Stuck in the Same Boat

До свадьбы Джульетты оставалось всего два дня. С течением времени она становилась все более и более нервной. Тем временем у тебя были тяжелые времена с беременностью. Постоянно тошнит, много странных спазмов и болей. Но приходилось молчать о них, потому что ты ждала, чтобы рассказать семье. Это заставило тебя чувствовать себя виноватой, но ты также скрыла часть этого от Бруно. Ты знала, что он просто взбесится и расстроится, особенно после того видения, которое у него было.  Ты спала рядом с ним, и снова начались боли и судороги, сильнее, чем обычно. Ты стонешь и потираешь живот, пытаясь его успокоить. Боль мешает спать. Бруно, однако, крепко спал рядом с тобой. Его лицо уткнулось в твою шею, а его руки крепко прижимали тебя к себе, пока он спал. Как бы тебе ни нравилось находиться в его объятиях, с каждой судорогой тебе становилось все больше и больше неприятно.  Ты вздыхаешь и решаешь встать и попить воды. Иногда помогало просто немного заполнить желудок. Осторожно отталкиваешь его руки от себя и садишься, снова потирая живот. Ты сдергиваешь с себя одеяла, но не встаешь. Видишь что-то, что заставляет тебя замереть, и ты чувствуешь, что все вокруг тебя останавливается. Оно слабое, но в тусклом свете комнаты видно, что похоже на... Кровь. У тебя между ног. Ты чувствуешь, как в груди зарождается тревога и трясешь Бруно, пытаясь разбудить его. Он лениво открывает глаза, стонет от того, что его вырвали из мирного сна.  — Что такое, mi amor? — спрашивает он, садясь. Видит выражение твоего лица и внезапно просыпается.  — Ч-что-то не так… — шепчешь ты.  Ты клянешься, что никогда не видели, чтобы он двигался так быстро. Он вскакивает с кровати и выбегает из комнаты. Он спускается по секретной тропе и выбегает из вашей комнаты. Он идет по коридору, врывается в комнату Джульетты, даже не удосужившись постучать.  Он становится на колени рядом с ее кроватью и будит ее. Она сбита с толку, увидев своего брата в своей комнате в столь поздний час, но даже в лунном свете она видит, что он выглядит бледным и испуганным. Она встает, и Бруно берет ее за руку и тащит обратно в свою комнату. Он так напуган, так отчаялся, что ведет ее по тайному пути к вершине, не заботясь о том, что теперь она узнает, что он существует.  Когда они входят в комнату, ты дрожишь и обнимаешь себя. Пятно крови у тебя между ног немного увеличилось, и твои пальцы окровавлены от прикосновения к нему, чтобы убедиться, что оно настоящее.  Джульета становится на колени рядом с тобой, пытаясь утешить тебя, осматривая тебя. Ты почувствовала проблеск надежды в своей груди, когда увидел, как она вошла в комнату, но то, как она смотрела на тебя сейчас… Надежда быстро угасла. Твои глаза наполнились слезами, и она встала, взяв Бруно за руку. Она вытаскивает его из спальни, оставляя тебя наедине, чтобы поговорить с ним.  «Пожалуйста, скажи мне, что ты можешь исцелить ее…» Его голос мягкий и дрожащий, и это разбивает сердце его сестры.  «Бруно… Все, что моя еда может сделать для нее, это… Унять боль. Исцелить все, что стало причиной этого. Но... это не может остановить или обратить всё вспять. Мне так жаль." Она говорит ему.  Джульетта никогда не видела своего брата таким… сломленным. Он смотрит на дверь своей спальни и тяжело сглатывает, прикрывая рот рукой.  «Я просто не… как…» Он даже не может составить полное предложение. Джульетта обнимает брата, и он, дрожа, обнимает ее в ответ. Она позволяет ему отпустить первым, и она видет, что он начал плакать.  «Ты хочешь поговорить с ней? Я могу пойти принести ей чего-нибудь поесть… — предлагает Джульетта. Бруно кивает и возвращается в комнату.  Бруно медленно подходит к тебе, вставая на колени у края кровати. Ты сидишь, прижав колени к груди и закрыв лицо руками. Бруно медленно протягивает и кладет руку тебе на спину. Ты смотришь на него, и его сердце просто разбивается. Он никогда не видел тебя такой убитой горем. В этот момент ни один из вас не мог ничего сказать. Он забирается на кровать рядом с тобой и прижимает тебя к своей груди.  — Мне… так жаль… — шепчешь ты. Он обнимает тебя крепче и кладет подбородок тебе на голову.  «Не извиняйся.. Это не твоя вина. Все в порядке… — шепчет он в ответ. У вас обоих по щекам текут молчаливые слезы. Бруно гладит тебя по спине и медленно дышит, стараясь сохранять спокойствие ради тебя. Он знал, что ты сделаешь для него это. Ты настолько переполнена эмоциями, что больше ничего не чувствуешь. А может быть, это просто чувства Бруно обострили ваши собственные. Пока Бруно держал тебя, тебе казалось, что все разваливается.  Чуть позже в комнате появляется Джульетта. Она садится рядом с вами двумя и протягивает простую арепу. Она приготовила что-то простое и быстрое, что-то, что было бы легко съесть. Ты игнорируешь его на мгновение, но она кладет его тебе в руку, заставляя тебя взять его.  «Т/и… это не изменит того, что произошло. Но это заставит боль уйти и исцелит то, что ее вызвало». — мягко говорит она. «Пожалуйста, ешь... По крайней мере, тебе нужно пережить это без физической боли».  Ты знала, что она права. Ты медленно поднесла её ко рту и откусила. Она казалась тяжелой и плотной во рту, и тебе потребовалось гораздо больше времени, чтобы съесть её, чем обычно. Она была права... Как только ты закончил, физическая боль ушла. Нет больше судорог, болей или тошноты. Нет больше... Чего угодно.  — Бруно, ты ее помоешь? Я обновлю постель для вас. Иди позаботься о ней. — говорит Джульетта. Бруно кивает и поднимает тебя с кровати. Он выносит тебя из спальни в ванную. Он опускает тебя на землю, затем наливает воду в ванну, убеждается, что она теплая, прежде чем закрыть ее и дать ей наполниться. Он поворачивается к тебе и помогает раздеться, руки трясутся. Он складывает окровавленную одежду в кучу, затем помогает тебе забраться в ванну.  Он становится на колени возле ванны, держа тебя за руку, пока ты сидишь в горячей воде. Она становится розовой, когда вода начинает вытягивать часть крови из вашего тела. Бруно хватает тряпку и начинает осторожно мыть тебя. Его руки дрожат, и он время от времени всхлипывает, но в остальном в ванне тихо.  Ты хочешь злиться на него за то, что он моет тебя, как ребенка. Ты хотели наорать на него, что можешь сделать это сами, но у тебя просто не было сил. Ты даже не была по-настоящему зла на него. Ты была зла на себя. Ты чувствовала, что потерпела крупную неудачу. Итак, ты позволила ему вымыть тебя без слов.  Он берет ладонь и льет немного воды на твои волосы, затем берет расческу и аккуратно расчесывает их. Как только волосы полностью расчесаны, он заплетает их в ленивую, быструю косу, чтобы они не попадали тебе в лицо. Он целует тебя в щеку, затем наклоняет твою голову, чтобы посмотреть на тебя.  Твоё лицо тусклое и невыразительное. Ты даже не смотришь ему в глаза. Он колеблется и обхватывает тебя руками, прижимаясь лицом к твоей шее. Ты прислоняешься к нему, но не делаешь никаких движений, чтобы удержать его.  Через некоторое время он понимает, что вода остывает. Он помогает тебе выбраться из ванны и дает полотенце, чтобы ты могла вытереться. Он возвращается в спальню, чтобы принести тебе свежую ночную рубашку, и видит, что Джульетта быстро сменила простыни. Ты даже не узнаешь, что там произошло.  Он возвращается в ванную и помогает тебе одеться, прежде чем вернуть в постель. Сначала он укладывает тебя, прежде чем войти в себя, свернувшись калачиком рядом с тобой и прижимая тебя к себе. Он притягивает тебя к своей груди, держа одну руку на затылке, а другую на спине. Вы вдвоем лежали так, пока солнце не начало всходить. Бруно целует тебя в макушку и смотрит на тебя сверху вниз.  «Кариньо… Мне нужно спуститься вниз позавтракать. Я вернусь, как только смогу». Он шепчет. Ты не отвечаешь, хотя и киваешь.  Он выскальзывает из постели, а ты просто лежишь неподвижно. Он проводит рукой по твоим волосам, прежде чем сделать глубокий вдох и спуститься вниз, на этот раз проделав долгий путь.  *** — Рада видеть тебя так рано, Бруно! Вы присоединитесь к нам за завтраком? — говорит его мать. Он кивает и делает фальшивую улыбку. Он садится за стол, стараясь не сосредотачиваться на пустом месте рядом с собой.  — Где Т/И этим утром? — спрашивает Альма.  Дерьмо.  «Она... очень устала. Были проблемы со сном». — говорит Бруно. Альма кивает и копается в своем завтраке.  — Что ж, когда она проснется, вам двоим нужно показать мне, что вы будете носить завтра на свадьбе Джульетты. Я хотела бы все одобрить до большого дня!» Она сказала.  Бруно и Джульетта на мгновение смотрят в глаза, прежде чем Бруно смотрит в свою тарелку.  «Эм, вообще-то… Мама? Эээ.. т/и может и не...сможет успеть. — говорит Бруно. Альма останавливается и смотрит на Бруно.  "Что? О чем ты говоришь?" — говорит она, хмуря брови.  — Е-ей немного нездоровится. Я не уверен, что она поправится…  "Бред какой то. Ты же знаешь, что один из арепов Джульетты тут же исцелит ее. — говорит она, хмурясь.  «Мама… Я не думаю, что Джульета сможет это исправить. Иногда ты просто сильно заболеваешь и…  — Насколько она больна, что Джульетта не может ее вылечить? Бруно, не знаю почему, но мне кажется, ты лжешь. Тон его матери становится жестким. Бруно смотрит на Джульетту умоляюще. Она смягчается, наклоняя голову, и Бруно кивает. Перед этими словами Джульетта прочищает горло.  «Мама… у т/и прошлой ночью был выкидыш». — мягко говорит она. Глаза Бруно наполняются слезами, и он крепко их закрывает, чтобы они не упали.  Тишина за столом гробовая. Бруно был рад, что тебя здесь нет, потому что он уверен, что эмоции за столом зашкаливают. Он поднимает глаза и видит, что и его мать, и Пепа открывают рты от шока.  «Она… ты имеешь в виду… Но…» Альма попыталась сложить предложение.  — Вы знали, что она беременна? — спрашивает Пепа. Над ее головой образовалось облако. Бруно кивает, и облако темнеет.  — Брунито, почему ты нам не сказал? — спросила Альма, ее тон стал намного мягче. Он покачал головой.  «Свадьба Джульетты была так скоро, когда мы узнали… Мы не хотели от этого отказываться. Это просто произошло, и мы были счастливы. Мы собирались сказать тебе после свадьбы, но... Ну, теперь нечего рассказывать. Он говорит. Мягкое, тихое всхлипывание выдает его, вырвавшись без его согласия. Альма встает и подходит к своему единственному сыну, заключая его в объятия.  «Иди к ней. Ты ей нужен. Она шепчет. — Мы позаботимся обо всем здесь внизу. Мы можем поговорить позже, хорошо, миджо? Она сказала. Бруно кивает и вытирает глаза. Он безмолвно встает и идет к тобе в спальню. Ты свернулась калачиком на кровати, когда входит Бруно. Он заползает обратно в кровать вместе с тобой и притягивает тебя к своей груди в своей обычной защитной позе. Ты просовываешь руки ему под рубашку, кладешь их ему на спину. Ему даже не нужно говорить, он просто прокручивает в голове предыдущую сцену.  Мне очень жаль.. Я не хотел, просто... вырвалось-  Ты обнимаешь его крепче, не в силах заставить себя ответить ему словесно. Он цепляется за тебя, и вы вдвоем безмолвно лежите вместе, хотя время от времени ты улавливаешь мысли Бруно. Но ты пытаешься этого не делать. Его мысли так же угнетают, как и твои. В конце концов тебе нужно просто двигать руками, чтобы обнять его поверх рубашки, не касаясь его кожи.  Бруно делает все возможное для тебя. Ты заботилась о нем много раз за последние несколько месяцев. Каждый раз ты была сильной и спокойной и готовой помочь. Настала его очередь встать и стать этим для тебя. Он контролирует свое дыхание, чтобы оно было медленным и ровным, пытаясь игнорировать собственные депрессивные мысли. Вместо этого он пытается сосредоточиться на том, чтобы гладить тебя по волосам и делать небольшие ласковые жесты.  Ты не реагируешь на это, и пару раз он искренне ловил себя на том, что проверяет, дышишь ли ты еще. Он никогда не видел тебя такой. Ты всегда была такой бодрой и весёлой, всегда готовой скрасить его день. Эта грустная, напуганная, молчаливая ты пугала его.  Позже в тот же день Пепа и Джульетта поднялись наверх. Они немного запыхались, так что Джульетта, должно быть, не рассказала ей о секретном пути наверх. Пепа держала небольшую тарелку с едой для вас двоих, а Джульетта принесла два стакана воды. Они ставят посуду и заползают к вам в постель. Джульетта садится рядом с вами, а Пепа сидит перед вами тремя. На мгновение становится тихо, но ты чувствуешь, как температура падает. Пепа подходит к тебе и кладет руку тебе на плечо.  — Я… прости, я не могу найти, что тебе сказать. Просто… нет хороших слов для этого. Мы можем что-нибудь сделать?.. — спрашивает Пепа. Температура в комнате приближается к нулю, и ты боишься, что может пойти снег, если ты ответишь. Итак, никто из вас не отвечает. Она вздыхает и смотрит на брата.  «Ты в порядке? Я знаю, ты был разбит этим утром…» — говорит она. Он пожимает плечами. Джульетта встает и кладет руку на плечо Пепы.  «Я думаю, они просто хотят побыть одни. Мы оставим им их еду, хорошо? Пойдем вниз, у нас есть еще кое-какие дела до завтра…» — говорит Джульетта. Пепа кивает и встает, оглядываясь на вас двоих, прежде чем выйти из вашей комнаты. Как только она уходит, температура заметно повышается.  Целый день никто не поднимался наверх. Вы двое остались в своей постели, не разговаривая. Ты едва касалась его кожи своей кожей, так что вы двое действительно были наедине со своими мыслями. Ты вообще почти не двигалась. Благодаря Джульетте в твоем теле не осталось боли. По крайней мере... Никакой физической боли. Эмоциональная боль, которую ты пережила, была едва ли не хуже. Ничто из того, что могла сделать Джульетта, не могло излечить такую ​​боль.  Когда ты наконец заснула, Бруно наконец позволил себе поплакать. Он старался вести себя как можно тише, чтобы не разбудить тебя. Он хотел быть сильным для тебя, когда ты бодрствовала, готовым поговорить, если тебе это нужно. Он хотел помочь тебе так же, как ты всегда помогала ему, но... Это так отличалось от всего, через что вы когда-либо проходили. Действительно не было сравнения. Он дрожал и всхлипывал, когда держал тебя, зарывшись лицом в твои волосы. Его сердце так сильно болело за тебя и за то, через что тебе пришлось пройти. Если ему было так тяжело, он понятия не имел, что ты, должно быть, чувствуешь.  В конце концов, он заплакал и заснул вместе с тобой без сновидений. Ты хотела бы сказать то же самое, но в твоей голове мелькали беспокойные образы, которые ты не могла разобрать. Когда ты проснулась на следующее утро, тебе показалось, что ты совсем не спала. Ты садишься и кладешь руку на голову, тихо вздыхая. Ты понимаешь, что Бруно нет рядом с тобой, и начинаешь оглядываться, чувствуя, как к горлу подступает паника. Он выходит из ванной с мокрыми волосами и садится рядом с тобой. Когда видишь его, немного расслабляешься.  «Извини, Кариньо, мне нужно было убраться. Ты наконец-то заснула, поэтому я хотел, чтобы ты получила как можно больше. — мягко говорит он. Он целует тебя в лоб и гладит плечо рукой. — Мама сказала, что хочет поговорить с тобой сегодня утром. Я пойду помогу Джульетте собраться, и она прийдет сюда с тобой, хорошо?  Ты киваешь и ложишься обратно. Ты не можешь заставить себя говорить, не говоря уже о том, чтобы встать и приготовиться к большой шикарной свадьбе, где все счастливы и празднуют. Ты заморачиваешься под одеяло и смотришь, как одевается твой муж. Когда он будет готов, он вернется и наклонится, чтобы снова поцеловать тебя. Ты смотришь, как он уходит, и тонешь в тишине комнаты.  Через некоторое время ты видишь, как Альма входит в спальню. Она действительно поднялась по всем этим лестницам, только чтобы увидеться с тобой? Она выглядела прекрасно, как и на вашей свадьбе. Она садится рядом с тобой на кровать, кладя руку тебе на плечо.  — Я знаю, что ты не в настроении вставать, но я думаю, тебе следует хотя бы пойти на церемонию. Я знаю, что ты любишь уединение, но если другие люди из города заметят, что тебя здесь нет, что ж… Люди любят поболтать. Она сказала. Кажется, она искренне беспокоится за тебя. Ты рассматриваешь все варианты и решаешь, что она права. Ты бы предпочла фальшиво улыбаться в течение часа, а затем вернуться в постель, чем быть одинокой и несчастной, и весь город сплетничал о вашем отсутствии.  — Я помогу тебе подготовиться. Я... я много знаю о потерях. Неважно, кого ты теряешь, это никогда не бывает легко». — мягко говорит она.  Ты садишься и обнимаешь колени, глядя на нее. Она встает и включает несколько ламп, и ваши глаза щиплет от этого ощущения. Ты была в темноте с той ночи, когда это случилось, и твои глаза не привыкли к свету. Она берет расческу и садится позади тебя, вытягивая распущенную, теперь очень спутанную косу, которую делал тебе Бруно. Она молча проводит по твоим волосам, медленно и нежно, стараясь не тянуть за волосы слишком сильно. После того, как волосы расчесаны, она начинает заплетать твои волосы вокруг головы с помощью шарфа.  «Когда у меня только родились дети, нам с мужем пришлось бежать из дома со всем городом. Детям еще и месяца не было. Педро увел нас далеко-далеко от нашей деревни, но... Они последовали за нами. Когда они вернулись, чтобы снова попытаться напасть на нас, он защитил нас и погиб. Я... видела, как это произошло. Она сказала. Ты можете почувствовать горе в ней, как будто оно свежее. Ей должно быть нелегко говорить об этом, но она так охотно открывается тебе.  «Я тоже чувствовала себя мертвой. Мое тело онемело. Мой разум был пуст. Но у меня было трое детей и целый город, который полагался на мою безопасность». Она объясняет. Она укладывает тебе волосы и помогает встать с кровати, поднося к комоду. Она достает для тебя платье и протягивает его тебе, позволяя тебе одеться.  «В такие времена, когда мы находимся на самом дне, мы можем показать свою максимальную силу». Она говорит тебе. Она стоит позади и помогает застегнуть платье.  «Ты делаешь храброе лицо для других, и когда ты снова один, ты можешь выпустить все наружу. Было много дней, когда я возвращалась домой, помогая людям строить свои дома, свою жизнь, и просто ломалась, как только оставалась одна».  Она поворачивает тебя лицом к себе и поднимает твою голову, чтобы посмотреть на нее.  — Будь сегодня сильной, мия. Для твоей сестры. Для Бруно. А после церемонии ты можешь вернуться прямо сюда и отдохнуть, сколько тебе нужно». Она говорит, мягко улыбаясь тебе. Ты киваешь и обнимаешь ее, прижимаясь лицом к ее плечу. Она обнимает тебя в ответ, крепко прижимая к себе.  «Спасибо…» — говоришь ты. Твой голос надтреснутый из-за того, что им не пользовались два дня. .  «А теперь давай. Давай спустимся вниз и продержимся следующий час. — говорит она, кладя руку тебе на спину и ведя к лестнице.  Ты делаешь так, как она советует. Вы цепляетесь за бок Бруно и фальшиво улыбаетесь для церемонии. Она была права, там была большая часть города. Кто-нибудь заметил бы, что вы ушли, и все пошло бы снежным комом. Ты легко изображали улыбку, как много раз изображали улыбку во время своих танцевальных представлений. И, к счастью, ты могла легко объяснить случайные слезы, которые падали из твоих глаз, тем, что ты просто радовалась за свою сестру.  Когда церемония закончилась, вы с Бруно проскользнули наверх и вернулись в его комнату. Хотя это немного помогло, выходя из комнаты, ты все равно чувствовала себя совершенно разбитой. Раздевшись и распустив волосы, вы садитесь на кровать, делая медленные глубокие вдохи. Однако они, казалось, ничего не делали, потому что вскоре твоё дыхание стало дрожать. От дрожи ты перешла к плачу, а от плача к рыданиям. Ты выплеснула все наружу и закрыла лицо руками, а Бруно бросился к тебе. Он прижимал тебя к своей груди и позволял тебе плакать, гладил тебя по волосам и гладил по спине.  Его убило то, что он увидел тебя такой, но, по крайней мере, сейчас ты показывала какие -то эмоции. Оттуда вы двое могли бы работать над исцелением. Он знал, что может быть сильным, когда знает, что ты чувствуешь. Бруно только хотел, чтобы он мог забрать эту боль навсегда.  Другая его часть была так, очень зла. Злился на себя за то, что заглядывает в ваше будущее. Ты просила его не делать этого именно по этой причине . Но он все равно сделал это и увидел то, чего не хотел видеть. Оттуда его было не остановить. Глупый Бруно, несущий несчастье. Про себя он поклялся себе, что никогда, никогда больше не будет использовать свое видение таким образом для тебя. К счастью, понял он, ты, вероятно, вообще не стала бы возражать против этого.