Dirty dancing

      Фейерверки, салюты — это все так красиво. Разноцветные заряды со свистом взметываются в небо, разрываясь на сотни маленьких ярких крупиц, постепенно исчезающих в темной ночной глади. Когда смотришь на этот взрывной танец палитры, все цвета радуги отражаются в глазах.       И от этого на душе становится так радостно, в животе покалывает будто от щекотки. Ведь салют ассоциируется с праздником.       У Питера в душе словно взорвался его личный фейерверк.       Такой, похожий на бутон. Сначала цветок всегда спит в коконе, а потом распускается с дурманящим запахом и нежными лепестками. Паркер сначала свернулся ежиком, выпустив иголки нервов, сухости во рту и потных ладошек, а потом смягчился, явив окружающим нежное брюшко.       То есть слезы, щипавшие покусанные губы; улыбку, которая лишний раз царапала трещинки на нежной коже; руки, обнимавшие плечи ЭмДжей, содрогавшейся от рыданий.       Знаете, есть такое слово, которое тянется на языке, как нуга. Оно такое сильное, сочное, смелое. Его пропустить нельзя, потому что оно похоже на орешки, которые обычно добавляют в эту самую нугу.       Победа.       Для каждого она разная: у кого-то — встать рано утром по будильнику, у кого-то другого — сдать экзамен. Питер Паркер сдал свой самый главный экзамен. И нет, это не программирование. Это зачет с билетами о движении плеч, рук и бедер. Это курсовая о ровной спине и улыбке.       Парень и впрямь будто получил диплом, настолько чувствовал себя счастливым. До реальной корочки ему еще несколько лет и куча убитых нервов, если они еще останутся после кубка Нью-Йорка.       Если останутся. Юноша вовсе не был в этом уверен. Ведь он умер, вознесся, блять, к райским вратам, а затем вновь воскрес, очутившись в ревущей студии телезаписи, где Скотт Лэнг указывал на большой экран с таблицей в десять строк.       Десять строк.       Молодой человек не мог дышать, ему будто наступили на горло, заставив отхаркивать сопли вместе со слезами. И виной этому два незамысловатых имени: Брэд Дэвис и Мишель Джонс-Уотсон. Они оказались вписанными знакомым золотым шрифтом в табличку.       Начнут с десятого места. Вот это уже реально последний вагон. Под конец объявления финалистов Питер уже почти валялся в ногах у ЭмДжей, грозясь заработать инфаркт.       Но он не верил. Юноша просто никогда в жизни не мог бы себе представить, что окажется в одной лодке с теми, кого когда-то считал недосягаемыми.       Молодой человек никогда в жизни не представлял себе, что очутится в чертовом финале кубка Нью-Йорка по танцам, латиноамериканской программе. И это после убитого в ноль тела из-за вальса.       Боже.       Питер правда плакал, хоть обещал себе не рыдать. Но слезы лились сами по себе, никак не желали останавливаться. Паркер рыдал, как маленький мальчик, обнявшись с такой же маленькой ЭмДжей, которая тоже не верила в реальность происходящего. Юноша пузырил сопли, уткнувшись в плечо Мэй, радостно поглаживавшей его по слипшимся от геля волосам. Но он с улыбкой оформил их фирменное приветствие с Недом, пусть слезы все еще подсыхали на щеках, норовивших треснуть от широкой лыбы.       И тогда Питер ночью, придя домой, продолжил плакать, уткнувшись носом в синее одеяло. Прохладный ветер колыхал жалюзи, а экран телефона превращался в яркое пятно из-за слез. Паркер ревел уже не от того, что победил самого себя, а от переизбытка эмоций. Он слишком много держал в себе. Нельзя же работать на износ, а парень все-таки слишком неопытен, чтобы подвергать тело таким тяжелым нагрузкам.       А гаджет с трещиной на экране светился не просто так. Питер не успел лично поблагодарить человека, который потратил едва ли не больше всех сил и времени, чем кто-либо еще. Сделанный им вклад, конечно, не сравнится с тем, что внесла ЭмДжей, но молчать Паркер не мог.       Ведь ему дали номер телефона на случай, если жизнь разведет по разным углам, и потребуется срочная помощь. Питер (01:03) Добрый вечер, мистер Старк. Хотел поздравить вас с выходом в финал и поблагодарить за помощь. Без вас ничего бы не было. Питер Паркер       Юноша пялился на экран, где красовались зелененькие кнопочки, а буквы пускались в пляс из-за слез. Молодой человек прекрасно понимал, что Тони наверняка отмечал свою небольшую победу в каком-нибудь дорогом ресторане, где подают первоклассное шампанское и свежие устрицы. Да, Питер знал, что такое устрицы — какая-то склизкая холодная подошва, которую он вообще не рискнул бы попробовать.       Паркер вздрогнул, когда смартфон пиликнул от пришедшего уведомления.

Мистер Старк (01:10) Привет, Питер Меня благодарить не за что Ты хорошо поработал И спасибо за поздравление

Питер (01:12) Я не мог вас не поблагодарить, мистер Старк. Я даже и не думал о том, что когда-нибудь попаду в финал.       Питер говорил правду. Но даже не понимал, почему пальцы сами печатали ответ. Мужчина наверняка был занят, да и вытирать подростковые сопли уж точно не хотел.

Мистер Старк (01:13) Ну хватит Держу пари, ты сейчас на эмоциях Я видел, что ты плакал Но нужно взять себя в руки Через неделю финал

      Как будто Паркер сам не знал, блин! Только сообщать о продолжении своей истерики не был намерен уж точно. И как танцор вообще обо всем догадывался так быстро? Питер (01:13) Да, мистер Старк, вы правы, я постараюсь. И простите, если отвлек.

Мистер Старк (01:16) Не отвлек, парень [фотография]

      Паркер незамедлительно нажал на изображение, чтобы приблизить. Ему пришлось протереть покрасневшие глаза. Мужчина посчитал нужным сообщить о том, что предпочел шумным компаниям бутылку виски. Похвально. Питер невольно проскользнул глазами по ровным пальцам, державшим граненый стакан с янтарным напитком. Алкоголь по цвету так сильно напоминал глаза самого Тони. Бутылка, видневшаяся на заднем фоне, выглядела дорого. Парень даже будто услышал треск камина, рядом с которым, судя по фотографии, сидел Старк, преспокойно вытянув ноги. Интересно, а во что был одет танцор? Любимые штаны и какая-нибудь рубашка или футболка? Глупо для домашнего костюма. Халат? Спортивки с майкой?       Питеру явно думать о подобном не стоило, а потому он принялся печатать ответ, надеясь, что не потратил слишком много времени на просмотр фотографии. Питер (01:19) И каждый раз вы так отмечаете победу? То есть, в одиночку.       Заткнись, Паркер. Утопись, застрелись. Зачем? Парень нервно комкал одеяло, преодолевая желание вцепиться себе в волосы.

Мистер Старк (01:20) Да Устаю от шума и камер

Питер (01:20) Неужели не с кем поделиться?

Мистер Старк (01:21) Технически я делюсь им с тобой Но сложно радоваться тому, что происходит постоянно Поэтому я предпочитаю анализировать ошибки

Питер (01:21) Звучит заумно и пафосно. Как раз в вашем стиле, мистер Старк. И раз уж я вас не отвлекаю, могу ли я спросить о том, какие ошибки допустил?

Мистер Старк (01:28) Мина была не кислая, уже радует Сбился с ритма раза три Последняя поддержка получилась смазано Мало страсти Шаги делаешь маленькие, поэтому становишься похожим на утку На симпатичную утку

      Боже, и это дамский угодник? Питер покраснел маком, когда мозг стал указывать ему стрелочками на последнее сообщение. Тони явно пытался флиртовать на пьяную голову. Насколько пьяную? Питер (01:32) Учту, мистер Старк, спасибо. Неужели вам нужен алкоголь, чтобы начать с кем-то заигрывать?

Мистер Старк (01:32) Не нужен Мне казалось, что я вел себя довольно открыто

Питер (01:33) Да, мистер Старк, вы были довольно открыты, когда флиртовали с моей тетей.

Мистер Старк (01:35) Не ревнуй, Питер Я ожидал, что ты припомнишь мне мою маленькую шалость, а не встречу с миссис Паркер

Питер (01:35) Я не настолько наглый, хоть мне до сих пор обидно.

Мистер Старк (01:36) Прости Я правда не должен был

Питер (01:37) Прошу, не извиняйтесь, мистер Старк. Мне просто нужно время, как и любому нормальному человеку. Вы и так слишком много сделали, чтобы еще и извиняться.

Мистер Старк (01:43) Опять слишком много слов Но ладно, я не это хотел написать Я не смогу приходить к вам с ЭмДжей, чтобы помогать Один раз, может, зайду Но ничего обещать не могу Сам знаешь, финал на носу

Питер (01:44) Что вы, мистер Старк! Конечно, я понимаю. Но раз так, могу ли я попросить у вас об одолжении?

Мистер Старк (01:44) Например?

Питер (01:44) Вместо того, чтобы помогать нам на тренировке, не могли бы вы сводить меня еще раз в «Гавану»? Вы говорили, что по понедельникам у них тематические вечера.       Питер даже не думал, когда печатал. Возможно, присутствие Тони на тренировке было важнее, но сердце велело написать то, что буковками отразилось на экране. Паркер нервно заламывал пальцы, надеясь, что его предложение не показалось танцору слишком наглым. А вдруг мужчина будет занят? Хотя это не последний день перед финалом. Боже, Питер, уймись! Что за наглость вообще такая? Задницей двигать понравилось?       Размышления парня прервали еще несколько уведомлений.

Мистер Старк (01:46) Маленький засранец Ты мало того, что подлиза Так еще и шантажист

Питер (01:46) Это почему я шантажист и подлиза?

Мистер Старк (01:47) То есть, ты признаешь, что ты маленький засранец? Неужели ты реально думал, что пройдешь в финал, если пожмешь судьям всем руки? Даже Фьюри, который все-таки полил тебя дерьмом

Питер (01:49) Не признаю, но вам проще судить. И я сделал это потому, что я так хотел. Я никогда не думал, что увижу этих людей вживую, и не знал, увижу ли снова. Вы бы тоже воспользовались случаем.

Мистер Старк (01:50) Вряд ли

Питер (01:50) Вы не ответили на мой вопрос. Почему я шантажист?

Мистер Старк (01:51) Потому что знаешь, что я не смогу тебе отказать Особенно в этом

Питер (01:52) У меня не было злого умысла, мистер Старк.

Мистер Старк (01:52) Да, конечно Так я тебе и поверил

Питер (01:52) Так я могу воспринимать ваш ответ, как согласие сводить меня в «Гавану»?

Мистер Старк (01:54) Питер, ты вообще видел, сколько времени? Детское время кончилось Пора спать Завтра же опять с утра вкалывать будешь

Питер (01:54) Хватит увиливать от ответа, мистер Старк!

Мистер Старк (01:55) Иди спать, Питер

Питер (01:55) Значит, я в праве считать, что вы согласны. Буду ждать сообщения от вас.

Мистер Старк (01:56) Спокойной ночи

      Напечатав ответное «спокойной ночи», Паркер отложил телефон, тяжело вздохнув. Пальцы боролись с желанием схватить гаджет и продолжить переписку. Слезы уже, кажется, высохли.       Питер все думал о том, что написал Старк. «Потому что знаешь, что я не смогу тебе отказать, особенно в этом»?       А в чем мужчина бы отказал?       В голову Паркера лезли всякие глупые мысли. Наверняка во всем виновата дурацкая эйфория.       Впрочем, юноша зарылся носом в прохладное свежее одеяло, в общем-то понимая, что радость от победы ни при чем.       Просьба, оформленная мозгом Питера, казалась все более невыполнимой. И никакой сигнал «SOS» тут не поможет.

***

      Питер даже и не заметил, как пролетело еще три дня. Его рутина, необычно красочная и интересная, ничем не отличалась от той, что была, скажем, недели четыре назад: вновь бесконечные тренировки. Теперь, правда, Паркер так сильно не нервничал, впрочем, как и ЭмДжей. Они сделали все, что требовалось и планировалось. Парень так вообще перевыполнил задачу. Мало того, что подруге помог и дал время очаровать представителей танцевальных школ, так еще и до финала довел. Юноша иногда думал, а смог бы Брэд также? Правда совесть окатывала молодого человека холодным душем, ведь зазнаваться было рано.       А очень хотелось, потому что мистер Старк все-таки согласился на второй поход в клуб. Как? Зачем? Почему? Парень не знал, ровно как и не знал, зачем вообще это все предложил. Хотя Тони говорил, что ему «Гавана» пошла на пользу, ведь Питер откровенно стал танцевать лучше. Кто знает, может, повторный заход окажется не менее плодотворным.       И вот Паркер опять стоял на улице, переминаясь с ноги на ногу. Он потер ладони, борясь с желанием согреть их дыханием. Дело в Нью-Йорке уже близилось к весне, а ночами все равно холодно. Это еще при том, что на парне красовалась утепленная джинсовка. Да он вообще выглядел, как чертова суперзвезда: светло-голубая рубашка, которая опять окажется насквозь мокрой, и темные полуофициальные штанцы (довольно эластичные, кстати).       Долго Питеру ждать не пришлось, потому что у его дома довольно скоро затормозила знакомая серебристая тачка. Да, у дома, потому что Старк не принимал возражений. Мол, а смысл Паркеру тащиться сначала к зданию, где проходят тренировки? И так без конца там тусуется. А кто такой Питер, чтобы отказывать?       Впрочем, Тони никогда не переставал удивлять, а потому юноша знатно прифигел, когда прямо перед его носом, отправившимся к задней двери, открылась передняя. Молодой человек нагнулся, придержав полы куртки. — Ну, чего стоим? Садись, — мужчина кивнул на сидение, а затем деловито разместил руку на рычаге коробки передач. Зачем? Ведь тачка наверняка была на автомате. — Здравствуйте, мистер Старк, — на выдохе сказал Питер, плюхнувшись на черное кожаное сидение, которое не забыло многозначительно скрипнуть.       Дверца хлопнула, и Тони газанул, придерживая руль левой рукой. Машина моргнула фарами, а затем поплыла по улицам вечернего Нью-Йорка. Питер пригрелся к креслу подобно воробушку, пятая точка ощутило тепло, исходившее от гладкой обивки. — Не стоило, мистер Старк, — тихо произнес парень, уткнувшись носом в светлый мех, что утеплял джинсовку. — Я уже устал просить тебя не отказываться от всего, что предлагают, — голос Тони звучал устало и недовольно.       И Паркер невольно загляделся. В глазах танцора мелькали огни фонарей и фар других автомобилей. Сам Старк напряженно следил за дорогой, постукивая пальцами по рулю. На левой руке, кстати, были какие-то дорогущие часы с черным ремешком. Юноша даже боялся загадывать, сколько они стоили. Сам Тони же был в темной куртке, в той самой, в которой познакомился с очаровательной миссис Паркер. Более того, молодой человек почувствовал себя немного неловко из-за того, что вырядился, как на светский прием, в то время как на водителе были штаны, подозрительно напоминавшие спортивные. — Вы сегодня своим ходом, — Питер решил разбавить своим голосом стильную музычку, звучавшую в машине, — а где Хэппи? — Дал ему внеплановый выходной, — Старк безучастно пожал плечами, щелкнув поворотником, — а что, соскучился? — Нет, — Паркер усмехнулся. Уж по этому грустному водиле он тосковать не будет, — просто удивлен, что вы за рулем. — А ты что думал, у меня машина для галочки что ли? Или что я совсем от рук отбился и не в состоянии сводить своего ученика в клуб? — в голосе Тони слышалась явная насмешка. — Вовсе нет, мистер Старк, — пролепетал Паркер, разгадав в реплике танцора намек на провокационную шутку, прозвучавшую в полуфинале. — Да ладно, не кипишуй. Ты самая настоящая звезда, слушай. Я даже посмеялся.       И юноша приложил титанические усилия, чтобы не сжаться, когда Тони похлопал его по коленке. Питер просто старался думать о том, что водителю было удобнее убрать руку с рычага коробки передач и коснуться ноги, а не тянуться к плечу. Мда, успокаивай себя. — Тогда ладно, — Паркер нервно улыбнулся, сложив руки в замок. — Что ж, Питер, — сказал мужчина на выдохе. Он упер локоть в темную панель, что была в дверце, и посмотрел на пассажира, ведь машина встала на светофоре, — расскажи что-нибудь о себе. Про меня ты наверняка все знаешь, а вот я только в курсе, что ты любишь трясти попой и все еще шагаешь неуклюже. — Еще то, что спину держу не всегда, — молодой человек убрал мешавшую прядку со лба. Если честно, он просто давал себе время на то, чтобы собраться перед ответом, ведь забалтывать Тони не стоило, это парень уже усвоил, — ну, на самом деле нет ничего такого примечательного. Я первокурсник, учусь в MIT. — А мне уже интересно, — Старк нажал на педаль газа, отчего автомобиль мягко тронулся, и не забыл опровергнуть сказанное собеседником, — какой факультет? — Машиностроения. — Ниху…ничего себе. Вау, это круто. И университет и направление. — Вы мне льстите, — Питер улыбнулся, порадовавшись такой реакции мужчины, — я ничем не отличаюсь от обычных студентов. Нед и ЭмДжей тоже поступили в MIT, поэтому мы стараемся держаться вместе. — И получается, что ты сейчас не учишься, да? Ну, раз ты тренируешься постоянно. — Да, — юноша кивнул, — ЭмДжей отмазала меня от занятий, хоть я и протестовал. Я понимаю, что танцы — это классно, но для меня важнее всего получить образование. — Почему? — спросил Тони, перестроившись в другой ряд. — Просто меня воспитывала тетя Мэй, которая много в меня вложила. То есть, все, что у меня есть, — ее заслуга. И я бы не хотел, чтобы она разочаровалась и пожалела, что потратила столько сил, работая на нескольких работах одновременно, чтобы я ни в чем не нуждался. Я должен буду ей помогать, а для этого я обязан пойти в хорошую компанию, что невозможно без образования.       Питер говорил предельно честно и не задумался ни на минуту в правильности собственных слов. Глаза его следили за проплывавшими мимо машинами, домами и редкими пешеходами, которые почти не выделялись на фоне темного неба и блочных высоток. — Да, миссис Паркер — прекрасная женщина, — Тони закивал. — Вы успели это понять, пообщавшись всего пять минут? — парень усмехнулся. — Нет, просто я знаком с ее племянником, — Старк подмигнул своему пассажиру, а затем так же невозмутимо, как и до этого, вернул свой взгляд к дороге, — кстати, а она в курсе, куда ты намылился? — В курсе, — Питер кивнул, — тем более, что она уже знает, что мы дружим. — Дружим, — протянул танцор, — это хорошо, что миссис Паркер в курсе.       Юноша еще попричитал, как бабка, а потом и вовсе решил замолчать, чтобы не докучать водителю. К тому же музыка, игравшая в салоне, вовсе не была навязчивой.       Вскоре автомобиль затормозил неподалеку от клуба, на парковке. Хорошо, что нашлось свободное место, хоть это было и странно, учитывая наличие тематических вечеров в «Гаване». Старк молча высадился на улицу и, дождавшись спутника, щелкнул замком иномарки, спрятав ключи в кармане штанов. Затем он также молча направился в сторону уже знакомого Питеру здания. Оно было громоздким, почти не украшенным никакими опознавательными знаками. Окна располагались только на втором этаже, а над крыльцом висела не особо новая бежевая вывеска, где витиеватая надпись «La Habana» была выполнена в кофейном цвете.       И вновь охранники, коричневые двери, которые придержал Тони. Уже знакомый «предбанник» с пуфиками у гардероба, ломившегося от курток, громкая заводная музыка, сотрясавшая пол, забавные бра на стенах. Ну, и куда же мы без улыбчивой брюнетки Карлы, что сидела за информационной стойкой. — Добрый вечер, Тони, — девушка улыбалась, протягивала руки, чтобы забрать у посетителей куртки, — и Питер. — Здравствуй, Карла, — Паркер кивнул ей, отчего-то чувствуя себя довольно уютно.       И никаких этих «не в своей тарелке». — Я не ожидала увидеть вас сегодня, — Карла обратилась к танцору, принимая его куртку, — обычно вы заходите по четвергам. — Просто кое-кому так у вас понравилось, что он упросил меня сводить его в понедельник, — Старк недвусмысленно покосился на Паркера. — Поняла, — сотрудница клуба улыбнулась, — не буду вас больше задерживать. Вещи будут у меня, как всегда, ну а я желаю вам приятного вечера!       Поблагодарив Карлу, Питер и Тони направились к основному залу. Юноша уже, слава Богу, не чувствовал себя так, будто его вели на казнь. Напротив, ему хотелось скорее очутиться в гуще событий.       Вкусить Кубу.       Паркер с улыбкой заглянул в зал. Глаза, конечно, все еще выдавали некое удивление, потому что привыкнуть к такой жгучей обстановке было непросто. Но Питер был очарован.       Ничего не изменилось с прошлого раза. Ничего.       Все те же бутылки рома на барной стойке, выбирай, что душе угодно, даже пальмочка стояла; дым от сигар, затянувший потолок подобно смогу; яркая музыка, пестревшая барабанами и задорными словечками, пропевавшимися на испанском; целое море разгоряченных тел. И ни одного одинакового наряда: юбки всех цветов радуги, короткие топы, из которых так и норовили вывалиться объемные груди, отсыревшие от пота длинные локоны. Кавалеры отжигавших дам тоже были все, как на подбор: яркие рубашки, под которыми обычно скрывались однотонные футболки и какие-нибудь модные цепочки, широкие улыбки.       Красота. — Ну что, Питер, опять танцевать до потери сознания? — спросил Старк, дав юноше пару минут, чтобы привыкнуть к горячей обстановке. — Может, сначала выпьем? — предложил парень.       И ведь даже не подумал. Что его сподвигло на то, чтобы бахнуть по стакашке? Черт его знает, но Тони хитро прищурился, разглядывая Паркера. — А меня не посадят за спаивание малолеток? — молодой человек стушевался, не зная, что ответить, ибо ему еще не было двадцати одного, — ладно, мы никому не скажем. — Мистер Старк, я сглупил, давайте все-таки не будем, — взмолился Питер, будучи законопослушным гражданином. Он схватил за предплечье танцора, уже шагнувшего в сторону бара, желая остановить. — Да успокойся, не забывай, что это клуб моего знакомого, так что никто нас с тобой бить не будет, — мужчина потянул спутника к стойке.       Питер-то помнил рассказ Старка о небезызвестном Хавьере, но все равно чувствовал себя максимально неловко. Это ощущение только усилилось, когда смугленький темноволосый бармен осоловелым взглядом стал разглядывать молодого посетителя. Впрочем, Тони быстро разрулил ситуацию, назвав свою фамилию, оставив большие чаевые и уверенно улыбнувшись.       Паркер не особо разбирался в коктейлях популярных на Кубе. Ему была известна только какая-нибудь банальщина в стиле «Мохито». А потому напиток, оказавшийся перед парнем, оказался незнакомым.       Старк всучил юноше стакан и кивнул на один из свободных низких столиков, за которыми в основном заседали любители сигар. Питер опустился на кованый стул (такие обычно стояли на верандах кафе) и выжидательно уставился на мужчину. Танцор сел рядом, слегка наклонившись к молодому человеку, чтобы хорошо его слышать, что было довольно затруднительно из-за громкой музыки. — Это «Саоко», — Тони кивнул на высокий мутный стакан, — на Кубе обычно подается в кокосе, но тут нормальных кокосов нет, так что обходятся тем, что есть. — Что сюда входит? — поинтересовался парень. — Ром, кокосовое молоко, газированная вода и сироп сахарного тростника, — пояснил Старк, призывно указав на бокал собеседника. — А у вас что? — спросил Питер, оторвав взгляд от кубиков льда и дольки лайма, коими был украшен «Саоко». — «Пина колада», классика.       Паркер понимающе кивнул, поскольку ему не требовался рецепт этого коктейля. Правда ведь, классика. Старк сделал глоток из своего бокала с широкой ножкой, побуждая парня последовать. Питера, на которого накатило резкое желание бахнуть, долго уговаривать не требовалось. Юноша принялся дегустировать свой напиток. На вкус сладко и слегка горько из-за рома. — Ну как? — спросил Тони. — Вкусно, — Питер облизнул губы, — спасибо большое.       Да, до него только сейчас дошло, что танцор оплатил ему бухлишко. — Хочешь мой попробовать? — казалось, что Старк задал вопрос, но Паркер прекрасно понимал: нифига подобного. А все потому что мужчина уже пододвинул бокал к парню.       Питер отказываться не стал, потому что хрен он где еще попробует такую «Пина коладу». То есть такую, которую заказывал сам Тони. На стенках бокала остались молочные подтеки, свидетельствовавшие о том, что Старк уже сделал несколько глотков. Ром, кокосовое молоко и ананасовый сок. Эх, вкуснотища! И плевать, что напиток является гордостью Пуэрто-Рико, а не Кубы. — И этот тоже хороший, — сказал Паркер, вернув бокал Старку. — Ясно, маленький алкоголик, — Тони прыснул, решив, что его шутка была невероятно смешной, — расскажи лучше, как у вас там дела? Готовитесь? — Да, работаем, — Питер опустил руки на кованый столик, принявшись привычно теребить рукав рубашки, подвернутый к локтю, — мы решили уделить внимание движениям, которые, эм, должны выглядеть более страстно. — Правильно, — довольно отозвался Тони, — и вполне возможно, что этот вечер вам поможет. — В плане? — Ну, в прошлый раз «Гавана» хорошо на тебя повлияла, — Старк пожал плечами, сложив руки на груди. — А, точно, вы правы, — Паркер улыбнулся, вспомнив, что последовало за походом в клуб. Тони учил его двигать бедрами. И ведь сам же думал о результативности тренировок в этом заведении! В одну извилину влетело, из другой вылетело.       Так, Питер, не время думать об этом. Хотя, обстановка, царившая в «Гаване», только мешала. — И не забудьте, пожалуйста, о последней поддержке, — напомнил мужчина, — она у вас слабая, а должно быть наоборот. Это же финал выступления. — Хорошо, мистер Старк. — Советую, кстати, пересматривать прошлые выступления. Иногда бывает стыдно, но до безумия полезно. — А можно? — Питер искренне удивился, встрепенувшись. — Конечно, — Тони кивнул, — на почту участникам обычно приходят ссылки на трансляции. Ты не знал? — Паркер отрицательно покачал головой, — ой, горе луковое, что бы ты без меня делал? — Вылетел бы с позором еще в полуфинале, — подумав, ответил юноша. — И то верно, — Старк пожал плечами, — ладно, давай допивай свой коктейль, пойдем танцевать.       Питер, который как раз из трубочки потягивал бухлишко, поперхнулся. И ведь не просто так! Да, они пришли отжигать под задорную музычку, но почему это прозвучало так, будто Тони хотел танцевать только с ним? — Вдвоем? — уточнил юноша, предварительно проглотив сладкую жидкость, что скопилась во рту. Ну так, мало ли что. — Почему нет? Боишься? — Тони хитро прищурился, отставив свой пустой бокал. — Мне казалось, что… А другие тут так танцуют? Я вообще не думал, что…       Паркер мямлил, как ребенок, периодически прерываясь на то, чтобы отхлебнуть еще коктейля. И выглядел он наверняка жутко тупо, что явно забавляло мужчину, который ухмылялся так, будто выиграл в сраной лотерее. — Смотри, — начал Тони, а затем указал рукой на танцпол. Питер устремил взгляд в нужном направлении, — это Паула и Алехандра. Ты глянь, какие звездочки, а?       И действительно. Старк указывал на двух девушек, танцевавших неподалеку от всех. Они выглядели так беззаботно, будто вокруг них вообще никого не было. Одна из дам была брюнеткой, и ее руки оглаживали талию партнерши, то есть блондинки. Последняя, кстати, ласково трепала подругу по волосам. — Они…? — У Паулы есть муж, — Тони спешно ответил на незаконченный вопрос, — но танцуют девчонки эти тут постоянно, так что их знают все. А вот там, — мужчина уже указал рукой в другом направлении, едва ли не в противоположном, — ай, черт, не пришли сегодня. — О ком речь? — Тео и Хуан, — пояснил Старк, хоть имена его собеседнику, который понимающе закивал, ни о чем не говорили, — вот эти парни реально не просто танцуют вместе, но и встречаются. Уже года два вроде, могу ошибаться, потому что они довольно болтливы, и я быстро потерял нить смысла разговора, когда мы обсуждали их личную жизнь. — А вы тут знаете всех, я так погляжу, — протянул Питер, желая оттянуть тот момент, когда его потащат в пекло. — Именно, а потому предлагаю перестать просиживать булки и пойти растрясти жирок. Или ты хочешь остаться наедине с этим парнем? — Старк кивнул на бармена, натиравшего и без того блестящую стойку, — уверен, он будет рад доколебаться до малолетки, которому делал коктейль только потому, что с этой самой малолеткой был я.       Паркер все еще метался. Он как-то рассчитывал на то, что Тони опять покажет, как двигаться. Или на крайний случай Питер повеселится с какой-нибудь красоткой. Ему же надо работать над страстью, верно? — Испугался что ли? — вкрадчиво поинтересовался Тони. — Вовсе нет, мистер Старк, — юноша сглотнул. — Ну тогда, — мужчина призывно хлопнул ладонями по бедрам, а затем встал, вытянув руку, как нищенка на паперти, — приглашаю тебя на танец, Питер.       И черт, у молодого человека даже не было шансов отказаться. Он, как минимум, корил себя за то, что не спросил у Тони, как проходит его подготовка к финалу. А как максимум, пускал слюни, сидя на кованом стуле. Все потому, что Старк походил на гребаного бога, сошедшего с танцевальных небес. Свет будто обволакивал его спину, отчего на лицо падала тень. Рука, протянутая к Питеру с доброжелательной и настойчивой улыбкой, звала принять приглашение. — В танце можно быть кем угодно, да? — Хоть розовым фламинго, — у мужчины рука уже должна была отсохнуть, если бы он не вкалывал на тренировках, — главное, чтобы тебе нравилось.       А что Паркеру было делать? Только вложить пальцы в раскрытую ладонь танцора и подняться со стула. Питер обошел стол и поравнялся с мужчиной, который незамедлительно направился к танцполу.       Да, Старк просто переплел их пальцы, сцепив ладони в замок.       Сердце юноши сделало кульбит. Он пялился на кисть Тони, туда, где кожа касалась кожи самого парня. Рубашка юноши цеплялась за локоть танцора. И тело Паркера все больше ощущало жар, окутавший помещение.       Жар, духоту и уже знакомый запах пота, к которому еле заметно примешивался аромат табака.       Питера задевали другие посетители клуба, пышные женские волосы лезли в глаза, а все, о чем мог думать юноша, — Тони, который так и не выпустил его руку.       Это ебаное сумасшествие, ведь Паркер шел танцевать со Старком. Со Старком, чей парфюм пробивался сквозь плотную завесу соленого дыма.       Музыка уже привычно долбила по ушам, казалась громче, чем во время распития коктейля, который, кстати, приятно расслабил. Нет, Питер не ощущал готовность без экипировки покорить Эверест. То бишь, он не был готов на все, чувствуя себя вусмерть пьяным: Паркер не считал себя чемпионом по литрболу, но и с одного «Саоко» нажраться не получилось бы.       Тони остановился почти в самом центре зала. Ну да, он же король сцены, ему не под стать тусоваться на задворках. Только проблема в Питере, которому не только до звездной болезни далеко, но и до танцев, похожих на те, что исполнял Старк, тоже.       Мужчина оказался прямо перед Паркером, как и в прошлый раз. Зато теперь юноше не требовалось время на подготовку, а потому он сразу вклинился в дорожку шагов, создаваемую танцором.       Левая нога, взмах бедром. Правая, опять взмах. Руки, хоть и согнутые в локтях, вовсе не были прижаты к корпусу.       На душе у Питера было спокойно, ведь все шло так, как и должно было. С Тони под боком, с четкими шагами. Но в «Гаване» тихо не бывает.       И Паркер это понял, когда относительно нежная песня вдруг сменилась другой.

Santana feat. Jorge Moreno — Nave Espacial

      Мужчина улыбнулся на первом же оглушительном аккорде. И Питер обязательно бы задумался, почему Старк улыбнулся, если в дело не пошла электрогитара. Неожиданно.       Неожиданно быстро и ярко. Настолько ярко, что юноша на мгновение потерялся в пространстве, не привыкнув к резкой смене обстановки.       Но Тони вообще не выглядел растерянно. Более того, когда стал подвывать голос исполнителя, танцор запел вместе с ним. На фоне звучал энергичный хор.       Питеру только и оставалось, что подвиснуть, на автомате выполняя движения. Потому что взгляд застыл на идеальных губах, обрамленных такой же идеальной бородкой.       Старк медлить не хотел. Он выцарапал Паркера из прострации, задвигав плечами. И причем так небрежно, будто встряхиваясь. Корпусу оставалось только последовать.       Впрочем, как и Питеру.       Мужчина отвел руки от боков и махнул ими подобно птице. Вот он — полет. Левая кисть метнулась вперед, затем правая.       И призыв в глазах: повторяй.       Паркер, шагавший как истукан, ну или пытавшийся шевелить плечами то влево, то вправо, повторил.       Взмах одной рукой, взмах другой. Лети, Питер. Будь тем, кем хочешь.       Тони призывно кивнул. Твоя очередь. И юноша не нашел ничего лучше, кроме как повторить старое движение Старка из фламенко. То самое движение из тренировочного зала.       Корпус извивался вслед за пальцами, шевелившимся у грудной клетки. И блестящие глаза Старка, повторившего движения.       Губы Тони сложились в четкую «о», вторя исполнителю. Это переход к первому припеву. Давай, Питер, расслабься.       Отпусти себя.       И парень отпустил. Ноги перестали шагать, остались только плечи, тарабанившие ритм. Бедра, конечно, бедра.       Конечно, мелкими кружками. Кружок слева, небольшая пауза в центре, кружок справа.       Но геометрия ни при чем. Важна только улыбка Питера, появившаяся на лице. Он наклонился к Тони, передергивая плечами. Старк не остался в долгу и уже через пару секунд его палец одобряюще щелкнул партнера по носу.       Партнера, ведь танцевали они вместе. Это какой-то необъяснимый магнетизм, при котором Паркер вечно оказывался непозволительно близко к Тони.       Близко к Тони, чьи губы пропевали строчки из песни.       Давай, взлетай вместе с ним. Он — твой космический шаттл, твой спутник.       Очередной проигрыш с электрогитарой, и черт, Питер вновь замахал крыльями, как птица.       Его задница просто не могла усидеть на месте. Наклонившийся к Старку юноша ничего не мог сделать, ведь спина прогнулась сама по себе.       Танцуй, как хочешь. С кем хочешь.       Словно в подтверждение этому, Тони ухватил Питера за руку и пригвоздил к себе. Прямо на очередном хуке, за которым следовал припев.       Паркеру вдруг стало на все так плевать. На все, кроме мужчины, чья рука обхватила талию, не давая возможности отстраниться. Молодой человек передергивал плечами, нутром чувствуя движения Тони. Пальцы Питера легли на крепкое плечо, обтянутое футболкой. И под ней перекатывались мышцы.       Давай.       Юноша облизнул губы, кажется, бросаясь в омут с головой. Смесь из запахов пота и Старка окончательно сносила крышу. Он уже не понял, как так вышло, что его бедра оказались в непозволительной близости с чужими.       Он не понял, как так получилось, что его двигавшиеся ягодицы не просто подначивали Тони, но и толкали самого Питера в чужие объятия.       Туда, к Старку. Туда, чтобы проехаться тканью штанов по треникам. Туда, чтобы дышать с Тони одним раскаленным воздухом. Туда, чтобы прессом ощущать пресс мужчины.       Туда, чтобы Тони запустил пальцы в отросшие кудри и буквально заставил отклониться назад, оголив дернувшийся кадык. И затем Старк вновь притянул тело Питера к себе.       Ужасно близко, ужасно, черт. Настолько ужасно, что Паркер не мог не ощутить то, насколько быстро внизу живота стал образовываться тянущий, щекочущий ком, заставлявший тереться о Тони все больше и больше, царапнуть короткими ногтями шею, чтобы не упасть, ведь ноги почти не держали.       Мужчина будто специально приседал, заставляя Питера опускаться ниже вместе с ним. Того самого Питера, который не смел отвести взгляда от коньячных глаз, где теперь плескалось нечто, кроме похвалы…       Нечто, что тоже рождалось внутри Старка.       Другое, горяче-обжигающее, как воздух, который выдыхали губы Тони вместе со строчками песни.       Проигрыш. Та самая гитара.       И юноше ничего не оставалось, кроме как вилять хвостом и ощущать, что рука Старка была на грани. На грани, пролегавшей меж спины и ягодиц, двигавшихся в такт барабанам.       Не оставалось ничего, кроме стойкого ощущения, что все тайное становилось явным. Ведь Питер отчетливо чувствовал бедрами Тони.       Стояк Тони, если быть точнее.       Боже, Паркер и представить себе не мог, как выглядел со стороны. Похабно, грязно, но наверняка так красиво.       Старк перехватил его руки и немного отошел, переплетя их пальцы. Только для того, чтобы впервые оторвать взгляд от лица Питера и посмотреть на то, как тот вращал своими чертовыми бедрами. Только для того, чтобы, возвращая взгляд к чужим губам, по которым опять скользнул розовый язык, на пару аккордов задержаться на ключицах, выглядывавших из-под помявшейся рубашки.       Парень опять не успел понять, как вновь оказался прижатым к Тони. Потому что будто родился в его руках.       Точнее, родилось осознание чего-то большого. Питер все провалил, не сдержался.       Не смог уберечь свою душу от Старка.       Потому что они идеально дополняли друг друга. Рука Тони, приросшая к талии, пальцы Паркера, которые ненавязчиво прошлись по чужому животу.       А барабаны все стучали. Пиликала гитара.       Мужчина вдруг отпустил одну руку Питера. Парень очутился в знакомом водовороте из цветастых юбок и волос — Старк его покрутил, оттолкнув от себя.       И вновь прижал, не желая отказываться от теплого тела.       До затуманенного мозга Паркера прямо вместе с подзатянувшимся гитарным соло долетело горячее: — Vamos, Питер.       Парня пробила дрожь, ведь губы Тони оказались в миллиметре от уха. Кажется, даже бородка кольнула щеку. Юноша и впрямь чуть не испустил позорный стон, но его вновь оттолкнули, заставив описать телом идеальную окружность.       Последний припев, точно последний.       Да, Питер, vamos. Ты стоишь дороже, чем какой-то кофе. Докажи.       Шаг левой, шаг правой, и Паркер оказался в чужих объятиях. Едва не сталкиваясь носами. Так близко, что грудь кажется сдавило чужой.       Питер уже опускался ниже сам, утягивая за собой Старка. И боже, он так отрабатывал задом, что даже не заметил, как ладони Тони очутились прямо там.       Прямо на ягодицах.       Плевать, что партнеры в танце обычно не трогают друг друга столь откровенно. Это уже, блять, никакой не танец. Ведь Питер, мотнул головой сначала влево, а затем вправо, игриво запустив пальцы себе в волосы.       Ведь Старк будто специально вжимался сильнее некуда, едва ли не выпячивая свое возбуждение. И тело Паркера, давно объятое жаром, отвечало.       Юноша оттолкнулся от Тони и самовольно развернулся к нему спиной. Для того, чтобы руки Старка легли на живот и опустились к бедрам, впечатывая задницу Питера в крепкое мужское тело. — Voy a ser tu nave espacial y por tu cielo navegar.       Опять на ухо, опять до мурашек. И Паркер чуть позорно не спустил себе в штаны, когда нос Тони провел по шее, наверняка потной.       Парня грубо развернули и в последний раз впечатали в тело. Просто выцарапали на чужой коже. Точно в последний раз.       Старк опустил руку на талию, слегка нажав. Питер, передергивавший плечами, быстро распознал сигнал, отклоняясь назад. Юноша быстро поднялся, тряхнув волосами, но Тони надавил на кожу вновь, и его партнеру пришлось опять выгнуть спину.       Отправить себя навстречу мужчине, опять вжаться стояком в крепкое тело.       Барабаны стали затихать, ровно как и хор, которому все подпевал Тони. Последние гитарные аккорды.       И перед глазами Питера все вновь размылось: толпа, свет и терракотовый потолок. Уже через несколько мгновений перед ним оказалось лицо Тони.       В угрожающей близости, ведь их носы теперь абсолютно точно соприкасались. Паркер грудью чувствовал чужое рваное дыхание.       Песня уже давным-давно сменилась, но Питеру было глубоко плевать. Правда, плевать с высокой колокольни.       Потому что Старк тоже его хотел. Хотел до жути, судя по крепкой хватке, сопению и, конечно, стояку. — Ты маленький засранец, Питер. — Я знаю, мистер Старк, вы уже говорили.       И черт, это был сраный полувздох-полустон, осевший на губах мужчины, который все еще был неприлично близко. А все потому, что Паркер непроизвольно дернулся, проехавшись сами-понимаете-чем по ноге Тони. — No tienes ni idea lo mucho que quería que esto ocurriese. — На английском, мистер Старк, — попросил молодой человек. Уже вызубренным текстом. Кажется, разбуди ночью, он скажет без единой запинки. — Что же ты делаешь со мной, Питер?       И почти правдиво, почти перевел.       Самое главное, что Паркер и сам понятия не имел, ведь у него был абсолютно идентичный вопрос, адресованный Тони.