God

Кейл, честно говоря, устал. Сколько раз уже он смотрел на королей или их наследников, чувствуя при этом такую сильную ярость? Кейл уже не может вспомнить. Однако перед ним очередной, несмотря на то, что Кейл королей видит во второй раз в своей жизни в качестве сына графской четы Хенитьюз, король, который все ещё зло смотрит прямо на него. И не обращает ни малейшего внимания на взрослого, хотя бы по меркам аристократов и этого мира, который стоит, сжимая в руках кинжал. Бикрос готов наброситься на любого, кто посмеет обидеть его младшего брата. Кейлу так хочется провалиться в сон. Он хочет ещё раз встретиться с оригинальным Кейлом, ещё раз увидеть свое собственное счастливое лицо, познакомиться со своей возлюбленной матерью снова… Кейл так сильно хочет, чтобы этот груз вины перестал его терзать! Однако ему все равно, он плевать хотел на каких-то там богов, на пиры и наряды, он просто устал, но не только от существования, но и от осознания того, что он, чёрт возьми, всего лишь ч-е-л-о-в-е-к, который просто не может… Он не хочет продолжать… Ну, знаете… Страдать? Кейл не уверен, что существо, что он видит иногда по ночам (всё ещё), позволит ему просто жить и быть бездельником. Ему просто не позволят! И как же Кейл устал. — Почему вы молчите?! Украли моего сына, да ещё и оправданий никаких! Да как смеете вы!.. Кейлу наконец надоело молчать: — Стоит начать с того, что я нашел вашего сына, Шиклер-ним, окровавленного, почти без сознания, на острове, куда никто никогда бы не попал. «Если бы не я, ваш сын погиб бы в одиночестве», — остаётся неозвученным. Бикрос даже моргать не перестает. Похоже, он настолько уверен в Кейле, он настолько погряз в нём, что верит беспрекословно, даже не спрашивает о том, откуда Кейл знает имя человека перед ними. Ах да, Бикрос ведь умный мальчик и наверняка понял, что перед ними стоит кто угодно, но не человек. — Откуда!.. — раскрывает в шоке рот мужчина, но его перебивает низкий гул. Китенок, спокойно и даже радостно лежащий на руках отца, что-то прогудел (этот звук был похож одновременно на шум океана и мурчание котёнка), и мужчина моментально подобрел. — Ох, мой сын говорит, что вы в самом деле спасли его! Прошу прощения за свою несдержанность! — Шиклер поудобнее перехватил сына под мягким животом и сделал шаг назад, чтобы его звериная аура перестала давить слишком сильно на только проснувшегося ребенка. — Ничего страшного, я привык… — пробормотал довольный Кейл. «Наконец он от нас отстанет», — думал он, уже представляя, как откинется на мягкие подушки, завернется в толстое одеяло и заснет до момента, как они прибудут в порт на Западном континенте. — Я сделаю так, чтобы вы добрались до вашего пункта назначения за очень короткий срок! — именно с этих слов начались дальнейшие неприятности! О которых Кейл, конечно же, не просил. — Вы не должны… — хотел было остановить короля Кейл, но… Кто он такой, чтобы говорить «нет» королю морей, верно? Видимо, Шиклер думал именно так. Или же он просто не услышал, заботясь только о том, как бы отблагодарить спасителя своего единственного сына, что пусть и является полукровкой, но все равно много значит для него. Кейл вздохнул, думая лишь о том, чтобы побыстрее добраться до дома. Но он был умным мальчиком, поэтому прекрасно догадывался о том, как именно решил его поблагодарить Шиклер. Когда через пару минут корабль ощутимо качнуло, Кейл понял одно: он чёртов гений. Его «Запись» как всегда не дала усомниться в этом ни на секунду, подкидывая картинки того, как Ким Рок Су (ненастоящий, но такой счастливый, бог ты мой…) улыбается. Кейл заплатил бы двойную цену, лишь бы увидеть это лицо ещё раз. Лишь бы задать простой вопрос: почему? Корабль двинулся, на этот раз мягко и совершенно не резко. Кейл вздохнул ещё раз, не смея взглянуть на Бикроса, который просто обязан задать вопрос. — Молодой Мастер Кейл, — дайте мальчику чёртову статуэтку из популярного шоу про ведьм и колдунов, предсказывающих будущее — он переплюнул их всех. Кейл взглянул на своего названного брата (неужели он был первым?) и кивнул, призывая того говорить. — Что вы хотите на ужин? Кейл не мог не вздрогнуть.

***

Мысли путались. Кейл зевнул, оглядываясь по сторонам. Золота было наконец-то достаточно для его уставших от бесконечной синевы глаз. Кейл умиротворенно зевнул. «Мы наконец дома», — однако мальчик так и не смог понять, кто это, мы. Но ему это вроде и не нужно, не так ли? Когда раздался стук в дверь, Кейл откинулся на мягкие и такие знакомые подушки и замер, чувствуя, как опять хочет провалиться в сон. Однако возможности всё-таки сделать это ему не дали. — Молодой Мастер… — Монд вошла внутрь, такая неуверенная, что Кейл на секунду даже забыл, чья она племянница. Возможно, он на один короткий момент забыл даже, как ловко она подсунула ему камень вместо кошеля с деньгами, как быстро она побежала вперёд, когда поняла, что ее тайну совсем скоро раскроют… Интересно, а почему она хотела убежать? Кейл понял, что в самом деле готов выслушать чужую историю. «Мне это не нравится», — думает Кейл, внутренне содрагаясь от мысли, что он в самом деле был готов сделать нечто подобное для кого бы то ни было. Он должен думать лишь о себе, его должна волновать только собственная жизнь и судьба. Тогда почему же он так жаждет увидеть Джур, Рона и Бикроса ещё раз? Тогда почему он просто не может перестать вспоминать серые глаза Ли Су Хека, карие Чхве Джон Су и карие, отдающие цветом крови, собственные? Почему же он так страстно хочет рассказать правду всей семье, которую, как он думал, как уверен был, он никогда не найдет снова? Интересно… Почему? Голова все ещё тяжёлая, Кейл не знает, сколько времени он спал, пока его наверняка несли на руках, возможно даже, передавали из рук в руки… Кейл не знает, однако спросить и все же узнать ему не даёт громкий, подавленный голос: — Я бы хотела вам кое-что рассказать! Стоит ли говорить, сколько раз в другом мире Кейл слышал эти слова? И стоит ли говорить, что именно с этих слов начинался чистый пиздец не только в его жизни (этого было достаточно), но и дорамах, сериалах, фильмах, манхвах, новеллах, книгах и многом, многом другом… Кейл в самом деле так сильно не хотел вспоминать. Поэтому он и говорит, несмотря на желание крикнуть «рассказывай»: — Ты можешь зайти после ужина? Я сильно устал, — Кейл искренен лишь наполовину. Врать он не любил, особенно когда перед ним был не тупоголовый денежный мешок, которого так легко и весело обманывать, а маленькая девочка, едва достигшая лет шестнадцати… Монд выглядела такой ничтожно жалкой, что Кейл захотел ее выгнать. Но не потому, что она вызывала отвращение. Не потому, что она дрожала от холода в поместье, сжимала в руках ткань длинной юбки, потому что привыкла к другой одежде… Просто она так сильно напоминала Кейлу кого-то… Монд шмыгнула носом (Кейл даже не поморщился, потому что он сам помнил это неприятное ощущение, когда сопли забивают нос и не дают вздохнуть полной грудью) и пробормотала: — Хорошо. Надеюсь, ты не будешь спать! — Монд, даже не поклонившись, выскользнула из комнаты без единого звука. {Слушай, а кого она тебе напомнила? } — отчего-то шепотом спросила Обжора, не надеясь, что ее Кейл ответит. Он, честно говоря, и не собирался. Однако в его мыслях все равно пронеслось: «Она так похожа на меня в детстве», — но к счастью, никто его не услышал.