Закат с ароматом вишни

Антон проснулся рано утром. Точнее, он и не ложился. Может, отрубился на час или два, но адекватно так и не поспал. Как-то не особо он испытывал сильное желание погружаться в сон после приятного разговора в подъезде и всех мыслей собравшихся вместе. Единственное, что радовало - мама не слышала всего что происходило за дверью их квартиры, пока готовила ужин. Подросток, действительно, был этому удивлён, ведь не услышать тот грохот с которым его впечатали в стену, сразу после того, как его макушка едва успела показаться в проёме двери, - было сложно. В объяснении кто звонил в дверь, Шаст решил соврать маме, что это ошиблись дверью, а то что его не было достаточно долго, - это он так объяснял человеку как ему попасть на одну указанную им улицу. Да, что касается вранья так тут Антоша у нас мастер импровизировать на ходу. А это и вправду, очень спасает в подобных ситуациях. После всех событий мальчишка просто отказался от ужина, на что мать была не согласна, но разве кто-то смог, хоть когда-то переубедить Шаста? Нет. И мама Антона это знала, как никто другой, поэтому не стала долго уговаривать сына поесть и просто сказала чтобы завтра он позавтракал, а после пошла спать. День, действительно, у неё был тяжёлый. Как и каждый другой. Антону было больно видеть свою маму настолько уставшей, как морально, так и физически. А что он мог? Подросток учащийся в одиннадцатом классе, даже не совершеннолетний, без особых способностей и без хорошего ума. М-да, это действительно расстраивало. И при всём при этом ты хочешь как-то разобраться во всех долгах своего отца? Антон недовольно поморщился от этих мыслей и потёр глаза. Надо было уже вставать. Подросток пытался открыть глаза, но те жутко раздражались из-за дневного солнца, что уже вовсю окинуло своими лучами комнату мальчишки. Погодка сегодня хорошая, - мог бы подумать Антон, если бы не был чертовым вампиром и не выспавшемся подростком. Но весь город, действительно, освещало приятное солнце, а лужи от казалось бы, сильного дождя уже, почти полностью, просохли, оставляя за собой мокрые следы. Шастун уже давно сделал выводы, что никто и никогда не сможет понять погоду. Вроде уже середина февраля и погода плавно, как казалось Антону, перетекает в зиму, что и объясняло все эти дожди. Но вот уже земля почти просохла и на улице вовсю светит солнце. Подросток принял сидячие положение на кровати, опустив ноги на пол. Глаза всё ещё щемило, но было уже терпимо. Антон повернул голову к окну, дабы поскорее привыкнуть к дневному свету. Правая рука потянулась к уже привычному трению глаз. — Сука! — Антон резко отстранил руку от глаз, недовольно поморщившись. Зелёные глаза опустили взгляд на правую ладошку, где по всей её длине проходила рана, на которой кровь успела покрыться корочкой. Подросток попытался сжать руку в кулак, от чего болезненно зашипел. Он так и не обработал руку после того как зашёл в квартиру. Только промыл её в ванной под струей воды, что было довольно неприятно. Так что, Антон забил хуй на это дело ещё вчера вечером, и после воды просто вытер ладонь полотенцем. И вообще не важно, что он даже не попытался остановить кровь, которая не малой струей вытекала из раны. Шастун поднялся на ноги, после чего вышел в коридор и направился в ванную. Мама уже как час назад ушла на роботу. О том, что рано уйдёт она предупредила сына ещё вчера, когда сказала Антону позавтракать сегодня утром. По дороге, захватив с собой аптечку из маминого шкафчика, подросток оказался в ванной. Зелёные глаза парня поднялись на отражение в зеркале. Антон болезненно скривился от своего вида. Красные глаза и выделяющийся синяки под ними из-за недосыпа, делали из подростка, действительно, вампира. Такие же красные, опухшие губы, которые Антон кусал на протяжении всего дня. Обычно, он делал это в стрессовых ситуациях, но позже это уже просто вошло в привычку. Хотя даже без этого, Антону, действительно, пришлось не сладко вчерашним днём. Встреча с мамой после прошедшей недели, что они были в ссоре, ну и конечно встреча с неожиданным гостем, а после и целая ночь в раздумьях. Антон и вправду, чувствовал себя овощем. Умывшись и промыв руку от крови, что опять выступила после раздражений от обычных, повседневных действий в ванной, Антон достал из аптечки перекись и щедро полил на руку, из-за чего неосознанно скривился от неприятных ощущений. Не хотелось прибегать к таким действиям, но Шаст решил перебинтовать руку на всякий случай. Рана была не маленькая и от целого дня в школе не хотелось бы завести какую-то инфекцию. Ну мало ли. Потом было бы ещё больше проблем. Хуево, но всё-таки справившись с поставленной задачей, подросток пошёл на кухню. Комната была укрыта солнечным светом. На плитке играли лучи от солнца, которые раскидывали вокруг себя жёлтый оттенок. Антон бы засмотрелся на представленную ему картину, но чувствуя себя пожёванным овощем не хотелось всматриваться в пол. Подросток открыл холодильник, где на него смотрели полные еды лотки. Варенная картошка, тот самый салат и даже приготовленная курица. Фрукты, овощи, соки и кастрюля с борщом. Мама, действительно, постаралась. От этой мысли у Антона поднялись уголки губ. Постояв ещё несколько секунд над холодильником, подросток захлопнул его дверку и пошёл переодеваться. Да, он не поел. Да, он чувствовал вину за это, но не впихать же в себя её когда, действительно, не хочется есть. Войдя в комнату и взглянув на экран телефона, Антон стал наспех надевать первые попавшееся вещи. Было 7:40. Встал с кровати он в 6:00. Блять, ты бы ещё подольше руку бинтовал. В сторону полетала уже стянутая пижамная футболка, что сменилась на худощавом теле подростка чёрным, массивным худи. На замену домашних штанов пришли другие, такого же цвета, как и худи. Быстро взлохматив светлые кудряшки, Антон нацепил кольца и браслеты. Даже на той самой, правой руке красовались различные украшения. Шастуна совершено не волновал почти на всю руку перемотанный бинт, возможно его и не надо было так много, но похуй. Ну не научился он нормально бинтовать руки за все 17 лет. И так сойдёт. Захватив собранный со вечера рюкзак и быстро нацепив на себя куртку, а позже и утеплённые кроссовки, Антон вылетел из квартиры, быстрыми движениями закрыв её на ходу.

***

Внешность обманчива. Первое о чём подумал Шастун, выходя из подъезда и вдыхая холодный, морозный воздух. Солнце хоть и сверкало своими яркими, жёлтыми красками, но нихуя не грело, как и лёгкая курточка Антона. Ну додумался хоть утеплённые кроссы взять. Да, он мог бы вернуться домой и взять куртку потеплее, шарф и ещё шапку, которую он тоже, блять, не надел. Но увидев время на экране телефона 7:50, Антон забил хуй и накинув на себя капюшон чёрного худака, быстрым шагом двинулся в сторону школы. Уроки уже через 10 минут, а идти ему примерно столько же. Дебил.

***

— Ну и не ахуел ли ты после этого? — догоняя высокого друга, предъявил своё недовольство Дима, бросая на Антона недовольный и обеспокоенный взгляд. — Ты чё только пришёл? — задав риторический вопрос Позову, не глядя на собеседника, спросил подросток. — Та будильник, блять забыл поставить. Ну вот и проспал. — Дима быстрым шагом зашёл в раздевалку, пытаясь не отставать от длинных ног впереди. — А ты? Хотя, че я спрашиваю. Не помню вообще, чтобы ты хоть раз вовремя на урок пришёл. — улыбнулся Дима, вешая на крючок синюю куртку и подбирая рюкзак с пола. Антон следом за другом, оставил куртку в раздевалке и подхватывая рюкзак двинулся к выходу, неприятно морщась и зашипев от боли в правой руке, которой только что накинул рюкзак на плечо. — Антох, что с рукой? — выйдя в коридор, обхватил запястье друга Дима, обеспокоенно осматривая слои бинта. Позов как никто другой мог бы помочь Шасту с раной, будущий медик как никак. — Дим, не паникуй. Всё нормально. — отдёрнув руку, принял дальше свой путь в класс литературы Антон. — Тох, ты вчера не отвечал после того как встретился с мамой. Я начал переживать. Надеялся, что все мои переживания напрасны и сегодня я тебя увижу весёлым.. а вижу я перебинтованную руку, синяки под глазами и капюшон на башке. — ровняясь в ходьбе с Антон и наблюдая за действиями парня, который действительно шёл в капюшоне ещё с улицы, выложил свои мысли Дима. — Я хочу знать, что случилось, а не это твоё «всё нормально». — Расскажу после школы с сигаретой в руке, ок? — намекнул Антон Диме на посещение их любимого места. Позов неуверенно кивнул и продолжил путь с Антоном в класс на третьем этаже. От начала урока прошло уже плюс-минус 10 минут, им стоило поторопиться. По дороге к злосчастному кабинету, Шастун пытался не думать о всём, что сейчас как на повторе крутилось у него в голове ещё со вчерашнего дня, но сука.. как же сложно не перебирать это всё снова и снова.

***

— Можно войти? — Антон остановился на пороге, подзывая к себе Диму рядом. — Извините, за опоздание. — подходя ближе к Шасту, сказал Позов, переглядываясь взглядами с другом. — Только из-за того, что я опоздал сегодня тоже - на этот раз я вас прощаю. — узнав голос двух учеников, сказал учитель не оборачиваясь к опоздавшим. Арсений Сергеевич выводил ровным почерком тему на доске. Прошло уже действительно больше 10 минут урока, а учитель только записывал тему. Это было на него не похоже, обычно он делал это сразу по звонку. Видимо и вправду, - опоздал. — В первый и последний раз. — серьёзным тоном добавил учитель, дописывая предложение на доске. — Спасибо. — хором ответили друзья, проходя к своей родной, третьей парте рядом с окном, так же шёпотом кидая приветствие Ире и Оксане. Арсений повернулся уже лицом к одиннадцатому классу, проходясь взглядом по каждому из присутствующих. Голубые глаза холодно прошлись по всем ученикам, а после остановились на той самой третей парте, уже наконец осматривая опоздавших учеников. Запыхавшийся Дима, который, действительно, не хотел сильно опаздывать на урок к новому учителю уже доставал учебник и тетрадку, после записывая дату и тему. Конечно, голубые глаза не могли проигнорировать высокую фигуру Шастуна, рядом с другом, который склонил голову в левую ладошку, зелёные глаза уже вовсю изучали что-то за окном, не обращая внимания на учителя и урок в целом. Арсений не мог не заметить те красные глаза и тёмные синяки под ними. Ученик всё ещё сидел в капюшоне, пряча правую руку под партой. Учитель ещё раз задумчиво посмотрел на зеленоглазого подростка и продолжил вести урок. — Шаст, ты как? — обеспокоенным шёпотом спросила друга Оксана сзади, дёргая того за кофту. Дима рассказал ей о том, что друг вернулся домой вчера ночью в группе, что всё ещё называлась «Шаст долбоёб». — А? Окс, прости.. не сейчас. Давай после уроков на нашем месте. — Антон развернулся к подруге, окидывая в конце предложения её тёплой улыбкой, чтобы та сильно не переживала. На Оксану такое уже давно не действовало, но поняв что выхода нет, подруга неуверенно кивнула, кидая взгляд на учителя, что уже давал замечание Шастуну за разговоры. Антон тупо смотрел весь урок в окно, наблюдая за стремительной сменой погоды. Утреннее солнце уже сменилось хмурыми облаками, которые заставили покрыться класс своеобразной дневной темнотой. Наконец-то за всё утро подросток, действительно, кайфанул. В классе царила какая-то своя, уютная атмосфера. Хоть Антон и вовсе не слушал как и чём речь сейчас на уроке, но он был рад просто осматривать класс и иногда посматривать в окно, наблюдая за покачивающимися ветками деревьев от не маленького ветра, что ещё больше предавало особенной атмосферы в голове Антона. Музыка в наушниках и вайб в классе дали подростку расслабиться, и хоть на пару минут отвлечься от навязчивых мыслей от дальнейшей жизни в голове. Наконец, спустя ещё пару песен в плейлисте Шаста, прозвенел звонок на перемену. Весь класс стал скорее сгребать вещи в рюкзаки и бежать к выходу из класса. Литература первым уроком, пасмурная погода, - ну действительно уснуть можно. — Антон Шастун, останься на несколько минут. — Арсений Сергеевич окинул растерявшегося подростка взглядом голубых глаз, садясь на стул рядом со своим столом. Антон, действительно, не понимал чего хочет учитель, они вроде уже давно договорились, что Арсений Сергеевич его больше не беспокоит. Ещё немного помывшись с вещами, Шастун накинул уже левой рукой на плечо рюкзак, и подошёл к первой парте, кидая взгляд на друзей, которые не хотели выходить из класса без друга. Но выбор им особо никто не давал, поэтому потоптавшись рядом с дверью им пришлось покинуть кабинет, оставляя Шаста уже наедине с учителем. — Чем могу помочь? — разбавив тишину в классе, Шастун оперевшись на первую парту второго ряда достал из ушей наушники, совсем не скрывая от учителя что так и сидел всё это время. — Ты опоздал, разговаривал на моём уроке, нечего не записывал и оказывается ещё и слушал целый урок музыку. Ты сам как думаешь? — приподнимаясь со стула и опираясь ладонями на стол перед собой, задал риторический вопрос учитель. — Шастун, ты хоть спал сегодня? — не выдержал Арсений, проходясь голубыми глазами по телу и лицу подростка, что видимо едва стоял на ногах, опираясь на парту. — Мы вроде договорились? — намекнул Антон на разговор рядом с кафе, опуская зелёные глаза себе по ноги. — Я интересуюсь этим ни как Арсений, что однажды подобрал тебя ночью на улице, а как учитель, который переживает за своих учеников. — Попов, кажется ни на милю секунды не отводил от подростка взгляд, заставляя того не скрывать от него правды. Это действительно работало. Шторм в голубых глазах всегда раскрывал учителю всё, что он хотел знать. Одна из немногих причин почему Арсений был хорош в своей работе. И речь сейчас не о работе учителя. — Шастун, ты читал хоть что-то из школьной программы по литературе? — Нет, нахуй надо. Я вообще не читаю, мне не до этого. — не стесняясь мата, подросток поднял зелёные глаза на учителя, утопая в голубых глазах. Он только сейчас заметил, что на Арсение была синяя рубашка с закатными рукавами, которые открывали вид на выступающие вены на руках учителя. Выглядело красиво. Даже очень. Особенно для Антона, который во всём видел свою эстетику, и у которого был фетиш на руки. Ну, а что? Каждому своё. Например, Арсений сейчас помимо своей синей рубашки, стоял ещё в чёрных, обтягивающих джинсах. Видимо, у него был фетиш именно на них, и это были одни из его коллекции. Антон уже думал об этом в последнюю неделю. Та он много о чём уже успел подумать, что относилось к учителю. Сложно было просто не замечать такую яркую персону в их серой школе, а тем более не думать о ней. — С выражениями по аккуратнее, Шастун. — учитель вышел вперёд стола, опираясь на него спиной и уже оказавшись напротив зелёных глаз, которые подросток всё ещё не отводил от учителя. — Я на следующий урок лично для тебя составлю список произведений которые ты обязан прочесть. — Из-за чего столько внимания к моей персоне? — явно выхватив последнее слово из своих частых мыслей, выпрямился Антон, поправляя лямку рюкзака на плече. Сложно было не отвести взгляд от настойчивых, голубых напротив, но Шастун не плохо справлялся, поэтому в упор смотрел на учителя, вызывая у него лёгкую ухмылку. — Я просто знаю, что ты сдаёшь литературу, поэтому можешь даже не мечтать. — Арсений приподнял правую бровь, играя взглядом с зелёными глазами ученика. — Я просто боялся, что у вас могут быть конкуренты. — подросток изогнул ту же бровь, передразнивая взгляд учителя. Вам сказали смущающую и неудобную фразу, и вы не знаете что ответить собеседнику? Зовите Антона Шастуна! Он не только во вранье, но и в таких делах - мастер импровизации. Правда есть один маленький минус - он сначала скажет, а потом подумает, а может и после не подумать даже. Что ж.. хуево. — Ты думаешь я гей? — учитель хмыкнул, всматриваясь в ученика, которому походу вообще похуй было на то, какой статус имеет он и его собеседник. — А разве нет? — смущать в ответ - вот реальный талант Антона, а ни эта ваша литература. Но даже, видимо, и по этому «предмету» у него не было бы пятёрки. Так как, учитель вообще никак не отреагировал, казалось бы на весьма интересную фразу. — Шастун, ты понимаешь с кем разговариваешь? — меняя тему и не выдерживая такой наглости со стороны ученика, Арсений скрестил руки на груди, одаряя подростка уже более холодным и строгим взглядом. — Видимо, с геем? — ученик пустил лёгкую ухмылку уголками губ, впиваясь в голубые глаза. Они, действительно, сжигали всё внутри, но проиграть и отвести взгляд - не для Антона. А ещё походу вовремя закрыть рот тоже - не для Антона, который только что осознал сказанное. Но слова назад не вернёшь, а выиграть ещё можно. Да, похоже именно на эти мысли ориентировался Антон, продолжая пялится на учителя. — Иди уже. — шторм в посиневших глазах начал, как казалось Антону, пускать молнии. Да, Арсений видимо шутку не заценил. Очень жаль. — Ладно, извините. — зелёные глаза наконец упали под свои ноги, изучая и осознавая всё что было сказано за последние несколько минут. Ну не суждено было выиграть ему. Ещё никому это не удавалось за все 27 лет жизни Арсения. А тут семнадцатилетний подросток хочет что-то кому-то доказать. Антон отстранился от парты и направился к выходу. — Шастун, подожди.. — подскакивая к быстро удаляющемуся подростку, учитель взял его за правую руку. — Блять.. — останавливаясь и отдёргивая перемотанную бинтом руку, зашипел Антон, открывая вид на неё, который так успешно прятал под длинным рукавом худака весь урок, и ещё немного перемены. И вот, уже в последнюю секунду перед выходом из кабинета его хватают именно за неё. — Прости, я не видел.. — забыв, что хотел сказать начал оправдываться Арсений, перехватывая руку ученика, дабы рассмотреть причину вызвавшей боли его ученика. — Ты как только умудрился так пораниться? — учитель смотрел на перемотанный в несколько слоёв бинт, обеспокоено водя взглядом по ладони Антона в его руках. — Всё нормально, жить буду. — Шастун отстранил руку, неуверенно перекидывая взгляд на учителя напротив. — Ты так неумело перебинтовал.. давай я помогу. — Арсений опять смотрел на Антона своим обжигающим взглядом. Это уже заставляло напрягаться. Подросток не привык к такому. — У меня урок. — Я отпрошу тебя. — на такое предложение учителя Антон не мог не согласиться. Пристальный взгляд и осознание прогула химии просто не давали этого сделать. Так что решив, что он мог бы и потерпеть, тем более что это ему оказывают помощь. — Сядь тут, я щас принесу аптечку. — учитель указал на ту самую парту, на которую облокачивался Антон минуты две ранее, пока сам зашёл в небольшую комнату, которая больше напоминала лабораторную. Но, так как это был кабинет литературы, в той комнате были всего лишь портреты поэтов, много разных книг, швабры, вёдра и других коробки с вещами. Обычная кладовая. Он опять мне помогает, даже после сказанных мной слов. И опять я буду неловко чувствовать себя перед ним за указанную помощь. Заебись.

***

— Не шипи, сам виноват. Кто так бинтует вообще? — разматывая бинт на ладони ученика, подметил учитель, доставая какую-то баночку с жидкостью из аптечки. Антон не разбирался в медикаментах, поэтому любой неизвестный для него препарат считал баночку с жидкостью или просто таблеткой. — Шастун какого.. — удержавшись от последнего слова, строго посмотрел на Антона учитель, увидев просекающую рану насквозь ладони ученика. — Хуя? Та я и сам не понял как это произошло. — закончив фразу учителя, подросток хмыкнул, рассматривая свою ладонь в руке учителя, действительно, не вспоминая момента когда это случилось. — Шастун! Ещё один мат от в этом кабинете и я могу и не отпрашивать тебя. — Арсений перевёл взгляд строгих глаз на ученика, давая понять, что с ним лучше уже, действительно, начать думать о словах сразу, а не после сказанных. — Та всё, молчу. — ученик виновато насупил брови, пытаясь сжать руку в кулак, от чего только сильнее поморщился. — Та дай сюда. — Арсений дёрнул на себя руку мальчишки, открывая баночку с жидкостью. Дать? Антон начал неосознанно улыбаться от мыслей в голове и от самой тупой и банальной шутки. Но именно она сейчас и заставила его улыбаться, смотря на учителя. — Чего лыбишься? — не поднимая взгляд, задал вопрос учитель, который видимо услышал смешки о ученика. — Я передумал шутку.. — сквозь выступающий смех, ответил Шастун, проходясь взглядом по серьёзному лицу напротив. — Ты думаешь я не понял? — приподнимая бровь, поднял взгляд на мальчишку Арсений, заставляя того ещё больше улыбаться. — Ну, ты сам напросился. Арсений взял баночку, от которой в сторону отлетела крышечка и вылил половину содержимого в на руку подростка. — Арсений Сергеевич! — Антон, не ожидав такой резкой боли, вскочил, сдерживая поток матов. — Я и так бы сделал это. Только, возможно, предупредил бы, но ты сам виноват. — не сдерживая смеха, протараторил учитель. — Та ладно тебе, иди сюда, надо забинтовать. — Арсений потягул подростка за запястье, притягивая младшего к себе. Антон не ожиданно подскочив к учителю, запутался в длинных ногах, пытаясь остановиться и не упасть. Арсений успел подхватить подростка за плечи, удерживая того напротив себя. — Какой же ты неуклюжий. Антон выпрямился, недовольно скривившись, но решил оставить последние слова учителя без ответа. Арсений отмотал кусочек бинта, аккуратными движениями наматывая на руку своего ученика. Подросток болезненно шипел, но руку не отдёргивал, сам понимал что было бы хуже от таких действий только ему. — Готово. Видишь как успели? Даже не пришлось опаздывать, можешь бежать на урок. — завязывая надёжный узел бинта, учитель принялся собирать медикаменты, легко ухмыляясь недовольному лицу подростка, который, действительно, думал что не пойдёт на химию. — Кхм.. спасибо. — промычал Антон, окидывая взглядом и вправду, хорошую работу учителя. — Может всё таки расскажешь, что с тобой сегодня? — возвращаясь к ученику из кладовой, где оставил аптечку, учитель пробежался строгим взглядом голубых глаз, намекая на состояние Антона. — Надо бежать, не хочу опаздывать на урок. — подкидывая рюкзак на плече, Антон быстрым шагом вылетел из класса, не давая даже шанса учителю остановить его. Он не хотел на химию, но ещё больше он не хотел рассказывать Арсению обо всём. Может поделиться с ним своей историей жизни было бы не плохо, но откуда он знает, действительно, ли Арсений Сергеевич хороший человек, может он доверять ему и не расскажет ли учитель обо всём с чем связал отец Антона их семью. Да, он помог ему той ночью, забрал домой, напоил чаем, успокаивал, поддерживал, а теперь и перебинтовал руку.. Может всё-таки таки можно? — Ты всё равно расскажешь мне обо всём! — выбегая следом за учеником, кинул Арсений, останавливаясь в проходе двери и смотря за спускающейся с лестницы фигурой Антона. Антон проигнорировал, но услышал последние слова учителя. Та почему он так заботиться обо мне..

***

Арсений вернулся в класс, запирая за собой дверь. Голова жутко болела от бессонных ночей и ещё больше нагнетающий атмосферы в кабинете какого-то апокалипсиса из-за погоды за окном. Учитель сел на стул, облокачиваясь на стол двумя руками и потирая уставшие веки. Тишину в классе разрушил гудящей телефон от звонка, на экране которого высветилось «Серёга». Учитель подхватил телефон, принимая звонок. — Привет, Серёж. — тепло улыбаясь, промычал он, действительно, счастлив услышать голос друга и хоть немного отвлечься от всех мыслей в голове. — Арсюх, здоров! Слышу уставший голос, ты как там вообще? — явно переживая за состояние друга, отозвался хриплый голос в телефоне. — Честно? Хуево. Меня пиздец как завалили работой в школе. Хотят даже сделать классным руководителем десятого класса. Я уже реально начинаю чувствовать себя учителем. — сделал паузу учитель, вслушиваясь в смех своего друга. — Столько волокотни с бумагами в школе.. я заебался. Так ещё и тот постоянно трезвонит, спрашивая как дело продвигаешься. — сменившись в лице, учитель переложил тетрадки в стопку на стол, освобождая больше места на столе. — Ты нашёл хоть какие-то его следы? — Серёжа сменил тональность голоса. — Я нашёл адрес их последнего клиента. — приподнимаясь со стула, учитель смотрел в окно, рассматривая людей на улице. — Блять, Арс, это ахуенно! Давай я приеду, помогу тебе со школьными делами. Проверю тетрадки, заполню бумаги там какие-то. Лишние руки тебе точно не помешают, пока ты и дальше будешь рассматривать дело. — предложил Серёга весёлым голосом, явно желая помочь и встретиться с заебаным уставшим другом. — Тебе в кайф лететь в другой город и делать работу учителя? — усмехаясь с этой мысли, Арсений повернулся спиной к окну. — Нет, но я хочу помочь. Отказы не принимаются! Ты кидаешь адрес и я завтра же вылетаю. — Серёжа явно дал понять другу, что другие ответы из его уст он не примет. — Потом не жалуйся, я предупреждал тебя. — Арсений улыбнулся, от настойчивости своего друга, подходя к столу и подхватывая тетрадку одного из учеников.— У меня кстати ещё одна догадка есть, но я боюсь что она окажется реальной. — меняясь в лице, учитель провёл взглядом голубых глаз по тетрадке, вчитываясь в старательно выведенное имя «Антона Шастуна».