Рождённый под знаком Смерти

С самого утра, весь лагерь возбужденно гудел. Даже дриады повылезали из своих деревьев, чтобы понять причину столь взволнованного состояния полубогов. В трапезной собрались все полукровки, пожевывая еду и ожидая речи Хирона. Ники сидел в напряжений. Сегодня должен состояться Захват Флага, в котором они с Чонвоном по стратегий детей Афины являются главными козырями, ответственными за флаг. Но о какой командной работе может идти речь, если они с Яном поссорились? И ещё… Японец посмотрел на стол Афродиты, видя Сону, который улыбался кому-то и кивал. Словно почувствовав на себе взгляд, он повернулся к сыну Аида, подмигнув. Рики мгновенно отвернулся, слегка подавившись едой. Все же стоит привыкнуть к таким неожиданностям. — Дорогие и уважаемые полубоги! — прогремел голос Хирона. Все моментально замолчали, — Сегодня состоится ежегодный Захват Флага! У вас было несколько дней, чтобы подготовиться. Напоминаю правила. Разрешается использовать божественные дары и наносить увечья, но не до летального исхода, — все полукровки замерли, в ожидании смотря на него. Ники непонятливо огляделся, — И… ИГРА НАЧИНАЕТСЯ! После его возгласа, все встали с мест, выбегая к тренировочным полям. Нишимура растерянно наблюдал за этим, пока его не схватил Чонвон, тащя за собой в неизвестную сторону. — Погоди, куда это все? — За доспехами. Думал, будем сражаться лишь в одежде? — равнодушно проговорил Ян. — Тогда почему мы тоже не возьмём? — Потому что дети Гефеста выковали для нас кое-что более лучшее, чем то, что находится на складе. Ники решил больше не задавать вопросов, и просто бежал за сыном Посейдона, стараясь не отставать. Прошло почти десять минут, а ноги уже уставали от непрерывного бега на высокой скорости, но впереди видневшаяся маленькая поляна придала сил. Там развевался на ветру серебристый флаг, с изображённой на нем совой. «Знаме Афины» завороженно подумал он. Стоило им вступить туда, как один парень из домика Гефеста кинул им в руки сумки. Открыв их, Нишимура непонятливо глядел на груду металла, который переливался странным чёрным цветом. — Быстрее одевайтесь, — шикнул на них парень с русыми волосами. И направился к Йеджи, стоящей рядом с деревом, и разглядывающей карту в руках. Чонвон краем глаза посмотрел на японца, видя то, как тот неуклюже надевал доспехи, которые все время падали на землю. Отбросив обиду, брюнет подошёл к нему, помогая закрепить их. Ники же замер, не зная что сказать и что сделать. — Я слов на ветер не бросаю, — прошептал сын Посейдона так, чтобы было слышно лишь им двоим, — Флаг будет твоим, только… главное не отвлекайся на кого-то из другой команды, — намекнул на сына Афродиты Чонвон, и закрепив последнюю часть, отошёл от него. — Я ожидал что они будут тяжелыми, — неловко произнёс Ники. — Просто дети Гефеста настоящие гении. К ним подошла Йеджи, и вручила карту в руки. Там было помечено три места по всему лесу. — Это возможные территории, на которых спрятан флаг. Вам повезёт, если первая попытка окажется верной. Не подведите нас, — твёрдо произнесла дочка Афины и подала знак начинать. Чонвон взглянул на сына Аида, намекая идти за ним. Они бежали по густому лесу уже несколько минут, петляя туда сюда. Первое место отмеченное на карте было пустым. Сзади них чуть отстав следовала одна часть домика Афины, отвечающее за обезоруживание любых противников. — Геру мне в матери! Где этот флаг? — обойдя второе место, которое оказалось тоже неверным, рыкнул один из детей Богини мудрости. Чонвон шёл на удивление спокойно и тихо, словно думал о чем-то. На обеспокоенный взгляд Ники он качнул головой. — Это странно, что мы не встретили никого из другой команды, — протянул он, смотря под ноги и глядя на высокие деревья. И тут, как по команде, вокруг начали взрываться подкинутые в воздух бомбы, создавая туман, — Идти напролом, тут дети Гекаты! — крикнул Чонвон и ринулся вперёд, схватив рядом стоящего японца. Туман кажется не хотел заканчиваться. Они заблудились, сбились с пути, так ещё и разделились. Ян досадливо пнул камень, и пытался разглядеть хоть что-то в бесконечной слепоте. — Ого, аж два ребёнка Большой тройки, — послышался насмешливый голос сзади. Сквозь белый дым были видны меч и копья, некоторые были наэлектризованы. Сын Посейдона выставил меч вперёд, начиная искать воду. По ощущениям она была где-то в пятидесяти метрах, довольно близко, можно чуть поднапрячься и… Брызги воды окатили территорию, на которой они стояли, отчего туман рассеялся и они увидели детей Ареса. Кажется их было шесть. Ники выхватил меч, смотря на Чонвона, спрашивая: «что делать?» — Кажется дети Афины в этом году разработали больно плохой план, — цокнул стоявший впереди, и покрепче взявшись за своё копье, с рыком побежал на японца, когда остальные ринулись на Яна. — Ники, последнее место! — крикнул Чонвон и бросил ему карту. Сильная струя воды вылезшая из земли окатила парня с копьем прямо в лицо, отчего он зажмурился пытаясь не захлебнуться. Японец схватил карту и побежал в левую сторону, следуя по ней. Сзади раздался крик: «не упускайте его!», но волнение за сына Посейдона перекрыл страх за себя. «Хоть бы он справился с ними» взмолился Нишимура, быстро пересекая деревья и кусты. Впереди виднелось место из карты и… Да! Серо-голубой флаг с изображением Кадуцея! Ускорившись, Ники выбежал на поляну, останавливаясь и осматриваясь. Странно что никого не было… — Ох, Ники? — с одного дерева спрыгнул Хисын, — Йеджи допустила странный ход, послав тебя сюда, — с некой жалостью проговорил сын Гермеса и вытащил меч из ножен, — Извини, но мне придётся тебя вырубить. Японец посильнее перехватил меч, и вспомнил слова Чонвона. «Хён тут самый сильный, а я самый могущественный. Ему подвластны все виды оружия, и к тому же, он лучший фехтовальщик за последние сто лет» Думай Ники, думай! Нишимура понимал, что ему не победить Ли в фехтовании, надо бы схитрить. Он посмотрел на дуб, сзади Хисына, видя там удобную тень. Сосредоточившись, брюнет поджидал того, когда лидер лагеря сделает первый удар. И вот… Сын Гермеса с невероятной скоростью выбивает меч из его рук и целиться рукоятью оружия в грудь полукровки, как сын Аида исчезает. В прямом смысле. Ли непонятливо смотрит вперёд и слышит: — Хисын, он сзади! Сонхун выходит из своего укрытия, взмахнув рукой. Ники успевший схватить флаг, отшатнулся, видя под собой тонкое стекло и пропасть. По стеклу начала идти трещина и он испуганно замер, боясь сделать лишнее движение. Резкий звук скрещённых мечей и японец замечает Чонвона, который сражался с Хисыном. Было непонятно кто выигрывает. Сын Аида взглянул на стекло, которое еле держалось, и увидел, как к нему приближается сын Гекаты. Тот на удивление протягивал ему руку. — Ники, подай руку и ты не упадёшь, — мягким голосом произнёс он. От него начало исходить свечение и японец с досадой вспомнил про его дар манипуляции разумом и туманом. «Значит… это иллюзия. Надо успокоиться» Нишимура обманчиво протянул ему руку в ответ, и стоило Паку ухватиться за неё, как сын Аида дернул его на себя, перемещаясь по тени в дальний угол поляны. Сонхун выругался и начинал вставать с земли, а сама иллюзия пропасти медленно испарялась, оставляя за собой дымку. Ники в панике глядел на Чонвона, который явно подустал после битвы с детьми Ареса и уже проигрывал Хисыну. И на сына Гекаты, который недовольно отряхивался от пыли, бросая яростные взгляды на японца. «Что мне делать?» подумал он. Как в ответ раздался… «Тень — это ты. Они часть тебя, ты их повелитель» тот самый мужской и глубокий голос в голове. Японец прислушался к ощущениям, понимая, как зудят кончики пальцев. «Воображение это твой друг, Рики» продолжал голос. «Действуй!» после этих слов, сын Аида представил цепи, обхватывающие сына Гекаты. Голова заболела от непривычной нагрузки а ладони горели, но… Все тени сползали к ногам Нишимуры и повинуясь его мыслям мгновенно сжали Пака, заковав в цепи. — Что?! — Сонхун дернулся несколько раз, на что цепи сильнее сжимались, причиняя боль. Ники хотел бы позлорадствовать и обрадоваться своим способностям, но крик Чонвона заставил его обернуться к нему. Тот был прижат к дереву, и из последних сил держал меч перед своим лицом, когда как Хисын давил своим оружием поверх его. Японец почувствовал мягкое касание к его руке и взглянув, увидел как к нему ластятся тени, прося использовать их. Один миг, и он был возле соседнего дерева сражавшихся полубогов. Один удар мечом, как Хисын зашипел от боли в ноге, ослабив напор. Но этого хватило, чтобы сын Посейдона пнул его в живот, отталкивая на землю. — Ники, беги в нашу территорию! Я справлюсь, — устало но твёрдо сказал Ян, давя ногой по грудной клетке сына Гермеса. Он оглянулся, заметив Сонхуна, который сдавшись, осел на землю, заточенный в кучу темных цепей, — Ты.? — Я не помню направления к нам! — Просто беги, главное не оставайся здесь, потому что… — Чонвон в панике посмотрел назад, — ПРИГНИСЬ! — после его слов, как по заказу полетел град стрел. Водяная стена останавливала их, но некоторые все же прорывались. Хисын воспользовавшись моментом вцепился в флаг, выпавший из рук японца, и кинул его вверх. Сидевший там на одном из деревьев Джей, коротко ухмыльнулся и поймав знамя, убежал в неизвестное направление. Ники ощутил то, как его за волосы потянул кто-то из детей Аполлона. Рядом сидящий Чонвон также остался без оружия, хмуро глядя на сына Гермеса, который извиняюще улыбался. — Убери это с Сонхуна, — раздался злой голос на расстоянии. Все мигом уставились туда, видя то, как Джейк вцепился в цепи, стараясь их отцепить от своего парня. — Извини, не знаю как, — усмехнулся сын Аида. На что взбешённые полубоги обернулись на него. — Где ваш флаг? — Это я тоже не знаю, — пробурчал Ники, — Я ведь новичок, забыли? Лес не моя стихия. — Чонвон, давай по хорошему, — уже обратившись к другому продолжил допытывать Хисын. Ян показательно отвернулся, давая знать, что ничего не скажет. — Чего ты с ними нянчишься, — фыркнул кто-то из подоспевших детей Ареса, — Физические увечья разрешены, так дерзай, лидер. — Где Вонен или Сону? — покачав головой, вместо этого спросил Ли. — Ты слишком мягок, — нахмурились сзади дети Аполлона, — Они в правой стороне леса. — Кто-нибудь сходите за ними, используем дар убеждения. Дети Ареса грубо схватили двух полубогов, удерживая на месте. Один из них, покалеченный Чонвоном, зло прищурился, крепче сдавливая тому запястье, на что сын Посейдона недовольно зашипел. «Сону не будет такое использовать, он сам говорил что для них эта игра не имеет значения» успокаивал себя Рики. «Но отрицания в этом от него ты ведь не добился?» хихикнул внутренний голос. — Вы остаётесь здесь, мало ли за ними кто-то придёт. Я пошёл к Джею, — крикнул напоследок Хисын, удаляясь в лес. Дети Аполлона недовольно выдохнули, но вновь забрались на деревья, выглядывая противников. Нишимура взглянул на Сонхуна, который устало пыхтел, пытаясь убрать цепи и на Джейка, которая вытащив кинжал, старался прорезать их. Невольно вырвался смешок, который он быстро подавил. — Похвально Ники, кто же знал, что ты так умеешь, — протянул Пак, — Давай ты снимешь это, а мы вас отпустим. Думаю это честно. Дети Ареса возмущённо взглянули на полукровку, который бросил на них безразличный взгляд. — Да, мы так и поверили вам, — в такой же манере протянул Чонвон. Свист! И ещё! С деревьев по одному валились дети Аполлона, которых застали врасплох. Ники глянул на причину беспорядка и увидел Юри, сзади неё десятерых детей Афины. Блондинка отточенными движениями стреляла из лука, а шедший рядом парень, отбивал щитом вражеские стрелы. Остальные ринулись на детей Ареса, державших двух полукровок. Сын Аида ощутив свободу рук, смог протиснуться сквозь дерущихся полубогов, выбегая в сторону, куда удалился Хисын. Но что-то кольнуло в бедре, из-за чего он схватился за рану, оборачиваясь. Джейк покрутил кинжалы в руках, замахиваясь для следующих ударов, как сзади на него налетели, выбивая оружие. Чонвон ударил эфесом меча сына Гермеса по голове, вырубая. — Джейк! — взволнованно воскликнул сын Гекаты. — Не отвлекайся Ники, побежали! Ринулся вперёд Ян, перепрыгивая сквозь бессознательное тело полубога. Сзади до сих пор шла ожесточенная драка между детьми Бога войны и Богини боевой стратегий. Ветки мешали, попадая в глаза и мешая обзору. Казалось легкие сейчас разорвутся от столь быстрого бега, но японец не обращал на это внимание, поспевая за сыном Посейдона, который все время сворачивал в разные стороны. В какой-то момент, они остановились, чтобы перевести дыхание. — Что будем делать дальше? — Не хочу этого говорить но, — Чонвон устало выдохнул, — Мы должны разделиться. Иди прямо вперёд. Убегай от любых противников, но главное вперед. Там остальные, — довольно громко сказал он, и тут же послышались звуки, словно кто-то начал убегать. Ян притянул Ники к себе, прямо в ухо тихо прошептав, — Дети Ауры, забыл? Наши находятся с левой стороны, — с этими словами, сын Посейдона отпустил японца. — Но куда ты? — За Джеем и Хисыном, ты должен доложить Йеджи, что план проваливается. — Но они вдвоём одни из самых сильных! Как ты собираешься справиться с ними? — Они побежали в сторону озера. Мне поможет вода, — с этими словами, Чонвон убежал, оставляя Ники стоять одного. Сын Аида чертыхнулся и растерянно глядел в левую сторону. С тяжёлым вздохом, он рванул туда, стараясь бежать как можно быстрее. Сону задумчиво ходил по лесу, не зная чем себя занять. Конечно он мог бы помочь своей команде… Но сейчас в мыслях был лишь сын Аида. Ни о какой концентрации ни шло и речи. Ким не понимал своих эмоций. Обычно это другие испытывают подобное рядом с ним, не он. Факт того, что Ники вызывал в нем столько чувств — пугал и тянул одновременно. Хотелось с головой окунуться в омут окрыляющих ощущений и плюнуть на все свои принципы и рамки. Вчерашний поцелуй был незапланированным, чистой импровизацией. Сын Афродиты привык к планам, и тому, что мыслит трезво, но в тот момент… стоит только вспомнить то, как ощущалось тихое дыхание на его коже и глаза, покрытые пеленой тумана. Сону зажмурился, прогоняя смущающие мысли. Он резко распахнул глаза, слыша, как кто-то бежит. Скользкий страх появился внутри, стоило ему подумать о том, что это может быть кто-то из противников. — Сону! Знакомый голос разразил лес и Ким в облегчении выдохнул. К нему подбежал мальчишка из домика Аполлона, мило хлопая глазами. Кажется ему было… лет двенадцать? — Ханью, что-то случилось? — Вас там зовут, около флага! Просят допросить двух полубогов из вражеской команды, — пробормотал мальчик. — Вот как, — протянул сын Афродиты, — Случайно не знаешь, кого задержали? — Ян Чонвона и… сына Аида, — с некой боязнью и неприязнью произнёс последние слова Ханью. — Можешь идти, я скоро, — младший полубог убежал вновь назад, пока Сону медленно обколотился об дерево. Ему до безумия хотелось увидеть Ники. Такое чувство, словно он его приворожил. Усмехнувшись своим мыслям, Ким с радостным вздохом, пошел в сторону флага. Ники осторожно прятался в кустах, слушая разговор сына Афродиты с маленьким мальчиком. Ему бы смутиться от вчерашних воспоминаний, да вот мысли о выигрыше перекрывали все до единого. Почти до единого. Был страх за Чонвона, который сейчас один шёл против одних из самых сильных в лагере. Стоило Сону уйти в другом направлении, как Нишимура переждав минуту, ринулся вперёд, надеясь на то, что дорога до флага не займёт много времени. Краем уха он слышал как рядом разворачивается битва, но не было времени заострять на этом внимание. Наконец, он с трудом, но все же узнал знакомую местность. И даже подмечал некоторые ловушки детей Гефеста и Деметры. До флага было минуты две, поэтому он ускорился, надеясь на то, что увидит их знамя целым и невредимым. Стоило ему выскочить на поляну, как японец ужаснулся. Вокруг не было ни души ни флага, он уж подумал что опоздал, но и врагов не прослеживалось. Может Йеджи сама догадалась? И давно забрала флаг? Ведь не зря детей Афины называют величайшими умами. — Так и знал, что ты придёшь, — прощебетала Вонен, бесшумно оказываясь рядом, прикладывая кинжал к шее Нишимуры. Он глянул на тень, что была достаточно далеко, правда вот… Рики не пробовал перемещаться на столь огромное расстояние, но если хочется сбежать, то надо постараться. Японец зажмурил глаза, и отсчитал до трёх, готовясь к перемещению, — Мне рассказали о твоих способностях, сын Аида, — прошептала она, отвлекая от концентрации, — Поэтому стой смирно и молчи, — как ветерок, залетевший в разум зазвенел ее голос. Ники замер, быстро моргая. Тело определенно не желало его слушаться, он лишь мог встать, не отрывая взгляда от лезвия кинжала, которое засверкало перед его глазами. Дочка Афродиты появилась перед ним, словно дразня его. — Мне жаль причинять боль бойфренду моего брата, особенно такому милому, поэтому давай просто спокойно постоим, — слова с издевкой вылетали из ее уст. Японец хотел возмутиться, что не является он никаким таким парнем Сону, но единственное, на что он был способен, так это стоять, не смея шевельнуться, обреченно прикрывая глаза. «Ну вот, доверил мне Чонвон такое легкое дело, а я даже его не смог выполнить» пожаловался на самого себя в голове сын Аида. — Так вот как работает дар убеждения, — прошептал он. — Да, — протянула девушка, — Очень полезно, верно? — сверкнув глазами проговорила Чан, отворачиваясь спиной к японцу, кого-то выглядывая. Ники распахнул глаза, понимая кое-что. Минуту ранее он не мог и рта раскрыть, как сейчас прошептал слова. Нишимура покосился на Вонен, которая преспокойно разглядывала какие-то браслеты. На пробу пошевелив пальцем, затем и рукой, он понял, что ее способность медленно, но верно освобождала его из оков. Постояв ещё чуть, сын Аида сжал кольцо, и толкнул девушку на землю, прижимаю конец лезвия к ее горлу. Она хотела что-то сказать, но он попросил теней заковать ее в цепи, предварительно также завязав рот. Та возмущённо хмурилась и мычала что-то, поглядывая в левую сторону леса, словно чего-то ожидая. Ники решил не испытывать терпение времени и не попадаться в новые неприятности, поэтому побежал в правую сторону, надеясь что дочка Афродиты его не дурит тем, что ее союзники должны придти слева. К счастью, даже спустя несколько минут, ему никто не повстречался. Нишимура остановился, чтобы перевести дыхание и в какой раз растерянно огляделся. Он не знал что делать. В лесу не разбирался, дорог не знал и даже карта была у Чонвона. — Ники? — раздался тихий голос. Японец обернулся, замечая блондинистые волосы. Он чуть ли не взвыл от радости, увидев Лиз и ту… брюнетку. Она как-то опасливо глядела на него. Дочка Деметры вышла с укрытия, утягивая брюнета за собой. — Ты что тут делаешь? — возмутилась она. — Как что? Тут был наш флаг! — Это то понятно, но почему ты здесь, а не держишь вражеский флаг вместе с Чонвоном? — Я сюда шёл, чтобы сказать Йеджи про то, что план провалился. Там была засада. Хисын, Джей, все дети Аполлона и часть детей Ареса… Это было ужасно, — устало вынес вердикт он. Только сейчас японец позволил себе расслабиться, наслаждаясь тем, насколько тихо и мирно было вокруг. — Ох… — сочувственно положила руку ему на плечо блондинка, — Наш флаг не украли. Йеджи предусмотрела то, что у вас там происходить что-то неладное, когда один из детей Афины нападающего отряда вернулся назад. Поэтому мы и сменили место, для подстраховки, — Лиз резко оживилась, — Кстати! Это Наои Рэй, моя… — Девушка. Я ее девушка, — твёрдо произнесла брюнетка, одаривая пронзительным взглядом сына Аида. Тот аж съёжился. — Да. Она кстати тоже из Японии, — улыбнулась дочка Деметры. — Рад знакомству, — неловко произнёс Ники, — я из Окаямы. — Нагоя, — кивнула ему она, наконец расслабившись, — Взаимно. — Кто твой божественный родитель? — Геката, — невозмутимо произнесла она, замечая то, как расширились глаза собеседника. Он удивлённо уставился на неё, переводя взгляд на Лиз. — Она ведь… из другой команды. — Слушай, не всем в лагере важен захват флага, — пробормотала блондинка, — Я и сама тут прячусь, так как понимаю, что остальные точно не поймут этого. Поэтому давай ты сделаешь вид что ничего не видел и пойдёшь дальше, — в подтверждении своих слов, дочка Деметры сжала руку девушки в своей. — Я… и не собирался ничего делать. Подскажите дорогу, куда идти. Лиз указала рукой прямо и напоследок улыбнулась. Ники благодарно помахал им рукой и скрылся за ветвями деревьев. Чонвон несколько минут бродил по лесу, прислушиваясь к воде. Она бурлила рядом, о чем-то беспокойно шепча. Полубог шёл на ее зов, стараясь ускориться, при этом идя бесшумно. И наконец, заветный шум переговоров был услышан. Впереди стояли Джей и Хисын. Правда флага рядом не было. Неужели уже успели кому-то передать? «Бесконечный паровоз» фыркнул Ян. Есть ли тогда смысл выходить на них одному? Конечно был, но… Сын Посейдона вытряхнул все глупости из головы. «Меня ждёт Ники. Если упущу их сейчас, доставят много проблем потом» с этой мыслью, он ухватив меч покрепче, разбежался, пролетая мимо полубогов, прыгнув в озеро. Привычная и приятная мощь растекалась по всему телу, прохлада воды остудила его беспокойные мысли и дала разуму прочиститься. Блондин недовольно посмотрел на дрожащую воду, понимая то, что последует после. Он выхватил лук, натягивая тетиву. Сын Гермеса достал меч, готовясь к волне. Бум! Огромная волна окатила их с ног до головы, и как фонтан, брызги полились им прямо на лица. Хисын кувырком ушёл в другую сторону, предварительно схватив Джея за руку, утягивая за собой. Чонвона раскрыла вода, мягко приземляя на землю, и образовываясь вихрем сзади. — Ты непобедим рядом с озером, — проговорил Джей. — Именно этим я и пользуюсь, — с этими словами, вода взбушевалась, взлетая над их головой, окатывая мощным ударом. Полубоги крепко зажмурились, прилегая к земле, лишь бы их не отбросило. Но это стоило им ошибки. Ян выхватил зачарованный лук Джея, пока тот откашливался. — Да уж, Чонвон-а, — протянул Хисын, — Ты показываешь нам, почему дети Большой тройки отличаются от нас, — пробурчал сын Гермеса, вставая на ноги. — Такова жизнь, хён, — улыбнулся сын Посейдона, вновь окатывая их волной. После этого неожиданного удара, их все же отбросило к деревьям, довольно сильно приложив головой. Ян подошёл к ним, заметив то, что Хисын потерял сознание. Джей же обреченно откинулся на землю. — Если бы мы знали, что ты пойдёшь за нами, — выругался блондин. — Ну, что поделать, — равнодушно произнес Чонвон, подходя к нему. Он отпустил воду из-под своего контроля, стараясь не тратить энергию лишний раз, — Где флаг? — Ты какой-то непривычно оживленный. Обычно тебя не интересовала эта игра, в чем дело? — тянул время Пак. — Я первый задал вопрос. — Флаг там, где должен быть, — уклонился от ответа сын Аполлона, ухмыльнувшись. — Захват флага увлекателен, когда отличается от предыдущих разов, — так же уклончиво произнёс Чонвон, и эфесом меча занёс удар по голове Джея, вырубая блондина.

***

Ники брёл по лесу, стараясь понять, как долго идти до своей команды. Казалось, те замаскировались настолько незаметно, что нигде не было их видно. Впереди начало виднеться место, отдаленно напоминающее поляну, и японец, с любопытством заглянул туда, замечая статую Кулака Зевса. Чуть походив вокруг и не заметив никакого флага или признаков того, что кто-то был здесь, он собирался уходить, пока не услышал шепот. «Сын Аида…» Голос звучал как соединение тысячу шепотов. Но более глубже, звонче и пугающее. Пробирающийся внутрь, холодящий все органы и заставляющий задыхаться. Ники схватился за голову, стараясь прикрыть уши, лишь бы не услышать вновь эти звуки настоящего мучения. «Твоё время пришло…» Продолжал голос, тихо посмеиваясь. Японец взвыл от ноющей боли в голове, упав на колени. Спустя несколько секунд, когда воцарилась тишина, Нишимура огляделся, стараясь понять, откуда это шло. «Я не здесь!» Играясь и веселясь продолжал незнакомец, хохоча от радости. — Прекрати, — прошептал Ники, судорожно оглядываясь, — Кто ты? — крикнул он. Но некий собеседник пропал, оставляя за собой лишь эхо в голове полубога, который старался понять, не сходит ли он с ума. Навряд ли кто-то из полубогов способен на такое, верно? Раздались быстрые шаги, которые стремительно приближались к японцу, сидящему в прострации. — Эй, Ники! — схватив его за плечи проговорил Чонвон, — Что ты тут делаешь? — Ты… в порядке, — выдохнул сын Аида, прикрывая глаза. Его голос заметно дрожал, словно он был на грани. — Все хорошо? — обеспокоенно присев рядом спросил сын Посейдона, замечая состояние младшего. И каково же было его удивление, когда японец устало прислонил голову к его плечу, — Пошли в лазарет. Ты ранен? Что случилось? — шептал Ян, слегка неуверенно опустив руку на голову полубога, утешающе погладив. Ники замотал головой, наконец чувствуя себя в безопасности. Только сейчас он понял, как сильно устал. Столько беготни, впечатлений и траты энергии, что хотелось лишь уснуть. Чонвон незаметно осматривал японца, стараясь понять, есть ли у него повреждения. Но вроде все было в порядке, правда столь резкая апатия и дрожь пугала, также невыносимо даря беспокойствие. Хотелось плюнуть на всех остальных и просто дать Нишимуре отдохнуть, лишь бы тот скорее вернулся в своё прежнее, уравновешенное состояние. Они просидели так несколько минут. Ники чувствовал, что готов уснуть от невесомых и аккуратных поглаживаний сына Посейдона. Чувство ужаса и страха после того голоса медленно покидал его, а нервозность от захвата флага ушла. Какое поразительное воздействие на него оказывал Ян. — Как ты справился с Джеем и Хисыном? — не меняя положения спросил сын Аида. — Это было легко, — слегка улыбнулся Чонвон, — Рядом с водой я неуязвим. Поэтому пару волн хватило их уложить. — Я не успел сказать Йеджи что что-то не так. Но она сама это поняла, поэтому наши пошли прямо, где-то прячась, — поднял голову на него Ники, — Пойдём. — Ты уверен? Может все же в лазарет? — Нет, я хочу получить флаг, — твёрдо произнёс японец, вставая с места. Без тепла тела сына Посейдона стало резко неуютно, но он отбросил лишние мысли, смотря на старшего. — Если Йеджи все же ушла, то думаю резоннее будет вновь пойти за флагом. Она взбесится, если его у нас не будет, — проговорил Чонвон. — Тогда куда нам? — Давай впра… — Ян уставился на что-то сзади Нишимуры, и тот, обернувшись увидел Сону. Японец краем глаза глянул на брюнета, который злобно прищурился, и вновь перевёл взгляд на блондина, смотрящего на них в упор. — Пошли Чонвон, — слегка нервно сказал Ники, стараясь подтолкнуть того к лесу, но он нарочно стоял на месте, не сдвигаясь. — Я не буду отпускать противника просто так, его дар убеждения потом доставит нам много проблем, — с этими словами, сын Посейдона ринулся на Кима, который распахнул глаза, растерянно и даже слегка испуганно не зная куда деться. Ники не понимал, почему тот не достаёт оружие. «Неужели у него ничего нет? Черт, Чонвон его сейчас зарежет». Японец взвесил все за и против, и плюнув на все, переместился по теням, отражая быстрый удар Яна, который занёс его рядом с бедром сына Афродиты. Громкий звон и мгновенная тишина. Сону, который стоял зажмурив глаза, боязливо их открыл, с удивлением уставившись на спину сына Аида. Сам же Нишимура столкнулся с аквамариновыми глазами. Они глядели на него сначала с удивлением, а затем… с неким разочарованием. Ники вздрогнул от этого, опуская меч. Чонвон последовал его примеру, кинув взгляд на Кима, который слегка усмехнулся, словно говоря «1:0» — Ники? — недовольно проговорил сын Посейдона. — Я… Он без оружия ведь! — Он наш противник! Сону хмыкнул, смотря на то, насколько взбешенным выглядел Ян. Что очень удивительно, для столь хладнокровного и спокойного полукровки. Но стоило появиться Нишимуре в лагере, так у него словно появились эмоции. Понятное дело, что японец для него небезразличен. И внутри разливалось приятное тепло от того, что на данный момент он находится в выигрыше. Захотелось надавить ещё больнее. — Ники, все нормально, Чонвон даже прав, но я не собираюсь что-то вам делать. И даже раскрывать местоположение тоже. Мимо проходил, — пожал плечами Ким, улыбаясь Нишимуре. Сын Посейдона же метал молний, что было несвойственно для его стихий. Он видел то, как сильно хотел сын Афродиты подразнить его, но все равно велся на эту игру. — Кстати, — Сону наклонился к уху японца, — Я хотел поговорить о нашем вчерашнем поцелуе, — довольно громко прошептал он, выразительно посмотрев на Чонвона, который замер, не веря услышанному. Ники растерялся. Ян перевёл на него взгляд, словно спрашивая, правда ли это. На что Нишимура мог лишь беспомощно взглянуть на Кима, который невинно хлопал глазами. Сын Посейдона опустил взгляд вниз. И плечи его опустились тоже. Казалось настолько поникшим его ещё никто не видел. — Я пошёл к флагу, — бросил он, устремляясь в неизвестную сторону. Сын Аида двинулся за ним, но его руку схватили. Повернувшись назад, Ники встретился с взглядом Сону. — Ты куда? — Зачем ты ему сказал? — Что? — Это… — Хм? — сын Афродиты прищурился, — Ты ведь сам говорил, что вы просто друзья. Так что тут такого? — Нет, ты просто… не понимаешь, — произнёс Ники. Но на самом деле он и сам не понимал того, что происходит. И реакция Чонвона и своя — была для него новым открытием. Почему то ему казалось, словно Ян не должен был об этом знать. — Я все понимаю, — мягко сказал Ким, — Тебе не должно быть неловко перед ним, ведь это касается лишь тебя и меня, — словно убеждая говорил он. Ники покачал головой, и отпустив руку сына Афродиты, пошёл в сторону, куда ушёл Чонвон. — Извини Сону, но сейчас я хочу выиграть флаг, — с этими словами, он удалился в лес, оставляя блондина.