Мою первую любовь звали «Ненависть»

***

— Дамиано, я уже созвонилась с кондитером, который готов принять наш заказ на торт, — блондинка вошла в кабинет парня. Тот не отрывался от ноутбука, что-то печатая. Вик никогда не вникала в то, чем он занимается. Ей было главное знать, что это не криминал, как у их отцов. А по словам Дамиано, он работает легально. И Виктория верит, абсолютно во всем доверяет Давиду. — Ты моя умница, — девушка прильнула своей щекой к его, обвивая шею руками сзади. Кареглазый положил свою ладонь поверх ее, нежно поглаживая большим пальцем ее внутреннюю сторону. Дамиано выдыхает и облокачивается на спинку рабочего кресла. — Все в порядке? — беспокоилась за любимого, — У тебя душно, Дами, — подошла к двери на балкон и открыла ее. В комнату сразу же проник легкий ветерок, шум листвы деревьев во дворе и аромат свежести. Выходит на балкон и Дамиано выходит за ней следом. Пара садится в плетёные кресла и смотрят на звездное небо. Каждая светящаяся точка была хорошо видна и складывалась в созвездия. Парень достал сигарету и подпалил кончик. Сделал затяжку, а после выдохнул дым в воздух, — Фу, Дами, — шутя, выдала блондинка, хотя пассивное курение гораздо опаснее чем никотиновая палочка. — Боишься перед визитом к врачу? — Боюсь лишь за здоровье ребёнка. Мне важно, чтобы те таблетки помогли, чтобы я не сделала ему больно своими паническими атаками, нервами и переживаниями, — Вик уставила взгляд в одну точку, а каждое слово произносила все тише. — Ви, у нас с тобой родится здоровый малыш, мы будем для него самыми лучшими родителями. Веришь мне? — О, Дами, я могу бесконечно говорить о том, что доверяю тебе больше, чем себе, — взглянула в янтарные глаза, которые светились, то ли от лунного света, то ли от улыбки самой Вик, — Пойдём спать, я так устала. — Конечно, моя любовь. Первым же делом в кровать, — брюнет подхватил любимую на руки и отнёс ее в их спальню. Голубоглазая громко смеялась, когда парень стал нежно целовать ее в шею, спускаясь ниже. — Хватит, Дамиано! — но новая волна смеха лишь заполонила пространство комнаты, — Дами, он шевелится снова, — приложила руку к животу, а парень положил свою рядом. — Как это приятно. — Это спорный момент, но я счастлива, — Де Анджелис сбросила атласный халат до конца и легла удобнее в постель. Давид скинул с себя одежду и, оставаясь в одних лишь боксерах, лёг рядом. — Buonanotte, bella, — погладил ладонью ее щеку. — Buonanotte, tesoro, — чмокнула в губы и, уткнувшись носом в шею парню, прижалась как можно ближе и крепче, постепенно проваливаясь в глубокий сон под аккомпанемент четкого сердечного ритма Дамиано.

***

      Июльское солнце грело своими лучами бледное личико сквозь белоснежную штору. Девушка улыбается и приподнимается на локти, осматривает комнату и поворчаивает голову вправо, в надежде увидеть там любимый итальянский профиль, но там лишь смятое постельное белье.       Ручка тянется к мобильному, что лежал на прикроватной тумбочке и тут же набирает контакт из папки «recenti». — Дамиано, ты где? — обеспокоенно спросила Вик. — Ви, отец забрал меня с ним в рабочую командировку на неделю в Россию. — Боже, Дами, зачем вам туда?! В Италии что ли мало приключений?! — Вик, ловить очередного предателя для моего отца. Взял в долг деньги и уехал, под предлогом свадьбы, а сам просто сбежал, потому что нечего возвращать. Я буду беречь себя, обещаю. Звонить каждый раз, как выпадет возможность. — Хорошо, Дамиано, мне действительно важно знать, что с тобой все в порядке, чтобы не накручивать себя лишний раз, — блондинка тяжело вздохнула, — А в какой вы город едите? — но девушка даже не успела договорить вопрос, как услышала гудки, означавшие, что абонент завершил вызов.       Виктория встала с кровати и сразу же ушла в ванную. Сегодня приём у врача, на который она должна была идти вместе с Дамиано. Когда отец наконец-то оставит его в покое и позволит им жить счастливо.       В горло даже кусок не лез от ужасной новости об отъезде Дамиано. Да и куда он поехал? В страну, где люди пьют водку, сидя в шапках-ушанках, и не пьянеют? Где вечная зима и медведи играют на балалайках? В страну, где самые красивые девушки, которые могут ему понравиться?! Или это все стереотипы? Да, конечно, стереотипы, и русские люди не такие уж и суровые, верно? Верно.       Де Анджелис надела белый топ, коричневые спортивные штаны и такого же цвета кофту на молнии. На правом плече небольшая сумочка, где лежит дополнительная батарея, на случай, если телефон разрядится, бальзам для губ, резинки для волос. Девушка обувает белые кроссовки и выходит из дома. Тёплые ветер ласково трогает ее личико, она улыбается лучам солнца. — Синьора, Вам куда? — водитель по имени Федерико уже был готов сесть за руль. — Никуда. Можешь сегодня быть свободен, я сама, — улыбнулась парню и, подключив к телефону беспроводные наушники, направилась в сторону ближайшей автобусной обстановки. Интересно, какого-то это, когда ты передвигаешься по городу не с личным водителем, а на общественном транспорте? Как все?       Для Виктории, что с самого рождения купалась в деньгах и ни о чем не заботилась, поездка на автобусе — что-то новое и неизведанное. Как и делительные пешие прогулки от конечной остановки до здания клиники, в которой назначено обследование. Но вот здесь Де Анджелис решила не поддаваться своей мысли «какого это, как все?» и «отдала» своё здоровье «в руки» платной медицине.       Заходит и сразу же оказывается у стойки регистратуры. За ней, как обычно, стояла молодая медсестра и о чём-то беседовала с более старшей женщиной, но все такой же медицинской сестрой. — Здравствуйте, у меня назначен осмотр у гинеколога на 11:00, куда мне пройти? — Виктория Де Анджелис-Давид, верно? — жгучие карие глаза сначала посмотрели на блондинку, а затем уставили в монитор ноутбука. Виктория кивнула на вопрос, — Вам в 118 кабинет, это второй этаж, вторая дверь справа. — Grazie mille! — сквозь широкую улыбку выдала Вик. От пешей прогулки и первой в жизни поездки на автобусе у девушки поднялось настроение. — Buona fortuna, signorina! — мило крикнула девушка в белом халате в ответ. День шёл более чем отлично.       Поднявшись по ухоженной лестнице на второй этаж здания, и войдя в коридор, глазами Виктория отсчитала вторую дверь и с лёгким стуком вошла в нее. — Здравствуйте, я записана к Вам на приём. Меня зовут Виктория Де Анджелис-Давид, — приоткрыв двери, сказала Вик. — Проходите, ложитесь на кушетку, — блондинка поступила так, как сказала врач, перед этим оставив кофту и сумочку на вешалке при входе, — Плановое УЗИ, верно? — Да, да, — Виктория начала пристально наблюдать за тем, как женщина подготавливала все для процедуры. Первое в ее жизни УЗИ было не таким положительным, как бы Де Анджелис хотелось, поэтому перед вторым ее также брал легкий мандраж. — Не волнуйтесь, — врач улыбнулась и приступила к работе, постоянно комментируя все, что видела, — Все органы развиваются отлично, сердечный ритм в порядке, как и полагается плоду на двадцать шестой неделе. Вы бы хотели узнать пол малыша? — Вик задумалась. Это должно было быть событием, но Даниэль все испортил своей командировкой в Россию, захватив за компанию Дамиано. — Да, конечно. — Это девочка, поздравляю Вас, — врач мило улыбнулась. Виктория была счастлива, ее мечта о маленькой Марлене Доминике сбылась, но одновременно с этим она боялась одного — реакции всех остальных членов семьи.       Врач закончила осмотр и отдала голубоглазой заключение, которое по пути на выход Вик необходимо занести обратно в регистратуру, а после этого оно мирно уляжется в медицинскую карту пациента.       Виктория так и поступила, встречаясь с миловидными итальянками в регистратуре второй раз за день. — Синьорина, у Вас все хорошо? — У меня будет дочь, я счастлива, — не очень-то и счастливо это было сказано, но медсестра поверила. — Это прекрасно, уверена, она будет похожа на Вас, — укладывая документ в карту Вик, сказала девушка, — Arrivederci, signorina! — Arrivederci, dolce ragazza! — блондинка улыбнулась и направилась к выходу.       Сейчас было совсем не до пеших прогулок и поездок на автобусах. Виктория вызывает такси и через десять минут садится на переднее сиденье автомобиля. — Довезите до въезда в Париоли, а далее я дойду сама, — Де Анджелис протянула таксисту двести евро и уставилась в лобовое стекло, попутно сжимая в кармане ключи. На всякий случай. А случаи бывают разные, верно? — Как скажете, — взял деньги и замолк, но не надолго, — Разве для жителей Париоли нужно такси, а не личный водитель? — попытался пошутить мужчина, но Вик было совсем не до смеха. Когда автомобилист понял, что шутка вышла неудачной, сразу же перевёл тему, — Не обижайтесь, синьорина, это просто юмор. — Кажется, Вы водитель такси, а не клоун, — как там говорят «за словом в карман не лезет»? Это про нашу блондинку. — Гордая Вы однако, парни таких не любят, — смотрел то прямо, то останавливался на руках и ногах Де Анджелис. — Я замужем и жду ребёнка. Видимо любят, — Виктория насторожилась. Странный, однако, водитель. — Значит ты особенная, — «Ты»?! — Мы не переходили на «ты», — Виктория видела в боковом стекле уже знакомый поворот, вот-вот и она выйдет из машины. Мужчина кладёт свою мерзкую ладонь на крохотное бедро и сжимает, что есть силы, одной рукой закрывая двери машины. Они остановились прямо на повороте, Виктории всего лишь нужно было открыть дверь и выбежать. — Откройте дверь! — водитель лишь придвигается к ней ближе, заставляя девушку прижаться к двери. Виктория начинает дёргать ручку, в надежде, что та откроется. Ничего не выходит. Паника начинает расти. — Ну ты же знаешь как это приятно. А если ты в положении, то ничего страшного, выход всегда есть, — улыбается он и начинает расстегивать ширинку джинс. Виктория быстро вспоминает про баллончик, который лежит где-то в сумке. Отец подарил его Вик ещё на четырнадцать лет, чтобы она могла защитить себя хоть чуть-чуть, когда отца рядом нет. Де Анджелис резко достаёт баллончик брызгает в глаза обидчику. Тот начинает шипеть от боли и кричать грязные слова в сторону девушки. Блондинка прижимает его к креслу и нажимает кнопку открытия дверей. Пару секунд и она уже выбегает из машины.       Де Анджелис быстрым шагом идёт к дому, глаза застилают слёзы, а в горле стоит неприятный ком. Истерика уже совсем близко, но светловолосая заходит в дом, бросает вещи и залетает на кухню, игнорируя не то, чтобы вопросы Бенедетты по типу «синьора, что случилось?» и «вам нужна помощь?», игнорировала радостный лай Чили, которая хотела поиграть с хозяйкой. Виктория выпивает таблетки, чтобы предотвратить паническую атаку и убегает в их с парнем спальню.       Скидывает с себя всю одежду, оставаясь в шелковом нижнем белье. Падает на кровать спиной и громко выдыхает. Как рассказать всем о ребёнке? А о домогательствах? А может лучше скрыть? Долго, конечно, не получится, но это самый лучший вариант.

***

      Ежедневные, нерегулярные звонки из России от любимого. Когда получалось, тогда и звонил. К тому же, разница между часовыми поясами. Но Дамиано даже присылал ей забавные фото на фоне разных достопримечательностей: старый Арбат, Большой Театр, и, собственно, фото из его номера в отеле в Moscow-city. Виктории нравилось, что Давид пытается поднимать ей настроение даже таким детским и глупым способом, но, признаться, помогало. А вот сама Вик на вопрос «как малыш?» чуть не проговорила свой секрет. Дамиано узнаёт в любом случае, но не сейчас. Лично, а не по Facetime.

***

      Медовые локоны кажутся куда более насыщенными под солнечными лучами. Виктория сидит на качели на заднем дворе дома и читает книгу, изредка отталкиваясь ногами от травы. Рядом, укутавшись в мягкий плед, спала Чили, иногда вздыхая громче обычного.       Сегодняшний день должен был быть лучше, чем предыдущие шесть. Сегодня должен был вернуться Дамиано, и эта новость несомненно радовала ее. Но одновременно с этим душу Виктории терзал факт, что она хочет скрыть ото всех пол своего ребёнка. Скрыть лишь потому, что отцы хотят наследника. Зачем Даниэлю второй внук? Разве так важно, кто родиться? Даже важнее здоровья? — Сюрприз! — было сказано неожиданно, но до безумия родным голосом, а после Вик почувствовала тёплые руки на своих плечах. — Cazzo, Дамиано! — резко повернулась к мужу, — Так ведь и малышка раньше времени родится! — Да ладно тебе, Ви, — обходит качель и садится рядом, обнимая за плечо, — Стоп, ты сказала «малышка»? У нас будет дочь? — Прости, Дамиано, прости, — Виктория уткнулась ему в грудь и начала плакать, — Мне жаль, правда, — сквозь всхлипы говорила девушка. — Так, Виктория Де Анджелис-Давид, а ну посмотри на меня, — приказал брюнет. Вик подняла свои васильковые глазки и уставилась на парня, тыльной стороной ладони вытирая слёзы, — Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты забила на всех? — молчала, — Виктория, отвечай. — Много, много раз, — не отрывая взгляда от излюбленного лица, сказала Де Анджелис, при этом сжимая в кулачке ткань чёрного пиджака Давида. — И сейчас я скажу это ещё раз. В сотый, тысячный, миллионный и буду говорить всегда: забей хуй на них! Вик, это наша малышка, и только наша. И только мы будем решать как ее назвать, как ее воспитывать. Только мы, слышишь меня? — Виктория кивает, а после прижимается к любимому сильнее, чем когда-либо раньше. Дамиано зарывается носом в нежную, соломенную шевелюру с персиковым ароматом. Целует макушку, — Обещаешь мне, что больше не будешь думать об отцах, а будешь думать о себе и о малышке? — Обещаю, — послышалось где-то в районе груди, — Только ты, малышка и я, — улыбнулась, глядя в янтарные глаза. Чили проснулась и забралась на колени к хозяевам, — И Чили! — рассмеялась Виктория. — Раз с этим мы разобрались, я привёз тебе «победные трофеи» из России, — Де Анджелис снова улыбнулась, а Давид взял большой пакет. На нем был изображён Собор Василия Блаженного, что стоит на Красной Площади. — Дамиано, ты решил скупить продукцию из всех сувенирных магазинов Москвы?! — Посмеялась девушка, а после приняла пакет и начала доставать все, что ранее видела лишь на стереотипных картинках о русских. Шапка-ушанка, бутылка русской водки, матрешка и кокошник. Красивый, голубой кокошник, украшенный бусинами, бисером и жемчугом, а завязками служили белые атласные ленты, — Вау, Дамиано, я в восторге! Он красивый, очень даже! — Подходит к твоим замечательным глазам, — взял пальцами за подбородок и уставился прямо в бездонные глаза. Вик отложила подарки и, взяв точёное лицо парня в свои руки, притянула его ближе для поцелуя. Как только их губы соприкоснулись, Дамиано бесцеремонно проник своим языком в рот девушки, изучая его, словно в первый раз. Облизывает ее губы, слегка прикусывает. Блондинка не сдаётся и начинает атаковать язык парня. Они образовали некую войну, прочувствовать которую могли только вдвоём. Когда же воздух в лёгких обоих завершился, им пришлось отстраниться друг от друга. Оба громко дышали, чуть ли не задыхались, но были счастливы. — Дамиано… Мне нужно кое-что рассказать, — улыбка спала с лица Вик. — Ещё что-то про малышку? — парень прижал её сильнее и чмокнул в макушку. — Не совсем. В общем, когда ты уехал, у меня был прием у врача. Я поехала на него сама и назад добиралась на такси. А там… — Де Анджелис всхлипнула и покрылась мурашками от страшных воспоминаний. — Виктория, с тобой что-то сделали? — обеспокоенно спросил Дамиано. — Почти, но я успела убежать, — она вытерла слёзу с щеки, — У меня были средства защиты с собой. Это я виновата, Дамиано, если бы не отпустила Федерико, то этого бы не было! — Ты ни в чем не виновата, Ви, слышишь? Ни в чем! Милая, почему ты сразу не сказала? — Давид посадил любимую на колени. — Не знаю… Я побоялась… — она сжимала край футболки, которая принадлежала Дамиано. — Ви, никогда ничего не бойся мне говорить. Особенно, если это связано с твоей жизнью и здоровьем, поняла меня? — девушка кивнула и обняла Давида за шею. — Дами, а давай не будем рассказывать нашим семьям, кто у нас будет? Может они вообще забыли про нас с появлением Амелии и это только сыграет нам на руку? — положив голову на плечо парню, спросила Вик. — Входишь в азарт, малышка Вик. — Есть у кого поучиться, — Де Анджелис улыбнулась, поцеловала парня в острую скулу и вновь уложила голову на его плече.