Хроники Империи. Мир.

"Начало и середина 15 века большинством исследователей описывается в крайне мрачных тонах с акцентом на постоянных волнениях, терроре Тайной стражи, разрастающейся бюрократии, и тотальном контроле государственного аппарата. Однако необходимо признать, что именно в это время были заложены основы последовавшего Золотого века, как уже сейчас именуется правление короля Эмиля-Августа...' Иеремия Фолль. Развитие государства и права Священной Империи. Вам, моя королева, я отдаю свой последний долг - так, как умею. Ивейн Лейденвер фон Рейвендорф. Мемуары. День выдался особенно жарким: тяжелый душный воздух предсказывал грозу. Ее Высочество, поджав ноги, сидела в кресле под самым окном, вчитываясь в желтые пергаментные страницы огромного фолианта. Однако от столь занимательного занятия ее отвлек стук копыт, - такой неожиданный и неуместный в этой полуденной тягучей тишине. Альберта не подняла головы, но к шуму добавились какие-то заполошные голоса во дворе. Она не успела отложить книгу, как дверь распахнулась, и в комнату ввалился запыленный гонец. Изможденный человек рухнул перед принцессой на колени, протягивая дрожащей рукой пакет с печатью канцлера. Рядом возникла фру Хортгаард, но принцесса опередила ее. - Вы свободны, - произнесла удивленная Альберта, принимая пакет и ломая печать. Гонца увели под руки. Девушка пробежала глазами витиеватые строчки и только тогда передала письмо камерстатсдаме. - Готовьте экипаж, - немедленно распорядилась фру Хортгаард. Альберту передернуло. Но выезжать действительно надо немедленно! Она отошла, не замечая, что дорогое 'Жизнеописание Святого Ансельма-воина' упало на пол, замяв страницы, и по привычке отвернулась к окну, чтобы никто не мог увидеть выражение ее лица. 'Король мертв... Да здравствует... Королева?..' Столица встретила ее молчанием, запертыми лавками и закрытыми ставнями. Город словно накрыло тяжелое покрывало. Запыхавшийся канцлер Отто фон Эренвер встретил их только на дворцовой площади. - Вы даже раньше, чем мы предполагали, - обратился он к фру Хортгаард. Альберта до боли стиснула пальцы. - Добрый день, канцлер, - отчетливо произнесла она. - Приветствую вас, Ваше Высочество, - Эренвер поклонился, но в его глазах ей почудилась усмешка. Кратко описывая произошедшие события и обсуждая, что следует предпринять, канцлер вольно или не вольно обращался преимущественно к камерстатсдаме. Альберта прислушивалась, не поднимая глаз, ощущая, как поднимается внутри знакомое холодное бешенство. Она для них всего лишь кукла, которую следует нарядить и поставить на нужное место! Что было бы, если бы кто-нибудь посмел так игнорировать принца Фредерика! - Быть может Ваше Высочество желает отдохнуть с дороги? На невинный вопрос канцлера принцесса ответила гораздо резче, чем следовало бы: - Благодарю, но разве у нас мало дел? - Более, чем достаточно! Но эту ночь Вам предстоит провести в бдении и молитвах. - Я справлюсь, - отрезала принцесса. Канцлер и камерстатсдама понимающе улыбнулись друг другу. Уже ночью, в часовне стоя на коленях на вышитой подушечке, Альберта смотрела на холодное мертвое лицо Короля. Как ни странно, не было даже страха. Возможно потому, что он никогда не был для нее полностью живым. Может по этому, оплакивать его не получалось. Король Август всегда был слишком далек от нее - и как король, и как отец. Альберта повторила молитву и перевела взгляд на красивое, - даже сейчас - застывшее, такое спокойное лицо брата... В жизни он спокойным никогда не был. Как будто чувствовал, как мало ему отпущено судьбой... 'Богом,' - поправила себя Альберта. Ведь эту ночь ей полагалось провести в молитвах об их душах. Но молиться тоже не получалось! Всплывали полустертые воспоминания: мальчик-подросток упоенно демонстрирует ей только что выученный фехтовальный прием... Они вместе поедают тайком стащенное пирожное, и мальчик жутким шепотом рассказывает ей на ухо страшную историю о привидении во дворце... Вооружившись добытыми ножницами, Фредерик срезает ее кучеряшки перед запланированным ими побегом в дальние загадочные восточные страны... Несмотря на разницу в возрасте, он всегда оставался ее единственным верным другом, пусть и далеким. Альберта едва не заплакала, но сумела справиться с собой. Фредерик!!! Генрих - Вильгельм - Фредерик - Август Аверно. Фредерик... Властный и неистовый, он должен был занять достойное место среди королей Аверно! Альберта повторила молитву. Тогда еще была жива мать... 'Когда Королева еще не была арестована', - снова поправила себя Альберта. Королева Вильгельмина была такой же надменной, как и ее муж. И кто бы мог подумать, что эта женщина решится на измену, которая едва не развела ее детей так далеко... Принцесса подошла к гробу брата, без трепета, лаская, погладила высокий лоб и светлые, вьющиеся волосы... Он мог сломать непокорившейся лошади шею, но никак не упустить поводья, - об этом надо подумать... Альберта немного дрожала, - сказывалась бессонная ночь. Она снова опустилась на скамейку, бессознательно перебирая четки. Они мертвы... ушли безвозвратно... Она снова одна, но теперь - она не просто человек... Она - Королева! Пока что только будущая... 'Господи, вразуми, я ведь не знаю здесь никого и ничего! Господи, не допусти...' - перед глазами проносились картины возможного развития событий, которые неизменно заканчивались одним - войной и заговором, либо заговором и войной. Чья же рука касалась упряжи принца Фредерика? 'Господи, помоги мне выжить, помоги выжить нам всем...' Альберта встала. Звонят к заутрене. Вот и ночь кончилась... Пред тем как уйти она пристально вгляделась в их лица. 'Я запомню вас...'