Ваза с пятнадцатью подсолнухами

Тэхен и Чонгук успели застать Чимина закрывающим дверь своей квартиры — он направлялся на чайную церемонию к Юнги. Оказалось, что сегодня на нее соберутся все. Посчитав, что они тоже имеют полное право на социализацию, Тэхен нагло увязался за другом, не забыв потянуть Чонгука за собой. Во время их грандиозной попойки Тэхену удалось горячим алкоголем растопить холодность Юнги, и, хотя они избегали ситуаций, где приходилось бы оставаться наедине, в общей компании они оба строго следовали наказу Хосока не провоцировать друг друга. — Боюсь, чашек на всех не хватит, — вынес вердикт Юнги, закончив копошиться в кухонных шкафчиках, пока трое вновь прибывших младших рассредотачивались по комнате. Сокджин, Намджун и Хосок уже расположились на циновках. — Тогда давайте сегодня в виде исключения займемся не церемонией, а кое-чем другим, — хитро улыбнулся Тэхен, нагло упав на компьютерное кресло и подкатившись на нем к остальным. Юнги медленно закрыл шкаф и напряженно замер. Чонгук встрепенулся, почувствовав всеобщую настороженность, и смущенно вытащил из пакета коробочку с игрой. — Мы сегодня… — по скользкому пледу он сполз на краешек кровати, — купили... настольную игру, — в поисках поддержки Чонгук переглянулся с Тэхеном. Именно старший затащил его на собрание серьезных хенов, куда он в одиночку не посмел бы сунуться, несмотря на радушие, которое ему всегда оказывали, потому что считал, что оно объяснялось снисходительным отношением мудрых взрослых к приютскому наивному пареньку. Сокджин быстро сориентировался и забрал у Чонгука коробку, спешно распаковав ее в любопытстве. — Ха-ха, — гоготнул он, — ну с правдой вы не на того напали, мне соврать как два пальца об асфальт. Юнги вернулся на свое место, сев напротив Сокджина. За время короткого диалога о способе проведения досуга у него в голове пронеслось множество мрачных мыслей, поэтому теперь он был рад, что отделался безобидной игрой. В конце концов, в университетские годы он частенько участвовал в подобных корпоративных развлечениях. Возможно, этот Тэхен и не такой уж долбанутый головорез, и что-то человеческое в нем осталось. — Я тоже обычно выбираю правду. — Хм-м, — Тэхен почесал подбородок, покрытый легкой щетиной, — сегодня он не брился, — а я бы предпочел действие. — Я тоже выбрал бы действие… — протянул Чимин, поправив свои недавно осветленные волосы. Его раздражало, что они стали ломкими и сухими. — Тогда давайте договоримся не выбирать правду или действие больше двух раз подряд, чтобы никто не отсиживался, но в то же время мы могли узнать правду, — сообразил Намджун, сидевший слева от Сокджина. Откровенно говоря, он планировал отдохнуть за интеллектуальными беседами и качественным чаем после утомительного визита к инчхонским подчиненным, но идея с незатейливой забавой ему понравилась возможностью сплотить разношерстный и разновозрастной коллектив более конструктивным образом, нежели бездумной попойкой. — Хо, ты не против? — Не против, — хмыкнул Хосок, находивший ситуацию комичной. К мирским делам он относился с безразличием, потому не видел принципиальной разницы между чаепитием и игрой. С приходом Чонгука средний возраст костяка Чамчви ощутимо уменьшился на несколько лет. Однако, несмотря на внутренние зажимы, в глубине души ему нравилась идея на пару часов оказаться в прошлой, беззаботной, жизни. В общежитии они с одногруппниками каждую пятницу собирались в его комнате, чтобы поиграть в настольные игры. В один такой вечер он впервые поближе познакомился с ней. В итоге под брюзжание Юнги они заварили чай в обычных кружках и приступили к игре. Сначала шли безобидные карточки и все выбирали правду, потому что действия выглядели глупо, но уже на втором круге градус заданий заметно повысился. Тэхен открывал новый раунд. Полный азарта, он вытащил карту. — Расскажи о своем самом смелом поступке, — он померк лицом, — или покажи как правильно целоваться на одном из участников. Он беспокойно заелозил на стуле. Вот поэтому-то он обычно и выбирал действия. Смысл ворошить прошлое? Если он выберет задание, для воображения откроется куда больший простор. Тэхен вдохнул и нагло улыбнулся, прищурившись. Чонгук смущенно отвернулся, предполагая, кого выберет Тэхен. Чимин осторожно поглядывал то на одного, то на другого. Жаль, эта карта не выпала ему. Теперь она никогда ему не выпадет. Первым не выдержал Юнги: — Так вот для чего была вся эта история с игрой? Уверен, все ради этой карты! — он скрестил руки на груди и гневно задрал голову. Возникло ощущение, будто он снимается в дурацком телевизионном шоу. — Конечно, по-другому к тебе не подберешься, — Тэхен ехидно подмигнул. — А теперь попался! — он махнул рукой вверх, намекая Юнги подняться. — А это точно не игра для парочек? — недовольно прокряхтел он, но все-таки пробрался через остальных за столом и подошел к Тэхену. — Написано, «для компании друзей», — процитировал Чонгук надпись с упаковки. Он не собирался смотреть на происходящее и продолжил дальше изучать правила. Там, между прочим, было указано, что для разных действий нужно выбирать разных людей. Видимо, он сегодня все-таки не отвертится. Все задержали дыхание с интересом, но с разными мыслями. Чимин размышлял, насколько ему будет больно наблюдать за происходящим, Намджун сосредоточенно ожидал, как отреагирует Юнги, Сокджин посмеивался, радуясь прогрессу в отношениях в банде, а Хосок оценивал, насколько успешно выполнил свою посредническую роль в примирении Тэхена и Юнги. Юнги боязливо съежился и зажмурился. Шумное и горячее дыхание Тэхена рядом с его шеей вызывало неприятные ассоциации, связанные с их тогдашним разговором «по понятиям». От воспоминаний невольно пробежал холодок по спине. Он не понимал, сколько секунд они уже так стоят, и неизвестность пугала больше самого действия, которое, впрочем, тоже было отвратительным. Он стал жертвой самой настоящей агрессивной пропаганды нетрадиционных ценностей. Вдруг он почувствовал легкое прикосновение сухих губ на щеке и распахнул глаза. Тэхен в это время отступил на шаг. В ответ на озадаченные взгляды всех присутствующих, ожидавших какой угодно похоти, но не скромного подросткового чмока, он пояснил, чуть смутившись: — Нужно же было показать, как правильно целоваться. А правильно целоваться нужно с явного согласия партнера. Чонгук удивленно оторвал взгляд от коробки и уставился на Тэхена. Сокджин не сдержался и ахнул: — Ну и ну! Да тебе тоже нужно было в правозащитники идти, хочешь записаться в мои помощники? Тэхен завалился обратно на стул, пытаясь не выдавать своей сконфуженности. Неужели в глазах других он выглядел настолько отбитым? Чимин заметил его смущение и торопливо вытянул карту, пока Юнги занимал свою циновку. — Выбери игрока, у которого больше всего скелетов в шкафу, — обидно, что он не может назвать самого себя, — или пригласи на медленный танец любого игрока. Карта начала мокнуть под вспотевшими пальцами. Мозг отказывался воспринимать задание, отказывался воспринимать слово «танец». Чимин надеялся, что ему выпадет карточка, которую он сможет использовать для взаимодействия с Тэхеном, но танцевать он с ним физически не мог. Даже просто обсуждать танцы с другом ему теперь было сложно. Он не хотел портить потеплевшую атмосферу, поэтому решил выбрать правду. Только вот назвать Хосока было бы некрасиво и подло, а кого еще было интересно расспросить, он и не знал. — Думаю, больше всех скелетов у Намджуна-хена. — По крайней мере в буквальном смысле уж точно, — понимающе поддержал его Намджун. Чонгук метнул опасливый взгляд на хена, но тут же потупился, принявшись ковырять кутикулу на большом пальце. Намджун тем временем вытянул свою карту. — Угадай количество партнеров каждого из присутствующих или посади одного игрока к себе на колени на целый раунд. Как низко. Он повернулся к Чимину, который снова ушел в себя: — Чимин-а, посидишь со мной? Можешь просто лечь головой, если так удобнее. Младший вздрогнул и потихоньку перебрался на циновку к Намджуну, положив голову ему на колени. Тэхен раздосадованно зыркнул исподлобья. То есть ему устроили аутинг за то, что он помог своему сослуживцу, а его Чимина приглашают полежать на коленях? Разве другие заслужили того, чтобы его светлый замечательный Чимин-и на них лежал? Где же их «фи» однополым отношениям в этот раз? Видать, у босса ко всем индивидуальный подход. Настала очередь Чонгука. — Выбери игрока, который кажется наибольшим извращенцем в постели, — он встревоженно сглотнул, — или поцелуй игрока в самой темной одежде. Все непроизвольно оглядели друг друга. В самой темной одежде был сам Чонгук, но на Чимине и Тэхене были черные футболки и темно-синие джинсы. Разумеется, раздраженно подумал Чонгук, ему как всегда везет больше всех. В любом из вариантов ответ был один, и ему не уйти от этого ни в игре, ни в жизни. Стыд и срам ему за такое распутство! Придется сходить на исповедь в церковь. — Чонгук-и, можешь отомстить Тэ и чмокнуть меня, — предложил Чимин и коварно покосился на младшего, продолжая лежать на коленях Намджуна. Чонгук перевел взгляд на Тэхена, внимательно наблюдавшего за их с Чимином взаимодействием. Наверняка Тэ устроит ему выговор дома, если он примет предложение. К тому же Чимин не был когда-либо уличен в нетрадиционных предпочтениях, так что вряд ли ему будет приятно лобызаться с мужчиной. Хосок почувствовал нарастающее напряжение: — У меня темно-коричневая футболка и черные джинсы, думаю, вполне удовлетворительная цветовая гамма. Чонгук на радостях подпрыгнул и обнял Хосока, слегка чмокнув хена в щеку, но сразу же опомнился и виновато вернулся на место, стараясь не смотреть на Тэхена. Хосок, ни капли не смущенный, невозмутимо продолжил удерживать инициативу и взял следующую карту: — Встань на колени и расскажи о своем главном грехе или придумай пошлое задание для двух игроков. Все, кроме Чонгука и Чимина, которые еще плохо знали Хосока, заметили этот взгляд. Заводить разговор о раскаянии и замаливании грехов с человеком, который занимался этим последние пару лет, было подло. Заставлять придумывать пошлое задание — тоже. Сокджин приготовился отшутиться и перевести ход на себя, но его опередил Тэхен: — Ой, ну эту карту точно должен был вытянуть я, задача точно в моем стиле, — он горько усмехнулся. — Можно я схожу сейчас в счет следующего раунда? Хосоку была приятна забота, с которой товарищи относились к его прошлому, но она ему была не нужна. — Давай я просто дам тебе пошлое задание, — он вгляделся Тэхену в глаза, желая понять, что именно тот хотел сделать. — Я могу и задание с правдой выполнить за тебя. У меня точно побольше грешков будет, — он умоляюще всматривался в лицо Хосока. Он должен сделать это сейчас, пускай игриво и шутя, потому что другого шанса не будет. Чимин его не предоставит, как он уже ясно дал понять. Чонгук недоуменно косился на старших, для которых игра отчего-то вдруг перестала быть шуткой. О каких грехах они говорят? Неужели он прав в своих догадках насчет Тэхена? — Ты думаешь, я бы не хотел выполнить другое задание? — Чимина, униженного тем, что он должен весь раунд лежать у Намджуна на коленях, начинало раздражать, что Тэхен снова клянчил себе дополнительную возможность. Разве так сложно понять, что все необходимо делать вовремя? — В общем, — прервал их Хосок и выбрал из пиалы со сладостями, которую Юнги притащил с кухни, поняв, что чайной церемонии не выйдет, длинный шоколадный брусок, — пусть Джин откусит шоколадку с одной стороны, а Джун — с другой. Как раз рядом сидите. Оба мужчины, получившие задание, согласно кивнули и многозначительно переглянулись. В совместной работе и сотрудничестве они собаку съели, что уж говорить про брусок шоколада. В конце концов, не «пеперо» же это. Чимин отполз в сторону и сел, опершись спиной на кровать. Сокджин развернул золотинку и, поместив шоколад между зубов, стал медленно наклоняться к Намджуну. Тот, прокашлявшись, ответил тем же. Не сговариваясь, они прибегли к одной стратегии, что весьма скоро привело их к успеху: Намджун удерживал шоколад в зубах, а Сокджин повел головой немного вверх, чтобы ломтик треснул на рейке посередине. В результате каждый безболезненно остался при своей половинке. Хосок разработал определенно грамотную тактику. Во втором раунде оставался лишь ход Юнги. Он лениво вытянул карту из середины колоды. — Расскажи… — он замялся, — о самой откровенной эротичной фантазии или накрась губы помадой, — Юнги потерял дар речи, — и оставь отпечаток на щеке участника. Он драматично присвистнул и несколькими отчаянными глотками допил чай из кружки, обдумывая тупиковую ситуацию, в которую его загнала глупая игра. У него не было никаких фантазий — он человек практичный и не отличающийся высоким либидо. В любом случае это слишком личное. — У меня есть гигиеничка, — Чимин выудил из кармана старенькую дешевую гигиеническую помаду. Наверняка он купил ее на кассе в круглосуточном супермаркете, предположил Тэхен и тяжело вздохнул. Чонгуку он подарил серебряный браслет, а себе даже хорошую помаду не позволял. Необходимо вынудить его купить новую. Чонгук в то же время изумленно смотрел на тюбик. Разве мужчинам можно таким пользоваться? — Еще как можно, у меня вон губы сухие, например, — ответил Тэхен на вопрос Чонгука, который тот случайно задал вслух. Стыдоба-то какая! Теперь все посчитают его невоспитанным грубияном. Он испуганно наблюдал, как Тэхен забрал из руки Чимина помаду и провел ей по своим губам. Дома его точно ждет серьезный разговор — своим невежественным вопросом он обидел Чимина и оскорбил его в присутствии уважаемых старших. Невозмутимо докрасив нижнюю губу под несколько растерянные взгляды остальных, Тэхен выкрутил стик до конца и большим пальцем отломил всю помаду, затолкав отломленный кусок в крышку. — Прости, Чим, я слишком неаккуратен, куплю тебе новую, — с наигранным сожалением он протянул испорченную помаду Чимину, который возмущенно нахмурился из-за случившегося акта вандализма. По какому праву Тэ решил, что после того, как он воспользуется его помадой, Чимин не захочет краситься ей дальше? Своими поступками он все только ломал. И помаду, и жизнь. — А Юнги-хен, видимо, пропустит в этом раунде свой ход, — Тэхен пожал плечами и беспомощно развел руками. — Тогда в качестве компенсации, — Сокджин, потрясенно приподнявший одну бровь, развернулся от Тэхена обратно к столу, — Юнги все-таки проведет чайную церемонию. Пуэр остался? — он с надеждой посмотрел на хозяина квартиры. — А-ага, — взметнулся Юнги и бросился на поиски своего лучшего пуэра и запасных чайных чашек в пыльных закромах.