Глава 34.1
3 мая 2022 г., 22:35
Mais j'en ai marre d'être déprimé Et ça m'déprime d'en avoir marre Et à quoi bon me réveiller J'préfère dormir toute la journée si c'est pour vivre ce cauchemar Hmm laissez moi c'est mon droit d'être déprimé dans mon fauteuil
Mauvaise journée Stromae
Тэхен, жизнерадостно насвистывая трот в одних трусах, размышлял, что к звездам могут доставить не только их «астры». Он завис над открытым холодильником на пару минут, пока система режущим писком не оповестила об опасности перегрева, и в конце концов остановил свой выбор на холодной газированной воде. Вытащив бутылку и энергично захлопнув дверцу, он прошагал к панорамному окну и, сделав пару жадных глотков, довольно осмотрел розоватые полоски на запястьях, а затем бросил победоносный взгляд на городской вид, открывающийся сквозь стекло. — А я думал, мы купили цепь для Чонгука. Тэхен резко повернулся на тягучий голос, исходящий откуда-то со стороны кресла в углу гостиной. Чимин сидел в расстегнутой свободной рубашке и серых хлопковых брюках, закинув ногу на ногу. Закатанный рукав обнажал развевающийся ловец снов на левом предплечье. — Чонгук как владелец цепи сам решает, как ее использовать, — Тэхен закрутил крышку на бутылке, демонстративно светя алеющими отпечатками звеньев на коже. — Когда вернулся? — Недавно, — Чимин невольно перевел взгляд со следов от зубов под татуировкой астры на пах и покрасневшие колени Тэхена. — Юнги-хен переполз в свою нору и позвал меня помочь разобраться с информацией по банде Бан Чана. Только Чимин не сказал, что вернулся от Юнги несколько часов назад и до утра копался в телефоне Джисона, долистав их диалог с Деткой до начала. Чем ближе он оказывался к началу переписки, тем лучше осознавал, что этим ребятам в самую пору радостно фотографироваться в квадратных шапочках с дипломом бакалавра в руках, а не жертвовать своей жизнью и здоровьем в бессмысленной борьбе с крупнейшим наркосиндикатом, нужной лишь аморальному безжалостному прокурору Паку. Он уже забыл, каково испытывать столь светлые трогательные чувства — он видел этот взаимный трепет в каждом слове каждого сообщения и мог представить, как потели и тряслись их руки, когда они нажимали кнопку «отправить». Могло ли у него быть так же, если бы не тот день? Если бы он влюбился в правильного человека? Если бы он тогда в раздевалке в старшей школе подрался с ним и отпугнул? Заметив раздраженный взгляд друга, Тэхен неловко потоптался на месте. — Ты меня застал врасплох, я даже не успел штаны натянуть, — он тоже посмотрел на свои колени. — Ну так иди и надень, — буркнул Чимин и снова уставился в окно. — Для моего ангела-хранителя сделаю все, о чем он попросит, — Тэхен подмигнул ему, поставил бутылку на стол и метнулся в свою комнату. Машины, казавшиеся с высоты небоскреба мелкими дохлыми мухами, ползли по грязным дорогам. От пустого гула самолетов, разрежающих серое небо углекислыми полосками, становилось тревожно на душе. Видимо, ангелам не позволено ощущать человеческое счастье.***
Свой учебный день Чимин начал с размахивания новым томом любимой манги перед носом Тэхена. На капризные требования дать почитать на время уроков Чимин нарочито погрузил книжку на самое дно рюкзака: — Я еще сам не читал. Если любопытно, давай зайдем ко мне после занятий и почитаем вместе. — Так давай тогда свалим прямо сейчас, чего ждать-то? — Тэхен упорно пытался выцепить лямку рюкзака из рук Чимина. — Сегодня только понедельник, имей совесть! — Чимин решительно потянул рюкзак на себя. — Считай это призом за полностью проведенный в школе день. Тэхен скрестил руки на груди и насупился, но все же ни одного урока в тот день не прогулял. Они редко тусовались у Чимина из-за царившей в его доме атмосферы дисциплины и контроля, однако нынче его отец был в командировке, поэтому возможность нельзя было упускать. Закупившись снеками и колой в магазинчике у школы, они на всех парах рванули к Чимину. — Кто первый, тот будет листать мангу, — выкрикнул Тэхен и бросился вперед по дороге. — Она все равно в моем рюкзаке! — заорал Чимин вдогонку, но постарался не отставать. Тэхен листал слишком быстро, не обращая внимания на детали. Врезавшись в стену дома, Тэхен обернулся и издевательски показал язык. Чимин подпрыгнул через ступеньки крыльца прямиком к двери и нетерпеливо вставил ключ. Еще был шанс обогнать Тэхена. Мысленно досчитав до трех, Чимин дернул дверь на себя и метнулся в проем, но Тэхен оказался проворнее и уже проскользнул к лестнице на второй этаж. Ладно, пусть листает и в этот раз, Чимин потом сам перечитает. — Ты можешь спорить со мной сколько угодно, но он объективно красивый, — Тэхен ткнул указательным пальцем в грубоватое изображение широкоплечего героя манги и озорно посмотрел на Чимина. — Дело не в том, что я отказываюсь признавать чью-либо красоту, — Чимин вырвал из рук Тэхена черно-белый томик и принялся листать. — Вот, этот куда красивее, — он указал на непримечательного второстепенного персонажа. — Но ты как минимум признаешь, что некоторых мужчин можно назвать красивыми? — Тэхен победно задрал голову. — Ну… — Чимин задумчиво потер подбородок, — ты же говорил мне, что я красивый. Тэхен поперхнулся и отодвинулся от Чимина к изголовью кровати. — Когда такое было? — Когда я танцевал на заброшке! — Чимин возмущенно нахмурился. — Я тогда говорил про танец! — Тэхен схватил подушку и бросил в друга. Чимин поймал ее и задумчиво обхватил руками, погрустнев. — Эй, Чимин-и, ты чего? — Тэхен подполз ближе и потрепал Чимина по голове. — Значит, я некрасивый? — пробухтел тот, отвернувшись. — Нет, ты красивый! — Тэхен обнял Чимина со спины и притянул к себе. — И не только когда танцуешь. Чимин навалился спиной на Тэхена и сжал подушку. — Я думаю, что ты тоже красивый, Тэхен-и. Тэхен вздрогнул всем телом, а потом опустил голову на плечо Чимина. — Думаешь, для двух парней нормально обсуждать такое? — неуверенно шепнул Чимин. Тэхен стиснул его крепче и заглянул в лицо: — Мы сами решаем, что для нас нормально, Чимин-и.***
Чимину казалось, что они с Тэхеном едва ли не вчера беззаботно носились по гаражам после школы и зависали на заброшках, балуя себя чипсами и колой, — настолько яркими, эмоциональными и красочными остались эти дни в его памяти. А после того самого дня время для него будто схлопнулось. Он не помнил, в какой именно месяц вновь встретил Тэхена, не помнил, сколько проработал на синдикат до того, как они стали называться Чамчви, не помнил, когда конкретно на него переписали первый клуб. Все события его жизни слились в беспробудный липкий сон. И не помнить дат, не знать, сколько он так живет, было легче, чем представлять, какая жизнь у него могла бы быть, считать, сколько возможностей он упустил, и запоминать каждый момент, который провоцировал паническую атаку. Иногда у него случались эпизоды ремиссии, и он был счастлив видеть рядом с собой любимые пушистые ресницы, окаймляющие озорные темные глаза, которые пускай и никогда не смотрели на него по-особенному, был рад чувствовать себя важным и нужным в объятиях теплых ласковых рук, которые не снимали подаренный им серебряный браслет, был воодушевлен своей работой, которую он выполнял объективно хорошо. Однако эти моменты ощущались единственным глотком свежего воздуха перед тем, как он снова занырнет под давящую мутную воду, где будет проще пойти ко дну, чем бессмысленно барахтаться. От размышлений его отвлекли мягкие шаги босых ног по паркету — интересно, хватило ли хотя бы Чонгуку совести накинуть шорты? Когда Чонгук проснулся в одиночестве, то опасливо выглянул из комнаты и, решив, что в апартаментах пусто, поковылял на кухню — за ночь он так утомился, что его мучила жажда. Он оперся на стенку холодильника, вылупился на упаковку из четырех бутылок воды, в которой одна уже отсутствовала, а потом стукнулся лбом об дверцу, конфузливо простонав: — Срам-то какой, и как такая грязь могла прийти в голову. Холодильник запищал, и Чонгук, достав бутылку, осторожно прикрыл дверцу. Он повернулся в сторону окна, прокручивая крышку, и заметил другую наполовину полную бутылку на журнальном столике. Чонгук добрел до дивана, медленно опустился на него, но тут же снова вскочил: — Хен, испугал! Чимин, сидя все в том же кресле, но уже подогнув ноги под себя, смерил младшего взглядом — ну по крайней мере этот был в шортах и футболке, которая, однако, не прикрывала натертостей в области ключиц. — Сегодня уже разговариваешь со мной? Не обижаешься? Чонгук сделал жадный глоток, наслаждаясь прохладой, растекающейся по горлу, и подумал, что Чимину он может сказать правду. — Обижаюсь. После некоторой паузы добавил: — Но за цепь спасибо. Чимин провел рукой по волосам — нужно помыть голову, ему не нравится жирное ощущение у корней — и откинул пряди назад. — Тэ, наверное, как всегда извинился по-своему и выканючил прощение, но скажи мне, Гук-и, ты действительно хотел бы знать о той стрелке во всех подробностях? Если для тебя это важно, я расскажу. Чонгук поставил бутылку рядом с уже стоявшей на столе — вода в них обеих была примерно на одном уровне — и задумался. Опять он сердился почем зря. Он мог расспросить их подробнее, как тогда прошел их день, но не стал, потому что не захотел, а теперь разыгрывал такую драму, будто он только и мечтал узнать, как какому-то пацану выколупали глаз. Его как всегда балуют, а он истерит. — Нет, Чимини-хен, мне неважно.***
Чамчви закупали сырье в Лаосе за гроши. Первое время закупки обходились дороже, поскольку собственных лабораторий в Корее еще не было, но после переноса производства в пригород Сеула синдикат выходил в положительное сальдо на первом же этапе. Благодаря железной руке Хосока грузы доставлялись в Пусан, проходили таможню и достигали Сеула с нулевыми потерями. Далее цифры начинали не сходиться. Показатели произведенной продукции были явно занижены — с ввозимым количеством сырья, по расчетам Намджуна, должно было получаться в 3 раза больше. Юнги карандашом подчеркнул строку «произведено». Далее объем товара, отправленного из Сеула, был равен доставленному в Пусан — очевидно, снова благодаря логистическим навыкам Хо. Перерыв стопку бумаг два раза, Юнги вытащил лист с текущими расценками на «Астры» и прикинул суммарный доход, который должен прийти со всех пусанских клубов. Доход от их флагманского Heaven едва превышал доходы открытого первым и весьма захудалого CherryBomb. Прибыль падала с каждым месяцем. Он вернулся к количеству товара, предназначавшегося для Heaven, — судя по выручке, был реализован только минимум, но в финансовой отчетности сообщалось о полной реализации. Деньги и наркотики из Heaven катастрофически утекали в неизвестность. Юнги жирно обвел заглавие столбца по финансовой деятельности Heaven и пробубнил: «Вечно от этих гей-клубов проблемы». Затем он перепроверил количество сырья и готового товара, хранившегося на складах в пригороде и в Инчхоне. До конца года должно хватить. К тому же у них оставались легальные лаборатории, оформленные на их фармацевтическую фирму Dok Daw. Он решил вернуться к статье по произведенному в сеульских лабораториях. В товаре одной из кухонь в определенный момент начались явные махинации: цифры оставались неизменными много месяцев, будто их вписывали чисто формально. Он отвлекся от бумаг и открыл на компьютере папку с файлами по работникам этой лаборатории. К своему удивлению, он обнаружил в числе действующего персонала имя Ли Минхо. На сколько месяцев или лет устарела эта информация? Почему ее не обновили? И это была не единственная странность: если они не найдут пропавшего специалиста Dok Daw, их прикроют через месяц при следующей инспекции. Кроме того, лучше бы убедиться в том, что другие специалисты живы и здоровы. Юнги вызвонил Чонгука и, обрисовав ему ситуацию в общих чертах, вручил две флешки — одну, с аудитом пусанских заведений и столичных кухонь, для Намджуна, вторую, с данными по персоналу, — для Сокджина, а также снабдил его бумажными версиями отчетов. — А я говорил, мараться с гей-клубами плохая идея, — Юнги отхлебнул кофе и деловито поправил пояс своего синего махрового халата. — Лучше бы еще один семейный ресторан для сделок открыли. Теперь нужно было заняться отслеживанием IP-адреса и взломом компьютера tamag0tchi. Пока было неясно, остался ли кто-то из банды шкетов в Пусане, а если нет, то было необходимо установить местоположение их штаба в Сеуле. Придется подключать команду — у него самого времени возиться с tamag0tchi не было, поскольку их с Сокджином расследование по телефонным номерам стремительно продвигалось. Родители Джисона были, судя по всему, действительно не в курсе, чем занимается их непутевый сын. У Ли Минхо симка была оформлена на чужое имя — видимо, он залег на дно, когда сбежал, — как и у Бан Чана — тут, скорее всего, постарался уже прокурор Пак. Зато корейский номер Ли Феликса оказался настоящим и был открыт относительно недавно — вот тут уже можно будет поработать с паспортными данными и накопать информацию на очевидно непростую семью.
