еще вдвоем? С тобой все хорошо?! Я не умею откачивать людей, предупреждаю!» 16:30 отправлено «Красивый снег. Удачное время для поцелуев ;)» И видео с падающими снежинками на фоне светящихся вывесок магазинов. 17:02 отправлено

      Рэй сдержал в себе желание ударить лоб рукой, утонуть лицом в подушке, истерически рассмеяться и послать Эмму ко всем чертям! Зная её, завтра или уже сегодня она устроит ему допрос-разнос, это можно понять по сообщениям, даже не будучи знакомым с характером Эммы. Как не дети, так она... точно пятилетка.       Рэю стало дико неловко и даже стыдно от того, что за ним наблюдали в такой личный момент. Он решил пока не отвечать Эмме, просто не зная и не будучи в силах что-либо сказать на это.       Рэй переключил переписку, и, слава Норману, его сообщений было меньше, и они были более сдержанные, а не такие, словно их набирали лапой курицы со скоростью света ночью на левом колене. Однако Рэю пришлось перечитать их дважды, чтобы воспринять тот факт, что они были пропитаны немного ехидными и тонкими подколами.

«Я действительно пытался её отговорить. Эмму»

15:01

отправлено

«Хорошо, даже я переживаю за тебя. Я верю в твои социальные навыки. Наверное»

15:02

отправлено

«Рэй, прекрати, иначе мне придется подойти и завязать тебе этот шарф лично. Я не зря сомневался в твоих навыках общения»

15:11

отправлено

«Знаешь, секс — это очень приятно»

17:16

отправлено

      Рэй застыл, даже его дыхание остановилось на несколько секунд. Он сжал телефон в руках, жмурясь. Хотелось кинуть его в стену, будто сам смартфон был тем, что смущало его, заставляя отчаянно краснеть даже кончики ушей, а уже через секунду захотелось кинуть Нормана на противоположный конец света. Господи. Норман демон. Эмма и Норман демоны. С кем Рэй вообще дружит?! Один подкалывает, у другой шило в заднице. Он прибьет их собственными руками в понедельник.       Рэй не мог ответить ещё несколько секунд, абстрагируясь от всего мира. Закрыв тыльной стороной ладони глаза, он кратко измучено хохотнул и все же взял телефон в руку. «Я убью тебя!!!» 18:19 отправлено       Норман прочел через пару минут. Рэй в это время думал, что бы такого написать Эмме, чтобы последнее слово осталось за ним среди её многочисленных СМС.       Пока Норман отвечал, он добавил, набрав так быстро, что сделал опечатку. «Может, ты мне ещк презервативы купишь?!» отправлено прочитано...       Норман молчал пару секунд.

«Я не знаю твой размер, но, если ты просишь... Рэй, я же твой лучший друг :)»

отправлено

прочитано...

      Рэй чертыхнулся под нос, наморщившись. Боже, раскрепощенность Эммы определенно плохо влияет на Нормана. Когда-то он был действительно невинным ангелом, а сейчас сарказм и ирония слетают с его языка так же часто, как и дружеские слова. «Иди. Нахрен!» отправлено прочитано...

«Хорошо, закрыли тему :)

Как провел время?»

отправлено

прочитано...

      Ну вот, началось. Уже сегодня, вау. Рэй закатил глаза, но расплылся в такой редкой довольной улыбке.       Попереписывавшись с Норманом и Эммой, рассказывая все лишь в очень общих деталях и благополучно игнорируя половину сообщений Эммы, особенно голосовых, которые не несли в себе ничего, кроме восхищения и глупого любопытства, Рэй уже было хотел послушать какую-нибудь книгу, но...       «Скинь мне хоть какую-нибудь страницу твоего Оливера!»       ...отправила Рэю Эмма. Он едва ли успел возмутиться из-за этого «твоего Оливера», как вспомнил, что тот ведь действительно оставил ему свой номер и инстаграм. И уже через пару минут Рэй действительно листал его страницу. И она была прекрасной.       Аккаунт Оливера оказался красиво оформленным в спокойном, даже в чем-то минималистичном стиле, и это то, что заметил Рэй неосознанно, а вот глазами он зацепился за фотографии. И их было действительно много, около ста. Большинство из них — снимки пейзажей, как издалека, так и крупным планом, либо же фото чего-то повседневного, например наполовину пустого метро или канцелярии. Подобное Оливер снимал под необычными или даже сложными ракурсами. По крайней мере, Рэй лишь худо-бедно в окружении, которое фотографировал Оливер, смог бы увидеть нечто подобное, окажись он там.       Но Оливер видел. И использовал.       Также на его странице были и собственные фотографии, которые Рэй заскриншотил и сохранил, фото его друзей. Похоже, Оливер тренировался снимать людей как минимум год назад, если посмотреть на дату последней публикации фотографий Джиллиан, а иногда попадались и короткие видео.       Лайкая снимок травы с инеем на переднем плане, Рэй вспомнил, что Оливер сделал несколько фото тогда, когда провожал его на автобус. Интересно, он их выложит?

«Привет :)»

отправлено

      Написал Оливер. У Рэя на секунду перехватило дыхание, и даже занесенный для того, чтобы увеличить следующую публикацию, палец дрогнул. Он с замиранием сердца прочел и начал отвечать. «Привет» отправлено прочитано...       Оливер стал набирать тут же, и теплая улыбка расцвела на губах Рэя. Он лег под одеяло, устраиваясь поудобнее.

«Как ты доехал? Всё хорошо?»

отправлено

прочитано...

«Да, конечно) а ты как?» отправлено прочитано...

«Сделал еще несколько фоток, пока шёл домой. Хочешь увидеть их раньше всех? ;)»

отправлено

прочитано...

      Сердце Рэя сильнее застучало в груди. Стало приятно от того, что Оливер предложил ему увидеть новые фото ранее остальных. Привилегия? Даже забавно. «Давай» отправлено прочитано...       Следующим сообщением пришли снимки и два видео. Часть из них была из тех, что сделал Оливер, когда они ещё были вместе, а остальные были похожей тематики — парк и снег разными планами. «Круто! У тебя эстетичный аккаунт. Из тебя получился бы отличный фотограф, я думаю» отправлено прочитано...       Рэй набирал так быстро, что ему пришлось дважды исправлять опечатки.

«Спасибо) я хочу поступать на фотографа после гимназии. Очень надеюсь, все так и будет ахах :)»

отправлено

прочитано...

      Рэй удивился, несколько секунд не знал, что ответить. Эта мысль мелькнула у него, когда он просматривал фото, сделанные Оливером, но мало ли, вдруг это всего лишь хобби? Оказалось, нет. Это изумительно! Сам Оливер казался Рэю настолько интересным и многогранным человеком вкупе с тем, что он просто очаровательный, и к нему хочется тянуть руки, как к зимнему солнцу, что его глаза загорались от любопытства и желания узнать Оливера еще лучше. Повторно листая публикации на его странице, Рэй не переставал убеждаться в этом. «Серьезно?? Я верю в тебя)» отправлено       Написав это, Рэй решил добавить: «У тебя правда круто выходит! Ты удивительный!» отправлено прочитано...       Несмотря на пылающие смущением щеки, после комплимента Рэй ждал ответа от Оливера с широкой улыбкой на лице. И насколько же непривычной казалась возможность показывать свои чувства настолько открыто, не таясь, но с этим парнем Рэю хотелось быть именно таким — настоящим.       Таким, как Эмма и Норман друг с другом, как каждый из его сводных братьев и сестер, как Джиллиан, которая весело здоровается с Оливером, хлопая его по плечу. И как сам Оливер.       Особенно как он.       Рэй тяжело выдохнул, ощущая, как из-за волнения в горле встал ком. Он отвел челку в сторону и подул на тонкий локон, щекотавший нос. Признавать свои чувства настолько легко казалось противоречивым и иронично сложным для него, но оно того стоило.

«Спасибо! Я тоже уверен, что у меня выйдет ахах»

отправлено

прочитано...

      Рэй фыркнул и улыбнулся. «Ты несколько сообщений назад говорил, что просто очень надеешься на это))» отправлено прочитано...

«У людей бывают перепады, чему ты удивляешься?? :)»

отправлено

прочитано...

      Рэй не был уверен в том, сколько еще он будет переписываться с Оливером, но добрую часть вечера он провел за этим, с нетерпением ожидая каждого сообщения и отвечая почти сразу же. Боже мой, Рэй и догадываться не мог, что эта глупая подростковая влюбленность может быть настолько приятным чувством, не дающим усидеть на месте. Пожалуй, он все же поблагодарит когда-нибудь Эмму за то, что подтолкнула к признанию Оливеру в чувствах.       Утром Рэй проснулся резко и неожиданного, едва не вздрогнув. Снизу, похоже, на кухне, что-то упало и разбилось.       Рэй повернулся на другой бок и тихо спросил у такого же удивленного Нэта, спящего на кровати напротив, о том, что это, чёрт возьми, был за раскат, но тот тоже, конечно же, не знал.       Рэй вместе с сонным и недовольным Нэтом, оказавшись на кухне, увидел чуть ли не половину семейства во главе с матерью и отцом и виновника раннего грохота вместо будильника — Дона.       Рэй закатил глаза и тяжело вздохнул. Боже, ну, естественно, только неуклюжий и иногда резкий в движениях Дон мог разбить чашки в семь часов утра! Будто бы кто-то другой способен на это...       После неловкого рассказа Дона о том, как он встал попить воды, зацепил одну кружку локтем, а вторую выронил из-за неожиданности после того, как упала первая, он все же довольно быстро убрал осколки.       Конечно же, никто его не ругал. Каждый иногда ненароком что-то разбивает, а Дон еще и слишком мило улыбается, поблескивая искрами в виноватых глазах, но одну из чашек ему все же придется искупить.       Придется, потому что испортить что-то из вещей Нэта — это нужно быть бессмертным безумцем...       Вскоре после инцидента мама готовила завтрак на всю свою большую семью, а недавно проснувшаяся Джемима, которая почему-то умудрилась не услышать этот адский грохот, открывала занавески на окнах кухни.       — Смотрите, всё занесло! — восторженно крикнула она, указывая пальцем на окно и радостно улыбаясь.       Через секунду все пулей метнулись к окну, а на стекле, казалось, могли остаться отпечатки лиц Томы и Лани, настолько крепко они к нему прилипли.       — Ва-ау, и правда... так красиво, — хлопнула в ладоши восхищенная Анна.       Одновременно что-то произнесли Тома и Лани, где-то позади Рэя выдохнул «Очаровательно» Нэт, совсем забыв про то, что злиться на Дона или просто негодовать, как старый дед, было его основной целью минимум на весь день, а вскоре мама предложила всем после завтрака провести время на улице.       Рэй, не отрывая глаз от ласкаемой несмелыми солнечными лучами прекрасной снежной пустыни за большим окном просторной кухни, вспомнил про вчерашний разговор с Оливером о том, что снег быстро тает, но, может, утром его все-таки будет много. Рэй уже не помнит, кто тогда сказал последнее, но все равно поднялся к себе в комнату, чтобы сфотографировать вид оттуда. Он кое-какое время думал, стоит ли отправлять снимок в семь утра, но в конце концов решил сделать это.       «Надеюсь, ты выключаешь звук уведомлений на ночь. Я не хочу тебя разбудить, но просто посмотри, как это КРАСИВО!!»       Прикрепив фото, Рэй отправил сообщение. Посмотрел, когда Оливер был в сети в последний раз, и оставил телефон в комнате, не надеясь на ответ в такое раннее время.       Рэй, только попав в фостерную семью, понял одну истину. Она нигде не прописана, но всем, кто имел маленьких детей, хорошо известна: собрать ребенка, особенно если их много, на прогулку — себе дороже. Это всегда хлопотно, долго и энергозатратно, но сам же Рэй со временем научился относиться к этому с равнодушием. Однако сейчас дети собрались быстро, сами, как пули, будто боялись того, что снег может растаять в любую секунду.       Когда они всем своим большим семейством шли к высокому холму, с которого всегда катались на санках, Рэй подошёл к Анне.       — Можешь связать ещё один шарф? Такой же, какой ты подарила мне? — прямо, хоть и с оттенком смущения, спросил он.       В голубых глазах Анны показалось недоумение.       — А зачем тебе?       — Ну... — замешкался Рэй, крепче сжимая ручку веревки, привязанную к санкам, на которых ехала Джемима, — вообще-то не совсем мне. Просто... — Рэй поглубже вдохнул морозного воздуха, понимая, что ему стоит быть хоть немного откровеннее, потому что в банальное «для друга» Анна не поверит. В конце концов, она имеет право знать, — одному важному для меня человеку понравился этот шарф, а я хочу... сделать ему приятное, — Рэй мягко улыбнулся, — свяжешь?       Анна, подумав немного, кивнула.       — Нитки на тебе.       — Хорошо.       Анна тепло улыбнулась, замечая, как просиял Рэй в этот момент, — сдержанно, но уверено. Ей нравилось наблюдать, как меняются его эмоции, переливаются и играют в его глазах, голосе, на лице. Это будто бы помогало ей стать ближе к нему, тому закрытому, серьезному мальчику, которого она увидела впервые в их семье, когда они были еще детьми. Анна не знает, почему, и ей стыдно от этой мысли, но Рэй в своих холодности и сдержанности в то время... не был похож на человека, и Анна начала наблюдать за ним. Она подлавливала Рэя на том, как мелькали его эмоции в любом их проявлении, снова и снова замечая что-то: новые оттенки голоса, тонкую едва заметную улыбку, застенчиво спрятавшуюся в самых уголках губ, даже то, как он вскидывает брови, откровенно удивляясь чему-то, начало цеплять. Происходящее тогда походило на какую-то забавную игру, а Анна начала находить Рэя все более привлекательным во всем, что есть в нем.       Анна тоже взяла ручку веревки санок Джемимы и её рука ненавязчиво соприкоснулась с рукой Рэя. Это было приятно, и это... было всем, что у неё есть. Особенно после слов о том, что у Рэя... есть важный человек. Кто-то важный для него — осознание играло новым, не очень приятным вкусом.       Как бы там ни было, Рэй никогда не проявлял к ней романтического интереса, и это достаточно закалило Анну. Она смотрела на следы идущего впереди Томы, где-то в глубине души радуясь тому, что у Рэя есть человек, которого он ценит.       Интересно...       — Рэй? О ком ты говоришь? — спросила Джемима.       Даже Анна удивилась, — та сняла её мысль с языка. Она перевела взгляд на профиль Рэя, замечая, как у того дрогнула губа.       Анна смилостивилась, когда молчание затянулось, и лицо Рэя стало каким-то невероятно сложно-задумчивым.       — Думаю, братик расскажет тебе чуть позже, Джемима, — мягко сказала Анна, оборачиваясь.       — Да, обязательно, но потом, хорошо? — спохватился Рэй, тоже оборачиваясь на девочку.       Джемима смотрела на них кое-какое время, словно оценивая, стоит ли давать Рэю время на ответ, но в конце концов с улыбкой согласилась.       — Спасибо, — прошептал Рэй так тихо, чтобы слышала только Анна.       — Пожалуйста, но мне, между прочим, тоже интересно, — игриво заметила она.       Рэй закатил глаза, тихо цыкая. Еще одна, будто бы Эммы с Норманом ему было мало. Почему все стараются влезть в его личную жизнь, которой даже особо нет?       Кстати, про Эмму с Норманом.       — Спасибо, что позвал нас! — это было первым, что сказала Эмма, раскрывая объятия, как птица свои теплые крылья, для всех детей.       Глядя на вот такую Эмму, открыто и непринужденно общающуюся с членами его семьи, Рэй думает о том, что она вписывается в их круг лучше, чем он сам. Эмма, казалось бы, создана для того, чтобы сиять любовью, как сияет жаром солнце, а Рэй блекнет рядом с ней.       В принципе, ему это даже нравится.       Норман на фоне лучащейся радостью Эммы выглядит мягким и непринужденно-нежным, как прохладное полотно. Его дети, конечно же, тоже обнимают, а Дон тащит кататься на санках сразу же, как Норман освобождается.       Рэй тяжело смотрит вслед уходящему Норману. Нет, не оставляй меня с ней наедине.       Рэй начинает судорожно искать, где бы незаметно засесть в тени, пока Норман не вернется. Он не готов принимать на себя шквал вопросов от Эммы о том, что было вчера между ним и Оливером. Рэй рассказал и Эмме, и Норману слишком мало подробностей, и если Норман мог ещё не донимать, то Эмма — ни в коем случае.       Благо, всё, что сделала подбежавшая к Рэю Эмма, — это с хлопком опустила руки на его плечи и уволокла гулять к остальным детям.       Допрос случился немного позже, около часа спустя.       — Ну, ну, и как он?! — пылко даже для заговорщицкого шепота спросила Эмма.       — Не знаю, спроси у Оливера, «как он», — грубо бросил Рэй, отворачиваясь.       Да, его иногда злили неточные формулировки вопросов. Когда люди уже научатся нормально подбирать слова?       Эмма, издав какой-то мученический нечленораздельный вопль в сторону Рэя, сделала ещё одну попытку:       — Я пытаюсь спросить о том, было ли у тебя что-нибудь с Оливером! И, если было, как... — она подбирала слова кое-какое время, — ты чувствовал... себя потом?       Рэй молчал, думая, стоит ли отвечать правду. Говорить о чем-то... откровенном все ещё было трудно для него, особенно учитывая то, что он никогда не обсуждал свою личную жизнь с Эммой. Просто этой личной жизни у него не было.       — Было ведь что-то, да, — слова подходящего к ним Нормана звучали скорее как утверждение, чем как вопрос.       Рэй бросил на него взгляд, тихо цыкнув. Наблюдательный догадливый предатель с гадкой полуулыбкой.       Рэй вздохнул. Подождал, пока Норман встанет по другую сторону, и почувствовал себя слишком уязвимым между ними. Жуть...       — Это были всего лишь объятия! — выпалил он, расправляя руки.       Глаза Эммы даже после того, как Рэй рассказал о чем-то не слишком пылком и страстном, вспыхнули, как сгорающий в земной атмосфере метеорит. Норман же тихо хмыкнул, а его губы растянулись в ещё более широкой улыбке. Рэй, бросая взгляды то на одну, то на другого, не знал, какая реакция сулит большие беды.       — И это всё, что между вами произошло в тот вечер?! — жарко продолжила Эмма, подпрыгивая к Рэю и заглядывая ему в глаза. Нетерпеливо, опасно-любопытно.       — Послушай меня сюда, дуреха, — Рэй берет её подбородок в пальцы и приподнимает. Теперь он заставляет её смотреть на хмурые тучи в собственных серых глазах, — то, что я сохну по нему уже полгода, не значит, что он обязан влюбиться в меня с первого взгляда, и наши отношения полетят со скоростью гребаного света. И ещё, даже если бы я переспал с ним, ты реально думаешь, что я стал бы рассказывать тебе об этом? — Рэй наклоняется к застывшей Эмме, выдыхая тяжелые для её принятия факты тихим угрожающим шепотом, — Я похож на твою подружку?       Эмма отшатывается и расстроенно опускает глаза, когда Рэй уже не держит её. Она поджимает губы, и, в конце концов, выдает тихое и подавленное:       — Но... я подумала, что ты хотел бы поделиться произошедшим, но просто слишком горд, чтобы признать. Ты всегда такой, Рэй! — Эмма смотрит ему в лицо и беспомощно взмахивает руками, — ты редко рассказываешь о том, что чувствуешь, и я... — она замолкает, поникая, а после тихо и побежденно вздыхает, пряча стыдливый взгляд в снегу, — да, мне просто было интересно, как все прошло вчера...       Рэй вообще-то не должен чувствовать себя неуютно из-за того, что просто выразил свою позицию, которая могла кого-то задеть. Так бывает, но... он все равно ощущает себя неловко из-за расстроенной до глубины души Эммы. Однако он все же приводит мысли в порядок и включает мозг, подбирая слова для ответа:       — Я не пытался тебя обидеть, но не лезь в мою личную жизнь, пожалуйста. Я бы хотел, чтобы это осталось со мной, но если я что-то захочу рассказать... — голос Рэя, до этого ровный, запнулся, — сделаю это, наверное... — на самом деле, он сам до конца не был уверен в этом...       — Но я все равно буду спрашивать! — со всей серьезностью выпалила Эмма уже без капли грусти и решительно кивнула под тяжелым взглядом Рэя, — Да, я учла... твою позицию, но ты сам веришь в свои слова?       Резонно.       Рэй неоднозначно покачал головой и был благодарен Эмме за короткое:       — Вот именно!       — Ну, может есть все-таки что-то...? — ненавязчиво поинтересовался Норман, до этого молчавший и позволивший своим друзьям самим разрешить их дискуссию.       Рэй, ерошивший кудрявые волосы Эммы, такие контрастные и яркие на фоне снега и серости, задумался.       — Да, пожалуй... мне понравилось. С Оливером было круто и... интересно, — Рэй мягко улыбнулся, опуская взгляд, — и да, кстати! — он внезапно обернулся на Эмму, — Спасибо тебе! Без тебя вчерашней прогулки не было бы. Да и без тебя, Норман, тоже.       — Э? — Норман немного вскинул брови, вопросительно указывая на себя пальцем.       — Ты же мне посоветовал позвать его гулять на мой день рождения.       Встретив в ответ, помимо слов, решительную улыбку Рэя, Норман тоже тепло улыбнулся.       — Обращайся.       — Слушай, а все же... — несмело начала Эмма, и, чтобы собраться с мыслями, начала смотреть на то, как играют дети чуть поодаль, — какой он, Оливер?       Рэй поджал губы, пытаясь скрыть широкую улыбку. Оливер... У него самая теплая улыбка, способная стать любыми объятиями. Он вызывает неподдельный интерес, но сколько бы Рэй вчера ни тянулся, чтобы открыть все двери внутри Оливера с чем-то новым и неизведанным за ними, все равно не смог сделать это до конца. Вокруг Оливера аура такая спокойная-спокойная, в ней хочется нежиться все свободное время. Оливер — это волосы цвета снега, искристая, как бенгальские огни, решительность в ярких глазах и легкий одеколон на воротнике его парки. Оливер — это объятия, в которые Рэю снова хочется окунуться, и смущение, которое приятно щипает его изнутри.       И Оливер — это отсутствие ответа на чувства Рэя.       Рэй тяжело закрыл глаза.       Конечно же, Оливер не может ответить на его влюбленность сразу. Он в принципе не обязан этого делать, они могут даже не стать настоящими друзьями. Хотя это уже вряд ли, конечно, но тем не менее факт остается фактом, Оливер Рэю ничего не должен. Однако и Оливер, наверное, понимает, что Рэю нужно знать, на какие взаимоотношения рассчитывать. Ну, в любом случае, Рэй прочитает каждую реакцию Оливера и сделает из этого выводы. Он всегда так мог, и с ним сможет.       Рэй прочищает горло, чтобы ответить наконец Эмме, которая выглядит так, будто вот-вот извинится за свой вопрос.       — С Оливером легко. Мне было... очень спокойно. А еще он очень интересный! Он увлекается стрельбой, прикиньте? И фотографиями! — Эмма оживленно улыбнулась, увидев, как сверкнули глаза Рэя, а Норман рядом удивленно выдохнул, — А еще он очень много всего знает. Ну, не то чтобы я не знал, просто мы могли о многом поговорить. С ним вообще приятно — Оливер... мягкий, тактичный и все подобное. Думаю, вы могли бы подружиться!       — Я уже хочу это сделать! — заведенно произнесла Эмма, — Думаю, мы можем... где-нибудь... встретиться. За обедом в гимназии, например! Эй, Норман, Рэй, давайте пообедаем как-то с Оливером и его друзьями! — Эмма встала перед парнями, лучезарно улыбаясь и разводя руками.       Норман на это вздохнул и нежно улыбнулся.       — Давайте.       — Так, стоп! — громко вклинился Рэй, но, глядя на Эмму, решил все же задуматься, — Хорошо, только не лезь первая к ним, а то расскажешь еще о нашем разговоре, — пробубнил он.       — За кого ты меня принимаешь? — насупилась Эмма, но взгляд Рэя и риторически вскинутые вверх брови немного остудили её пыл.       — Слушай, Рэй! — Норман стукнул кулаком по ладони, что-то придумав, — А что, если ты сейчас напишешь Оливеру и позовешь его с нами погулять? И друзей его тоже.       Нахмуренные брови Рэя быстро сменились на выуживание телефона из кармана куртки.

«Здорово, да!)) Вот как тут не зафоткать?? Я снова буду забивать себе память и телефона, и фотоаппарата...

Ты так рано встал... всегда так просыпаешься?»

отправлено...

      От сообщения Оливера, такого простого и открытого, немного забавного, Рэй невольно улыбнулся.       Уже набирая СМС, он подумал о том, что Оливер может не сразу прочесть его... видимо, придется звонить, хотя Рэй не любит этого делать. Говорить по телефону для него всегда немного неуютно, легче общаться по переписке или вживую.       Рэй, нажимая на значок звонка, отходит чуть подальше от Эммы с Норманом и прочищает горло.       — Алло?— доносится с того конца трубки.       Голос Оливера, немного недоуменный, будучи настолько близко, пронизывает Рэя насквозь, как поток из игл.       — Привет... — выдыхает он, все ещё обескураженно, — слушай... извини, что звоню, но... — так, а что говорить-то? Ситуация, в которой оказался Рэй, со стороны Оливера может показаться странной, — я гуляю сейчас с друзьями, и я подумал... может, мы можем встретиться, ты приведешь своих друзей, и пройдемся где-нибудь вместе? — долго произносит Рэй, перебирая каждое слово и выбирая самое подходящее.       Оливер молчит кое-какое время, пока Рэй не знает, что ему делать. Даже взгляд не может найти покоя.       — Нет, прости... — тихо произносит наконец Оливер, а в его голосе скользит извинение, — у меня другие планы на сегодня.       Рэй разочарованно вздыхает, даже не успев подавить это в себе. Конечно же, несмотря на то, что Оливер согласился погулять вчера, это никак не значит, что он будет уделять время только ему и придет по щелчку пальцев. Это не так работает, и Рэй знал... но все равно грустно.       — Хорошо, я понял, — как можно более ровно отвечает Рэй, закрывая глаза.       — Отлично, — Оливер оживляется, — мы можем встретиться в какой-нибудь другой день. С нашими друзьями, надеюсь, — Рэй легко, незаметно даже для самого себя улыбается, потому что ему удается услышать тон улыбки в голосе Оливера.       Они ещё немного говорят по телефону, и это та ситуация, когда, казалось бы, и тем для разговора нет, но и закончить его не удается. Неловкое ощущение.       Эмма выглядит куда более поникшей, чем сам Рэй, когда тот ей говорит, что у Оливера другие планы на сегодня. Однако она снова начинает светиться, как самая настоящая полярная звезда, уже спустя пару секунд и решительно кивает. Вскоре Эмма кидает в Рэя с Норманом по снежку, призывая идти играть с детьми.       И даже без Оливера Рэй, конечно же, наслаждается такими моментами со своими друзьями и семьей.       Спустя кое-какое время Рэй максимально тихо удалился в ближайшую чайную, чтобы отдохнуть от этого активного времяпрепровождения и шума. Уже там он, сидя за стойкой, снова переписывался с Оливером, и это, конечно же, было трепетно-приятным. Рэй рассказал ему о том, что ходит на подработку, что ему нравятся картины в стиле сюрреализма или чего-то более приближенного к классике и старине, что время от времени читает хайку и слушает инструментальный хэви-метал. Оливер оценил и посмеялся от разнообразия в его вкусах.       Сказал, что было бы забавно, если бы Рэй во время посещения галереи с классическими картинами века так девятнадцатого слушал бы тяжелый рок в наушниках. «У меня вопрос. Не в тему :)»       Написал Оливер, сбивая весь их разговор о картинах и хэви-метале в своем необычном сочетании. Сердце Рэя сбилось с ритма. Может, Оливер хочет спросить что-то действительно важное? «Да?» отправлено прочитано...

«Я тут понял, что рассказал тебе, на кого хочу пойти учиться после окончания гимназии, а ты — нет) мне интересно»

отправлено

прочитано...

      Рэю было приятно, — Оливер продолжает проявлять любопытство, но с другой стороны стало немного не по себе. Рэй хотел пойти на литературный либо же в редакторы, но понимание того, что книги реально придется читать, водить глазами по строкам, усваивать каждую напечатанную на листе букву, вздымала неприятный осадок в его душе. Однако, несмотря на это, Оливеру он ответил честно. Рэй не должен выглядеть жалко из-за такой мелочи, которую потрошит, раздувая и надавливая, как на рану, в своей голове. «Но ты ведь не любишь читать, если не ошибаюсь..?»       Отвечает Оливер, и в точку. Рэю становится неловко. «Да. Знаешь... я проводил слишком много времени за скучным книгами в своем детстве, выучивая их на память, как гребаные стихи. И на меня... ну, давили, коротко говоря, но я же должен что-то с этим сделать» отправлено прочитано...       Рэю тяжело далось это сообщение через несколько минут раздумий над тем, стоит ли вообще писать его. Он даже после того, как Оливер прочел его и начал печатать, не был уверен, что поступил правильно, и от этого сомнения становилось ещё более тревожно. В Рэе всегда таился маленький и почти незаметный, но синдром отличника, и иногда это действительно мешало что-то делать.

«Ты не должен заставлять себя. Я не знаю, как это правильно объяснить, но это как с выступлением на людях. Ты не должен перебороть себя, чтобы чувствовать комфорт. Тебе нужно заинтересовать людей и расположить их к себе и наоборот для этого. Мне, кстати, помогло в своё время ;)»

отправлено

прочитано...

«БОЖЕ МОЙ, мне всего 18, а я уже пишу «в своё время», как дед какой-то! Капец же!»

отправлено

прочитано...

      Рэй успел и восхититься Оливером, ходом его мыслей и тихо посмеяться после прочтения последнего сообщения. Он даже успел подумать над его словами и найти их правильными, потому что Оливер вышел из сети, но как только Рэй уже думал ответить, он зашел и продолжил печатать.

«Но если ты серьёзно настроен изменить... то, что хочешь поменять ахах, думаю, нужно... начать с того, с чего это началось»

отправлено

прочитано...

«Тавтология, да. Извини»

отправлено

прочитано...

      Рэй опешил. Казалось бы, даже его дыхание застыло где-то в легких, а сердце неприятно обожгло. Занесенный для ответа большой палец дрогнул.       Вернуться и разобраться с тем, что было катализатором для нелюбви к чтению? К матери?       Рэй закрыл глаза, чтобы прийти в себя, собрать мысли в связный поток. Однако под подрагивающими веками всплыл образ матери и то, как она пыталась, отдавая всю себя, сделать из него идеального ребенка.       Идеального сына.       Отличника.       Примера для подражания и восхищения. Своего и чужого — не Рэя.       Рэй мог находить подходящие слова снова и снова, будто они были неиссякаемы для описания того, что произошло между ним и матерью после смерти отца. И, на самом деле, с тяжестью вспоминая то, как она заставляла его учиться, вызубривая чуть ли не весь учебник, и ещё много чего другого, Рэй мог бы ненавидеть её.       Но не ненавидел.       Да, он ощущал гнев, отвращение, осуждение и чуть ли не все плохие эмоции, вспоминая о ней тогда, однако... не мог ненавидеть. Рэй помнит свою мать ещё доброй, заботливой, любящей, когда она поддерживала и всегда принимала его позицию. Одергивала и предупреждала, иногда останавливала, чтобы Рэй не совершил какую-нибудь откровенную глупость, но не оскорбляла и не контролировала. И, определенно, не делала это для того, чтобы потерять его в итоге. И потерять саму себя.       Когда Рэй взял себя в руки, он увидел сообщение от Оливера:

«Так, эйэйэй, все хорошо?!»

отправлено

прочитано...

«Да. Спасибо, я подумаю над твоими словами»       Быстро ответил Рэй, а немного позже добавил: «Я серьезно. Ты мне очень помог» отправлено прочитано...

«Отлично. Обращайся :)) буду только рад»

отправлено

прочитано...

«Кстати, не в тему, но я уже работаю с книгами)» отправлено прочитано...

«Так! Что?? Где??»

отправлено

прочитано...

«Угадай) ну, не только с книгами. Еще с мангой, комиксами и канцелярией» отправлено прочитано...       Догадался Оливер сразу же, заставляя Рэя ухмыльнуться.

«Книжный??»

отправлено

прочитано...

«Yes, you are right!» отправлено прочитано...

«Адрес? Заскочу как-нибудь :)»

отправлено

прочитано...

      Рэй словил себя на мысли, что даже не чувствует себя глупо, широко и довольно улыбаясь в экран телефона. Сердце трепетно забилось, и он напечатал адрес, перед этим написав: «Ага. А ещё адрес дома, ПИН-код карточки, пароли от соцсетей...»       Правда, Рэй умолчал о том, что его вечерняя смена сегодня. И уже на рабочем месте, смотря фильм, пока посетителей не было уже битый час, точно никак не ожидал того, что в магазин зайдет Оливер.       Рэй удивленно выдохнул, не зная, что и сказать на это. Лексикон как будто внезапно сократился только до имени человека, которого он был рад видеть больше всего на свете и в то же время абсолютно не рассчитывал на встречу сегодня. Особенно в таком месте.       Рэй чуть ли не вскочил от удивления, но поднялся нормально, хотя сдержанность ему бы уже никак не помогла. Оливер же, такой чудесный, с красными щеками и носом из-за мороза, как один-единственный локон в его растрепанных волосах, удовлетворенно усмехнулся на эту реакцию.       — Эм, Оливер? Привет! — абсолютно, казалось бы, глупо начал Рэй, но совсем не знал, что стоит вообще говорить на подобный визит.       — Да-да, привет, — Рэй только сейчас заметил одну ямочку на правой щеке Оливера, которая появилась, когда его губы растянулись в широкой улыбке. Поздоровался он, правда, подозрительно возбуждено, — слушай, я на минуту. Эм... — Рэй легко вскинул брови, ловя Оливера на мимолетной растерянности, — я вообще-то гуляю с друзьями, и они ждут меня, но я... короче, подумал, что тебе будет приятно.       Оливер поставил перед Рэем большой картонный стакан, закрытый крышкой, и положил бумажную упаковку с едой внутри. Он выглядел довольным и немного смущенным, его алые глаза в своем блеске стали еще больше похожими на рубины, а сам же Рэй... он был в шоке! То, что Оливер забежал к нему, сделав такой маленький, в том и милый сюрприз, выбило Рэя из колеи и разлилось в сердце невероятным теплом. Стало так легко на душе, губы расцвели в улыбке, а щеки опалило румянцем. Рэй почувствовал себя немного неловко, осознавая все это.       — Это... о боже, спасибо! — Рэй вскинул на Оливера восхищенный взгляд, — Это неожиданно, и я... — он стушевался, забегав глазами.       Оливер, заметив это, поспешил остановить его и быстро ретироваться, но сам почувствовал себя окрыленным, даже счастливым, тогда, когда Рэй бросил ему, уже стоящему у двери:       — Мне очень приятно!       Подмигнув ему и махнув рукой, Оливер вышел из магазина. Колокольчики зазвенели слишком звонко во всей этой атмосфере неожиданности и чуда.       Раскрыв бумажную упаковку, Рэй увидел печенье с орехами и шоколадной крошкой, а напиток в стакане оказался приятно теплым черным чаем.