Вокруг болезни, яды, порча, на дне же лишь надежда, иль ожидания обман.

       Уильям уже привычно занимался в одиночестве музыкой. На сей раз он просто играл знакомые ему произведения, сегодня ему не до сочинения. Композиции были двух ладов: и мажор, и минор. Объединяло их лишь то, что темп был медленным, не было резких движений смычком. Тона плавно сменяли друг друга, вторя спокойному состоянию Уильяма, и он, прикрыв глаза, вслушивался в словно разливающуюся по воздуху музыку. Но резкий звук достиг его безмятежного разума.        — Пейдж? — раздался хриплый голос со стороны двери, и мелодичные звуки резко оборвались, Уильям резко посмотрел на нарушителя его спокойствия и увидел незнакомого мужчину. Он был весь бледен, тяжело опирался о дверь правой рукой. С первого взгляда Уилл понял, что человеку плохо.        — Господи боже, что с вами? — спросил его Уильям, убирая виолончель и смычок подальше. Конечно, нужно было сначала снять конский волос со смычка, но тут есть дела поважнее. Быстро подойдя к мужчине да так, что тот даже слегка растерялся, он внимательно вгляделся в него. Бледность, холодный пот, вероятно головокружение. Отравление? — Так ладно, обопритесь о меня, я отведу вас в медпункт.        — Не надо...        — Что? — не до конца понял его Уилл. Если человеку плохо, то стоит обратиться к специалисту.        — Я видел тебя тогда... когда ты оказывал первую помощь. Этого будет достаточно.        — Вы уверены? Я знаю лишь основы основ и...        — Просто сделай. — повысил мужчина голос на него, и Уильям сдался. Может он сможет помочь человеку достаточно, чтобы тот смог ясно мыслить.        — Ладно, все же обопритесь о меня, не у двери же вам оказывать первую помощь. — попытался пошутить Уильям, но больного это даже не колыхнуло. Забросив его правую руку через свое плечо, он взвалил на себя его тело. — Господи боже, да я так скоро надорвусь. — тем не менее он довел мужчину до стены и опустил его, чтобы тот смог сесть. Здешние стулья не подходят, свалится и получит травму головы. Отойдя от него, чтобы взять свой рюкзак с аптечкой, он вскоре вернулся. Распаковав аптечку, он спросил. — Что с вами?        — Левая рука...        — Рука? Но вроде бы отравление... — выразил свое недоумение Уильям, но вскоре заметил, что по мужским пальцам левой руки стекала кровь. — Так ладно, снимаем вашу кожанку. — сказал Уилл, хватая за края куртки. Мужчина слегка приподнялся и поднял правую руку, чтобы было легче снять ее. Осмотрев его левую руку, Уилл заметил рану. От пули. — Да что за черт. Ладно, придется левый рукав отрезать, снимать будет сложнее. — оповестил мужчину он, доставая специальные ножницы. Сделав надрез на ткани, он взял края и аккуратно потянул в разные стороны, обнажая крепкую мускулистую руку до плеч. — Ладно, это уже странно. — выразил он свое очень неприятное удивление. Кровеносные сосуды проступали через бледную кожу багровой сеткой, начиная прямо от раны. Отравленные пули? Разве такое вообще используют?        — Сделай все, что сможешь. На большее я не рассчитываю. — хрипло сказал не только больной, но и раненый человек.        — Ладно. Знаете, что это за яд?        — Аконит.        — Аконит, ладно. — и Уилл начал вспоминать. — Очень ядовитое растение, содержит алкалоиды, в первую очередь аконитин. Нейротоксин, понятно у вас, наверное, галлюцинации раз спутали меня с кем-то. Органическое соединение. Аконитин, точно! — озарение пришло ему в голову, и он полез в аптечку. — Жгут, марганцовка, вода, активированный уголь. Съешьте это. — приказал Уильям мужчине, подавая ему черную таблетку и воду. Тот послушно все выполнил. — Наложим жгут. Через каждый час нужно освобождать руку на одну минуту, иначе...        — Знаю.        — Хорошо. — кивнул Уилл, и наложил жгут выше багровых сосудов. Может замедлит распространение. Сделав это, он написал ручкой на бумажке, предусмотрительно вырванной из блокнота, время затягивания, посмотрев на настенные часы. Вот черт, видимо он пропустит обед.        Не сбавляя темпа, он взял бутылку с водой. На глаз измерив объем жидкости, осталось примерно двести миллилитров, Уилл взял маленькую баночку с перманганатом калия. Насыпав маленькую щепоточку, максимум один грамм, он закрыл крышкой бутылку и встряхнул несколько раз до такой степени, что вода окрасилась в оттенок фуксии. Раствор готов. Открыв снова бутылку, он взял вату и прижал к открытому венчику. Перевернув быстро конструкцию и продержав достаточно, чтобы вата пропиталась достаточно, Уилл поставил бутылку обратно. Надо будет потом вылить раствор и выкинуть бутылку. Взяв вату, он аккуратно начал обрабатывать рану, перед этим предупредив.        — Сейчас будет жечь.        — Потерплю. — сказал мужчина сквозь сжатые зубы.        — Хорошо. — утешающе улыбнулся Уилл, коснулся ватой раны. Рука вся напряглась, но мужчина не издал и звука. Лишь желваки проявились на красивом мужественном лице. — Ладно, осталось только наложить бинт, чтобы не занесло инфекцию.        — Спасибо. — поблагодарил мужчина его.        — Не за что. — улыбнулся Уилл шире. — Если научился оказывать первую помощь, то стоит его оказывать. — сказал он, приготовив бинт. — Ладно, я пойду смою кровь. — и показал свои руки. Уилл старался сделать все аккуратно, но несколько капель попало на его пальцы. Мужчина лишь кивнул, и Уилл вышел из класса, сразу же устремившись в туалет.        Когда он уже вернулся то в музыкальном классе уже никого не было. Внимательно осмотревшись, Уилл так и не смог найти мужчину.        — Мда, я даже имени не спросил. Ладно, надо забрать подарок на завтрашний день рождения. — сказал Уильям, взглянув на настенные часы. Учебный день закончился, машина на сегодня принадлежит ему, можно уже и выходить.

***

       Наступил вечер, и Уилл уже возвращался домой на машине. Подарок полностью готов, даже обертка нашлась именно та, которую рекомендовала сестра. Выйдя из машины, он держал в руках пакеты с продуктами и не только. Воздушные шары, конверт, прочие украшения – все что нужно, чтобы поздравить Эллисон и украсить ее шкафчик. Идея Лидии, и откуда она узнала про ее день рождения?        — Прада? — ощутил он горячий мех ногой и взглянул вниз. И правда, собачка крепко прижалась к его ноге да так, что он даже почувствовал сердцебиение. — Что тебя так обеспокоило? — вопрос прозвучал с умилением, и Уильям опустил пакеты на землю, а после поднял домашнее животное на руки. — Кто хорошая девочка, а?        Вот только дрожь не прекратилась.        — Хм, вроде тебе не холодно, может голодна?— задумчиво спросил ее. — Ладно, беги в дом, я дотащу пакеты и покормлю тебя, как раз купил твое любимое лакомство. — отпустил он пса на волю, и Прада быстренько побежала обратно. — Умница.        Вдруг из пакета выскользнула бутыль молока и покатилась по земле, остановившись лишь в пяти метрах.        — Закон подлости сработает, нет? Пойду поднимать молоко, из пакета выкатится сок, и так до тех пор, пока не переберу все содержимое. — посетовал он, но все же зашагал к бутылке. Когда он опускался к ней, то заметил в пролеске какой-то алый отблеск. Насторожившись, Уильям вгляделся в темноту, пытаясь найти то, что он увидел мельком.        Нехорошее чувство закралось в груди. Тревога, инстинктивная настороженность и... адреналин? Странно. Свалив все на насыщенный день, Уильям вернулся обратно с молоком в руках к пакетам. Кладя бутыль обратно в пакет, он почувствовал... взгляд?        — Все, хватит. Просто напряженный день. — и Уилл зашел в дом, упрямо игнорируя свои тревоги.        Лишь красные глаза следили за ним весь путь. Зверь чувствовал странность, уникальность и... опасность.