Мою первую любовь звали «Ненависть»

***

      Какие ассоциации у вас вызывает словосочетание «день рождения»? Могу со стопроцентной вероятностью сказать, что это ничто иное, как веселье, подарки, торт и свечи, которые надо задуть, после того, как загадаешь своё самое сокровенное желание. И обязательно задуть все свечи разом, иначе оно не исполнится.       А что делать, если вы совсем одни, в такой важный для вас день?       Виктория открывает свои голубые глаза, медленно потирая их маленькими кулачками. Голова по привычке поворачивается вправо, с ноющей в груди надеждой увидеть там сонного, кариеглазого брюнета. Чтобы увидеть там своего мужа.       В последний месяц Вик уже привыкла, что Дамиано ее муж и даже стала считать его таковым. И не просто привыкла к Давиду, а привязалась. Может так действуют гормоны во время беременности, а может она просто наивная дурочка, которая влюбилась в последнего мудака. А никак иначе его и не назовёшь. Конечно, можно подобрать синонимы: скотина, мразь, сволочь, эгоист. А кем Дамиано может являться после того, как поклялся девушке, глядя в ее кристально-чистые глаза, что сделает все ради неё. Сделает все, чтобы из тех самых голубых глаз никогда не упала ни одна слезинка. А по факту, ничего из обещанного так и не исполнилось, а стало ещё хуже.       Давид пропал за пять дней до дня рождения жены, да ещё и именно в тот момент, когда ей нужна была его поддержка. Когда ее состояние меняется быстрее, чем перемещается минутная стрелка на больших часах в гостиной этого дома. Когда с каждой секундой ей все хуже и хуже.       Где же та самая ответственность, о которой брюнет говорил? Легла на хрупкие плечи ещё совсем юной Виктории Де Анджелис-Давид. — Вик, — В комнату тихонько вошла Амелия, — С днём рождения! — Шатенка присела на кровать и вручила подруге большого плюшевого медведя, с красивым пакетиком меж мягких лап. Виктория берет его в руки и смотрит внутрь. Там лежало множество разных сладостей, что Альтери так старательно выпекала вчера. — Это так мило, спасибо, Амелия, — Виктория обняла подругу. — Но это ещё не все сюрпризы. Конечно, они уже не от меня, но тем не менее, ждут тебя в кухне. Спускайся. Заинтригованная блондинка встаёт с кровати, что, кстати, даже на четвёртом месяце, давалось ей тяжело. Что за великана она вынашивает?       Спускается вместе с подругой вниз по лестнице и две девушки входят в кухню.       Стол красиво украшен. На месте, где всегда сидела Виктория лежал букет из белых лилий в сиреневой декоративной бумаге.       Внутри торчала записка. Открывает ее и начинает читать красивый, размашистый почерк.

«Доброе утро, Виктория. И с семнадцатилетием тебя.

Сегодня ты узнаешь, почему я так долго пропадал. Будь готова к шести часам, и обязательно надень тот наряд, что уже подобранный ждёт тебя в твоей гардеробной комнате.

Твой Дамиано.»

— Ну, что там? — Заинтриговано спросила Амелия. — Это Дамиано, — Виктория берет в руки букет, вдыхает прекрасный аромат белоснежных цветов и прижимает к груди, — Сказал, что меня ждёт сюрприз сегодня вечером. — И всё-таки, он у тебя романтик. — Подруги смеются. — Лия, ты же будешь рядом? — Конечно, Вик. Если ты этого хочешь, то я буду. — Очень хочу. — Альтери обняла светловолосую. — Итак, что же за наряд в гардеробе? Я сгораю от нетерпения узнать, что тебе подготовил Дамиано.

***

      Часы в гостиной показывали пять часов вечера.       Виктория выходит из ванной, укутывая в белое полотенце свои пшеничные волосы. Заходит в гардероб и наконец смотрит на тот наряд, что для неё составил Дамиано.       Красное платье из бархата, с рукавами-фонариками и разрезом на левой ноге аккуратно висело на вешалке. Прямо под ним стояли лаковые, бордовые ботинки с желтой строчкой. Это было достаточно мило, со стороны Давида, предложить ей не каблуки, на которых беременная девушка устанет куда быстрее, а ботинки. К тому же, они очень подходили под это платье.       Вик надевает нижнее белье, что состояло только из белых трусиков с кружевными оборками. Бюстгальтеры Де Анджелис не особо любила, да и к тому же, под платье с оголенными плечами, это такое себе удовольствие.       Надевает платье и, не справляясь с молнией на спине, зовёт к себе подругу. Шатенка входит в комнату и замирает. — Виктория, какая ты красивая. — Восторженно выдаёт Амелия. Это платье, и в правду, словно было выкроено по каждому сантиметру хрупкого тела Виктории. Кто знает, может Дамиано и впрямь приобрёл его на заказ у какого-нибудь известного дизайнера, специально для дня рождения жены. — Поможешь застегнуть? — Альтери, маленькими, аккуратненькими пальчиками застегнула практически незаметную змейку на платье.       Де Анджелис укладывает свою пшеничную шевелюру в красивый хвост с начесом, оставляя передним, коротким прядям оказаться вне резинки для волос. Челка также красиво уложена.       Губы отдавали алым блеском, а любой, кто коснулся бы девичьих уст, смог бы ощутить сладкие нотки морозной вишни. Эта ягода давно стала своеобразным «символом» не только для самой Виктории, но и для Дамиано. Парень любил проводить параллели между красной, кисловатой ягодой и холодной блондинкой.       Васильковые глаза окутаны блестящими тенями в той же расцветке, что и платье. Виктория прекрасна. — Вик, не знаю, который раз за день я это скажу, но ты просто восхитительна! — Счастливая Амелия сидела на кровати и наблюдала за каждым действием подруги. — Спасибо, Лия, — Опускает свою изящную кисть на плечо девушки, — Ты почему ещё не готова?! Сейчас и тебе подберем костюм! Идём! — Де Анджелис затаскивает подругу в гардероб и начинает перебирать руками свою одежду. Да, Вик хотелось, чтобы Амелия была именно в каком-то из ее нарядов. Выбор останавливается на белом брючном костюме и каблуках с острым носиком такого же цвета. Достаёт из шкафа и протягивает подруге. — Вик, — Берет одежду в руки и смотрит в голубые глаза, — Ты прекрасная подруга, — Обнимает светловолосую и утыкается ей носом в плечо, — Как я давно о такой мечтала. — Амелия была где-то на года два старше, но Виктория никогда не ощущала, что девушка старше. Наоборот, наивная и детская душа Альтери всегда заставляла думать, что зеленоглазой ещё меньше, чем самой Вик. — Я тоже всегда мечтала о подруге. И наконец нашла ее, — Крепко обнимает в ответ, — А теперь мы делаем из тебя ещё большую красотку и идём ждать Дамиано! — Девушки рассмеялись и принялись за «преображение» Амелии.

***

      Две девушки под руку вышли в гостиную. Виктория замечает такие родные тёмные волосы, красивый чёрный костюм. Парень стоял к ней спиной, но как только стук каблуков стал более слышным его уху, развернулся. На каблуках была, конечно, Амелия, но звук все равно привлёк внимание Дамиано.       Вик осматривает мужа снизу вверх и останавливается на лице, по которому уже успела соскучиться. Давид направил свой всегда чёткий взгляд в пару синеватых глаз. Де Анджелис подходит к любимому и крепко его обнимает, укладывает голову на плечо, не проронив при этом ни единого слова. Брюнет крепко обнимает ее в ответ.       Камень спал с души Дамиано, который все же осознавал всю свою вину перед своей светловолосой пассией. Он провинился ужасно сильно, но надеялся, что сегодняшний сюрприз и его присутствие рядом поможет загладить эту вину. — Я скучала, — Поднимает глаза цвета древнего ледника и устремляет взор на его жгучих карие, — Почему тебя так долго не было? Ты был мне нужен. Очень нужен. Мне было плохо. Я каждый день чувствовала себя одиноко, мне не хватало твоих объятий, поцелуев и банального «Вик, я рядом» когда мне тяжело. — Кристально-чистая слеза так и норовилась скатиться по щеке, но Дамиано стирает ее большим пальцем ещё перед тем, как она преодолеет нижнее веко. — Умоляю тебя, прости. Теперь я буду рядом с вами, — Целует пшеничную макушку и снова прижимает к себе, — Ви, просто позволь мне преподнести тебе этот вечер, как свои извинения. — Де Анджелис-Давид поднимает голову и пару раз кивает. Дамиано берет обоих девушек под руку и садит в машину.       Чёрный автомобиль направляется в неизвестном для подруг направлении.

***

— Дамиано, куда мы приехали? — Блондинка смотрела на парня из-за переднего кресла. — Сюрприз. Прости, Виктория, но мне надо слегка испортить твой чудный макияж, — Давид выходит из машины, открывает заднюю дверь, помогает выйти сначала Амелии, а затем подаёт руку Де Анджелис. Девушка ступает на землю и Дамиано, с помощью повязки, также красного цвета, завязывает Вик глаза, — А теперь следуй только за мной. — Светловолосая послушно делает маленькие, аккуратные шаги, абсолютно доверяя своему путеводителю. Парень заводит Викторию в помещение, они проходят еще буквально пару шагов и брюнет развязывает повязку ловким движением руки. — С днём рождения, Виктория! — Перед ней стоял стол, за которым собралась вся семья: папа, Вероника, Якопо, Роза и Даниэль. Вик поворачивается к Дамиано лицом и смотрит прямо ему в глаза, расплываясь в широкой улыбке. Ничего не говорит, просто берет его лицо в свои руки и, привстав на носочки, чтобы сократить разницу в росте, целует его в губы. Кладёт руки на шею и прижимается своим лбом к его. — Спасибо тебе, Дами, — Давид в восторге от этой формы имени лишь тогда, когда слышит ее из уст своей милой блондинки, — Спасибо вам всем, я так рада всех видеть! — И мы вас троих тоже, семейство Давид. — Усмехнулся Якопо, указывая на живот Вик. За это он получил толчок в бок от Розы. — Виктория, дорогая, мы счастливы, что ты все же решилась оставить ребёнка. — Кудрявая женщина улыбнулась, а Де Анджелис попыталась скрыть его руками. Неприятные мурашки пробежались по спине и рукам. Дамиано отодвигает стул и усаживает в него любимую. Также проводит за стол и Амелию. — Виктория, на этом сюрпризы не заканчиваются! — Провозгласил Давид. — Дамиано, ты меня пугаешь. Что же может быть ещё? — Закрывай глаза. — Снова?! — Закрывай, — Виктория опустила веки и скрыла свои сапфировые глазки. Дамиано повошкался, — А теперь открывай! — Глаза распахнулись, а в руках брюнета был кремовый щенок породы мальтипу. — Какой милый! Спасибо, Дамиано! — Целует в щёчку. — Если бы не Ника, то я бы подарил колье, которое стало очередным в твоей коллекции.       Все смеются. Блондинка выпускает пса из рук и возвращается к застолью. Все активно беседуют, уплетают прекрасные, ароматные блюда, как ни странно, итальянской кухни.       Виктория и сама не особо отличилась и накручивала на вилку спагетти. Царила умиротворенная атмосфера. — Виктория, у меня тост, — Дамиано встал из-за стола, глядя четко в глаза с голубыми радужками, — Хочу выпить этот бокал вина, с нотками вишни, такое бывает, за тебя. Сейчас ты услышишь пожелания здоровья, счастья и прочих, уже давно привычных слов. Но я хочу пожелать тебе самого главного: любить и быть любимой. Для меня ты всегда будешь самой лучшей девушкой в мире и я безмерно благодарен судьбе за то, что позволила двум нашим жизненным путям выйти на один, совместный. За тебя, моя первая и последняя любовь. — Дамиано поднёс свой бокал к бокалу Виктории и они соприкоснулись, создавая приятный звон. Все соприкоснулись сосудами и сосуды, и каждый опустошил свой.

***

      Праздник продолжался, но Амелии было совсем невесело.       Глядя на счастливых Дамиано и Вик она понимала, что больше не может хранить страшную тайну. Сегодня же вечером она во всем сознается Де Анджелис.

***

      Дамиано вёл машину, хоть и выпил один бокал красного вина.       На коленях Вик мирно дремал щенок породы мальтипу. Виктория поглаживала золотистую шёрстку своей сбывшейся мечте. Амелия задержалась в ресторане, чтобы доделать какие-то дела, поэтому молодая пара ехала одна. Вик устало положила голову на спинку сиденья и закрыла глаза. — Милая, мы скоро приедем, немного осталось, — обратил он на это внимание и положил свою руку ей на колено. В ответ на это девушка улыбнулась и устремила взгляд на аристократический профиль Давида. — Я безумно рада, что ты наконец приехал. Я скучала, — последнюю фразу она проговорила шёпотом, словно это была тайна, дозволённая только для них. — Я тоже очень скучал, Виктория. По твоим поцелуям, объятьям, тёплым словам, эмоциям. Прости, что так получилось. — Ничего страшного, ты же делал это во благо мне, — машина припарковалась у дома на предназначенном для неё месте. Дамиано вышел из неё и открыл дверь своей возлюбленной, — Благодарю за этот прекрасный вечер, дорогой, — Блондинка вышла из машины, и, держа в руке пса, подарила Давиду волшебный поцелуй.       Такого у них ещё никогда не было, он был как всегда страстен, но вместе с тем в нём было столько любви, столько желания показать, как они нуждались друг в друге, как сильно им нужно чувствовать друг друга. Положив руки на талию девушки, Дамиано кусал её губы, чувствуя родной вкус вишни.       Заканчивая поцелуй, он легко чмокнул девушку и сразу отстранился, заглядывая ей в глаза. Их лица были буквально в миллиметре друг от друга. Виктория улыбнулась и засмеялась прямо в лицо возлюбленному. — И ещё раз спасибо, — прикусила губу, и, развернувшись, ушла в дом. Дамиано оставался какое-то время на улице, провожая жену взглядом.

***

      Виктория была уже в спальне. Она играла с щенком, думая над его именем. Вдруг дверь открылась и в комнату зашёл Дамиано. Де Анджелис выпустила собачку из рук, та выбежала через открытую дверь изучать место, в которое ее привезли.       Девушка подошла к своему мужу, и обводя его своим влюблённым взглядом, крепко прижалась к нему, обвивая руки вокруг торса. Давид легко коснулся её талии, а затем притянул к себе, обнимая, словно плюшевого мишку.       Тепло его ладоней, которые медленно спускались на ягодицы, вызывало у неё спокойствие и безопасность. Дамиано поднимает светлую макушку, вовлекая девушку в поцелуй. Виктория ответила, вкладывая в него легкую нотку страсти. Дамиано отстранился, горячо дыша ей в губы. Не сдержавшись, она снова целует его, углубляя поцелуй всё больше и чувствуя, как его рука сжимается уже на её бедре, а руки самой девушки скользят на оголённых частях его шеи, и он снова издаёт еле слышный полустон, от которого внизу живота блондинки завязывается тугой, ноющий узел. Дамиано поднимает её на руки, а та обхватывает ногами его бёдра и прижимается к паху.       Вик чувствует лёгкий неожиданный укус на своей шее, который в следующую секунду зализывается горячим языком, отчего она вздрагивает, покрываясь новой волной мурашек и еле сдерживает очередной стон. Пара решила отставить прелюдия.       Виктория расположилась поудобней на кровати, а Давид сел на колени перед ней. Их взгляды были наполнены жаждой друг друга. Внутри все распирало от нетерпеливости, хотелось сразу приступить к делу. Виктория расстегивала худощавыми пальцами пуговицы рубашки. Дамиано одним движением руки снял с возлюбленной платье и откинул его куда-то назад. Его теплые руки прошлись по худому, хрупкому телу девушки, которое само выгибалось от приятный касаний. Дамиано отрывается от ее шеи, отворачивается. Шумно выдыхает и возвращает зрительный контакт с обладательницей голубых радужек. Накидывает ей на плечи свою же рубашку. — Ты чего? — Дрогнул голос Вик. Неужели она сделала что-то не так? — Виктория, ты прекрасная. Ты красивая, сексуальная, превосходная, но я не могу сейчас, прости. Я боюсь сделать больно тебе или как-то навредить малышу, — Дамиано взял её ладонь в свою. Виктория опустила голову и поджала ноги, — Эй, Ви, — Указательным пальцем правой руки он поднял подбородок белокурой и заглянул ей в глаза. Под холодным лунным светом голубые радужки выглядели куда более обворожительно, — Все хорошо? — Дами, — Приоткрытые пухлые губки немного дрожали, — Я тебя люблю. — Улыбается, а кристально чистая слеза преодолела нижнее веко и скатилась по румяной щечке. — Не плачь, Ви, — Стирает каплю большим пальцем, целует в лоб, носик, каждую щечку и губы. Прижимается своим любом к ее и улыбается, а руками нежно поглаживает поясницу. Виктории очень шла его одежда, особенно рубашки. Опускает взгляд вниз и оглядывает округлый животик. Дамиано прикладывает свою тёплую ладонь к низу живота девушки и улыбается. — Что смешного, Дами? — Улыбается вместе с ним. — Малыш ещё не родился, но я уже люблю его. Спасибо тебе за то, что решилась его оставить. Я люблю тебя вдвойне за это, Ви. — Оставляет дорожку из поцелуев от самых губ до живота. Блондинка улыбается и заливается смехом, откидывая голову назад. — Щекотно, Дами, — Она поднимает голову и пара вновь встречается взглядами, — Я тоже тебя люблю, Дами, — Крепко обнимает парня и оба падают на постель, — Знаешь, спать совсем не хочется. Может мы посмотрим какой-нибудь фильм? Чур ты сходишь за вкусностями вниз! — Привстав на локти, сказала девушка, а после широко улыбнулась. — Как скажете, принцесса Виктория. — Девушка ещё громче смеется.       Дамиано уходит в гардероб, переодевается в удобную домашнюю одежду, которая состояла из хлопковых шорт и такой же футболки. Виктория хоть и любит вещи брюнета и то, как они сидят на ее худощавом теле, но сменить их всё-таки решилась. Теперь на ней штаны в бело-красную клетку и обтягивающая майка.

***

      Пока Давид возился на кухне со сладостями и чаем, Виктория решила разобрать огромную коробку. В ней лежало все необходимое для щенка.       Сперва Вик вынула оттуда две пары железных мисочек. Одну следует установить в спальне, а вторую на кухне, чтобы песику было комфортно везде. Далее следовала огромная упаковка пелёнок, к которым, кстати, щенка ещё необходимо приучить. Огромный набор игрушек, поводок, корм и лежанка. Широкая темно-серая лежанка, на которой был узор в виде небольших перчиков чили. — Тебе же ещё кличку надо придумать, — Виктория взяла в руки щенка и принялась целовать и обнимать. Взгляд падает на лежанку, — Будешь у меня Чили! — Смеётся. В комнату кто-то вошёл. Де Анджелис поворачивает голову и замечает Амелию, которая тихо вошла в спальню, — Лия, привет! Уже все дела решила? — Продолжив игру с Чили, спросила девушка. — Вик, мне надо тебе кое-что рассказать…