Ваза с пятнадцатью подсолнухами

Под конец испытательного срока Намджун пригласил Чонгука сопровождать его на сделке. Сперва он думал, что в его обязанности будет входить только охрана, однако в итоге Чонгук постоянно был на ногах, подавая и убирая документы, придерживая двери и досматривая незнакомцев. В целом опыт настоящей, взрослой, работы ему пришелся по душе, никакого криминала он не увидел, а потому так и не решился расспросить Тэхена об организации. Ему было достаточно знать, что это серьезная компания, а Тэхен был кем-то вроде начальника отдела безопасности. К тому же конкретно Чонгук не занимался ничем противозаконным. Рутина продолжалась до тех пор, пока Тэхен не представил Чонгуку «давнего ценного друга», который чуть не помер на их глазах. После неуместного замечания про берцы и грубого прощания квартира превратилась в беспросветное болото, в котором даже стены давили. Тэхен и вовсе перестал выходить курить на улицу — теперь он усаживался на табуретку и высиживал там до тех пор, пока пепельница на столе полностью не заполнится. И если с дымом можно было справиться проветриванием, то что делать с беспокойными хождениями по квартире, нескончаемой игрой в дартс и режущей нервы заточкой ножей Чонгук совершенно не знал. Со стороны происходящее казалось смешным и нелепым, но Чонгука это перестало забавлять, когда Тэхен от его предложения помочь с готовкой отмахнулся ножом. — Гук-и, куда ты лезешь? — брюзжал он, словно сварливая старуха, от любой помощи младшего. Через неделю после знакомства с Чимином Чонгука осенило — он вспомнил, что единственный раз Тэхен находился в столь скверном расположении духа, когда Чонгук без спроса пошарился в его комнате. В нижнем ящике, если он не ошибается, лежала старая коробка с ценными пережитками прошлого. Связана ли она с «ценным другом» Чимином? Чонгук не отважился задать Тэхену вопрос напрямую, поэтому на следующий день осторожно расспросил Намджуна, но босс ответил, что Тэхен с момента их знакомства всегда был один. Видимо, придется действовать самостоятельно. За ужином, пока Тэхен выкуривал очередную сигарету, Чонгук поинтересовался: — Хён, а с твоим другом все хорошо? Мне показалось, он неважно себя чувствовал… Тэхен на миг задержал дым в носу, а потом хрипло выдохнул, стряхивая пепел с сигареты: — Если любопытно, пойди и узнай сам. Желтая тусклая лампа с дребезжанием мигнула, но не перегорела. — А где Чимин-хен работает? — Чонгук поводил указательным пальцем по столу. Старший вдавил окурок в пепельницу, а потом взъерошил волосы: — Представь себе, Гук-и, совершенно недалеко, знаешь магазин бытовых товаров и техники? Он работал там все это время! По его взгляду Чонгук понял, что сейчас Тэхен беседовал не с ним, а с самим собой. Нет, ему жизненно необходимо навестить Чимина, иначе они оба сойдут с ума.

***

В отличие от ситуации с трудоустройством Чонгука, где надо было проявлять крайнюю осторожность, Чимину Тэхен все вывалил без обиняков, потому что их воссоединение стало возможным именно благодаря коллекторству. — Если хочешь, можешь дальше работать в магазине, я все равно погасил его задолженность, — для большей убедительности Тэхен взмахнул руками. — Новую квартиру я тебе сниму в любом случае. — Нет, я не против, — пожал плечами Чимин, — только на что я гожусь-то? Тэхен изумленно выпучил глаза. — Ты что такое говоришь, Чим? Господи, да в конце концов я на что-то сгодился, ну! — он легко толкнул его в плечо. Тэхен до сих пор терялся от подобных заявлений. Раньше Чимин даже в худших обстоятельствах не мог сказать такого, даже перед городским конкурсом, когда у него от волнения тряслись ноги, он был полон решимости доказать свой талант. — Так мы идем или нет? — Чимин вопросительно повел головой, когда заметил, что Тэхен замедлил шаг. — Ну да, раз ты готов… — Тэхен чуть обогнал его, чтобы показать дорогу в «офис». Тэхен учел предыдущий неудачный опыт и заранее сообщил Намджуну, что приведет на собеседование еще одного друга. Намджун тоже учел предыдущий неудачный опыт и согласился сперва поговорить, а потом устраивать общее собрание и аутинг — как он узнал благодаря Сокджину, так называлось публичное разглашение информации о чьей-либо ориентации без согласия человека, которое в некоторых странах считалось делом подсудным. Хотя Тэхен в характерной манере драматично вздыхал от упаднических фраз Чимина, правда заключалась в том, что после школы он действительно сталкивался исключительно с отказами. Сейчас он тоже не ожидал многого — вряд ли мафия откажет в работе под предлогом отсутствия высшего образования, но физический инвалид с ментальными проблемами ей был, очевидно, не нужен. Намджун был готов к новым ухищрениям и истерикам Тэхена, был готов мягко отказать соискателю, если он снова окажется ранимым наивным мальчиком, но вот увидеть перед собой флегматичного худощавого паренька с погасшим взглядом был не готов. Складывалось впечатление, что этот Пак Чимин всю жизнь проработал на синдикат и уже устал существовать. — Чимин, прошу прощения, но вы, возможно, не совсем осознаете специфику нашей организации, — Намджун попробовал разговорить Чимина в последний раз. Не может сторонний человек с улицы так просто соглашаться вступить в преступную, между прочим, группировку. — Под спецификой вы подразумеваете, что ваша контора — коллекторское агентство, которое к тому же занимается рэкетом, крышует мелких торговцев и ходит под каким-то криминальным авторитетом? — Чимин закинул ногу на ногу. — В общих чертах — да… — Намджун прокашлялся и неохотно подтвердил. — Меня это совершенно не волнует, — Чимин безразлично обвел комнату взглядом. По правой от него стене протянулся потрепанный временем индонезийский батик, изображающий неведомых злорадно улыбающихся духов. Весьма изысканный вкус и наверняка контрабанда. — Тэхен принуждает вас участвовать в этом? — Намджун понизил голос на случай, если Тэхен подслушивал за дверью. Внезапно Чимин звонко хихикнул, прикрыв рот ладонью. — Извините, я сказал что-то смешное? — может, это у Чимина нервное? — Я вас умоляю, кого и когда Тэхен к чему-то принуждал? Намджун беззвучно присвистнул и постучал пальцами с тяжелыми перстнями по столу. — Вы считаете, Тэхен на это не способен? — Ой, — хмыкнул Чимин, — конечно, сначала он похорохорится, позадирается, потом начнет канючить, но принуждать? — он посмеялся в кулак. Либо этот парень совсем идиот, либо знает о Тэхене слишком много, пришел к выводу Намджун. На идиота он похож не был, значит, оставалось только второе. А не он ли тот мальчик, которому они с Сокджином оплатили больничные счета? Лица парнишки он тогда не разглядел, да и не вспомнил бы сейчас, но если это он, то Тэхен ради него в любое рабство запишется. — У вас был опыт дилерства? — теперь с Чимином можно опустить формальности. — Да, — кивнул тот. — Поздравляю, Пак Чимин, вы приняты. С приходом Чимина Намджун получил возможность завершить разработку плана и подготовиться к полномасштабной войне. Оставалось выждать, у кого хватит смелости избавиться от главы преступного синдиката, но сделать первый шаг точно должен был кто-то из недовольного руководства. Затем, пока они будут сосредоточены на дележке власти между собой, Намджун начнет атаку исподтишка. Их бригада отожмет клубы и тренировочные центры в ключевых районах Сеула, сольет данные на неугодных полиции, а деньги, которые потребуются для закупки оружия и найма людей, они должны получить от сбыта мета, поставки которого сейчас налаживал Хосок. С боссами некоторых кварталов Намджун надеялся договориться, однако без резни не обойдется. Для остальных в костяке их ветви наступило затишье перед бурей.

***

— Да, я согласна выйти за тебя! — радостно выпалила девушка, и весь зал ресторана разошелся в овациях. Чонгук восторженно наблюдал за парочкой и тоже активно хлопал. Тэхен поднял взгляд с душистого розмаринового стейка, усеянного полупрозрачными бусинками клюквы, и пробубнил: — И что интересного ты там нашел? Чонгук ответил, продолжая умиленно улыбаться: — Ну, мне нравится быть причастным к теплу и заботе хотя бы так. В детстве мне уделялось не слишком много внимания. — Вот ты сейчас на них пялишь, а они потом заведут ребенка и тоже бросят, — Тэхен одним движением отрубил кусочек стейка. — Хён, — младший нахмурился, — ты не знаешь, почему родители меня оставили. Я тоже не знаю. Бог им судья, — он отпил из бокала каберне и поморщился. Ему не нравился алкоголь, но было бы некрасиво возражать Тэхену. — Да и мне было неплохо в приюте, просто там были порядок и дисциплина. — Ты не представляешь, что такое среднестатистическая полная семья, — Тэхен залпом осушил свой бокал, шумно сглотнув. — Так почему же ты продолжаешь верить в абстрактную счастливую семью? — Потому что когда у меня будет семья, она будет именно такой. «А какой она еще может быть?» — подумал Чонгук. Тэхен повел желваками и взметнул брови: — Какой такой? Добрая матушка с лучезарной улыбкой, мужественный отец-добытчик и парочка детишек? Ты такую хоть раз в реальной жизни видел? Чонгук поежился и убрал руки под стол, сцепив пальцы: — Я еще не думал о собственной семье, но разве можно не хотеть подобную семью? Положив нож с вилкой, Тэхен потер виски и задрал голову вверх, уставившись в потолок: — А сам ты когда-нибудь начнешь думать? Ты не думал о собственной семье, но уже выставляешь какие-то условия? — Прости, — промямлил Чонгук, вжавшись пальцами в штанины, — я действительно глупый, мне стоило прислушаться к тебе. Тэхен запальчиво накрутил смоляной локон, упавший на лоб, и изучил лицо мальчика — тот, съежившись, потупился и вперился в пустоту. Тэхен почесал затылок и втянул воздух носом: — Ладно, я вижу, ты уже закончил, давай попрошу счет. Чонгук исподлобья смотрел, как Тэхен расплачивается за их обед. В последнее время старший водил его в рестораны почти каждый день, объясняя это тем, что он и сам планировал там пообедать, а в компании веселее. Сначала он пытался отказываться, говоря, что в жизни не расплатится с Тэхеном за все походы, но тот сразу обижался и недовольно бурил его мрачным взглядом. — Тебе заказать такси или сам дойдешь? — осведомился Тэхен, накидывая серое шерстяное пальто, — в рестораны он старался одеваться прилично. — Сам, забегу в магазин, — боязливо отмахнулся Чонгук. Не хватало только сказануть что-нибудь лишнее. — Отлично, у меня еще остались дела, вернусь поздно. Тэхен, сунув руки в карманы пальто, сбежал по ступенькам ресторана и свернул в переулок. Чонгук с облегчением вздохнул. В дверь барабанили уже минуты две. Чимин только взялся за уборку и пытался стянуть резиновые липкие перчатки, чтобы открыть. Тэхен, стащив ботинки, прошел прямиком к кушетке и, откинув полы пальто, завалился на нее. — Тэ, сначала вымой руки, — Чимин шлепнул его перчатками по спине, заставляя снова встать. Тэхен молча прошагал в ванную. Чимин наблюдал, как новое мыло, которое он положил в мыльницу пару минут назад, катастрофически быстро растворялось в руках Тэхена. Пена разлеталась в стороны и оседала на кране, зеркале и стаканчике для зубной щетки. — Разве ты сегодня не планировал свидание с Чонгуком? — цокнул он, подавая другу полотенце. — А это, Чим, оказывается, не свидание и никогда таковым не будет! — Тэхен помял полотенце в руках и вернул Чимину. — Потому что он, видите ли, хочет полноценную семью с зайками-лужайками! Чимин скрестил руки на груди, приготовившись выслушивать очередной сценарий мелодрамы. — Ну ты бы видел, как эта девка сказала «я согласна», — Тэхен оскалился, передразнивая девушку из ресторана, — она даже не понимает, блять, что значит иметь право носить кольцо. Переместившись в комнату, Тэхен подобрал швабру, которую оставил Чимин перед тем, как открыть дверь, и принялся водить ей по полу так, будто был заправским полотером. — Чим, ты знаешь, — он продолжил размышлять вслух, пока намывал пол, — что такое настоящая традиционная семья. И я тоже знаю. Чонгука такая семейка вообще бросила в святошной дыре, где за любое неправильное слово заставляли стоять на горохе. Но навещать партнера в реанимации и получать в случае смерти тело имеют право именно такие люди. А я, — он стукнул шваброй по паркету, — не могу даже пригласить любимого на свидание. Чимин, заметив, что паркет уже слишком влажный, забрал у Тэхена швабру во избежание появления вздутий и усадил его на диван. — Тэ, когда это ты волновался о законности? Как будто сейчас кто-то мешает тебе спать с мужчинами… — он отставил швабру к стене. В воздухе витали частички пыли. — Действительно, мне же ничего не стоит отвоевывать себе право любить в каждом новом, блять, коллективе, — Тэхен выставил руку и начал поочередно загибать пальцы. — Драться с дворовыми пацанами, скрываться в армии, даже в Чамчви мне пришлось нагнать страху, чтобы доказать, что я не зашкварился. — Тэ, ты же в курсе, каково жить в глубинке. Там ведь изобьют в подворотне даже за серьгу, притом в левом ухе. Ты и сам себе не рискнешь признаться в чем-то… нетрадиционном… — Чимин присел рядом и приобнял Тэхена, вздохнув. — К тому же детей в приюте наверняка лупили за любые проявления чувств в сторону мальчиков. — Я всегда говорил, что дисциплина ограничивает сознание, — Тэхен прислонился головой к груди Чимина. — А ты знаешь, как я поступаю с теми, кто пытается ограничить меня или моих близких. Чимин сжал пальцы на плече Тэхена. «Чимин-и, только скажи, и я сделаю это». Да, он знает, что Тэхен делает с такими людьми.