Предопределённость

Глава 27. То, что требуется

Северус шагнул в дверь и окинул тяжёлым взглядом пустой класс. Пыль лениво кружилась в лунном свете, льющемся через окно. Холодная дрожь пробежала по его спине, когда Северусу показалось, что он не один. С усилием Северус отбросил беспокойство в сторону. Это чувство часто приходило к нему, когда он совершал ночные обходы, но Северус быстро понял, что оно пришло из-за возраста замка и его неземных обитателей. Удовлетворённый, Северус продолжил. Он добрался до первого этажа и начал обходить периметр центрального двора, когда что-то неуместное привлекло его внимание. На земле лежал маленький дневник в зелёном переплете. Северус наклонился и поднял дневник, пролистав первые несколько страниц. Они содержали детские каракули и рисунки; очевидно, они принадлежали Йену. Северус закрыл его и спрятал в свой плащ. Он решил, что вернёт дневник при первой же возможности, довольный тем, что это даст ему повод обратиться к Мириам и её племянникам. За последние несколько дней Мириам сделала всё, что было в её силах, чтобы ограничить общение Северуса с ней и мальчиками. Он всё ещё пытался заставить Мириам хотя бы поговорить с ним, не предлагая никаких дополнительных объяснений или извинений. Всё шло не очень хорошо, признался себе Северус. Каждый раз, когда их пути пересекались, Северус видел усталость в её глазах и чувствовал беспокойство, исходящее от неё. Мириам просто не доверяла ему; но опять же, Северус не давал ей никаких оснований для этого. Тихие смеющиеся голоса донеслись через холодный воздух туда, где стоял Северус. Он посмотрел во двор, когда Мириам и мальчики вошли в него. Недавно выпал снег, и Северус наблюдал, как два брата прыгали через белые сугробы; их смех звенел в тишине. Северус позаботился о том, чтобы оставаться в тени, когда вышел во двор, чтобы лучше видеть. Мириам резко выделялась на фоне снега, её черный шерстяной плащ и шарф плотно облегали её тело. — Тётя М! — воскликнул Йен. — Поиграй с нами! Мириам заколебалась, но к этому присоединился Финеас. — Пожалуйста, тётя М! Ты обещала нам снеговика после урока астрономии, — с упрёком сказал её младший племянник. — А я ведь действительно обещала вам снеговика, не так ли? — озорно спросила Мириам. Мальчики стояли рядом со своей тётей, насторожившись. Мириам сунула руку под плащ и взмахнула волшебной палочкой; мальчики захлопали в ладоши, подпрыгивая на носках в предвкушении. Любопытство Северуса разгорелось, и он полностью сосредоточил своё внимание на Мириам. Она направила свою палочку прямо над своей головой, и с её конца сорвалось несколько маленьких голубых искр. Начал формироваться радужный купол, пока внутренняя часть двора не превратилась в пузырь. Размашистым движением Мириам подхватила большой снежный сугроб и подбросила его в воздух, рассыпав на снежинки. Мальчики удивлённо подняли головы, когда снежинки начали падать вниз. Северус не мог не улыбнуться волшебству Мириам: это был снежный шар в натуральную величину. Мириам отступила назад и направила кончик своей палочки вниз. Она сделала спиралевидное движение кистью; снег кружился всё выше и выше, пока не стала видна фигура снеговика. Жестом руки Мириам дала понять Финесу и Йену, что она ещё не закончила. Она направила свою палочку на снеговика, и с лёгким движением запястья снеговик начал двигаться. Мириам широко улыбнулась, а мальчики звонко рассмеялись. Они попрыгали по снежным сугробам и стали танцевать со снеговиком. Северус смотрел, как заколдованный снеговик Мириам танцевал в снежном вихре. На мгновение он позавидовал Финеасу и Йену; их детство было счастливым, и благодаря этому их жизнь станет лучше. Теперь стало очевидно, почему Мириам препятствовала его общению с мальчиками. Она была заинтересована в счастье своих племянников и, казалось, была полна решимости сохранить их детскую невинность как можно дольше. Радостная картина перед ним поблекла, когда Северус погрузился в свои воспоминания. Финеас, тем временем, начал кружиться в снегу, пока у него не закружилась голова. Когда мир пришёл в норму, он сел и оглядел двор. Его маленькое личико расплылось в широкой улыбке, когда он заметил профессора Снегга, стоящего в тени. Финеасу быстро понравился высокий темноволосый профессор; его нисколько не беспокоило, что профессор был грубым и иногда странным. Он встал и начал пробираться по снегу. Улыбка Финеаса исчезла, когда он подошёл ближе; профессор Снегг выглядел печальным. Мириам отвернулась от Йена как раз вовремя, чтобы увидеть, как Финеас покидает их маленькую группу. С любопытством её глаза проследили за его движением, и Мириам с удивлением заметила Северуса, стоящего за пределами её пузыря. Мгновенно Мириам почувствовала лёгкую злость из-за того, что их личное время было совсем не личным; затем Мириам потребовалась секунда, чтобы по-настоящему взглянуть на волшебника. И снова на лице Северуса появилось меланхоличное выражение, и Мириам поймала себя на том, что ей интересно, о чём он думает. Мириам наблюдала, как Финеас подошёл к Северусу и положил свою маленькую руку поверх большой руки Северуса. Северус слегка вздрогнул и сфокусировал взгляд на Финеасе, но, к удивлению Мириам, он не убрал руку. Мириам могла сказать, что Финеас говорил, по тому, как он жестикулировал свободной рукой. Финеас указал на Мириам, и Северус встретился взглядом с ней через двор. Всё ещё с меланхоличным выражением лица, Северус покачал головой Финеасу и сказал что-то, чего Мириам не смогла разобрать. Очевидно, Северус проиграл, потому что Финеас потянул его за руку, и вскоре они вдвоём шли через двор. Северус, казалось, сопротивлялся, но последовал за ним туда, где стояли Мириам и Йен. Северус слабо кивнул Мириам в знак признательности, и Мириам ответила тем же жестом. Йен вопросительно переводил взгляд с одного на другого, пока время тянулось в молчании. Не обращая внимания, Финеас с гордостью объявил, что хочет, чтобы профессор Снегг поиграл с ними в снегу, но Северус медлил. Северус наклонился на уровень Финеаса. — Боюсь, я мало что знаю об игре, особенно в снегу. Возможно, в другой раз. — Затем он повернулся к Йену, вытаскивая дневник из-под плаща. — Я полагаю, это принадлежит тебе, — сказал Северус, передавая маленькую книгу. Йен улыбнулся и поблагодарил Северуса, и Снегг встал. Он поднял глаза и увидел, как падает снег Мириам. — Впечатляющая магия, — признался Северус, наклонив голову к танцующему снеговику. Мириам слегка покраснела. — Ну, да. Дурацкое размахивание палочкой и всё такое… Северус покачал головой. — Не дурацкое, когда это приносит такое счастье, — пробормотал Северус, глядя на мальчиков сверху вниз. Они усердно играли, сосредотачивая всю свою энергию на строительстве чего-то похожего на снежную стену. — Я должен идти, — просто сказал Северус. Мириам кивнула. — Уже поздно, нам тоже пора идти. — Северус склонил голову в сторону Мириам, и она молча наблюдала, как мальчики прощаются с профессором Снеггом. Когда Северус уходил, его чёрный плащ сливался с ночью и придавал ему неземной вид. Маленькая ручка скользнула в руку Мириам. Она сжала её и посмотрела в серьёзные глаза Финеаса. — Тётя М, почему профессор Снегг такой грустный? Мириам покачала головой и посмотрела на заснеженный двор. — Я не знаю, Финеас. В глубине души Мириам хотела бы знать ответ на этот вопрос, как ради себя, так и ради Северуса.

~***~

Мириам поджала губы, запихивая непроверенные свитки в свою сумку. Она отстала от своего графика, и ей нужно было забрать мальчиков у Минервы. Её разум был в смятении, когда она пыталась разобраться во всём, что нужно было сделать до завтра. Мало того, что ей нужно было готовиться к встрече, мисс Крессгроув только что сообщила ей, что не сможет присмотреть за мальчиками, как планировалось изначально. В такой поздний час Мириам понятия не имела, где она может найти другую няню. Она выскочила из кабинета и сделала всего несколько шагов по коридору, прежде чем голос, окликнувший её по имени, остановил её. Мириам слегка раздражённо фыркнула, прежде чем придать своему лицу бесстрастное выражение. Она обернулась как раз в тот момент, когда профессор Биггинс встал рядом с ней. — Я выбилась из своего графика. Чем я могу вам помочь, профессор? — спросила Мириам. Профессор Биггинс медленно улыбнулся Мириам, окидывая её беглым взглядом. — Я давно хотел поговорить с тобой, Мириам. Я рад, что застал тебя. Мириам нахмурилась. — Вы недостаточно хорошо знаете меня для такой неформальности, профессор. Чего вы хотите? Биггинс усмехнулся и покачал головой. — Я думал, что то, чего я хочу, будет довольно очевидно: тебя. Я пытался застать тебя наедине, чтобы пригласить куда-нибудь выпить. — Он придвинулся ближе и тихо добавил: — В последнее время было трудно поймать тебя без этих мальчиков на буксире. Его замечания разожгли и без того дурное настроение Мириам, и она взорвалась. — Этих мальчиков? Мои племянники мне очень дороги! Ответ — нет; я не хочу пить с вами, или ужинать, или что-то ещё, что вы придумаете. У меня нет времени на эти глупости, — пробормотала Мириам, отступая назад и удаляясь по коридору. Как он смеет так говорить! Гнев Мириам снова вспыхнул. На мгновение она понадеялась, что Биггинс окажется достаточно глуп, чтобы последовать за ней, и тогда она без колебаний заколдует его. Она не нуждалась в его ухаживаниях, особенно сейчас. У Мириам было слишком много забот, и слишком много людей зависело от неё. Кипя от ярости, она завернула за угол и врезалась во что-то, похожее на стену. Оно было твёрдым и неуступчивым; Мириам уронила сумку, и пергаменты разлетелись во все стороны. — Чёрт возьми! — тихо выругалась Мириам. Она откинула волосы назад и подняла глаза; это была не стена, а Северус. Северус посмотрел на взволнованный вид Мириам, затем опустил взгляд на пол, усеянный пергаментами. Северус поднял руку, чтобы удержать Мириам на месте, потянулся вперёд и забрал у неё сумку. Используя свою палочку, Северус собрал бумаги в стопку и начал убирать их обратно в сумку. Закончив, Северус встал и вернул бумаги Мириам. — Спасибо, — тихо поблагодарила Мириам, перекидывая сумку через плечо. — Всё в порядке? — Нет! — выпалила Мириам, прежде чем вспомнила, кто спрашивает: — Всё в порядке, правда, — слабо добавила Мириам, направляясь по коридору. Северус последовал за ней. — Возможно, я могу помочь? — спросил Северус. Мириам бросила на Северуса недоверчивый взгляд. — Ты бы не справился с тем, в чём мне нужна помощь. Северус остановился. — Испытай меня. — Мне нужна няня на завтра. — И тебе никогда не приходило в голову попросить меня? — поинтересовался Северус. Мириам в шоке остановилась и повернулась лицом к Северусу. Он посмотрел на неё с почти самодовольным выражением лица. На мгновение у Мириам создалось впечатление, что Северус знает что-то, чего не знает она, но вскоре она отмахнулась от этого. Мысленно Мириам обдумывала его предложение, даже если оно исходило из ниоткуда. Завтра ей нужна была няня, а единственный свободный человек из её узкого круга только что отказался. Мальчики, особенно Финеас, хотели увидеться с Северусом. Может ли она доверить ему присмотреть за мальчиками? Дело было не в том, что Мириам думала, что Северус будет небрежен. Зная его дотошный характер, она была уверена, что Северус хорошо позаботится о физическом уходе за мальчиками. Её сомнения были больше связаны с тем, что Мириам не думала, что Северус знает, как обращаться с маленькими детьми. С другой стороны, они с Финеасом хорошо сработались. Что касается детей, с Финеасом и Йеном было легко; они не были младенцами и в основном были самодостаточны. Кроме того, Милли могла бы время от времени заглядывать и вмешаться, если понадобится. Она ни за что не могла пропустить эту встречу. Мириам хмуро посмотрела на Северуса, принимая решение. Наконец она глубоко вздохнула и выпрямилась. — Отлично. Приходи в мои покои в десять часов. Не планируй ничего до позднего вечера, поскольку я, скорее всего, вернусь не раньше двух. Северус кивнул в знак согласия и посмотрел, как Мириам уходит; звук её каблуков становился всё слабее с расстоянием. На его губах заиграла ухмылка: это было почти слишком просто. Возвращаясь в подземелья, Северус задавался вопросом, что так сильно тяготит Мириам, что она даже не удивилась, он слоняется по её коридору. Если бы она спросила, Северус списал бы это на совпадение, и он также не упомянул бы, что, будучи деканом факультета, он возложил на мисс Крессгроув дополнительные обязанности, из-за которых она не могла сидеть с мальчиками. Хитрый и гордый — Северус попал в Слизерин не просто так.

~***~

Мириам перестала просматривать документ, который держала в руках, чтобы проверить своих племянников. Они растянулись на ковре и рисовали, с нетерпением ожидая Северуса. Мириам мудро решила не говорить им об этом раньше чем за час до его появления; и их волнение вот-вот должно было закипеть, как котёл, оставленный без присмотра. Её портрет объявил о посетителе, и Мириам слегка нахмурилась. Она встала из-за стола и открыла дверь. Северус стоял в холле с большой коричневой сумкой в руках. Мириам вдруг вспомнила, когда Северус в последний раз заходил к ней. Так много всего изменилось, но Северус казался неизменным, когда стоял перед ней в своём чёрном сюртуке. Сердце Мириам забилось быстрее, когда она оглядела Северуса; её всё ещё тянуло к волшебнику, независимо от того, что произошло. Это было её собственное бремя, поскольку Северус, казалось, воспринял их расставание более спокойно. Мириам ничего так не хотелось, как пригласить Северуса в свою гостиную, налить им обоим по чашке чая и проговорить весь день, пока мальчики играют у камина. Она быстро напомнила себе, что Северус здесь по делу. — Ты рано, — сказала Мириам, глубоко вздохнув. Она открыла дверь и жестом пригласила Северуса войти. — Я думал, у тебя будут инструкции для меня, — ответил Северус, переступая порог. Мальчики выглянули из-за дивана, в их глазах светился восторг. Северус положил сумку на стол Мириам и пристально посмотрел на неё. В своей тёмно-серой шерстяной юбке и жакете в тон она выглядела настоящим профессионалом. Блузка гранатового цвета, выглядывающая из-под жакета, идеально подходила к её серьгам, а волосы были аккуратно зачёсаны назад и собраны в свободный пучок на затылке. Северус приподнял бровь, заметив, что на Мириам были гребни для волос, которые он подарил ей на Рождество, незаметно спрятанные за пучок. Мириам мягко откашлялась. — У меня действительно есть для тебя кое-что. Вот здесь, на моём столе. — Мириам неловко наклонилась к Северусу и схватила бумагу, проявляя чрезмерную осторожность, чтобы не коснуться его. — Вот расписание на день и некоторые вещи, которые, я подумала, тебе следует знать. Северус взял бумагу и бегло просмотрел инструкции. Он посмотрел на Мириам и кивнул. Удовлетворённая, Мириам повернулась к мальчикам. — Мальчики, попрощаемся! — позвала Мириам. Она опустилась на колени и обняла каждого из них по очереди, напоминая им вести себя прилично. Северус почувствовал укол ревности, наблюдая, как Йен и Финеас крепко обнимаются и целуются с Мириам. После того, как Мириам ушла, Северус повернулся к Финеасу и Йену. Они оторвались от своих картинок. — Порисуйте с нами, — предложил Йен. Финеас подошёл и жестом пригласил Северуса сесть. Северус осторожно сел на ковёр и попытался принять удобное положение. Он с треском провалился. Йен протянул ему пергамент и цветные карандаши. Северус нахмурился: он никогда раньше не рисовал. Северус выбрал несколько зелёных мелков разных оттенков и начал раскрашивать бумагу. Пока он не придумал, что нарисовать, он работал над фоном. Некоторое время оба мальчика довольствовались рисованием. Милли время от времени заглядывала, хлопоча по хозяйству, а во время её последнего визита Северус попросил её принести им обед. Пока они ели сэндвичи и фрукты, Северус оглядел гостиную Мириам. Всё выглядело точно так, как он помнил, и Северус почувствовал сильное желание повернуть время вспять и стереть последние несколько месяцев. Северус понятия не имел, что именно он делает. Вот он здесь, приглядывает за двумя маленькими детьми в надежде, что их тётя снова заговорит с ним. Чего он ожидал потом? Северус был логичным, практичным волшебником, за исключением того, что касалось Мириам. Она заставила его почувствовать то, что он и представить себе не мог, и он хотел, чтобы она вернулась в его жизнь. И всё же желание защитить Мириам от его проблем не исчезало. Северус был одинок, и его последний разговор с Альбусом заставил его серьёзно задуматься, были ли необходимы все его уловки. Северус задавался вопросом, наступит ли когда-нибудь время, когда всё станет так, как было раньше. После обеда Северус порылся в принесённой им сумке. Он нашёл в своей библиотеке книги, которые каждый ребёнок мог почитать. Финеас был в восторге от потрёпанной книги по зельеварению, особенно когда увидел её иллюстрации. Йен, казалось, был удивлён, что Северус знал, что ему нравится летать. Он свернулся калачиком в кресле у камина, чтобы посмотреть «Начало мётел: Полёт сквозь века». В конце концов Финеас уговорил Северуса почитать им. Когда Йен и Финеас начали отвлекаться, Северус закрыл книгу, которую держал в руках. — Не хотите ли сыграть в игру? — спросил Северус. Йен и Финеас посмотрели друг на друга, затем на Северуса. — Конечно! — сказал Йен. — Что за игра? — спросил Финеас. — Плюй-камни, — заявил Северус, вытаскивая из сумки доску и камни. Северус разложил игру перед камином, и мальчики собрались вокруг, чтобы посмотреть. — Мы не знаем, как играть в плюй-камни, — сказал Йен Северусу, когда доска была готова. — Что ж, тогда мне придётся научить вас, — ответил Северус. Итак, Северус научил Йена и Финеаса стандартной игре в плюй-камни. Они быстро освоились, поэтому Северус научил их и классической версии. Затем Северус заставил мальчиков поиграть друг против друга в течение раунда, сделав паузу. Северус был очень доволен собой из-за того, как гладко прошёл день. Если бы только все дети были такими же послушными и их было легко развлечь. Сцена за пределами замка была более хаотичной, чем спокойная сцена в гостиной Мириам. Мириам появилась у школьных ворот, её лицо раскраснелось от спешки вернуться. Встреча закончилась, и она не хотела тратить время Северуса больше, чем нужно. Мириам надеялась, что Йен и Финеас вели себя прилично; она понятия не имела, как Северус отнесётся к тому, что они переступят черту. Она практически взбежала по лестнице в свои покои, остановившись только тогда, когда добралась до своего портрета. Мириам ненадолго задержалась в коридоре, чтобы перевести дыхание, а затем тихо открыла дверь, неуверенная в том, какая сцена её встретит. Она слышала взволнованные тихие голоса Йена и Финеаса, но не могла их видеть. Серые глаза Мириам расширились от удивления, когда она шагнула дальше в комнату. Перед камином сидели Северус, Финеас и Йен, собравшиеся вокруг игры в плюй-камни. Незамеченная, Мириам тихо стояла за диваном и наблюдала. Это было не то, что она ожидала. Северус казался расслабленным и в хорошем настроении; мальчики, казалось, были довольны его компанией и развлечениями. Мириам чувствовала себя виноватой за то, что ожидала от Северуса худшего. Очевидно, она не слишком верила в него. Финеас первым заметил Мириам. Он широко улыбнулся и вскочил. — Тётя М! — воскликнул Финеас, подбегая к ней. Северус наблюдал, как Мириам опустилась на колени и заключила Финеаса в объятия. Улыбка, украшавшая её лицо, была довольной. Мириам отпустила Финеаса и помахала Йену, который всё ещё играл в плюй-камни. Она встретилась взглядом с Северусом и искренне улыбнулась ему. — Спасибо, что присмотрел за ними сегодня. — Не за что, — ответил Северус. — Я надеюсь, твоя встреча прошла хорошо? — Да, прошла. Извини, это заняло больше времени, чем я думала. Мальчики хорошо себя вели? — Проблем не было. Они вели себя хорошо, у нас был приятный день. За Финеасом и Йеном очень легко присматривать. Мириам улыбнулась и провела рукой по волосам Финеаса, который устроился у неё на коленях. Финеас убрал её руку и приподнялся, чтобы прошептать ей на ухо. Мириам нахмурилась, слушая, затем кивнула головой в знак согласия. Финеас вскочил и побежал по коридору. Вскоре он вернулся, неся большой кусок пергамента. — Вот, — сказал Финеас, протягивая бумагу Северусу. — Я сделал это для вас! Северус посмотрел на бумагу, и кривая улыбка медленно расползлась по его лицу. Это был рисунок класса зелий. Там был большой стол с множеством флаконов и большой чёрный котёл, из которого вытекало что-то похожее на зелёную слизь. Рядом со столом сидел Северус, или, по крайней мере, Северус предполагал, что это был он. Фигура была одета во всё чёрное, у неё были чёрные глаза и довольно большой нос. — Смотрите, — сказал Финеас, склонившись над рисунком, — вот ваш класс, а это вы варите зелье! Нравится? — спросил Финеас с надеждой в глазах. Северус выдохнул. — Я… да, Финеас, нравится. Спасибо. Не так много людей дарят мне подарки, поэтому я очень удивлён. — Ты повесишь его? Мириам открыла рот, чтобы вмешаться, но Северус опередил её. — Я думаю, что смогу найти место для этого произведения искусства в своей гостиной. Сойдёт? Финеас засиял от радости, а Мириам смотрела на Северуса с недоверием. Она не ожидала такого положительного ответа. И снова Мириам почувствовала себя виноватой за то, что не отдавала Северусу должное. — Может быть, тебе помочь собрать вещи? — спросила Мириам. Северус принял предложение, и они начали собирать плюй-камни. Мириам сосредоточилась на том, чтобы аккуратно уложить камни в мягкий мешочек, в то время как Северус делал то же самое. Вскоре их осталось всего несколько. Мириам потянулась за одним точно так же, как это сделал Северус, и его рука мягко легла на её руку. Мириам замерла, и её глаза закрылись, пока она ждала, когда Северус уберёт руку. Он не убрал, и тепло, разлившееся по коже Мириам, заставило её сердце бешено колотится в груди. Большой палец Северуса нежно провел по её пальцам; от трения её ладонь покалывало. Мириам открыла глаза и обнаружила, что Северус всё ещё наблюдает за ней. Выражение его лица было серьёзным, пока его глаза изучали её лицо. Пытливый взгляд Северуса дрогнул, и он опустил глаза. Его рука соскользнула, и Мириам уже скучала по его теплу. Они закончили уборку в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Мальчики неохотно попрощались, и Мириам проводила Северуса до двери. Северус прошёл через дверь. Он остановился в коридоре и повернулся лицом к Мириам. Его лицо выглядело обеспокоенным. — Я знаю, что это моя вина, всё, что произошло. Ты никогда не простишь меня, не так ли? Глаза Мириам расширились от прямоты Северуса. Она прислонилась к дверному косяку и посмотрела на Северуса; его напряжённая поза и страдальческое выражение лица заглушили любые ехидные замечания, которые у неё могли быть. — Северус, — тихо вздохнула Мириам. — Дело не в том, чтобы обвинять кого-то. Я так же виновата во всём, что я сделала, включая наше… время вместе. — Значит, это всё, что осталось — неловкие моменты и избегание друг друга? Сколько раз я должен извиняться? — Очевидно, что рядом с тобой у меня не получается держать свои чувства под контролем, вот почему я держалась особняком, — ответила Мириам, вспомнив ту ночь, когда она дала ему пощёчину. — Мне не нужны извинения, Северус. Я верю, что ты сожалеешь. — Северус скептически посмотрел на Мириам. — Но я не думаю, что ты можешь дать то, что мне нужно. — Что? — спросил Северус, придвигаясь ближе. — Будь честен со мной. — Мириам глубоко вздохнула и продолжила, прежде чем Северус успел прервать: — Я заслуживаю знать о тебе, мне нужно чувствовать, что я могу доверять тебе. Почему ты не можешь впустить меня, Северус? Я вижу твою печаль, те моменты, когда ты думаешь, что никто этого не замечает. Я замечаю, — тихо сказала Мириам. — Я так многого хотела для нас. Почему ты причинил мне такую боль? — прошептала Мириам, глядя в пол. В коридоре повисла тяжёлая тишина. Всё вернулось к тому, чего Северус хотел избежать. Как он мог заставить Мириам понять, что её безопасность — это всё, о чём он заботится? Что пребывание с ним оставит неизгладимый след? Наконец Северус ответил: — Ты уверена, что сможешь справиться с моей честностью? — Мириам подняла голову, её обычно ясные глаза затуманились от замешательства. — Я знаю, что не у меня одного есть секреты, Мириам. Была бы ты готова ответить взаимностью? — спросил Северус, приподняв бровь. Он отступил назад и свернул в коридор. Мириам высунулась из-за двери и смотрела, как он исчезает, оставив вопрос без ответа.

Глава 28. Решение Северуса

Тиканье часов донеслось до слуха Северуса, и он бросил на них взгляд, полный отвращения. Он перевернулся на спину и тупо уставился в потолок, поправляя покрывало на кровати. Ему не спалось — точно так же, как и прошлой ночью. Северус не разговаривал с Мириам и не видел её с тех пор, как оставил её стоять в коридоре. Помимо занятий, Северус проводил всё свободное время в одиночестве, размышляя. Мириам хотела знать правду, но Северус по опыту знал, что с ней трудно примириться. Разочарованно зарычав, Северус откинул одеяло и свесил ноги с кровати. Он обул тапочки и завязал халат вокруг талии. Северус направился в гостиную в зеленоватой темноте. Он расхаживал перед угасающим огнем, нахмурив брови. Разговор давался Северусу нелегко, а это было умение, которого требовала данная ситуация. Он просто не мог этого сделать. Северус знал, что как только Мириам узнает правду, она полностью отвергнет его. Северус подошёл к своему столу и опустился в кресло. Он опёрся на локти и устало провёл рукой по бледному лицу. Он больше не мог так продолжать. Несколько минут Северус рассеянно смотрел в темноту. С тяжёлым вздохом он взмахнул рукой, и лампа на его столе зажглась. Он достал свою палочку и положил её на стол. Затем он открыл нижний ящик стола и достал изогнутый стеклянный флакон с пробкой. Северус не был трусом. Его решение принято, пришло время действовать соответственно.

~***~

Мириам обошла отставшую группу учеников и продолжила свой путь в класс. Она поправила ремешок сумки и заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Путь немного расчистился, и Мириам воспользовалась возможностью, чтобы ускорить шаг. И снова Мириам оказалась в переходном состоянии. С тех пор как Северус расстался с ней, он как будто исчез. Их пути не пересекались в коридорах. Даже во время еды его стул оставался пустым. Если бы не ученики в её классах, жалующиеся на большое количество домашних заданий профессора Снегга, Мириам поспорила бы на галеоны, что он покинул Хогвартс. Когда она научится перестать открывать рот и отпугивать людей? Мириам недовольно вздохнула и оглядела коридор. Посмотрев вперёд, Мириам увидела, как Северус вышел из-за угла. Она замедлила шаг и наблюдала, как он осматривает море голов. Его тёмные глаза остановились на ней, и Северус направился в её сторону. Мириам остановилась; её мало заботило, что её действия загораживают коридор. В её животе начал формироваться нервный комок энергии. Спустя всё это время, чего он хотел от неё сейчас? Глаза Мириам расширились, когда Северус подошёл ближе: она никогда не видела его таким бледным. Он выглядел почти больным, и на его лице была гримаса, как будто ему было больно. Северус остановился перед Мириам и полез в карман своей мантии. Он вытащил маленький флакон и протянул его Мириам. Мириам молча схватила предложенный предмет и наблюдала, как Северус резко отвернулся. Не говоря ни слова, он зашагал по коридору; студенты расступались перед ним, как вода перед Моисеем. Не глядя, Мириам положила флакон в сумку и продолжила свой путь. Коридор не был местом для любопытного осмотра. Мириам направилась прямиком в свой класс и с головой окунулась в урок. Ей потребовалась каждая унция самообладания, чтобы выкинуть инцидент в коридоре из головы. Наконец, занятие закончилось. Когда последний ученик ушёл, Мириам поспешно села на стул и потянулась за своей сумкой. Роясь в сумке, Мириам размышляла о флаконе и о том, почему это испортило Северусу настроение. Она осторожно взяла флакон в руку и слегка провела кончиком пальца по изгибу стекла. Во что играл Северус, давая ей зелье? Она нежно держала флакон между большим и указательным пальцами, рассматривая его содержимое на свету. Её глаза слегка расширились, когда содержимое флакона закружилось серебристо-белым: воспоминания. Тихий вздох сорвался с губ Мириам, когда тяжесть того, что она держала в руке, обрушилась на неё. Мириам мягко взяла флакон в ладонь и откинулась на спинку стула. Она смотрела невидящим взглядом, пока её большой палец машинально нашел путь к её губам. Мириам никогда не думала, что окажется в такой ситуации. Она, честно говоря, никогда не думала, что Северус поделится своим прошлым, но вот оно, крепко зажато в её руке. Обнажить себя было немалым подвигом мужества. Неудивительно, что Северус выглядел больным. Следующий ход был за ней, но Мириам застыла на месте. Как бы сильно она ни жаждала этого, правда пугала её. В глубине души часть Мириам боялась, что эти воспоминания подтвердят, что она была не более чем мимолётным увлечением. Если бы это случилось, Мириам сомневалась, что смогла бы восстановиться. С другой стороны, какими воспоминаниями Северус чувствовал необходимость поделиться с ней? Жажда знаний Мириам в конце концов перевесила её страхи. Она собрала свои вещи и направилась в кабинет Дамблдора. Ей нужен был омут памяти, и Альбус, несомненно, позволил бы ей одолжить свой. Она решительно постучала в дверь и вошла после того, как Альбус пригласил её войти. — Ах, Мириам. Я ждал тебя, — сказал Альбус, откладывая перо. — Правда? — Да. Северус упомянул, что тебе может понадобиться мой кабинет, — серьёзно сказал Альбус. Его голубые глаза впились в Мириам, вопрошающие, но в то же время всезнающие. — Да, сэр. Если вы не возражаете, — тихо сказала Мириам. — Вовсе нет. Мне нужно выполнить несколько поручений. — Профессор Дамблдор встал и направился к двери. — Не торопись, — добавил он, проходя мимо неё и нежно сжимая плечо. Мириам улыбнулась и подождала несколько секунд после того, как дверь за Дамблдором закрылась, прежде чем двинуться с места. Она направилась прямо к шкафу с омутом и открыла его; движением запястья она подняла большой тяжёлый предмет на середину комнаты. Мириам осторожно откупорила флакон и вылила воспоминания в неглубокую чашу. Мириам зачарованно наблюдала, как серебристый туман кружится вокруг, словно живое произведение искусства. Сделав глубокий вдох, Мириам нырнула внутрь. Она погрузилась в облачную сцену. С неба лил дождь, вода смешивалась с грязью и текла по улице мутными ручейками. Одинокая дымовая труба прорезала унылое небо, нависая над уставшими рядами домов. Мириам огляделась в поисках знакомого лица и вскоре нашла его. Мимо Мириам пронеслась бледная женщина с худым лицом. На её лице было глубокое хмурое выражение; это было лицо матери Северуса, Эйлин. Маленький мальчик бежал за ней, и его короткие ножки с трудом поспевали за ней. Мириам последовала за ними в один из домов. Эйлин направилась на кухню, а юный Северус исчез наверху. Мириам последовала за Северусом; она была обеспокоена, изо всех сил пытаясь вникнуть в мрачную обстановку. В этом воспоминании Северусу было около четырёх лет, но его глаза будто принадлежали кому-то намного старше. Они вошли в пустую комнату, и Мириам нахмурилась. Это было далеко от настоящей детской комнаты. Лишённая типичных цветов, игрушек или мягких предметов, комната могла похвастаться лишь кроватью, маленьким стулом и почти пустой книжной полкой. Мириам села на изношенное одеяло, которым была покрыта кровать, и наблюдала, как юный Северус вытаскивает потёртого плюшевого мишку из коробки и зачитанную до дыр книгу. Она почувствовала, как её глаза наполняются непролитыми слезами, пока наблюдала, как Северус дорожит тем небольшим комфортом, который у него был. Он был таким неопрятным, его щёки такими впалыми, а одежда такой маленькой и неподходящей, что руки Мириам болели от желания подхватить его на руки и унести из дома. Хлопнула дверь, за которой последовал сердитый мужской голос. Юный Северус подпрыгнул и оторвал взгляд от книги; его тёмные глаза были полны страха. Его перемена в поведении насторожила Мириам, и она быстро встала. Мириам медленно двинулась к двери, когда голоса стали громче. Она услышала знакомый звук ссоры. Северус схватил свои вещи и исчез в шкафу. Она услышала приглушённый плач Северуса, когда крещендо спора закончилось звуком, похожим на сильный удар и грохот стула по полу. Сцена растворилась в темноте, и Мириам появилась на этот раз на кухне дома Снеггов во время очередной ссоры. Северус съёжился в углу, в то время как мужчина возвышался над Эйлин с поднятой рукой и искажённым от ярости лицом. Сцена снова сменилась другим спором, только на этот раз Северус получил удар от угасающего гнева своего отца, когда попытался защитить свою мать. Мириам едва успела перевести дыхание, прежде чем вокруг неё сформировалось ещё одно воспоминание. Солнечный день на пустынной детской площадке. Мириам заметила двух девочек на качелях и сразу узнала в рыжеволосой Лили. Её глаза метались по сторонам, пока она не обнаружила Северуса, выглядывающего из-за кустов. Мириам пыталась оставаться отстранённой, наблюдая, как перед ней разыгрывается первая встреча Северуса и Лили, но это было трудно. После этого сцены быстро менялись. Роща деревьев и инцидент с сестрой Лили; поездка на поезде в Хогвартс и знакомство Северуса с Джеймсом и Сириусом; церемония распределения; ссора Лили и Северуса из-за Римуса. Мириам наблюдала за всем этим со стоическим выражением лица, скрестив руки на груди. Её гнев по отношению к Лили достиг пика. Ни для кого не было секретом, что они с Лили расходились во мнениях практически во всём, как только попали в Хогвартс. У Лили был розовый взгляд на мир, который, по мнению Мириам, был типичным для человека, у которого была хорошая жизнь дома и которого очень любили родители. Мириам раздражало, что Лили никогда не видела серых сторон жизни, только чёрное и белое. Понаблюдав за тем, как она общалась с Северусом, Мириам убедилась, что их дружба была довольно несбалансированной. Северус так стремился угодить и отчаянно нуждался в дружеском общении. Мириам чувствовала, что Лили пользуется этим и часто ведёт себя так, как будто Северус был её благотворительным фондом. Сцена снова изменилась, и Мириам стояла в Большом зале, заполненном столами. Она взглянула на доску и слегка улыбнулась: С.О.В. Мириам не могла не оглянуться по сторонам и усмехнулась, найдя себя. Как молодо она выглядела! Мириам обернулась и увидела Северуса, яростно пишущего на своём пергаменте. Был объявлен конец экзамена, и студенты сдали свои тесты и ушли. Мириам смотрела, как её «я» помоложе направляется в библиотеку, и она внезапно поняла, что в тот день была та ссора, которую она пропустила. Она ускорила шаг и держалась поближе к Северусу. Мириам последовала за Северусом к буку и стала ждать. Сначала она увидела Джеймса и Сириуса, а затем Римуса и Питера. Мириам снова улыбнулась при виде юного Римуса. О, снова оказаться в том возрасте и знать то, что она знала сейчас, подумала Мириам, покачав головой. Однако радость Мириам быстро угасла, когда она стала свидетельницей инцидента между Поттером и Северусом. После того, как Лили убежала со своим едким замечанием, сцена снова изменилась. Полная Дама нависла над коридором во всей своей пышной красе, пока Мириам наблюдала, как Северус пресмыкается перед Лили. Это было больше, чем она могла вынести; отчаяние в голосе Северуса и презрительный тон Лили снова вызвали в ней гнев. Когда сцена снова изменилась, Мириам почувствовала огромное облегчение. Однако оно было недолгим. Мириам очутилась на тёмной вершине холма, был сильный ветер. Северус стоял рядом с ней, выглядя почти так же, как сейчас. Он казался испуганным, и Мириам инстинктивно потянулась за своей палочкой, только чтобы напомнить себе, что это всего лишь воспоминание. Внезапно воздух прорезал неровный белый свет трансгрессии, и появился Альбус Дамблдор. Брови Мириам нахмурились. Какого чёрта Альбус здесь делал? Мириам подошла ближе и прислушалась к разговору этих двоих. Её глаза слегка расширились, когда она услышала о пророчестве и о том, как Северус умолял Альбуса пощадить Поттеров. Её сердце пропустило удар, когда она услышала, как Северус произнёс: «Что угодно». С этой фразой Мириам поняла, что она никогда не знала Северуса полностью. Он никогда не смотрел на неё жадными глазами и, конечно же, никогда не отказывался от всего ради неё, как сделал это ради Лили. Она никак не могла конкурировать с этим. Их обоюдное соглашение было лишь очередной повседневной договорённостью. Мириам закрыла глаза, чтобы сдержать подступающие слёзы, и почувствовала, как сцена снова изменилась. Звук горя наполнил её уши, и Мириам открыла глаза. Дамблдор стоял над обмякшим телом Северуса, и Мириам с недоверием наблюдала, как человек, которому она доверяла, манипулировал Северусом в его уязвимом состоянии. Как мог Альбус совершить такой слизеринский поступок и при этом называть себя гриффиндорцем? Поджав губы, Мириам наконец поняла, как именно Северус пришёл преподавать в Хогвартс. Когда Северус поклялся Дамблдору хранить его тайну, Мириам вздохнула и рассеянно провела рукой по волосам. Это, безусловно, многое объясняло. Сцена снова изменилась, и это застало Мириам врасплох. Что ещё Северус мог ей показать? Общая комната Слизерина материализовалась перед ней. Там было пусто, за исключением двух студентов за большим столом: молодая версия её и Северуса. Они были на пятом курсе и оживленно обсуждали задание по зельеварению. Юная Мириам закончила свою тираду и вернулась к заданию. Северус нахмурился, глядя на неё, прежде чем лёгкая ухмылка скользнула по его губам. Перед ней промелькнуло несколько сцен Мириам и Северуса в школе. «Клуб Слизней», совместное поедание ирисок в «Сладком королевстве», походы в библиотеку и совместное купе в Хогвартс-экспрессе. Мириам улыбалась, наблюдая, как крепнет и крепнет их дружба. Мириам была тронута тем, что Северус вспоминал её с нежностью; у неё тоже было много приятных воспоминаний об их школьных днях. Было обидно, что у них больше не было такой лёгкой дружбы, и боль в сердце напомнила Мириам о том, что она потеряла. Сцена снова изменилась, и Мириам обнаружила, что стоит с Северусом в тёмном, сыром коридоре. В этом воспоминании было что-то смутное, и Мириам поняла, что это было не настоящее воспоминание, а воспоминание о сне. Она последовала за Северусом — её любопытство было задето. Северус двигался быстро, а Мириам поспевала за ним. Она нахмурилась, когда её уши уловили странный звук. Кто-то рыдал? Северус остановился перед деревянной дверью, и когда он открыл её, Мириам выглянула из-за него. У неё вырвался тихий вздох, и она вытащила свою палочку, когда увидела двух Пожирателей Смерти. Мириам отругала себя и заставила убрать палочку в карман, когда Северус вошёл в комнату; его палочка была направлена на двух мужчин. Мириам осторожно вошла за Северусом и посмотрела вниз на пол. В комнате был третий человек, укрытый плащом. Фигура в плаще тихо всхлипнула, и когда она подняла глаза, Мириам отшатнулась. Она не ожидала, что это будет она. Северус, однако, бросился к ней во сне и всё ещё умудрялся держать свою палочку направленной на двух Пожирателей Смерти. По рукам Мириам побежали мурашки, когда холодный, высокий голос ударил её по ушам. Глаза Мириам расширились от ужаса, когда она повернулась и столкнулась лицом к лицу с Тёмным Лордом. Она знала, что он не настоящий и что всё это было сном, но он всё равно был ужасающим. Другие мужчины ушли, и Мириам наблюдала, как Северус вошёл в роль верного слуги. Мириам съёжилась, когда сон продолжился: Тёмный Лорд схватил её за лицо, ругая Северуса. Её глаза расширились от недоверия, когда Северус умолял Тёмного Лорда пощадить её. Внезапно темноту озарила вспышка зелёного света, и комнату наполнил мучительный крик Северуса. Мириам зажала рот руками, когда поняла, что Тёмный Лорд убил её. Она беспомощно наблюдала, как Северус упал на колени. Его тело сотрясалось от рыданий, когда он поднял безжизненное тело на руки. Последовала ещё одна вспышка зелёного, и сцена исчезла. Мириам судорожно вздохнула и вытерла слезу, радуясь, что выбралась из сна. Теперь она была в гостиной Северуса. Северус вошёл, схватил со стола бутылку вина и убрал её. Мириам узнала в этом воспоминании ту ночь, когда сотрудники устраивали вечеринку в честь Дня святого Валентина. Когда Северус вышел из себя и впоследствии нашёл её шарф, Мириам начала чувствовать себя сбитой с толку поведением Северуса. Почему он действовал так? Сцена снова изменилась, и Мириам оказалась в кабинете профессора Дамблдора. Северус сел напротив Альбуса, и Мириам услышала, как пожилой волшебник спросил: «Значит, ты беспокоишься о Волан-де-Морте?» Мириам подошла ближе, наблюдая за лицом Северуса; её слух был сосредоточен на том, чтобы уловить каждое слово. Пока они спорили, слова Северуса шокировали Мириам: какой доброй и хорошей Северус считал её, и как в его жизни не было места для кого-то вроде Мириам. Когда Дамблдор вытянул из Северуса то, что не удалось Мириам, молодая ведьма начала плакать. Если Северус действительно испытывал к ней такие чувства, как она могла не знать? Что ещё более важно, почему он не сказал ей? Когда Северус вышел из кабинета Дамблдора, воспоминание исчезло. Темнота с зелёным оттенком сменила пустоту, и Мириам мгновенно поняла, где она находится. Она подошла к кровати, её спящая фигура была укрыта одеялами Северуса. Северус лежал на боку, лицом к ней. Он не спал, его тёмные глаза смотрели на неё, наблюдая, как спит она. Он медленно поднял руку и осторожно намотал её локон на палец. Выражение его лица стало собственническим, пока он продолжал смотреть. Мириам наблюдала за своим пробуждением. Северус ответил той же сонной улыбкой, и обнял тело Мириам, когда сцена исчезла. Мириам обнаружила, что её поднимает вверх, и она отшатнулась назад, когда её ноги попытались найти опору на каменном полу. Несколько мгновений Мириам стояла неподвижно, на её лице ясно читалось замешательство. Отношения Северуса с Лили были полностью осознаны; конечно, это была неудачная дружба. И этот сон… Теперь Мириам знала, почему Северус не хотел делиться его содержанием. Теперь она поняла, что Северус оттолкнул её из страха. Он чувствовал, что это был единственный способ обезопасить её. Мириам чувствовала себя глупо; их гордость лишала их общества друг друга все эти месяцы. Мириам тяжело вернулась к креслу Дамблдора и медленно опустилась в него. Она скрестила руки на журнале Альбуса и положила на него голову. Эта проблема была не только двух человек. Это было вплетено в обязательства, безответные чувства, чувство вины и потенциальное, хотя и вероятное, возвращение самого тёмного волшебника в истории. И всё же, несмотря на всё это, проблема двух людей оставалась. Они остались со своими собственными надеждами, желаниями и мечтами о том, что могло бы быть. Мириам откинулась на спинку кресла Альбуса. Она не знала, что удивило её больше: манипулирование ситуацией Альбусом, то, что Северус был таким откровенным, или то, что он действительно заботился о ней. Северусу было не всё равно, даже если он не очень хорошо это показывал. Это маленькое знание было подобно капле воды в пустыне для её разбитого сердца. Как бы ни радовала её эта мысль, Мириам не могла обманывать себя. Если бы из этого что-то вышло, это потребовало бы много тяжёлой работы и постоянной честности. Мириам знала, что её путь будет трудным и полным препятствий, но это её не останавливало. Путь был свободен, и теперь Мириам нужно было засучить рукава и заняться делом. Но сначала она хотела поговорить с Дамблдором.