Мою первую любовь звали «Ненависть»

***

      Виктория не спала уже около сорока минут из-за сильной боли в животе. Думая, что это просто токсикоз, она не будила мужа и тихо лежала, обхватив низ живота рукой. В полнейшей тишине; где-то в коридоре посапывала Чили.       Но малышка Марлена начала крутиться и вскоре заплакала. Время было около восьми утра, вероятнее всего, дочь хотела есть. Баночки уже с готовой смесью стояли на кухне, их нужно было только подогреть. Поняв, что из-за жуткой боли встать она все-таки не сможет, Де Анджелис нарушила крепкий сон Давида. — Дамиано, пожалуйста, покорми Марлену, — тихо проговорила она.       Парень тяжело вздыхает, но, как заботливый отец, и муж, помогающий своей жене, идёт на кухню и вскоре кормит дочь.       Детский плач прекращается, а Вик с облегчением выдыхает. Однако боль не прекращалась. Внизу живота сильно тянуло, отдавало в поясницу. Казалось, что она лежит на чем-то мокром, но сил посмотреть на чем — не было.       Дамиано возвращается и подходит к жене, которая чуть ли не скулит от боли. — Милая, что случилось? — садится рядом и гладит по голове. — Живот очень сильно болит. И поясница. Я не могу понять, что это может быть, — сквозь боль, хрипло промолвила блондинка. — А где болит? — Внизу. Матка скорее всего, — зажмурила глаза. — Блять, ты же беременна… — А до тебя только дошло? — подняла веки и грустно посмотрела на него, — Убери одеяло с меня, пожалуйста. Дамиано стягивает одеяло с тела Вик и видит, что лежит-то она в луже крови. — Вики, твою мать… во время беременности же нет месячных, верно? — Нет, конечно. Что ты там увидел? — Виктория поднялась на локти и увидела большое кровавое пятно. Голубые глаза наполняются страхом. — Нет, только не это… — снова смотрит грустными, голубыми глазами на мужа. Только теперь в них читались и боль, и страх, и нарастающая паника, от которых радужка становилась темнее на пару тонов, — Вызывай врача, у меня выкидыш…

***

— Где девушка? — пара врачей стояла на пороге, разуваясь. — В спальне, пройдемте, — Давид стоял с дочерью на руках. Малышка, с непонятным то-ли удивлением, то-ли недовольством, бегала голубыми глазками по вошедшим в дом людям, — с утра она не могла встать, тянуло внизу живота и пояснице. Я поднял одеяло, а лежит она вся в крови, — брюнет провёл двух врачей в спальню, где лежала жена. Еще до приезда скорой Дамиано помог Вик принять душ, переодеться и сменил постельное белье. — Как Вас зовут и сколько Вам лет, юная леди, — Дамиано сел на постель рядом с Де Анджелис. Как только малышка Марлена заприметила маму, тут же, сползла с рук и поползла к блондинке. — Виктория Де Анджелис-Давид. Семнадцать. Двадцать восьмого апреля будет восемнадцать, — девочка схватила маму за руку и легла рядом с ней, теряясь в огромных одеялах и подушках. Пальчиками трогала пшеничные волосы, иногда потягивая сильнее обычного, — Марлена, котик, больно же, — убирает дочь из-под бока и, чуть-чуть приподнявшись сквозь сильную боль, взяла ее на руки. — Беременность была вторая, как я понял. — Да, срок был три недели. — Сильные переживания, нервозность, стресс были? — У меня паническое расстройство, вчера вечером была нервной из-за приезда отца, пока в душе была, вообще горела желанием убиться, была паническая атака. — Даже не могу представить, как Вы с паническим расстройством выносили и родили первого малыша, — мужчина посмотрел на Марлену, — Скорее всего расстройство и спровоцировало отторжение плода. Есть ещё много факторов, которые могли также быть причиной. Вам необходимо лечь в клинику для обследования, — Виктория вопросительно смотрит на мужа. Дамиано кивает. — Сейчас я подготовлю ее вещи, — Давид достал из шкафа большую чёрную сумку из кожи и принялся складывать необходимую для жены одежду, — мы можем поехать с вами? — взглянул парень на медбратьев. — Вам не составит труда с маленьким ребёнком? — Нет, — ушел в ванную, чтобы сложить принадлежности для личной гигиены, — если что, я могу оставить дочь у бабушки, — собрал сумку до конца.

***

      Машина скорой помощи летит по улицам Копенгагена, а чёрный Мерседес следует прямо за ней. Если бы у Дамиано на машине была мигалка, то кто-то бы мог подумать, что везут какую-то высокопоставленную личность. Но нет.       Виктория в скорой, а Дамиано, уложив Марлену в люльку, в машине сзади. Девочка что-то кряхтела себе под нос, а отец иногда оборачивался и наблюдал, что делает дочь. В основном — на светофорах, коих было маловато.       Оба автомобиля останавливаются на парковке у приёмного отделения больницы. Девушку на каталках увозят в отделение, а парень, с дочкой на руках и сумкой рядом, сидит в коридоре. Марлена почти уснула.

***

— Вы муж Виктории Де Анджелис-Давид? — мужчина в белом халате подошёл к парню. — Да. — Итак, это был выкидыш, вы правильно поняли. Причиной, помимо случившейся накануне вечером панической атаки, стала несовместимость матери и ребёнка по резус-фактору. У Виктории вторая положительная, а у ребёнка была отрицательная. Организм принял плод за инородный объект, что привело к патологическому прерыванию беременности. Мне жаль, но она бы в любом случае не сохранила беременность. — Мы планировали аборт. Нам девятнадцать и почти восемнадцать лет. Второй ребёнок это слишком, — как-то устало проговорил парень. — Она в 506 палате. Можете зайти к ней, но, прошу, ненадолго, — врач было хотел уйти, но Дамиано остановил его. — Когда Викторию выпишут? — Будем смотреть по ее состоянию. Но планируем через три дня, — мужчина ушел.       Давид, со спящей дочерью на руках и сумкой на плече, заходит в лифт. Врачи внутри осматривают парня как-то не очень приветливо. Но брюнету глубоко все равно. Марлена чуть-чуть ворочается, и он сильнее прижимает одетую в сотню костюмчиков девочку к своей груди.       Лифт останавливается на третьем этаже и Дамиано выходит из него, взглядом выиская номер палаты, в которой сейчас Вики. Находит нужную цифру и заходит во внутрь. Виктория не спала; сидела на постели и писала кому-то сообщение. Как только Де Анджелис заприметила знакомые чёрные макушки в дверях, то сразу же протягивает руки, требуя заполучения маленькой девочки. — Ты как? — садится на стул около кровати и смотрит на жену. — Нормально. Дай мне ее. — Во-первых, она спит, а во-вторых, я переживаю за твоё здоровье. Тяжелое носить лучше не стоит пока. А Марли уже тот ещё кабанчик, — но малышка стала ворочаться. Как только голубые глаза распахнулись и не увидели маму, Давид младшая начала подготавливаться к очередной истерике. — Вот видишь, она хочет к маме, — Виктория всё-таки получает дочь. Девочка почувствовала родной запах и сразу же прижалась к маме с той силой, какой это возможно. Умостила голову в ямке ключицы, а маленькими пальчиками вцепилась в белёсую кожу. Де Анджелис поцеловала кудрявую макушку и опустила руку на спинку дочери, придерживая. Марлена только недавно научилась самостоятельно держать голову, а спинные мышцы ещё совсем не окрепли, отчего позвоночник надо постоянно поддерживать. — Вик, они тебе сказали, что вообще с тобой произошло? — блондинка отрицательно помотала головой, — У тебя и малыша была несовместимость по резус-фактору, даже если бы мы хотели, мы бы не смогли сохранить ребёнка. — Это огромный стресс для организма, но, может быть, это как-то и к лучшему, — уложила уснувшую дочь в одеяла и аккуратно сняла с нее курточку, чтобы Марлена не вспарилась, — главное, наверное, чтобы я в будущем смогла иметь детей. Если мы захотим второго, — Виктория как-то усмехнулась. — Это правда. А ты зря смеёшься. Вдруг мы действительно захотим второго ребёнка, — Де Анджелис перевела взгляд на парня. Они смотрели друг на друга около минуты, затем Вик кинула взор на Марлену, и вновь уставилась на мужа. Оба усмехнулись. — Ты правда в это веришь? Я со своими паничками сплю тяжело, а ты про выносить и родить здорового ребёнка говоришь, — Вики легла рядом с дочерью и поглаживала пальцами ее животик, — моя куколка… — целует в макушку, а малышка улыбается, прямо во сне. — Ви, ты же не против если я оставлю Марлену у Ингрид на несколько дней? Тебя выпишут, и мы проведём несколько деньков вдвоём, — взял её ладонь в свою и начал поглаживать большим пальцем, — Тебе будет нужен покой после больницы, поэтому, думаю, это хорошая идея. — Может быть, но я буду скучать по этой крохе, — перевела взгляд на мужа. — Я тоже, но, во-первых, мы сможем навещать её. А во-вторых, дома есть Чили, которая всегда ждёт нас. Уделишь время ей. — Ты прав. Я и действительно давно не проводила время с ней, — Виктория мило улыбнулась, вспомнив приятную золотистую шёрстку и маленький любопытный носик-пуговку. — Синьор, сожалеем, но время посещения больных подошло к концу. Просим покинуть палату, — открыла дверь медсестра и проговорила уже заученную фразу. — Только пиши мне, пожалуйста, — прошептала Де Анджелис и притянула парня к себе. — Разумеется, Вики, — поцеловав блондинку в пухлые губки, Дамиано осторожно забирает дочь и выходит из палаты, не забыв помахать рукой.       Давид поставил люльку на переднее сиденье и положил туда малышку. Она все также спала крепким сном. Да уж, вот и утро выдалось.       Давит на газ и движется по уже знакомому пути. Дом бабушки Вик. Забирает дочь из машины и берет на руки, прижимая к груди. Быстро поднимается на третий этаж и звонко стучит в дверь. Ждать долго не пришлось, Ингрид сразу же открыла дверь. — Дамиано? Здравствуй, что-то случилось? Ты проходи, всё расскажешь, — старушка отошла от двери, давая гостю возможность зайти в дом. Давид прошёл во внутрь, сразу же снимая обувь, — А где Вики? — В этом и дело, — он начал думать, как же рассказать Ингрид обо всем, что произошло, — давайте присядем? — старушка удивилась и это было мягко сказано. Женщина забрала внучку себе и присела на диван в гостиной. Сердце билось со скоростью американских горок. Давид думал о том, как бы второй раз за день не пришлось вызывать скорую, от таких-то новостей, — Виктория в больнице, у неё случился выкидыш. Несовместимость по резус-фактору с малышом. И… — задумался. А стоит ли говорить? — Вечером вчера у неё случилась паническая атака, потому что приезжал Алессандро со своими требованиями. Сказал, мол, оставьте Марлену себе, а второго родите для меня, и желательно внука. Как будто это зависит от Вик и вообще она ему обязана рожать внуков. — Так, я же надеюсь, что вы отказали и послали его? — Ингрид вопросительно взглянула на брюнета. Тот положительно кивнул, — Слава богу. Марлену можешь оставить у меня, пока Викторию не выпишут. Или же просить у меня помощи, я всегда помогу, Дамиано, — датчанка улыбнулась и прошла на кухню, чтобы поставить чайник, — Бедная моя девочка. Алессандро не уберёг одну мою малышку, мою Джаннет, теперь хочет лишить меня Виктории. Дамиано, защити ее от него, пожалуйста. — Конечно, именно поэтому я взял ее в жены. Чтобы оберегать и любить. Не переживайте, она будет в безопасности.

***

      Утро. Без детского плача и кряхтений. Без сопящей рядом девушки. Без пшеничных волос, хаотично разбросанных на подушке. Без аромата персикового шампуня в воздухе спальни. Давно такого не было.       Дамиано не припоминает, когда в последний раз спал без Виктории рядом, без сопений Марлены. Без своего смысла жизни.       На кухне не пахнет завтраком. В ванной не шумит вода. Лишь Чили трется у ног и просит еды. Ну и выгулять ее.       Дамиано накидывает пальто, ботинки. Цепляет поводок на собачку и выходит на улицу. Чили резво бегает по тротуару и часто чихает из-за попадающего в носик снега. Лает в воздух и продолжает бегать в поле зрения хозяина.       Брюнет берет щенка на руки, переходит дорогу и идет в ближайший парк. Как только проезжая часть осталась позади и парень был уверен, что Чили в безопасности, то снял поводок и позволил питомцу изучать территорию. А чтобы не терять время зря, берет свой мобильный и набирает жену по Facetime. — Ciao, cara, как ты?

— Ciao, отлично. Ты где? — сонная девушка пыталась понять, где же ее супруг. Парень переворачивает камеру и показывает Чили, что чихала из-за очередной снежинки на носике, — Чили, милая, Чили, — Вик звала щенка.

— Она не слышит тебя, — усмехнулся, — Марлена у Ингрид, все хорошо. Скучаю без тебя. Думаю, что сегодня вечером заеду к тебе, а потом к Марли.

— Почему только вечером?

— Дела по работе.

— Дам, может уже пора рассказать, что у тебя за бизнес? Я никогда не спрашивала, но мне очень интересно.

— Ресторан в Риме. Тот, в котором ты праздновала свои семнадцать лет.

— Дамиано, он восхитительный, правда! И интерьер, и кухня. Ты гений.

— Потому что старался для вас. Тебя и Марлены. Кстати, назван он тоже в честь тебя. В честь моей Победы.

— Дам…

— М?

— Я соскучилась по Италии… Может съездим на мой день рождения в Рим? Сделаем традицией праздновать мой день рождения в твоём ресторане.

— Только уже на самолете. Я не вывезу очередной поездки на авто, — Дамиано обращает внимание на Чили, которая уже успела загнать бедного котика на дерево, — Ви, я приеду вечером. Тут Чили бандитка. Ciao, ti amo.

— Ciao, e ti amo…

      Виктория безумно соскучилась по мужу за эту ночь. Ей так не хватало его объятий во сне, его поцелуев, да банально тепла его, к которому она так часто прижимается. Также соскучилась по Марлене, и это все мотивировало поскорее выздоравливать, хотя, фактически, от самой блондинки это не особо зависит.       В больнице она лежит не впервые, поэтому больничный распорядок дня ей не в новинку. Она боялась, что Давид не успеет приехать к нужному времени вечером.

***

      Как и сказал Дамиано, он действительно работал весь день.       Переговаривался с главным менеджером ресторана по поводу новых блюд, которые появятся весной, а также обсуждал стоимость продуктов для них. Он рассчитывал все до мелочей, чтобы не было конфуза в будущем.       Также созванивался со своим знакомым дизайнером для нового весеннего визуала помещения. Всё это, конечно же, не спроста.       Он подумывал над предложением Виктории о том, чтобы вновь отпраздновать её день рождения в его ресторане. И он желал, чтобы даже красивые меню радовали взор именинницы.       Проведя весь день за компьютером, Давид даже не отвлекался на телефон, на который приходили сообщения от Виктории каждый час. Простые скучные вопросы по типу «Как дела?» вели монолог сами с собой. Вики переживала по этому поводу, совершенно забыв про слова мужа.       Когда он освободился, то времени для посещения больных оставалось слишком мало. Ровно 45 минут, 20 из которых занимает дорога. Но он пообещал любимой приехать сегодня — значит приедет.       Со всей силы давит на газ и добирается даже быстрее. Забегает в палату к Виктории, которая лежала на спине и тихо плакала. — Здравствуй, милая, — подошёл поближе, — Что-то случилось? Расскажи, если хочешь, — он присел рядом на койку, на пустое место. Блондинка прильнула к нему и крепко обняла, вдыхая родной запах. Он целует ее в пшеничную макушку и поглаживает по волосам. — Я просто соскучилась и испугалась, что ты не приедешь… а ещё ты не отвечал, — продолжала лежать на плече. — Вики, посмотри на меня, — поднимает голову, — Поверь, не нужно так переживать из-за всякой ерунды. К тому же, для тебя это сейчас опасно. А я говорил тебе, что сегодня очень занят, что было правдой. Мы с командой сильно готовимся к обновлению ресторана, и я готовлю тебе сюрприз. Поэтому давай выздоравливай и будешь помогать, если захочешь. Прошу, не плачь, коть, — он стёр слезинку с её бледной щеки большим пальцем. — Хорошо, буду выздоравливать, — блондинка улыбнулась и заправила прядку за ухо. — Какая же ты всё-таки у меня красивая, — поцеловал в лоб и затем перешёл на шею. Виктория мило захихикала и плюхнулась обратно в постель, а Давид остался в прежнем положении. Он поглаживал животик, чуть приподнимая футболку — Кстати ты как? — Вроде хорошо. Завтра будут результаты анализов, надеюсь, что они хорошие, потому что если это так, то совсем скоро меня выпишут, — с улыбкой на лице проговорила она. — Конечно придут хорошие, ты ведь у меня здоровая и самая лучшая девочка, — парень в очередной раз целует Викторию в лоб. — Ты сказал, что я буду помогать. Тогда какой это сюрприз, если я буду в курсе? — Вики усмехается. — Помогать будешь с весенним визуалом ресторана, всё-таки у тебя прекрасный вкус. А вот сюрприз я подготовлю сам. — У нас семейный бизнес? — Если ты захочешь, так тому и быть. Ведь ресторан уже носит твоё имя, — Де Анджелис крепко обнимает мужа, кидая взгляд на часы за его спиной. Время вышло. — Дам, время… — грустно произнесла девушка. — Не расстраивайся. Завтра дел будет меньше и я приеду пораньше. Может быть даже с Марленой. Люблю тебя, милая, — впивается в ее губы, напоследок прикусывая нижнюю и зализывая рану языком. — И я тебя, — Вик проводит ладонью по его смуглой коже лица и тот, с грустной улыбкой выходит из палаты.

***

      В машине душно, он едет к дочери. Работа сделана, к жене съездил, но на душе не спокойно. Очень тягостно. Хотелось бы расслабиться. Достаёт телефон из кармана и набирает контакт «Thommy». — Ciao, Том, не хочешь составить мне компанию и сгонять в клуб?

— Ciao, почему бы и нет? Я возьму Итана.

— Отлично, в том же клубе, за тем же столиком через полтора часа.       Давид сбрасывает, при этом припарковывая машину у дома Ингрид. Поднимается на третий этаж и стучит в дверь. Спустя минуту женщина открывает ее и улыбается, при виде Дамиано. — Здравствуй, дорогой. Рада видеть тебя. Уже забираешь ее? — с некой грустью в голосе спросила старушка. — Нет. Могу я Вас попросить посидеть с ней до конца недели? Результаты анализов Вик придут завтра, выпишут ее или нет: вопрос. Если да, то хочу, чтобы она посидела дома и отдохнула от Марли, чтобы не напрягалась в первые дни, — брюнет заходит в гостиную. На полу постелен игровой коврик, а на нем, в компании мягких игрушек и погремушек ползает Марлена. Резко замечает папу и улыбается, громко кряхтит, — Кто это у меня такой маленький? А ну иди к папе! — Марлена закряхтела пуще прежнего, а когда Дамиано взял дочь на руки, обняла парня за шею, уложив голову отцу на плечо. Давид поглаживал спинку дочери, не забывая оставлять поцелуи на макушке и щечках. Достаёт мобильный, делает пару фото, чтобы затем отправить Вик. — Дамиано, будешь кушать? У меня как раз скоро будет готова картошка в духовке. — Спасибо большое за предложение, но у меня ещё есть работа. Я откажусь, — напоследок целует дочь в носик и укладывает в подушки на диванчике, — Пока, Марлена Давид. До свидания! — накидывает пальто и сразу же уходит. Садится в авто и тут же проворачивает ключи зажигания.       На ближайшем светофоре отправляет контакту «Mia Victoria» фото, сделанное дома у Ингрид. Девушка моментально реагирует на сообщение смайликом в виде сердечка, а после отправляет краткое «скучаю по вам, милые».       Давид отбрасывает телефон и продолжает свою дорогу до ночного клуба, где его, наверное, уже ждут ребята. Даже если они ещё не пришли, Дамиано успеет выпить парочку стаканов виски, чтобы парни не заметили его напряженности и беспокойства, что скопились в душе за последние несколько дней.       Так и было. Ни Томаса, ни Итана за «их» столиком не было. Брюнет усаживается на диванчик, подзывает официанта и, тыкнув в меню пальцем, заказывает бутылку кубинского рома. Из кармана достаёт сигареты и тут же подпаливает одну из пяти оставшихся в пачке никотиновых палочек. Делает затяжку на нервах, пропускает едкие пары через горло в легкие, а остаток дыма облегченно выдыхает. Разум чуть-чуть плывет, а голова кружится. В груди слегка жжёт. Он делает следующие пару затяжек и становится легче. Как морально, так и физически.       А чтобы морально стало ещё легче, заливает в себя залпом полбутылки рома. Такое количество алкоголя резко ударило в голову, в глазах потемнело. Дожидается парней уже «согретый».

***

      Вчера перед сном был милый звонок по видео от мужа. Давид заваривал себе чай и рассказывал забавную историю, чтобы Вики не скучала. А сегодня? Он не берет трубку и не отвечает на ее, уже, кажется, сотню сообщений в чате. Они висели не прочитанными, да и сам Давид был в сети около двадцати минут назад. В сердце что-то екнуло. Ревность?       Звонит ещё раз десять, и каждый слышит лишь «Абонентский номер не отвечает». Начинает тихо плакать, тут же стирая слёзы большими пальчиками. Но истерика накатывала все сильнее.

***

— Дамиано, твою мать, ты уже бухой в стельку! — Итан, что заприметил полу-спящего, полу-в-отключке друга, сразу же подлетел к нему. — Вики… Где моя Вики? — невнятно проговорил Давид. — Блять, не знаем, Дамиано, она должна быть с тобой, ну или дома. Давай мы ей наберём? Где твой телефон? — Томас стал искать в карманах парня мобильный, но его там не было. Осмотрел диван, под ним и столиком, но все впустую. — Эдгар, его тут нет. Может в машину Дамиано, а там разберёмся? — длинноволосый кивает и закидывает пьяную тушу друга себе на плечо. Предварительно оставив на столике деньги, вытащенные из кошелька Дамиано. Торкио также находит ключи от машины и открывает автомобиль одним нажатием кнопки. Открывает переднюю пассажирскую дверь и обнаруживает на сиденье айфон последней модели. Берет устройство в руки, а владельца усаживает на сиденьи. Томас садится сзади, Итан за руль. — Томас, ты не знаешь пароль? — не отрываясь от дороги, спрашивает Торкио. — Попробуй день рождения Вик, комбинация 2804, — брюнет пробует. Не выходит, отчего он отрицательно мычит, — Тогда, может, день их свадьбы. Комбинация 2012, — и снова неудача. — Том, у нас одна попытка, иначе мы заблокируем телефон. — Блять, день рождения Марлены, 1209, — последний вариант, предложенный Раджи, оказался верным. Итан отдаёт мобильный шатену, не желая отвлекаться от дороги и попасть в аварию. Томас находит мессенджер. Замечает около двадцати сообщений от Вик и ещё столько же пропущенных, — Ахуеть Вик ему тут назвонила и написала. — Отвечай давай, дурень. — Да отвечаю я. — Вик, это Томас. Дамиано просто крепко уснул, поэтому не отвечает. Он звал поиграть с ним в приставку, но когда мы с Итаном зашли в квартиру, увидели лишь сонного синьора. Не волнуйся.

— Спасибо, думаю, вы поняли, что я переживала. Как будете уходить, закройте квартиру на ключ снаружи и оставьте ключи в почтовом ящике. Я об этом напишу Даму.

— Нет проблем, Винченсо. — Что ты там строчишь? — Придумал легенду, чтобы Вик не нервничала. Дамиано говорил, что она вроде как в больнице, но из-за чего, не говорил. А она мать как-никак, по-моему у них если нервничать, молоко пропадает. А дитё кормить надо чём-то. Короче, Итан, в квартиру его, а потом ключи в почтовый ящик. Пусть спит, — Томас закончил, как только Торкио припарковался около пятиэтажного дома. — Куда нам? — На пятый. — Cazzo! — Раджи усмехнулся, но всё-таки помог Итану. Тащить пьяную тушу Давида на пятый этаж было заданием не из лёгких, но двое подростков решили ее достаточно быстро. Уложили брюнета на диван в гостиной, а далее поступили, как Вик велела: закрыли квартиру, ключи в почтовый ящик.       Ждут такси. Вот это отдохнули.