Я обязательно вернусь

Лили поправляла перед зеркалом рукава платья из чёрной с красным и тёмно-зелёным отливом атласной ткани.       — Ну, Лииили! Почему ты не взяла нас с собой летом, когда выбирала его, — заныла Мег.       — Затем, что ты бы меня засыпала советами, — хмыкнула Лили, — а я сразу поняла, что это моё.       — Но это же выпускнооой! Почему оно такое тёмное…       — А мне нравится.       — Ну…       — Ну, Мег, мне же в нём идти, а не тебе!       — Но ты хоть волосы не собирай. Куда! Ну, вот кудаа… Лили заколола свои рыжие локоны в пучок. И рассмеялась, глядя на вытянувшееся лицо Мег. Сама Мег распустила по плечам длинные роскошные гладкие чёрные волосы. Она была в ярко-синем платье. Анетта — в небесно-голубом.       — Мег! Ну, не дуйся! Спасибо тебе за духи из того набора на день рождения — моя любимая лаванда, пачули и грушевый цвет — очень красивые! — Лили нанесла аромат, и Мег немного смягчилась.       — Да я ничего… Просто мне грустно, что у тебя какой-то опять траурный вид получился.

***

Девушки встретились с Хьюго и все вместе пошли к Большому Залу. В холле собирались выпускники. Профессор МакГонагалл отозвала в сторону Лили и Хьюго.       — По традиции старосты школы открывают бал вальсом со своими парами…       — Парами?! — ошарашено спросила Лили, в то время как Хьюго обернулся к Анетте.       — Да, мисс Поттер.       — А друг с другом старосты не могут пойти?       — Вряд ли это обрадует мистера Уизли, — улыбнулась профессор. Лили с надеждой умоляюще посмотрела на Хьюго, но то беспечно ответил:       — Да, я с Ани.       — Вы, мисс Поттер, можете пригласить кого-то из студентов…       — Угу. — Лили с досадой огляделась. Вот ещё внезапный сюрприз. Это должен быть кто-то, кто умеет танцевать. Сама Лили умела, правда не так, чтобы блестяще. Партнёр должен был быть такой, чтобы вёл уверенно. Она нашла глазами Расмуса Нотта и направилась к нему.       — Расмус, привет.       — Привет Поттер! Шикарно выглядишь.       — Спасибо, — смутилась Лили, — Расмус… А ты умеешь танцевать вальс?       — Обижаете, мисс! Разумеется — я же аристократ, — лукаво улыбнулся Нотт. «На то я и надеялась» — подумала Лили.       — Расмус, не хотел бы ты… Открыть со мной вместе бал?       — Ты уверена, что я для этого подхожу?       — Абсолютно! Нотт довольно ухмыльнулся.       — Согласен. Единственное — я не собирался надолго задерживаться на выпускном…       — А, нет, мне нужен только первый танец, больше я тебя не задержу. Спасибо Расмус, ты меня спасаешь! Улыбка Расмуса чуть померкла, но он тряхнул головой и подал ей руку. Лили подвела его к профессору МакГоногалл. Брови у той поднялись вверх, она окинула Нотта критическим взглядом: он выделялся на фоне выпускников в классических парадных мантиях. На выпускной Расмус надел черную футболку с черепом, чёрные джинсы и бутылочно-зелёный замшевый пиджак. Образ дополняли серьга в ухе и многочисленные браслеты, длинные, почти до плеч, светлые волосы были привычно растрёпаны. Директор хмыкнула, покачала головой. А вот Хьюго и Анетта буквально оцепенели, увидев, кого выбрала Лили в качестве пары, и дело было совершенно точно не в его внешнем виде. Лили очень надеялась, что ей удастся благодаря этому балу хоть немного примирить их с Расмусом, но судя по выражению лица Хьюго и побледневшей Анетте это будет непростой задачей. Заиграла музыка, Открылись двери Большого Зала. Зал преобразился до неузнаваемости. Факультетские столы убрали, по периметру были расставлены маленькие столики с бокалами и закусками. Журчали фонтаны, всё было украшено цветами. О прежнем зале напоминали только потолок-небо да витражи. Хьюго и Анетта начали вальс, Расмус и Лили присоединились. Лили поняла, что не ошиблась — танцевал Нотт превосходно, ей оставалось только подстроиться. Руки Расмуса касались её лишь едва. И Лили впервые пожалела о своём поспешном решении, когда она велела ему больше не приходить. В конце концов, они могли бы быть друзьями… Возможно… И не было ли бы это лучшим решением, чем сейчас, когда Расмус считает, что всё потеряно и хочет идти вглубь времени… Вальс кружил их. Вскоре к ним присоединились и другие пары, зал наполнился смехом и голосами.       — Кажется, у твоих друзей шок — усмехнулся Нотт. — Не думаешь, что они перестанут с тобой разговаривать теперь?       — Не знаю… Кстати, ты не думал о том, чтобы извиниться перед Ани за то, что сделал?       — Могу и извиниться, — легко согласился Расмус.       — Поттер, ты опять потрясающе пахнешь, — улыбнулся он.       — Хм, тебе тоже нравится лаванда, получается…       — Может быть… А может просто мне нравишься ты. Ну да ладно, не будем об этом. Не будем делать друг другу больно в сей дивный вечер. Вальс завершался. Вот стихла и последняя нота. Расмус поклонился и легко поцеловал ей руку, почти не коснувшись. А после направился к Анетте. Хьюго вырос у него на пути.       — Спокойно! Я просто хочу принести извинения.       — Проваливал бы ты со своими извинениями! — прорычал Хьюго.       — Я же не к тебе обращаюсь! Ани, я раскаиваюсь, что поступил с тобой так по-скотски — я был зол на весь свет и не особо себя контролировал тогда. Я не рассчитываю на прощение, просто хочу сказать тебе об этом.       — Вали отсюда! — рявкнул Хьюго, Анетта пряталась за его плечо. Нотт развёл руками и глянул на Лили.       — Хорошо, хорошо, ушёл. Просто, Ани, ты такая хорошенькая, что я тогда не мог удержаться от желания взглянуть на тебя в другом ракурсе… Анетта густо покраснела, а Хьюго шагнул вперёд. Расмус расхохотался и скрылся в толпе. Лили разочарованно махнула рукой: «извинился, называется…» Хьюго смерил её свирепым взглядом и увёл Ани на другой конец зала. Мег тоже куда-то пропала. Через какое-то время Лили заметила её танцующей с кем-то из Рейвенкло.       — Нет, не Дейзи! Маргарет — значит Мег! — втолковывала она ему. Бросила осуждающий взгляд на Лили и унеслась в танце. Лили забилась в нишу у окна. Танцевать ей не хотелось, разговаривать особо тоже. Она смотрела на витраж с соколом. «Что мне тут делать… Прав Расмус, может тоже надо было смыться».       — Мисс Поттер! Лили! — она оглянулась и увидела рядом профессора Слизнорта. — что это Вы грустите?! В такой день! Прекрасный праздничный день!       — Да… Так… — Лили не представляла, как объяснить, да и не собиралась, насколько необъятная тоска охватывала её при мысли, что она покидает Хогвартс. Что она больше не увидит эти стены, этот витраж… И самое главное, не увидится с портретом профессора Снейпа… А ещё это непонятное и неопрделённое будущее, в котором она не уверена, делает ли правильный выбор. Впрочем, Слизнорт не нуждался в её объяснениях. Он ловко подхватил с подноса два бокала медовухи и протянул один Лили.       — Вот, Лили, отведайте-ка! Вас это взбодрит несомненно, уж я-то знаю! Лили пригубила янтарную ароматную жидкость. Вкусно. Она сделала ещё глоток. Профессор, пустился в разглагольствования о студентах прошлых и нынешних поколений. Потом переключился на охи восторга о том, как она собрала эссенцию невидимости. От Лили требовалось только кивать и иногда поддакивать. Что она и делала, отпивая из бокала снова, пока не выпила его весь. Странное дело, она и правда почувствовала себя лучше, а мир больше не представлялся в таком мрачном свете. Профессор Слизнорт подмигнул:       — А, вот, я же говорил, Вам точно станет лучше. Вот что, Лили, давайте-ка танцевать! Вы ведь не откажете старику? Конечно, в былые годы, закружил бы я Вас, да что там… Но вот сейчас играет вполне подходящая медленная мелодия. Прошу, мисс, — он протянул Лили руку. Они неспешно описывали круги по залу.       — А знаете, Лили, Вас, кончно, миллион раз сравнивали с ней… с Лили Эванс.       — Да, сэр.       — …И да, вы и в самом деле поразительно похожи. Но только внешне, Лили, только внешне… Характером Вы совсем другая. Лили Эванс была огненно-весёлой, задорной. А Вы… Знаете, возможно Северус, останься он жив… Лили резко остановилась и высвободилась из его рук.       — Простите, сэр. У меня голова закружилась.       — А, да… Конечно… Благодарю за танец! Лили быстро ушла подальше от него на другой конец зала. На душе снова стало мерзко. Она взяла ещё один бокал медовухи. На какое-то время это помогло, но не надолго. И последовал третий. После него голова у Лили действительно уже покруживалась. Она решила уйти из зала. На выходе одна из дам на картине сказала другой:       — Надо же! Так рано! И не припомню, чтобы кто-то уходил так рано с выпускного!       — Да вот сегодня же парень убежал ещё в самом начале!       — Да нет, я про прежние времена!       — А, ну да. Хотя, впрочем, помнишь, был один — промчался пулей тогда, о давно то было…       — Да, такой угловатый, с черными волосами… потом стал профессором… Лили хотелось заорать: «Вы что, сговорились?! Вы что, все сговорились сегодня, напоминать мне?!..» Она бросилась прочь бегом. Кажется, даже сами камни Хогвартса кричали ей о нём — о Северусе Снейпе и о том, что они разминулись во времени. Она бежала, не разбирая дороги, но ноги несли её не в Гриффиндорскую башню, а в подземелья. Добежав до двери комнаты профессора Снейпа, Лили прижалась к ней и расплакалась. Запертая дверь. Навечно запертая. Рыдая, она осела на пол, уткнувшись в дверь, и постепенно затихла.

***

Лили не знала, сколько прошло времени, оно как будто остановилось. Но из забытья её вывел знакомый голос:       — Поттер! Чёрт, что ты тут делаешь! Ты в порядке? Нотт присел возле неё.       — Угу.       — Ты пьяная что ли?!       — Нет, вовсе нет.       — Ага, нет! Встать можешь? Он помог ей подняться. Лили качнулась. Расмус поддержал её.       — Не надо! — засопротивлялась Лили, — Я сама могу идти!       — Ну да, конечно! Я отнесу тебя в твою башню.       — Не надо, я дойду! — но не слушая протестов, Расмус с лёгкостью подхватил её на руки. Лили затихла. Странно, Нотт мог сделать что угодно, но она не чувствовала тревоги. А он и не делал. Просто бережно нёс её по коридорам и переходам. Добравшись до портрета Полной Дамы, Расмус аккуратно поставил её на пол.       — Спасибо! — проговорила Лили, — Прости, что тебе пришлось мной заниматься…       — Ну, что ты… «Интересно, а что он сам забыл в подземельях?». Лили заметила, что карманы пиджака у Нотта плотно набиты, и её посетила догадка: «Там кладовая с ингредиентами! Зелье! Для восстановления после путешествия во времени. Но тогда получается, он собирается туда не на несколько часов… Что он задумал?» Спросить было невозможно. Ей хотелось отговорить его от попыток отправиться в это путешествие. Остановить… Но Лили не представляла, как. Она просто смотрела на Нотта, а он — на неё. Наконец Расмус проговорил:       — Поттер, послушай… Это, конечно, не моё дело — мы сегодня расстанемся, по-видимому, навсегда… Но… Ты уж как-то постарайся не жить всё время в прошлом. Постарайся построить нормальную жизнь. Пойми — она у тебя одна… Лили промолчала, не зная, что сказать. Расмус протянул руку, пальцем легонько провёл по её щеке:       — Лили, береги себя. А после он ушёл, не оборачиваясь.

***

Лили проснулась посреди ночи от дикой головной боли. Она огляделась. Мег и Анетта спали в своих постелях. Лили осторожно выбралась из-под полога, посмотрела на часы — четыре утра. Боль пульсировала просто невыносимая. «Ни за что больше не буду пить!» — подумала Лили, сжимая виски ладонями. Она добралась до столика и налила воды из кувшина. Легче не стало. Заснуть снова не представлялось возможным, и Лили решила попробовать пойти в Больничное Крыло, попросить у мадам Помфри какое-нибудь снадобье. Идти туда совершенно не хотелось, она подождала ещё, сидя на кровати, в надежде, что боль уймётся, но она только усилилась до дурноты. Лили набросила пеньюар, взяла волшебную палочку и отправилась в путь. Коридоры были пусты и тихи. Лили брела тихонько, стараясь не делать резких движений. Но вот перед Главной галереей она услышала шум. Хохот Пивза и его улюлюканье.       — Оставь меня в покое! Верни меня на место немедленно! — ответил гневный голос, и Лили замерла, оцепенев. Этот голос она бы узнала из тысяч. Профессор Снейп. Она выглянула в галерею и увидела Пивза, парящего под потолком с портретом. Он наклонил его, ухватив за угол, и профессор покатился за край рамы, отчаянно ругаясь. Пивз перехватил картину за другой угол:       — Оп-ля! — Северус проехался в противоположном направлении. Вместе с ним каталось кресло, изображённое на полотне.       — Прекрати, я сказал! Ноль реакции — Пивз продолжал свою забаву.       — Мистер Пивз! — окликнула Лили.       — Оу, малюточка Лили! — радостно завопил полтергейст, помахав ей рукой, перехватив портрет в другую, отчего Северус вновь прокатился по полотну.       — Ой, мистер Пивз, а поставьте портрет на пол!       — Вот еще! Зачем?       — Да Вам ведь так неудобно!       — Нормально!       — А… А что Вы собираетесь с ним делать?       — Пока покатаю по школе, а то профессор засиделся, хе-хе! А потом сброшу откуда-нибудь с башни! Лили похолодела от ужаса.       — А ты чего ночью бродишь?       — Я в Больничное крыло, голова раскалывается нестерпимо… Мистер Пивз, послушайте…       — Вот напасть! Эх. Помочь бы тебе чем…       — Ой, помогите, мистер Пивз! Помогите! Позвольте мне поговорить с портретом профессора Снейпа! — Лили умоляюще сложила руки.       — И что, тебе это поможет? — изумился Пивз.       — Да, непременно! Северус на портрете фыркнул, но всё же никак это не прокомментировал.       — Нуу… Если уж ты просишь… — полтергейст опустил картину на пол, прислонив к стене. С сожалением оглянулся на неё.       — Лааадно… Общайся, а я что ли пока украшу к вашему финальному завтраку Большой зал — захихикал Пивз и умчался.       — Сэр! Вы целы? — Лили с тревогой бросилась к портрету и пошатнулась — голова закружилась от резкого движения.       — Цел, — буркнул профессор Снейп, поднимаясь и отряхиваясь. — Что мне будет… Я лишь картина… Он поднял стул и поставил на место.       — Кстати, Пивз сюда непременно вернётся…       — О, нет, сэр, я не оставлю Вас тут! Я верну портрет в кабинет!       — Каким образом? Вам даже неизвестен пароль от кабинета и, в отличие от Пивза, Вам туда не проникнуть. К тому же, вы на ногах-то едва держитесь… Что случилось? Головная боль?       — Да, но я потерплю, — проговорила Лили, морщась, — Сэр, я так рада видеть Вас!       — Я бы сказал, что не рад, что Вы шатаетесь ночью по школе, но… не скажу этого. — он прошёлся по полотну и повернулся к ней, — Я тоже рад нашей встрече, Лили. Сердце Лили неистово забилось от счастья, она попыталась улыбнуться через боль. Как хорошо снова чувствовать эти волны тепла на своём лице…       — Как ваши защитные барьеры? Вы практиковались? — спросил Северус.       — Да, продолжала. Держатся. Мне уже не нужно усилий и контроля, чтобы их держать… Но я ведь так и не научилась их снимать…       — И не надо, Лили. Никого не пускайте в свои мысли!       — Да, хорошо, сэр… не буду. Точнее, я этого попросту не смогу…       — Вот и отлично!       — Давайте я всё же попробую отнести портрет…       — Вы еле живы, Лили. Вам его не донести. Жаль, я не могу исцелить вашу боль… Хотя, постойте-ка! Руны! Идите сюда, я не уверен, что получится, но попробовать можно! Лили подошла.       — Нет, еще ближе, вплотную! Прижмитесь лбом к полотну. Трепет охватил Лили, но она не осмелилась ослушаться и прижалась к картине. Северус пальцем начертил руну у неё на лбу. Лили почувствовала тёплое прикосновение. Она вздрогнула, но не отпрянула, и профессор Снейп дочертил руну до конца. Он убрал руку:       — Готово. Лили отступила от полотна, прислушиваясь к своим ощущениям. Прошло несколько мгновений, и — о чудо! — боль начала затихать.       — Мне легче, сэр! Прошло! — она потрясённо смотрела на профессора, — Спасибо огромное! Снейп улыбнулся уголком губ.       — Вот и хорошо. Теперь Вы сможете позвать кого-то из преподавателей. Впрочем, я думаю, Пивз будет занят ещё долго, а я хотел бы с Вами поговорить. На прощание. «На прощание». Сердце Лили упало. Они ведь видятся в последний раз. Да, если она всё-таки попадёт в прошлое, она увидит… Но совсем другого человека. Каким он окажется? Чем обернётся для неё путешествие? Тот Северус Снейп будет ей чужим. Здесь он — кажется ей родным и до боли знакомым. Она столько часов слушала этот голос. Она наизусть помнила его движения и походку… И теперь это всё в последний раз…       — Лили, я хочу поговорить о Вашем будущем.       — Да, сэр, конечно.       — Вы обдумали наш давний разговор? Вы определились, что Вы хотите в жизни?       — Да, сэр, обдумала…       — И?.. Только не вздумайте опять начать рассказывать об отце!       — Я обдумала… я хочу строить карьеру в Министерстве.       — Вот как! отлично. Сектор?       — Сектор времени, сэр. На губах Снейпа появилась чуть заметная, но довольная улыбка.       — Время… Интересно. Что же Вас привлекает?       — Многое… Там много неразгаданных загадок, сложных задач… Я прочитала несколько книг для подготовки, и это… завораживает… Северус покачал головой в знак согласия, продолжая чуть улыбаться, а потом быстро проговорил:       — В глаза! Лили машинально подняла взгляд, встретившись глазами с портретом, и тут же почувствовала лёгкий удар по своей защитной мысленной сфере. Профессор Снейп ухмыльнулся и с некоторой досадой проговорил:       — Работает! Держится! Ну, что ж, будем считать, что Вы мне сказали правду. Впрочем, это Ваше дело. Раз Вы способны защитить свои мысли — они Ваши и только Ваши. Даже если бы мне очень хотелось узнать, о чём Ваши сокровенные мечты на самом деле… Помимо, разумеется, благополучия папеньки.       — Я Вам и так это скажу, — выпалила Лили, — Я мечтаю больше всего о том, чтобы Вы были живы! Выпалила и пожалела. Профессор Снейп прикрыл на миг глаза. Потом заговорил, сначала тихо, но голос его постепенно нарастал:       — Кто, кто, скажите на милость, вбил вам в голову эту НЕМЫСЛИМУЮ ЧУШЬ?! Лили на полшага отступила.       — А, разумеется! Ваш отец! Он нарассказывал Вам сказок, в порыве раскаяния перед покойником, о том, должно быть, каким прекрасным я был?! Так?! Лили замотала головой:       — Нет, сэр, нет! Мне никто ничего не вбивал! Я умею делать выводы, я знаю, как вы поступали, я знаю Вас сейчас… И всё это вместе…       — Просто иллюзия! — перебил её Снейп, — Просто облако Вашей фантазии. Пшик!       — Нет, — прошептала Лили, чувствуя, как по лицу потекли слёзы, но она не могла их сдержать, — Нет, это не так! Поверьте мне, прошу Вас, это не так!       — Не так? В самом деле? — тихо переспросил профессор Снейп, но уже без ярости. — Лили, вы понятия не имеете, о чём говорите… Понятия не имеете… Не сводя с неё печального и внимательного взгляда, Северус протянул руку, прислонив её к полотну со своей стороны. Едва соображая, что делает, Лили прильнула щекой к раскрытой ладони, чувствуя её тепло. Они больше не встретятся, завтра она уедет… Сердце Лили билось, как сумасшедшее. Его лицо так близко. Боль вечного одиночества и какая-то немая мольба в чёрных глазах. Не сговариваясь они одновременно потянулись друг к другу. Взгляд утонул в бездне его очей… Лили на миг почувствовала себя той самой искрой из воспоминания падающей в их тёмную глубину. Но для того ли, чтобы погаснуть? Губы Лили обожгло сухим жаром, в глазах внезапно потемнело. Потеряв сознание, она рухнула на каменный пол.