Stuck in the Same Boat

Тьяго стоял перед его дверью в своем маленьком белом костюме. Ты с тревогой вцепилась в руку Бруно, схватив его так, словно могла улететь, если отпустишь. Вы наблюдали, как Тьяго протянул руку и коснулся дверной ручки. Свет взорвался, и ты смогла увидеть гравюру, формирующуюся на двери. Когда свет померк, ты увидела своего сына, стоящего там с кистью в одной руке и карандашом в другой. Вокруг него были маленькие каракули, и то, как струился свет, создавало впечатление, что они двигались. Тьяго просиял и вытащил из кармана карандаш. Он подбежал к стене и нацарапал на ней мышку. Как только он поднял карандаш, она ожила и побежала по стене. Ты посмотрела на Бруно и крепко обняла его. «У нас новый дар!» — закричала Альма, и город зааплодировал. Мирабель и Камило бросились ему навстречу, умоляя нарисовать еще. «Надеюсь, мой дар тоже будет классный!» — кричит Камило. "Я тоже!" — говорит Мирабель. В доме начинается вечеринка, которая длится всю ночь. Ты подходишь к своему маленькому мальчику, поднимаешь его и крутишь. Он смеется и лучезарно смотрит на тебя. «Мами, тебе нравится мой дар?» Он спросил. «Я люблю это, миджо! Это идеально для тебя». Ты целуешь его в щеку, когда Бруно подходит. Он забирает у тебя Тьяго и трется своим носом о его. «Видишь, теперь тебе придется устраивать представления для меня и твоей мамы со своими рисунками!» Бруно говорит ему. Тьяго взволнованно кивает. Он видит одного из своих друзей и взволнованно извивается, спрыгивая с рук отца. Ты поворачиваешься к Бруно и ухмыляешься, беря его руки в свои. «Наш мальчишка подрастает…» — говоришь ты. Он крепко обнимает тебя и целует в лоб. «Завтра он должен помогать по хозяйству! Это так захватывающе…» — говорит Бруно. Краем глаза видишь, как вдоль стен бегают маленькие рисунки. Ты улыбаешься и поворачиваешь голову Бруно, чтобы посмотреть. Он тоже улыбается. Сила Тьяго оказалась очень полезной в городе. Он дал каждому дому свой маленький рисунок посыльного. Если он рисовал людей, они могли разговаривать, поэтому жители города использовали это, чтобы отправлять друг другу сообщения через весь дом. Иногда, когда люди что-то теряли, он делал рисунки, чтобы помочь найти предмет. Единственным недостатком этого было то, что если он не был виден с поверхности 2D-плоскости, он вряд ли бы его нашел. Ты следовала за своим сыном весь день, пока город души не чаял в нем и его силе. Когда вы вернулись в дом в тот день, Мирабель и Камило приветствовали его, и все трое побежали играть вместе. Ты встречаешь Джульетту на кухне и решаешь помочь ей приготовить обед. «Твоя Мирабель такая милая. Она просто любит Тьяго. Они все время играют вместе. Он всегда рассказывает мне какую-то историю, которую они придумали с его рисунками». Ты говоришь ей. Джульетта улыбается. «Я знаю, и Тьяго так хорошо с Камило тоже. Эти трое очень дружны. Dios mio, когда у всех троих будут дары, мне кажется, они станут угрозой для города. Вы двое смеетесь и продолжаете вместе готовить еду. Большинство дней проходят так. По утрам ты берёшь Тьяго для работы по городу, а днем ​​возвращаетесь, чтобы он мог поиграть со своими кузенами. Его младшие кузены просто обожали Тьяго. Они просили его нарисовать что-нибудь, а он писал это на стене и хихикал, когда они смотрели, как оно движется и танцует. Бруно всегда возвращался из города уставшим и измученным. Каждый вечер после чтения у него начинались головные боли. Ты продолжала ловить его стуком по деревянным поверхностям, а иногда и по голове. Каждый раз он бормотал что-то вроде «постучи по дереву». Ты начала волноваться за него. Несмотря на то, что многие люди все еще опасались его после урагана, они продолжали просить его прийти и провести для них чтения. Конечно, они услышали только то, что хотели услышать, то есть плохое, и разозлились на него. Однажды ночью вы сидели с ним на кухне после ужина, потягивая кофе. Только вы вдвоем наслаждались тишиной, пока его сестры заботились обо всех детях. Бруно сегодня был таким тихим когда вернулся, это тебя обеспокоило. Он выглядел потерянным в своих мыслях. Время от времени его лицо дёргалось, и он стучал по деревянному столу. Наконец-то ты решила донести это до него. «Кариньо… Я часто замечаю, что ты так делаешь в последнее время». Ты говоришь. Он немного подпрыгивает и смотрит на тебя, как будто удивлен, что ты все еще здесь. Он смотрит вниз, его щеки немного краснеют, но ничего не говорит. "Тебя что-то беспокоит?" Ты спросила его. — Нет… ну… нет. — говорит он, хотя звучит очень неуверенно. «Поговори со мной, кариньо. Используй свои слова». Ты говоришь ему. Он вздыхает и убирает волосы с лица. — Просто… я устал от того, что город так со мной обращается. Всегда называя меня неудачником Бруно, но все еще спрашивая меня о будущем. Они сосредотачиваются на плохом и винят в этом меня. Просто... С тех пор, как вышла замуж Пепа, это было ошеломляюще». Он говорит. Ты смягчаешься и кладешь руку ему на плечо. «Я ловлю себя на том, что почти верю, что мне не повезло, понимаешь?» Он говорит с небольшим, кривым смехом. «Кажется, что оно следует за мной повсюду». Бруно скрещивает руки и обнимает себя, глядя себе на колени. Какое-то время ты проводишь рукой вверх и вниз по его спине. — Бруно, ты знаешь, что тебе не повезло. Ты рассказываешь людям всякие вещи, а они просто цепляются за плохое. Ты ни разу не сделал ничего плохого. Все, что ты можешь сделать, это предупредить людей о событиях». Ты уверяешь его. Ты чувствуешь, как от него исходит небольшой укол вины, и он просто качает головой. «Сегодня в это все труднее поверить». Он говорит. Бруно встает из-за стола, несколько раз стучит по нему и что-то бормочет себе под нос. Ты смотришь, как он выходит из кухни, и тихо вздыхаешь. Ты смотришь в свою чашку, задаваясь вопросом, что эти люди могли сказать ему. Было больно видеть его таким подавленным. Ты считала, что все, что тебе нужно сделать, это прикоснуться к нему, чтобы прочитать его мысли, но в основном ты перестала делать это. Не по какой-то особой причине, а, может быть, потому, что ты заметила, что он перестал говорить о вещах, которые его беспокоили, и ты не хотела, чтобы он продолжал скрывать это. Ты хотела, чтобы он говорил с тобой об этом, а не просто размышлял в своей голове. Когда ты, наконец, поднялась наверх, чтобы лечь спать, Бруно уже спал. Ты молча готовишься ко сну, прежде чем залезть рядом с ним. Ты обнимаешь его за талию и целуешь в затылок, притягивая к себе. Он крепко спит, но ты можешь почувствовать шквал странных эмоций от него. Вероятно, ему приснился плохой сон. Ты просто уткнулась носом в его шею и рисовала пальцами маленькие круги на его животе. Через некоторое время он снова расслабился, и ты обнаружила, что погружаешься в сон. *** Церемония Камило была такой же захватывающей, как и все остальные. Тьяго был в восторге от того, что его двоюродный брат тоже получил дар. Ты и тройняшки боялись новой силы Камило. Он уже был немного буйным проказником, и теперь им приходилось учитывать, что он мог быть буквально кем угодно, когда теперь проделывал свои шалости. Ты уже однажды ругала его за то, что он сбивает людей, потому что он превратился в Тьяго, и ты думала, что ругаешь своего сына. Бруно всю ночь стоял рядом с тобой, делая вид, что не видит встревоженных взглядов жителей деревни. Ты знала, что он плохо себя чувствует из-за этого, поэтому позволила своей яркой, бодрой личности сиять еще ярче, чем обычно, сегодня вечером, пытаясь поддержать его настроение. Ты время от времени заставляла его улыбаться, но его тревога никогда полностью не утихала. Когда ночь закончилась, вы вдвоем поднялись в свою комнату, и он быстро заснул, не говоря ни слова. Теперь, когда у Камило был его дар, Он смог пойти на прогулку с тобой и Тиаго. Вместо того, чтобы гастролировать с ними по городу. Ты привела их двоих с собой в магазин вашего отца. Недавно он отказался от повседневной работы, оставив большую ее часть Виктору. Он по-прежнему любил свою работу в этом магазине и очень хорошо заботился о твоем отце. Теперь вы трое управляли магазином, пока он занимался доставкой. Люди приходили, и мальчики помогали им. Тьяго помогал, рисуя маленьких существ, чтобы те направляли людей туда, куда им нужно было идти за определенными предметами, а Камило помогал, превращаясь в Хосе, самого высокого человека в городе, чтобы доставать вещи с высоких полок. Время от времени кто-нибудь приходил и просил об услуге. это означало, что один из них должен был покинуть магазин, но обычно это не занимало много времени. Мальчики любили помогать в магазине. Если Бруно был в городе, он заходил и смотрел, как они работают. Он чувствовал гордость, наблюдая, как мальчики так усердно работают. Он всегда приносил еду с собой, так что вы вчетвером ели вместе и болтали, останавливаясь только для того, чтобы кому-то помочь. Если Виктор был в магазине, Бруно всегда отдавал ему то, что он принес для себя. Виктор был так благодарен и обычно пытался настоять на том, чтобы Бруно поел, но Бруно всегда отказывался. Когда все они возвращались домой, Камило и Тьяго бежали к Мирабель, чтобы рассказать ей о своем дне. Они взволнованно болтали о том, что они сделали, и даже воспроизводили некоторые вещи, когда Камило менял форму, а Тьяго делал маленькие рисунки. Мирабель хихикала, а потом они обсуждали, каким будет ее дар и как она может использовать его, чтобы присоединиться к ним и помочь городу. По мере того как день ее церемонии становился все ближе и ближе, она становилась все более и более нетерпеливой. Дверь уже была наверху, светясь потенциальной магией. Иногда она просто сидела перед ней и смотрела, задаваясь вопросом, какие секреты она скрывает. Время от времени она прикасалась к двери, просто чтобы почувствовать тепло магии свечи. Бруно часто заставал ее сидящей там. Он всегда подхватывал ее, кружил и говорил ей: «Нельзя торопить будущее, Мирабель!» заставляя ее хихикать. У него была слабость к младшей племяннице. Ты была так счастлива видеть, как он наслаждается своим временем с ней. В последнее время было все труднее и труднее видеть его по-настоящему счастливым, но он всегда улыбался Мирабель. Наконец настал ее день. Дом гудел от активности. Изабелла бросала цветы на стены, перила, столбы, на все, к чему мог прилипнуть цветок. Дом соорудил лестницу к ее двери, и Иза усыпала ее лепестками. Камило не особо помогал, но он воспользовался возможностью, чтобы следить за как можно большим количеством людей, подражая их манерам и языку тела. Отец ловил его несколько раз, но всегда упускал из виду, потому что считал это забавным. Они оба пообещали, что его матери не нужно будет знать об этом. Ты с Бруно были в детской Мирабель. Он укладывал ей волосы, а ты следили за тем, чтобы ее платье было в порядке и все детали были установлены. Она была довольна вниманием своих любимых Тиа и Тио. Ты разглаживаешь маленький нагрудный слой ее платья на плечах, даря ей улыбку. Бруно завязывает ей волосы бантиком, и вы двое улыбаетесь друг другу. — Хорошо, Мирабель. Ты говоришь ей. «Скоро сюда придет Абуэла, чтобы рассказать тебе, как мы получили наше чудо. Тебе нужно внимательно слушать, потому что это наша семейная история, наше наследие. Это причина, по которой мы здесь сегодня собрались. — Ты говоришь ей. Она взволнованно кивает, и ты слегка сжимаешь ее. Бруно обнимает вас двоих, и теперь она зажата между вами, ее маленькие щечки сморщены, когда она хихикает. Вы слышите стук в дверь и поворачиваетесь, чтобы увидеть Алму. Ты нежно гладишь Мирабель по голове, а затем встаёшь, чтобы уйти, позволяя матриарху побыть наедине с ее внучкой. Когда вы спускались вниз, горожане начали собираться, поэтому вы отправились на поиски остальных членов вашей семьи. Джульетта больше не нервничала, как раньше из-за Изабелы, но была взволнована! Она не могла перестать болтать о том, что она может получить, и как она сможет пойти с ней, чтобы помочь городу завтра. Взрослые присоединились к ее болтовне и поздравляли Джульетту и Агустина с тем, что их младшая наконец получит дар. Камило, Луиза и Тьяго гонялись друг за другом с бенгальскими огнями, пока Изабелла ослепляла город цветами, а Долорес спряталась в своей комнате. Теперь в доме было так много людей, и эти церемонии всегда так тревожили ее, после ее собственной. Шум был таким внезапным и громким, что она чуть не потеряла сознание. Она вышла только тогда, когда наконец услышала, как ее бабуля сказала семье: «Пора». Она присоединилась ко всей своей семье внизу лестницы. Ее мама и папа держались друг за друга, и каждый положил руку на плечи Камило. Ты и Бруно стояли с Луизой и Изабеллой, а Тьяго стоял между вами, взволнованно подпрыгивая, чтобы увидеть, на что способна его кузена. Долорес заняла свое место между двумя семьями, стоя между мамой и тобой. Свет гаснет, и на Мирабель светят два прожектора. Альма произносит свою речь, а затем делает знак Мирабель идти вперед. Вы с гордостью наблюдаете, как маленькая девочка идет вниз, ее кудри подпрыгивают, а руки возятся друг с другом — без сомнения, привычка, которой она научилась у Бруно. Она поднялась по лестнице и сияла, выполняя семейное обещание. Альма любяще улыбнулась ей, а затем отступила назад, чтобы Мирабель могла коснуться своей двери. Она вытерла свои маленькие ручки о платье и медленно потянулась и положила руку на ручку. И тут все замедлилось до полной остановки. Дверь на мгновение ярко засияла, а потом ты почувствовали очень странное изменение тона. Вскоре все перешептывались и перешептывались, и ты чувствовала, как поднимается такая волна беспокойства и растерянности, что тебя трясло. Альма выглядела напуганной, а Джульетта и Агустин выглядели убитыми горем, наблюдая за происходящим. Вся семья напряглась, и вы медленно посмотрели друг на друга. Тьяго и Камило посмотрели друг на друга, затем на своих родителей, недоумевая, что происходит. Бруно смотрел на тебя, и ты чувствовал его страх. Он положил руку тебе на плечо, и вы вдвоем оглянулись, как раз вовремя, чтобы увидеть, как дверь, наконец, медленно растворяется и исчезает.