Перевоплощения

Василиса проснулась с недобрым предчувствием. В последнее время оно настигало ее все чаще, добираясь даже до самых потаенных уголков ее детской души, рассеивая зерно неоправданной тревоги. Тревога душила ее, как только умела: каждое действие для девочки становилось сложнейшим испытанием, она прогуляла несколько тренеровок с Мендейрой, сославшись на плохое самочувствие, и даже отказала Черной Королеве в каком-то важном разговоре, который она обязалась непременно перенести на то время, как любимой внучке станет легче. «Легче» стало, но вот разговор так и не состоялся — сначала у Величества были дела, а потом она и вовсе забыла. А может, просто захотела забыть… Василисе было непривычно просыпаться в Черноводе, несмотря на то, что ее комната была любовно перемещена, красуясь в двух замках сразу. Здесь был иной распорядок дня, а еще шанс на встречу с близнецами. Кстати о них. Василиса приехала как раз по поводу празднования их дня рождения, намечавшегося еще аж на следующей неделе, для составления меню и общего собрания по усилению защиты, потому для девочки этот внезапный визит был «пробной версией» возвращения в замок, уже завтра она должна ненадолго вернуться в Чернолют, дабы закончить курс и перейти к следующей дисциплине, а может — просто к очередному новому разделу. Но что черноключница знала точно — на этом уроке будут все, посему очень стремилась на него попасть. «Пора отлипать от кровати» — наконец заметила младшая Огнева, по старой привычке вручную застилая постель. Мягкость подушек так и манила сонную девочку обратно в свои объятия. Чудесный майский день встретил ее яркими, улыбчивыми лучами, но от того ей не стало теплее на душе. Неспеша она надела первое попавшееся платье, по стилю и цвету невероятно похожее на одно из многочисленных платьев Дейлы. Покружившись перед зеркалом, Василиса отметила, что ей очень даже по душе чудной Эфларский стиль, немного вычурный и совершенно нескромный. Она улыбнулась уголками губ. Да оно не просто похоже на платье старшей сестры, это буквально копия — тот же фасон и посадка. Неужели отец по нелепой случайности схватил в магазине два одинаковых платья? Ну невозможно же не обратить на это внимание при оплате! Хотя, в последнем своем утверждении девочка сомневалась. Может, это попытка примирить сестер? Василиса представляла, чем может обернуться лишь один ее выход в нем, если вдруг ее ненароком заметит Дейла. Блеснув красной искрой волос, она присела перед кроватью, неуклюже доставая из-под нее сумку-таймер. Девочка попыталась что-то нащупать, но, кажется, это что-то было так глубоко, что без изъятия остального найти это не представлялось возможным. Смешно высунув язык, она продолжила копаться в сумке и вроде бы что-то нащупала. Это была маленькая коробочка цвета розового золота с красивым серебряным рельефов каштановых листьев. Раскрылось это чудо с неприятным скрипом, но являя взгляду малиновую игольницу, расшитую золотыми нитями и саму иголку, кажущуюся донельзя простой и бедной во всем убранстве коробка. Василиса тяжело задышала, упоенная великолепием. Милейший подарок матери, как же он сегодня кстати! Один стежок и изумрудное платье превратилось в фиолетовый комплект из блузки и миди-юбки, который она, кажется, заприметила в одном из модных журналов Госпожи «Кошма-ар», любезно оставленном ею для подружки Огневой-старшей. Ну вот. Теперь она вполне могла сойти здесь за свою, правда от любименьких джинс отказываться не поспешила — они намного комфортнее любой местной одежды.

***

Грустный завтрак в пустой Зале сменился не менее скучным обедом. Даже Госпожа Фиала, по обыкновению сопровождающая Василису с утра и до самого вечера своей, иногда чрезмерной, заботой, так и не была замечена девочкой. От нее пришло лишь несколько сообщений о распорядке сегодняшнего дня. Оказалось, все были заняты подготовкой к какому-то невероятно важному собранию, назначенному на вечер. В последнем сообщении няня настоятельно рекомендовала Василисе приодеться и не опаздывать — отец, мол, будет очень зол, так и передавал. Девочка, конечно, в любой другой день решила бы испытать свою судьбу, но сегодня делать и так было нечего — друзья даже не отвечали на сообщения. Может, тоже были заняты сборами. А чтение, обычно занимавшее все ее свободное время, никак не удавалось. Вместо того, Василиса занялась ответственным делом — познавала новые границы своего часолиста, выяснив, что журналы также можно найти в библиотеке, причем самые различные. Окончательно закончив работу с часолистом, Черноключница прямо в одежде забралась на кровать, поджимая под себя ноги. За окном равномерно темнело, что даже и не было возможности сразу ощутить это. Теплый воздух залетал в открытое окно, играя со сверкающими шторами, а затем вновь вылетал из помещения. Дышалось легко, от моря постепенно поднималась влага. В последнее время вода спокойна. Наслаждаясь рутинной картиной, Василиса совсем забыла о мере времени. Мысли множились в ее разуме, но не задерживались в голове надолго. Одна мысль сменяла другую, каждая из них опосредована, каждая рождается из предыдущей. Как много циклов в обыденности… Часовой браслет девочки настойчиво зазвенел, заставив девочку подпрыгнуть, чуть не упав с кровати. Конечно, это было ничто иное, как сообщение от отца: «Советую начать приводить себя в порядок. Надеюсь, ты не забыла, что собрание начнется через 20 минут» Василиса быстро выполнила наказ Нортона-старшего. Действительно, почему бы не попрактиковаться на таких мелочах? Несколько взмахов часовой стрелой и костюм сидел, словно новенький, а прическа приняла вполне приличный вид — опрятный пучок, несколько прядей от лба были отпущены. Заколка с синим цветком заиграла более яркими красками, словно засветилась изнутри драгоценными камнями, особенно очаровательно отражая сиреневый цвет. Не долго думая, она решила спуститься в Тронную Залу, хотя времени еще было предостаточно. В любом случае, как думала она, лучше прийти раньше, чтобы тебя сочли излишне пунктуальной, нежели опоздать, чтобы тебя все считали абсолютной невежей. Лестницу она преодолела в два прыжка, поддавшись своему окрыленному настроению. Дойдя до дверей, девочка обнаружила, что одна из них была приоткрыта, яркий свет из комнаты белой полосой падал на пол, рассеиваясь в отблесках начищенного дерева. Сердце застучало в ушах. Неужели, кто-то уже пришел? Девочка опасалась неловких разговоров, потому что знала, что именно в такие моменты может сболтнуть лишнего. Должно быть, отец… Василиса выдохнула. Ну конечно! Кто кроме него? Кроме того, Черноключнице показалось, что за дверью чересчур тихо, словно кто-то прислушивается, стараясь услышать ее тихие, глухие шаги. Надеясь и пытаясь быть незамеченной, она на носочках пробралась поближе к двери, намереваясь сначала оценить обстановку в комнате, а потом уже решать, как ей быть. Но вместо отца, в обилии лучей света она увидела силуэт женщины, скромно усевшейся на диване подле окна. Ее длинные рыжие волосы увенчали несколько маленьких кос, опускающихся от висков. Тонкая открытая шея и белоснежная чувствительная кожа, на которой проступили мелкие, едва заметные красные пятна… «Мама» — подумала Василиса, завороженная и совсем потерявшая самообладание, вместе с тем и контроль за ситуацией. В желании получше запечатлеть этот эфемерный образ в своей памяти, девочка совсем подалась вперед, совершенно забыв о всякой осторожности. И была тотчас рассекречена. Глаза Лиссы, такие синие и знакомые, уставились прямо на нее. Василисе от этого взгляда стало нехорошо — нервно запершило в горле, она снова выдала себя, издав кашель. Взгляд, словно взгляд в самую душу… Королева жестом подозвала черноключницу к себе. Кажется, девочка не сразу заметила Нортона-старшего, сидевшего позади феи на подоконнике. Наконец заприметив его, когда он мельком попал в поле ее бокового зрения, девочка слегка смутилась и нахмурилась. Она не привыкла видеть родителей вместе — они по обыкновению старались избегать общества друг друга, потому сильно напряглась. Однако, прочитав на их лицах спокойствие, преободрилась. Они несколько раз переглянулись, не обращая внимания на дочь, прежде чем Лисса сказала: — Мы знали, что ты придешь. У НАС, — она сделала особый акцент на этом слове, –есть к тебе серьезный разговор. Я знаю, что завтра ты должна была уехать в Чернолют, чтобы продолжить свое обучение. Но, надеюсь, ты не будешь против задержаться в Черноводе на пару оставшихся дней. В этот момент у Василисы сердце ушло в пятки. Она сразу начала раздумывать, что она могла такое сделать, что вообще могло произойти, что аж рассоренные родители скооперировались. Внутри появилось приятное тепло, надежда хоть на минуту вновь почувствовать присутствие семьи, не говоря уже о том, что она уже давно мечтает о том, чтобы между ними возникли былые отношения. Да, она была очень наивной в своих фантазиях, но никогда не была глупой девочкой — прекрасно все видела, понимая, что между ними еще есть та самая искра. Вспомнив о том, что родители ждут ее реакции, девочка кивнула головой. В любом случае, за нее уже все решили. Даже если она и против, разговор все равно когда-нибудь состоится. Она внимательно посмотрела на их лица, не желая упускать ни одной их эмоции, словно так смогла прочитать их мысли зацепиться за что-то, разгадать секрет, а может и найти ответ на свой незаданный вопрос. Нортон смотрел на дочь в, казалось бы, обычном ему безразличии, но во взгляде его промелькнул неподдельный интерес. Мать же, наоборот, очень сильно изменилась в своих эмоциях — они стали понятнее, прозрачнее, уже совсем не такими сдержанными, как при ранних встречах. Было в ней и легкое тепло, снисхождение, ранее невиданное и такое чудное на первый взгляд. Величественная Королева Фей сейчас выглядела как наивный подросток: черты лица смягчились, скруглились, пропали всяческие мелкие морщины, появился легкий румянец, особенно заметный на бледном лице. Глаза, словно два сияющих сапфира, украшавших лицо и делавших его необыкновенно обворожительным, глядели ясно. Белым огнем вспыхнуло ближайшее зеркало. Кажется, собранию пришла пора начинаться — начинают подтягиваться первые гости. Василиса не сводила глаз с матери. Она вдруг встрепенулась и выровнялась, принимая обыкновенный свой высокомерный, но уместный для ее статуса, вид. — Как чудесно. Надеюсь, я не помешала маленькому семейному совету, на который меня, кстати, не позвали! — донесся до их ушей низкий женский голос, — Как это не любезно. Но да ладно, меня не сильно влечет жизненный путь милой Малефисенты.