ЧЕМПИОНЫ НА ЛЬДУ

На душе был неприятный осадок после встречи с давно забытым прошлым. А из головы не выходили моменты, которые она проживала в тех отношениях. Было обидно выслушать все те оскорбления от человека, который когда-то был ей близким. Косторная, несмотря на то, что её уже трясло от холода, не спеша шла обратно к корпусу, рассматривая лужайки и деревья в свете фонарей. Приближающиеся к ней фигуры она заметила, когда уже подходила ко входу в нужное здание. - Идиотка, блять, - Трусова грубо хватает её за локоть, подталкивая к крыльцу, - Вообще с головой не дружишь? - Алён, мы тебе звонили раз сто, - Камила шла следом, будучи необычно серьезной, - Анька в комнате сидит, наготове, чтобы Розанова будить. Мы весь корпус обошли, думали случилось уже что-то. - Простите, - У неё зуб на зуб не попадает, когда от ощущения тепла мурашки еще сильнее бегут по телу. - Где ты была? - Валиева придерживает входную дверь, чтобы не разбудить охранника. - С Максом разговаривала, - Ками и Саша хмурят брови, после чего Косторная добавляет, - Он приехал. - Ты ебнутая? - Первой не сдерживается Трусова, отводя взгляд и тяжело вздыхая. - Алён, ты че творишь? Ты не могла нам сказать? Зачем ты пошла, ещё и одна? - Валиева старалась оставаться спокойной, потому что по лицу Саши было видно, что грядет буря. - Хотела все точки над i расставить, - Её голос тихий, едва слышимый. - Расставила? - Трусова почти кричит, но тут же стихает, боясь разбудить охранника, - Камил, мы пойдем поговорим, иди в комнату, хорошо? Валиева кивает, ещё раз взглянув на подругу, и направляется к лестнице, бегом поднимаясь на третий этаж. Тем временем Саша тащит Алёну за рукав в ближайшую уборную, чтобы их точно никто не мог услышать. На первом этаже не было жилых комнат, поэтому ночью встретить кого-то было практически невозможно. Трусова рывком открывает дверь, запихивая туда девушку, которая покорно прошла внутрь. Саша щелкнула замком, тут же разворачиваясь лицом к Алёне, которая смотрела в пол. Её всё ещё колотило от холода, щеки были розовыми, губы синими, а глаза - красными, от накатывающих слёз. - Ты нахуя говоришь мне все эти слова про то, как ты меня ценишь и дорожишь нашими отношениями, а потом творишь вот такое? - Алёну бьют под дых её слова и она сразу поднимает глаза на Сашу, - Зачем, Алён? Тебе нравится меня на эмоции выводить или что? Объясни, с какой целью ты попёрлась к нему? - Саш, он попросил просто поговорить, и я, - Трусова перебивает её, сокращая расстояние между ними, и впечатывает её в стену. - Ты, блять, серьезно сейчас? - Дыхание учащается, а кожа начинает гореть от злости, - Почему тебя волнуют просьбы твоего бывшего, Розанова, ещё кого-то, но только не мои? Косторная, почему ты никогда не думаешь, что я чувствую? - Саш, пожалуйста, не кричи, - Она подавлена в этот момент, разбита и обессилена, а голос звучит просто жалко, - Я не хотела, чтобы это как-то задело тебя. - Представляешь, меня задевает, когда моя девушка, вместо того, чтобы подойти ко мне и сказать о том, что её бывший, блять, где-то на территории базы и что-то от неё хочет, просто съебывается к нему в темноте, а мне приходится бегать по всему корпусу, названивать ей и переживать, жива ли она и здорова. Можешь такое представить? Саша смотрит ей в глаза, наблюдая, как по щекам скатываются первые слезинки. Косторная с трудом переносила моменты, когда на неё кричат. Особенно сложно было выносить это от Трусовой. - Я не подумала, прости, - Алёна размазывает слезы по коже ладошками, когда девушка всё-таки отходит от неё на пару шагов, разрывая зрительный контакт. - А ты вообще когда-нибудь думаешь? - Трусова уже не могла сдержать гнев, слишком много его скопилось с начала сборов и каждая выходка Косторной подливала масла в огонь. Иногда казалось, что она больше не может выносить её, с этим переменчивым характером и постоянными проверками нервов Саши на прочность. Но каждый раз Трусова заглядывала в её глаза и понимала, что выдержит от неё всё, лишь бы была рядом. В этот раз она снова не могла смотреть на её слезы, но злость накрывала чуть сильнее. Пришлось отойти подальше, чтобы не было желания успокоить. - Мне нужно знать о том, что произошло между ним и тобой сегодня? - Саша спрашивает тихо, но строго, опираясь руками на раковину, - Че ты молчишь? - Ничего не произошло, - Косторная шмыгает носом, - Он задал вопросы, которые его волновали, назвал меня тварью и мы разошлись. - Тебе легче стало? Оно, вообще, того стоило? Трусову уже тоже начинало трясти, кровь закипала в венах и хотелось просто разбить что-нибудь. Её не так сильно злил бывший Алёны, как её поведение и поступки. Косторная прекрасно знала, как за неё беспокоится Саша, но раз за разом устраивала эмоциональные качели. А ещё раздражало то, что она совсем не задумывается о последствиях своих действий. - В каком смысле? - Алёна нервно прикусывает нижнюю губу. - Скажи мне, у тебя вообще в голове не были мысли, что я буду переживать? В глаза мне посмотри и скажи, ты вообще не думала об этом? - Саша подходит ближе, а Косторная молчит, - Ты специально это делаешь? Или тебе просто похуй на то, что я чувствую? - Мне не похуй на тебя. Её нижняя губа дрожит, дыхание рваное, а переносица неприятно покалывает. Алёна готова была разреветься как маленький ребенок, прямо там, перед Трусовой. Может, даже рухнуть на пол и стучать ладошками по плитке, лишь бы не видеть родные глаза напротив, которые не смотрят с любовью, а прожигают насквозь. - Алён, а мне кажется, что тебе вообще нет дела. Ты с Розановым до сих пор ошиваешься рядом, по душам наедине разговариваешь, с бывшими бегаешь поговорить. Ты, сука, всё делаешь, чтобы проверять наши отношения на прочность. Так объясни, может тебе просто нужны другие отношения? Почему ты постоянно пытаешься вызвать ревность или потрепать нервы? - Мне не нужны другие отношения, - В голове бегущей строкой повторяется пугающая её фраза, - Саш, я люблю тебя. - Да, почему ты, блять, не отвечаешь на мой вопрос?! - Алёна пыталась взять её за руки, но резкий голос заставил отшатнуться, - Ты себя любишь, Косторная, мы в отношениях обе любим тебя. Они обе замолкают, глядя в глаза. Алёну словно облили холодной водой и больно-больно ударили в солнечное сплетение. Она понимала, почему Саша злилась, более того - она это принимала. Косторная сама знала, что она вечно ищет себе проблемы, провоцирует и часто выводит на эмоции. Но она не думала прежде, как это отражается на Трусовой. А сейчас она стояла в темном туалете корпуса спортивной базы. Кран мерзко капал, стоял запах хлора и где-то рядом летал комар. А Саше, глубоко в душе, было страшно из-за сказанных слов. Пусть, и не напрямую, но она обвинила Алёну в том, что её слова о любви - ложь. Она буквально сказала о том, что Алёна её не любит. Но всё это затмевал гнев, который долго копился и вылился именно в тот момент, когда она увидела замерзшую Алёну, топающую к корпусу, среди фонарей и непроглядной темноты. Она была маленькой, потерянной и такой грустной. Но, в тот момент, желание снова её спасти затмилось жалостью к самой себе и своим чувствам. Саше было обидно, что Косторная не думает о ней, когда вредит самой себе. - Да пошла ты, - Алёна не может больше сдержать слезы и срывается с места, цепляя девушку плечом. Дверь за Косторной захлопывается с таким грохотом, что кажется, что охранник точно проснется от этого беспредела. Ками обсуждала с Аней сложившуюся ситуацию, лёжа под одеялом на кровати Валиевой. Их перебила вихрем ворвавшаяся Косторная, которая проигнорировала все вопросы подруг, хватая со своей кровати полотенце, и скрываясь за дверью ванной комнаты. Было сразу видно, что Алёна плакала, но дала волю чувствам она только тогда, когда щелкнула замком в душе. Вода заглушала её всхлипы, пока девушка сидела на полу, прижав колени к груди. Больнее всего было из-за мерзкого ощущения, что она может потерять Сашу. Было страшно даже подумать о том, что они могут расстаться. Вот так взять, и в один день проснуться совершенно чужими людьми. Она боялась однажды увидеть Трусову счастливой с кем-то другим. Боялась сидеть на скамейке в Хрустальном и видеть, как Саша переглядывается с кем-то, как когда-то переглядывалась с ней. Дыхание периодически перехватывало, из-за чего всхлипы становились громче и приходилось закрывать рот рукой, лишь бы никто не постучал и не спросил всё ли впорядке. Всё вокруг казалось нереальным, потому что за почти год отношений такого не случалось никогда прежде. Они ссорились, кидались вещами, говорили обидные вещи. Но одно было неизменно - на "я тебя люблю", ответом всегда было "я тебя тоже". Алёна могла кричать так, что сосуды в глазах лопались, но они всегда в итоге говорили, что любят друг друга, даже если дело не шло к примирению. Она боялась выйти из этого душа, боялась увидеть Сашу, боялась, что завтра она скажет ей, что им лучше дальше идти каждая своей дорогой. Алёна прокручивала в голове все самые страшные варианты развития событий, доводя себя до чертовой истерики, когда уже сложно было дышать, когда на лице выступили красные пятна, а руки неприлично сильно тряслись. Зацепившись за край тумбы, она поднимается, замечая в отражении свои красные глаза, с лопнувшими капиллярами, опухший нос и глаза. Вдохнуть получается через раз, поэтому она открывает кран холодной воды, тут же умывая лицо. Дыхание перехватывает от контраста температур, но сразу же отпускает. - Алён, у тебя все хорошо? - Голос Камилы слышится за дверью, вместе с тихим стуком. - Да, - Она на автомате отвечает, не подумав о том, как жалко сейчас звучит её голос. А Валиева всё понимает, молча отходя от двери. Алёне нужно было время, когда подобные истерики происходят. Только обычно рядом с ней была Трусова, которая обнимала за плечи, прижималась щекой к макушке и повторяла, что она рядом и всё будет хорошо. Но Трусовой рядом не было. И, казалось, что ничего не будет хорошо.

***

- Стоять, - Щербакова ловит Валиеву за капюшон, когда та направляется к выходу из раздевалки. Последняя тренировка перед перерывом была завершена и уже хотелось скорее переодеться и пойти на обед, - Мы сейчас идём в столовую, а потом гулять. - Гулять? - Камила удивленно уставилась на девушку. - Да, гулять, - Аня широко улыбается, дожидаясь, пока оставшиеся спортсменки выйдут из раздевалки, - Саша хочет поговорить с Алёной. - Поэтому тактично попросила нас смыться? - Ками недовольно вздыхает, потому что планы поиграть в дурацкие игры на телефоне и поспать потерпели крах. Девушки прямо в тренировочной форме пошли в столовую, где так и не появились ни Косторная, ни Трусова, что вселяло надежды на то, что Саша всё-таки помирилась с девушкой, ну, или всё к этому идёт. До следующей тренировки оставалось почти два часа, ходить по корпусу было скучно, а затихший дождь позволил им хоть немного погулять по территории. - Умеешь играть в бадминтон? - Щербакова развернулась лицом к Ками, идя спиной вперед. - Не пробовала. Осторожно! - Она ловит Аню за локоть, когда та не замечает бордюр и почти уже летит пятой точкой на мокрый газон. - Господи, я больше твоего крика испугалась, - Она заливисто смеется, когда устойчиво стоит на ногах, но намеренно долго не отпускает руки девушки, - У тебя очень красивые глаза. - Ты вся красивая, - Камила улыбается, перешагивая через бордюр и направляясь на свободное футбольное поле. Щербакова расплывается в улыбке, опуская глаза в пол. Щеки начинают гореть, а внутри всё расцветает так, как в фильмах весна. И её снова пугают эти эмоции, которые она испытывает рядом с девушкой, но они такие прекрасные. - Ты не разговаривала с Алёной? - Они останавливаются возле футбольных ворот, пиная друг другу мяч, - Она вчера весь вечер плакала, а на тренировке сама не своя была, шугалась от всех, падала постоянно. - Она пока не готова говорить, - Ками неуклюже пинает мяч, - Ей нужно время и она всё расскажет. А Саша не объяснила, что у них произошло? - Не-а, просто сказала, что поссорились, и что ей нужно поговорить с ней, - Щербакова пожимает плечами, - Не представляю, как они с такими характерами уживаются друг с другом. - Любят друг друга, - Камила легко улыбается, наблюдая за тем, как мячик катается по газону, - Мне Алёна столько всего рассказывала, они точно не смогут друг без друга. - Как вы умудрились это всё так долго от меня скрывать? - Аня спрашивает совершенно без злобы, - И как я не замечала ничего? - Ну, ты у меня не самая сообразительная, когда дело касается отношений, - Валиева хихикает себе под нос, - Потому что они столько раз при тебе палились, а ты как слепой крот была. - Так, вот не надо мне тут, - Строить серьезное лицо не получается и Щербакова тоже расплывается в улыбке, - Я даже подумать не могла. Камила оттолкнулась ногами, повиснув на штанге ворот. Щербакова продолжала рассуждать на тему того, как Трусова и Косторная смогли почти год скрывать от неё отношения. В это время Валиева решила поступить самым разумным образом - повиснуть на сетке. Ткань со скрежетом рвётся, и вся сетка летит вниз вместе с фигуристкой, которая пятой точкой приземляется в лужу. - Ками! - Аня вскрикивает от неожиданности, когда в неё летят брызги, - Боже мой, ты не ударилась? Валиева сидит в луже, всё еще держа в руках оторванную сетку ворот. Осознание того, что если кто-то увидит этот дебош, то им точно прилетит по шапке, пришло довольно быстро. - Так, давай сваливать отсюда быстрее, - Камила принимает руку Ани, которая помогает ей встать. С штанов стекает вода, вместе с прилипшими кусками травы, - Позвони Саше, скажи что мы экстренно возвращаемся. - Господи, ну хоть бы раз ты никуда не свалилась, - Девочки уже смеются над ситуацией, и над внешним видом фигуристки, - Саш, нам нужно вернуться в комнату, Камила упала в лужу, - Аня отвлекается на телефон, когда подруга ответила на звонок.

***

- В смысле она не приходила? - Аня уселась на свою кровать, пока Ками ушла в душ, чтобы привести себя в порядок, - А где она? - Не знаю, я заходила к Даше, она сказала, что Алёна ушла на индивидуалку на лёд, а потом не видели её ещё, - Трусова сидела поперек своей кровати, сжимая в руках массажный ролик. - А с кем у неё индивидуалка? - С Розановым, - Саша спокойно отвечает, вздыхая, - Может на лёд сходить? - Пойдем. Втроем, когда Ками вышла из душа, они направились в сторону тренировочного катка. Отчего-то, внутри сидело волнение, будто бы что-то не то. Алёна, хоть и вела себя странно, не стала бы где-то прятаться после тренировки, лишь бы не пересекаться с подругами. Из тренерской, когда девочки проходили мимо, вылетела Рита, которая была не в лучшем расположении духа. Она с силой распахнула дверь, едва ли не задевая Щербакову. - Ты чего? - Аня аж вздрогнула, когда спортсменка так же громко захлопнула её. - Ничего, - Обычно дружелюбная девушка фыркает, разворачиваясь на пятках. - Ты Алёну не видела? - Валиева кричит ей в спину. - Вообще-то её в больницу с травмой увезли, ещё где-то час назад, - Рита все-таки останавливается и складывает руки на груди. Трусова переглядывается с Щербаковой, беспомощно хлопая глазами. - Как в больницу? А что случилось? - Камила подходит ближе к одногруппнице. - Не знаю, кто-то сказал, что шею сломала, - Рита прикрывает глаза, качая головой и пожимая плечами. Внутри всё оборвалось.