Ваза с пятнадцатью подсолнухами

Сынмин творил чудеса. — Вот что значит «дитя Интернета»! — восхищался Чанбин, видя, как уверенно Сынмин ориентировался в даркнете. — Не переживайте, уважаемый дядюшка, могу заодно Вам дом престарелых подыскать, — ехидничал тот, на всякий случай пригибаясь к монитору, словно пытаясь увернуться от подзатыльника, который, впрочем, никогда не прилетал. Практически весь процесс сбыта осуществлялся через платформы в даркнете, наподобие тех, где Сынмин пытался найти покупателей для оставшейся после брата «Астры». Сначала к настолько откровенным объявлениям о продаже кокаина относились, очевидно, с подозрением, но Минхо знал целевую аудиторию и не сомневался в своей ставке на продажи в сети, поэтому продолжал надиктовывать Сынмину тексты рекламных объявлений. Возможно, старшее поколение, привычное к традиционным схемам, обходило такие публикации стороной, но что с них взять, со стариков? Дорогу молодым! В даркнете сидит столько молодежи, для которой нет ничего более привычного, удобного и внушающего доверие, чем онлайн торговля. Сначала поступали сообщения из разряда: «Че, решили рисовую муку подороже продать?» или «нормально чувак стиральный порошок хочет толкнуть», но спустя время нашлись и действительно заинтересовавшиеся. После первых удачных сделок, условием которых был 50% аванс, за которым следовало сообщение с адресом закладки и датой, оставалось только надеяться, что, удовлетворенные сервисом, торчки растреплют своим товарищам и клиенты слетятся, как мухи на запах гнилого мяса. Недели ожидания хоть одного заказа меньше чем через полгода сменились опасениями скорого истощения запасов. Когда стало приходить по два-три сообщения в неделю, Минхо решительно объявил, что можно заняться продажами в каких-нибудь неприглядных, а потому пока нетронутых Чамчви заведениях. Такое решение было продиктовано не только тем, что Джисону и Феликсу становилось опасно так часто колесить по городу в поисках удачных мест для закладок, но и тем, что сейчас нельзя было начать отклонять заказы или заставлять покупателей ждать. Ковать железо нужно было пока горячо. Сынмин настойчиво выступал за предельную осторожность, поэтому с самого начала предлагал найти в даркнете людей, готовых стать их дилерами. Уже то, что Джисон с Феликсом вынуждены были делать закладки в разное время иногда за день или два до дня, назначенного покупателю, чтобы их, в случае чего, не могли отследить, если так называемый покупатель окажется подосланным Чамчви, становилось все сложнее осуществить. Ребята порядком выматывались и могли потерять бдительность. То, что предлагал Сынмин, он гордо назвал планом «Двойного экспресса». — Двойного эспрессо, дурилка, — усмехнулся Чанбин. Сынмин вскинул бровь. — Я знаю, что говорю. Итак, почему «Двойной экспресс»: мы предложим торчкам, которые захотят купить товар, за доплату забрать вторую дозу и перепродать. Потом отчитаться фотографией сделки в чате в даркнете либо привести покупателя, который нам напишет кодовое слово, чтобы мы поняли, от кого он. — План хорош, но как ты можешь быть уверен, что чудик не присвоит деньги и вторую дозу? — усомнился Бан Чан. По правде говоря, кажется, в этот раз Сынмин немного перемудрил. — Надо установить и обеспечить меру пресечения. — Иначе говоря, — решил перевести Минхо, — ты хочешь предложить им такую сделку, пригрозить, а в случае чего и припугнуть? — Оптимально было бы воспользоваться методом кнута и пряника, но мы и так продаем по достаточно низкой цене, так что обещать им скидки за исполнение обязанностей дилеров не в наших интересах. — Да и не можем мы этого сделать. Осталось не так много, а старик сможет довезти только в следующем месяце, — хмыкнул Феликс. — Лучше не тратить время и не рисковать, а идти сразу в клубы. — Ты это называешь «не рисковать»? — Сынмин отстранился от монитора. — Все мало-мальски приличные заведения уже оккупированы Чамчви, а те, что остались, — мерзейшие места, где из тебя скорее душу вытрясут, чем заплатят. Феликс усмехнулся, глядя под ноги. Мерзейшие места, да? Давно, кстати, там не был, надо бы сходить, чтобы из него там душу малость вытрясли. В этот момент Чан бодро, но нежно взъерошил ему волосы. — Давайте пока выберем пару мест как можно дальше от точек Чамчви и попробуем продавать товар там, а позиции дилеров можно предложить тем матросам, которых мы нанимали ранее. Они с самого начала согласились на грязную работу, а на борту и вовсе видели то, что делает их полноценными соучастниками, — Чан облокотился на плечо Феликса. — Ты этого у того прокурора набрался? — поразился Чанбин. Чан только пожал плечами, словно говоря «Кто знает». — Ладно, тогда я могу вести дела с теми ребятами. Ни к чему им знать кого-то еще из нас, кроме тех, кого они уже видели. В конечном счете все сошлись на том, что вариант Бан Чана звучит более чем удовлетворительно. Из небольшого экипажа пара матросов были молодыми парнями примерно их возраста. Им и было предложено подработать сухопутными крысами. Как и ожидалось, парни согласились. Феликс подробно проинструктировал их о том, какие меры предосторожности необходимо соблюдать, начиная с того, что на место лучше приходить в разное время ночи и выбирать разные маршруты, и заканчивая тем, что одежда должна быть максимально неприметной, а лицо лучше скрывать маской, кепкой, капюшоном, очками, но стараться все равно одеваться по погоде, ведь человек в темных очках в пасмурный день или ночью будет выглядеть, наоборот, излишне подозрительно. Чанбин, выполнявший преимущественно функцию устрашения, сопровождая Феликса на встречу с новыми работниками, не мог не восхититься тем, с каким знанием дела тот наставлял начинающих дилеров. Конечно, познания такого рода едва ли можно считать похвальным достижением, но теперь, по крайней мере, можно было понять, почему прокурор так убивался, когда Бан Чан доложил ему о неудаче с Феликсом.

***

Как и ожидалось, несмотря на то, что Бан Чан изо всех сил старался скорее расширить свою сеть влияния, Чамчви шагали семимильными шагами, в то время как он семенил, словно какой-то хромой лилипут. Слухи об открытии нового клуба, которыми полнилась курилка и комната охраны Cherry Bomb, вскоре подтвердились. Клуб Heaven открылся всего пару месяцев назад, но уже снискал себе весьма неоднозначную славу. — Там предлагают неплохой оклад, но я лучше пойду улицы подметать, чем в гей-клуб, ей-богу! — причитал один из коллег, когда речь в очередной раз зашла о новом клубе. — Да чего ты возбухаешь-то? У нас какой канал не включи — всюду айдолы, дрыгаются не хуже тех же стриптизеров, — гоготал другой. — Ну так и они из того же теста, но они же типа на женскую аудиторию работают, хотя все мы знаем, что им та женская аудитория до лампочки. А тут же прямым текстом тебе черным по белому заявлено, мужики для мужиков, брр! Куда районная администрация смотрит? — Так а тебе больше нравится, когда все с виду так приличненько? Типа, пока официального заявления нет, можно делать вид, что ничего и не видно? — Мне больше всего нравится вообще на это не смотреть, — насупился охранник. — И ты бы завязывал. Эй, Чан! А ты что думаешь? — Ему некогда такое смотреть, у него полный дом братьев. Человек работает в поте лица! Верно ведь? — Все так, — Чан почтительно поклонился и попрощался с коллегами. — Бедный парень! — сказал сердобольный охранник, подавшись на стуле вперед, чтобы рассмотреть, как фигура Чана со спортивной сумкой удалялась из поля зрения. — Чего это? — Я вот в его возрасте учился, а он, бедолага, кормит братьев, работает вот! — Ну учился ты, и сильно его обошел? Когда Бан Чан вернулся домой, было уже довольно поздно. Очевидно, Минхо с Джисоном уже удалились к себе на мансарду, по шуму воды из душа можно было предположить, что Чанбин недавно вернулся со смены в мастерской. Диван Феликса пустовал, а на столике перед ним был приклеен яркий розовый стикер. Записка гласила, что Феликс пошел в разведку, а не в загул, и обещает вернуться до утра. Чан вздохнул. Остается только надеяться, что Феликс будет так же честен с собой, как с Бан Чаном. Он зажег лампу над кухонным столиком и, поставив кипятиться воду, принялся за написание отчета для Пак Джинена. Бан Чана не отпускало ощущение, что если бы прокурор действительно стремился уничтожить Чамчви, он сам бы прилагал больше усилий и делился бы большим количеством информации. Да, во время прошлой встречи тот обмолвился, что стало возбуждаться больше уголовных дел, связанных непосредственно с кокаином, но полиция не может найти продавца, так как все концы уходят в даркнет. Но Пак Джинен, несомненно, знал, что, когда потребуется расширение, придется выйти в офлайн, и при этом по-прежнему не давал никаких гарантий того, что прикроет и вытащит кого-либо из них, если тот попадется. — Опять будешь до утра сидеть? — спросил Чанбин, вышедший из душа, как Посейдон, блестя каплями воды на раскидистой груди. — Я не умею спать, ты же знаешь, — Чан потер пальцами переносицу. — Остается только поспать за тебя, — вздохнул Чанбин, кривя губы в полуулыбке. Чан помахал ему и снова опустил глаза в отчет. Феликс не соврал как минимум о том, что вернется до утра. Он действительно заявился глубоко за полночь, но выпил явно немного и был в приподнятом расположении духа. Обычно же после своих «срывов» он возвращался подавленным и едва вменяемым. — Ой, Бан Чан-хе-е-ен! — протянул он радостно, подбегая и обнимая вставшего навстречу ему Чана. — Все в порядке? — Да! Все отлично! У меня хорошие новости! — он выпутался из объятий и посмотрел на Чана светящимися от гордости глазами. — Я проверил этот новый клуб Чамчви, Heaven. Там они уже совсем распоясались! Таблетками торгует бармен-сутенер, то есть прям сотрудник клуба. Они даже не удосужились нанять кого-то, чтоб работал в зале с посетителями. И знаешь, что я слышал? Там спрашивали, нет ли порошка? Значит уже даже в клубах Чамчви знают про наш товар. Я прям видел целую компанию. Они, видимо, пока не могут поверить, что кто-то кроме Чамчви этим занимается. Новость действительно была хорошей, хотя вместе с тем возрастал и риск. Теперь было вопросом времени, когда Чамчви обратят на них свое внимание, а значит, пора было переходить в более агрессивное наступление. Бан Чан решил, что должен пойти в Heaven лично и посмотреть, что там и как.