—Это не я!

Антон подумал что это Алиса, но с чего бы ей появляться имено в этот момент? Может опять почудилось чего после бреда? В голове Антона летали разные мысли по этому поводу. «А счастлива ли Алиса?»-именно этот вопрос держался у Антона в голове, именно на него он хотел знать ответ, а когда размышлял об этом вечерами или на уроках, то был весьма рад тем, что всегда приходил к одному и тому же выводу: Алиса счастлива. «Разве радость сверхъестественное чувство? Разве она не должна быть нормальным состоянием человека? Чем выше человек по умственному и нравственному развитию, чем он свободнее, тем большее удовольствие доставляет ему жизнь. Сократ, Диоген и Марк Аврелий испытывали радость, а не печаль. И апостол говорит: постоянно радуйтеся. Радуйся же и будь счастлив.»-Таковы были мысли Антона прямо сейчас. Из непонятного транса белобрысого вывел небольшой подзатыльник, нанесенный Ромой. —Тох, я конечно всё понимаю, но может хватит в лес пялиться?-Немного грубо произнёс Рома, глядя Антону в глаза. —А? Да-да, извини, я чуть-чуть задумался..-Процедил Антон, смотря туда, где недавно была "Алиса", по крайней мере, по мнению парня. —О чём задумался то, мечтатель?-С ядовитой улыбкой, нависшей на физиономии Ромы, сказал вышеупомянутый. —Н-ну, разные мысли в голову полезли. Странные.-Промямлил Антон и ускорил шаг, не смотрев напарнику в лицо. —Антон, ты в норме? трясешься весь, как маленькая девчонка во время грозы!-Рома принялся догонять Петрова. —У-угу..-Антон немного замедлил шаг. Спустя довольно долгую паузу, длиной в несколько минут. Они уже гуляли по лесу, общались и шутили, как ни в чем не бывало. Антон даже забыл про Алису, которая пряталась где-то по заснеженным кустам. Но вдруг им на встречу пятился фигуристый силуэт. Наружность его была выразительная — высокий, худой, всегда худо выбрита голова, черноволосый. —дарова, на!-Послышалось вдруг от фигуры. Это, до боли, всем знакомая приставка в конце практически каждого предложения "на" сразу же раскрыла тайны незнакомца. Конечно же, это был Бяша. Это был необыкновенно веселый и сообщительный парень, добрый до простоты. Был он очень неглуп, хотя и действительно иногда простоват. Впрочем, под этою простотой таились и глубина, и достоинство. Лучшие из его товарищей понимали это, все любили его. —Привет, а что ты в лесу забыл?-Спросил Антон, как бы невзначай. —Да у матушки моей опять настроение херовое, на. Совсем с катушек слетела, ну и я ушёл. Проветриться, считай.-Потирая лоб, произнёс Бяша. —О как. И сколько на этот раз планируешь по лесу шататься?-Рома остановился и посмотрел на Бяшу той самой ядовитой улыбкой. —Надеюсь, что не особо долго! А то холодно пиздец.-Бяша махнул рукой в сторону Ромы. —А где жить собрался?-Спросил Антон с недоумевающим взглядом. —я же ночью приходить буду а утром уходить, на. Антон многозначительно промолчал, вновь погрузившись в свои мысли. Никакие неудачи его никогда не смущали и никакие дурные обстоятельства, казалось, не могли придавить его. Они пошли дальше. Бяша и Рома о чём-то бурно разговаривали Антон тем временем летал в облаках, как и обычно бывало, когда они гуляли вместе. —Тох, слыхал, что Катя Смирнова пропала? —Слышал.-Размышления Антона мигом разлетелись в морозном воздухе леса. —Не знаешь каких-нибудь подробностей, на?-Бяша уставился на Петрова. —Понятия не имею.-Нервно сглотнул Антон. Они замолчали. Главное дело было в том, что Петров, до самой последней минуты, никак не ожидал подобной развязки. Он куражился до последней черты, не предполагая даже возможности, что Бяша просто недоверчиво его осмотрит и замолкнет.. Подозревают, точно его подозревают. Время, на тот момент, близилось к позднему вечеру, пора возвращаться домой. Антон великодушно попрощался с друзьями и принялся быстрым шагом идти домой, оглядываясь назад, чтобы понять, не смотрят ли на него Рома и Бяша. Он пошел потупясь, торопясь, чтобы поскорей как-нибудь уйти у них из виду, чтобы пройти как-нибудь поскорей эти двадцать шагов до поворота направо в лес и остаться наконец одним, и там, идя, спеша, ни на кого не глядя, ничего не замечая, думать, вспоминать, соображать каждое сказанное слово, каждое обстоятельство. Никогда, никогда он не ощущал ничего подобного. Целый новый мир неведомо и смутно сошел в ее душу. Он припомнил вдруг, что Пятифанов сам хотел к нему завтра зайти, может, еще утром, может, после школы! Что-то зашуршало в кустах, Антон встал, как на расстрел и не мог пошевелиться — Только уж не сегодня, пожалуйста, не сегодня! — бормотал он с замиранием сердца, точно кого-то упрашивая, как ребенок в испуге. — Господи! Ко мне.. Он закрыл глаза, ожидая конца..