Наркотик

Дорога до штаба ФБР заняла полчаса езды, за которые Уилл успел раз 20 прокрутить в голове воспоминания о вчерашней ночи. Его кожа словно до сих пор хранила на себе фантомные отпечатки рук Лектера. Все его нежные прикосновения к бёдрам, талии, лесенке рёбер… Его невесомые касания губ до чувствительного места с задней стороны шеи, прямо под кромкой волос, его сильная хватка за бёдра, после которой остались красноречивые синие отпечатки… И, конечно, не обошлось без воспоминаний о замечательном и умелом языке Ганнибала, ласкающего его член. Казалось, что даже под закрытыми веками Уилл видел, как голова самого жестокого и опасного из всех знакомых ему хищников двигалась на его возбуждении, то вбирая член до самого основания, пока прекрасные, заалевшие от минета губы, не коснутся нежной кожи его лобка, то выпуская его почти до конца, оставляя в губах лишь головку, так отчаянно сочащуюся смазкой в ожидании новой ласки. Выходя из машины, Уилл увидел на экране +1 входящее сообщение от Ганнибала. Не сказать, что они особо часто переписывались, но всё же это случалось, особенно если им было что обсудить или они не успели закончить один из многочисленных разговоров о высоком. «Кажется, ты оставил у меня флешку. Вероятнее всего, она выпала из твоих брюк, когда я укладывал тебя спать.» Уилл еле слышно выругался на себя за свою рассеянность, вспомнив, что он действительно брал с собой флешку, а потом его лицо резко обдало жаром от самой формулировки прочитанной фразы. «Укладывал спать? Так вот как это называется… На флешке ничего такого. Просто лекционные материалы и мои отчёты по Потрошителю, поэтому вряд ли ты откроешь для себя что-то новое.» «Уилл…» Профайлер вышел из лифта и улыбнулся, когда телефон оповестил его о новом входящем. «Она точно тебе не понадобится? Я мог бы привезти её тебе.» «Точно. Не бери в голову.» «Жаль. А мне показалось, тебе понравилось.» До Уилла не сразу дошёл смысл прочитанных слов, особенно, если учесть, что Лектер редко позволял себе откровенно пошлые шутки, но, видимо, после сегодняшней ночи, стал менее сильно беспокоиться о нарушенных границах профайлера. «Ганнибал!!!» Уилл отправил последнее сообщение, после чего постучал в кабинет Кроуфорда и, услышав слова приглашения, зашёл внутрь, закрыв за собой дверь. — Добрый день, Джек, хотел видеть? — Да, проходи, присаживайся. У меня к тебе разговор. Судя по приподнятому настроению Джека и хитрому прищуру, Уилл понял, что речь пойдёт не о новых убийствах и даже не о дополнительных лекциях, а о том, к чему он явно не был готов. Но, тем не менее, Уилл всё же решил не тянуть и подтолкнуть собеседника сразу к теме его визита: — Я так понимаю, речь не о новом маньяке? — Конечно нет, нам и старых хватает, — Джек встал из-за стола и поставил перед Уиллом красивый рокс, плеснув в него виски на 2 пальца. — Я хотел бы поговорить о культурной стороне нашей профессии, общественной… Профайлер заёрзал на месте, понимая, к чему именно клонит Джек. Сделав два небольших глотка обжигающей тёмной жидкости, скорее на пробу, Уилл вопросительно приподнял бровь, побуждая начальника озвучить свою мысль до конца. — Поверь, Уилл, я и сам не в восторге, но ты же знаешь, мы напрямую зависим от управления и их финансирования, — Джек прополоскал горло, сделав большой глоток виски, и снова уселся в кресло. — В пятницу состоится большой благотворительный вечер. На него приглашены все высокопоставленные люди Балтимора и половина нашего руководства. От нашего поведенческого отдела должен был присутствовать я, но в пятницу у моей супруги очередное обследование и я просто не могу разорваться… Ты же сам понимаешь. Как и всегда, Джек звучал весьма прямолинейно. Он даже просьбы озвучивал так, будто это и не просьбы вовсе, а приказ. — Джек… Ты же знаешь, где я и где высшее общество Балтимора и мои навыки социального взаимодействия… Я не то, что финансирование нам не выбью, а распугаю всех потенциальных инвесторов и подставлю отдел. Ты ведь помнишь, каким я могу быть резким, когда мне некомфортно. — Уилл, послушай, это необходимость, а не личная прихоть. И к тому же, лучший сотрудник отдела вряд ли сможет испортить о себе впечатление, особенно учитывая твою раскрываемость. — О, я смогу, не сомневайся… — профайлер опустил глаза, взглянув на тёмную золотистую жидкость в своем стакане. Солнечные лучи, подсветившие её через стекло гранёного рокса, сделали оттенок виски ещё более глубоким, невольно заставив вспомнить о пылающих глазах Ганнибала, смотрящих на него с нескрываемым вожделением. Такой взгляд от настоящего каннибала должен был бы волновать Уилла, но ему даже не нужна была эмпатия, чтобы сказать, что это был совершенно иной голод. — Чтобы тебе было спокойнее, можешь взять с собой кого-нибудь. Пригласи подругу или друга, в конце концов, — Джек допил свою порцию виски и потянулся за бутылкой, чтобы снова наполнить бокал. — Мой единственный друг — это Джонни Уолкер, — иронично подметил Уилл, допив залпом оставшийся в его стакане алкоголь. Джек понимающе усмехнулся, тоже сделав несколько глотков. — А как же доктор Лектер? — Кроуфорд приподнял бровь и прожёг профайлера удивлённым взглядом. — Если это тусовка высшего общества, значит Ганнибал её точно не пропустит, поэтому его присутствие на данном мероприятии — уже само собой разумеющееся, — щёки Уилла вспыхнули и он опустил глаза, ища успокоения в увлекательном рисунке ковра. Конечно Уилл знал, что Джек далеко не глуп и обладает необходимой проницательностью, но от осознания, что их с Ганнибалом отношения не такая уж и загадка, он продолжал безбожно краснеть. А всё потому, что Джек точно не думал, что они платонические. Точнее… были платоническими, до вчерашней ночи… — Тем более, значит, ты будешь в надёжных руках, — улыбнулся Джек, допивая вторую порцию. Ох, это точно… Руки Ганнибала очень надёжные, Джек. Ты даже не представляешь насколько. Это руки безжалостного и беспощадного серийного убийцы, которые касаются меня так, словно я святыня, произведение искусства его любимых художников, словно я единственная ценность, до которой он имел честь дотрагиваться. А если бы ты знал, что его руки проделали с моим членом сегодня ночью, когда я всеми силами изображал наркотическое опьянение, которого уже и в помине не было, после несогласованного с тобой задания, о котором ты до сих пор не знаешь, ммм… ты бы даже не усомнился в своих словах о надёжности… — Что ж, видимо, вариант такой, что вариантов нет, — отозвался профайлер, разглядывая гранёное стекло пустого бокала в руках. — Я рад, что мы друг друга поняли. Мероприятие будет в 7 вечера, не опаздывай. Попрощавшись с начальником поведенческого отдела, Уилл спустился на первый этаж штаба и, взяв себе в автомате жалкое подобие кофе, сел на лавочку, погрузившись в мысли о предстоящем вечере. Он отчётливо представлял себе все эти лживые улыбки, фальшь и меркантильность подобных мероприятий. Представлял себе людей, которых не интересует больше ничего, кроме возможности показать себя, собрать свежие сплетни и сделать вид, что им не безразлична благотворительность. Он представил себе Ганнибала, который, надев очередной претенциозный костюм в клетку и галстук с причудливым узором, будет выглядеть просто потрясающе, вписываясь в данное мероприятие, и уж точно не будет гармонировать рядом с ним. Чёрт, да ему же даже надеть нечего, чтобы хоть как-то соответствовать дресс-коду данного вечера… Из мыслей профайлера выдернул звук уведомления о входящем сообщении и, конечно же, оно было от Ганнибала. «Почитал я твои отчёты, замечательная работа, Уилл, только насчёт комплекса Бога я бы поспорил. Потрошителю далеко до его жестокости.» Уилл усмехнулся, отвечая на сообщение. «Даже тот факт, что ты пишешь мне об этом, ещё и даёшь оценку моей работе, уже само собой на это указывает.» «В конце концов все мы подобия жестокого и сумасбродного ребёнка. Но мы взрослеем, в отличие от любого божества. В этом и есть принципиальная разница.» Уилл накрыл лицо рукой и заулыбался ещё шире. «Ты невыносим…» Через несколько мгновений телефон снова запиликал. «Что от тебя хотел дядюшка Джек? Мисс Лаундс вроде не писала о свежих убийствах, да и я вроде вёл себя хорошо последнее время.» Уиллу так и хотелось ответить: «ага, особенно вчера», но всё же он сдержался. «По всей видимости, он хочет моего полного социального краха и уничтожения репутации отдела.» «Благотворительный вечер в пятницу. Я угадал?» Профайлер замер, в очередной раз осознав, как сильно ему повезло найти человека, понимающего все его переживания настолько идеально, что даже нескольких слов хватит, чтобы стало понятно, о чём именно шла речь. «Бинго…» — ответил профайлер в подтверждение его догадке, дополнив сообщение грустным смайликом. Ответ Ганнибала также не заставил себя ждать: «Всё пройдёт хорошо, не волнуйся, я буду рядом и позабочусь об этом.» На самом деле было так важно слышать эти слова и осознавать, что это не пустое сотрясение воздуха, а настоящая забота и беспокойство о близком человеке. Ганнибал как никто другой знал, как тяжело даются Уиллу социальные взаимодействия, и мог уберечь его от этого, переключив всё внимание в разговоре на себя или плавно сменив тему общения в более комфортное для Уилла русло, если видел, что профайлер начинает закипать. Это был не первый опыт их совместных общественных мероприятий, поэтому, услышав слова поддержки, Грэм немного успокоился. Но один вопрос всё же остался открытым. «Спасибо тебе за это. Но вряд ли я буду особо много находиться в твоей компании. Мне совершенно нечего надеть, кроме своего старого костюма, а испортить твой внешний вид на фотографиях с этого вечера своим присутствием — не самая лучшая перспектива.» «Ты слишком наивен, если полагаешь, что я отпущу тебя дальше, чем на пару шагов.» Сердце профайлера бешено забилось и ему пришлось перевести дыхание, осушив практически залпом свой стакан с подостывшим кофе. Любое проявление властного поведения со стороны Лектера мгновенно отзывалось в нём ноющим спазмом внизу живота, вызывая весьма недвусмысленное и очевидное возбуждение. «Звучит весьма по-собственнически, доктор Лектер, вы не находите?» Уилл застенчиво улыбнулся, отправляя сообщение. «Даже если и так, то не думаю, что ты особо против. К тому же, не хотелось бы поставить под угрозу твои выходные.» Уилл озадаченно нахмурил брови, не понимая, что Ганнибал имеет ввиду. «При чём тут мои выходные?» «При том, что их у тебя не будет, если хоть кто-то попытается нарушить приемлемые границы в общении с тобой.» Сердце Уилла пропустило удар, а щёки снова загорелись предательским румянцем. Это что, ревность? Неужели? Чесапикский Потрошитель ревнует. Надо же! Нужно срочно поправить его характеристику… Уилл не смог подавить смущённую и довольную ухмылку, прежде чем ответить: «Приемлемые для тебя границы в общении со мной, ты это хотел сказать?» «Для нас, Уилл.» Как же красиво звучит это его «нас». Как будто они действительно пара, один живой организм. И всё же, нужно помнить о том, что в обществе нельзя было продемонстрировать и намёка на что-то подобное, чтобы не вводить людей в заблуждение по поводу своей ориентации. Нет, не то чтобы Уилл собирался жениться в ближайшее время, но и давать поводы судачить о его гендерных предпочтениях также не особо хотелось. Не успев придумать подходящий ответ, звук уведомления о входящем сообщении снова нарушил тишину глухого крыла первого этажа штаба и Уилл чуть не выронил телефон, прочитав его содержимое: «Что касается костюма, за это не переживай, это не проблема. Я заеду за тобой завтра после шести и мы решим, что с этим можно сделать.» Мысли накрыли Уилла с головой, он даже и подумать не мог, что Ганнибал может предложить ему нечто подобное. Перспектива совместной поездки за костюмом казалась ещё более интимной, чем всё, что происходило сегодняшней ночью. Как будто это был совершенно другой уровень отношений, более глубокий, более близкий… Выкинув пустой пластмассовый стаканчик из-под абсолютно дерьмового на вкус «капучино», Уилл вышел из академии и, поймав такси, отправился домой.