30 дней с Липом Галлагером

Джесс проснулась от оглушающего вопля детей и последующего за ним крика Ви. — Кевин! Твои дети плачут! За окном уже рассвело, а в небольшой комнате, что на месяц принадлежала Джессике, становилось душно. Чикаго ждал еще один жаркий день. Она снова закрыла глаза в надежде уснуть. Вчерашняя ночь казалась сном, но неприятный осадок в груди проливал свет на реальность. — Ёбанный Лип, — прошептала девушка, закрывая лицо подушкой, чтобы хоть чуть-чуть приглушить звуки. Всё было тщетно. Простонав, она сбросила с себя легкое одеяло, убрала подушку и встала с постели. Три с половиной часа сна, небольшое похмелье. Несмотря на это Джесс улыбнулась. Она была дома и была счастлива! Она закинула в рот жвачку, забрала волосы в култышку и быстро перехватила из рук Ви одну из близняшек, у которой, благо, уже был поменян подгузник. — Пойдем-ка навтыкаем твоему папаше как следует, чтобы неповадно было столько пить, — она подмигнула Ви и понесла крошку на первый этаж, где на диване спал Кев. Сложно было представить, что пару дней назад она завтракала апельсиновым соком и тостом с авокадо, сидя на просторной кухне, где пол был выложен белым мрамором, а кофе подносила Сьюзи, выполнявшая всю работу по дому. Джесс быстро вернулась к старым привычкам, намешивая себе полную тарелку дешевых хлопьев, ловко управляясь с Джеммой, что сидела у нее на руках. — Я сегодня работаю в баре, — кажется, Ви была только рада улизнуть из дома. — Смена с десяти. Поможешь с девочками? — Без проблем. Пойдем прогуляемся, дойдем до Галлагеров. Надо навестить Йена. — Он теперь живет у Милковичей. — Чё? — Замутил с Микки. Он тебе не рассказывал? — Не про совместную жизнь... Ладно, так даже лучше. Не хочу встречаться с Липом. — Успели вчера поговорить? — Разговором это не назовешь, — Джесс закатила глаза, а затем начала размешивать для малышек смесь. — Кев собирается вставать? — Уже, — промычал отец года. — Дайте мне пять минут, — он вдруг сладко вздохнул. — Мои девочки все вместе на одной кухне... — он завис на месте у лестницы на второй этаж, кажется, блондинка увидела блестящие в его глазах слезы. Ви издала рвотный рефлекс. Джесс хихикнула. Кевин как истинный отец и старший брат отпустил Джесс погулять по району, а сам остался с девочками. Она приняла душ, смыла с себя остатки похмелья, почистила зубы и переоделась в симпатичное василькового цвета платье выше колена. Попрощавшись с племяшками и братом, она вышла из дома, ощущая некоторую тревогу, что осталась еще с юности при мысли о Микки Милковиче. — Йен! — она буквально повисла на нем. Руки лучшего друга обвились вокруг ее талии, и он засмеялся, уткнувшись носом в ее волосы. — Какой же ты стал красавчик! — он возмужал, как и его брат. От миловидного веснушчатого парня не осталась и следа. — Это всё мой член. Творит чудеса. — И тебе привет, Микки... — она старалась не показывать своего внутреннего страха, но на лице у нее все было написано. Милкович, однако, вообще не смотрел на них с Йеном, озабоченный тем, что его мини-бордель на втором этаже Алиби прикрыли. — Привет, — он был не многословен и открыл бутылку пива. — Мы прогуляемся с Джесс, — сказал ему Йен, на ходу меняя футболку. — Ага. Йен уже не был тем улыбчивым мальчишкой, каким Джессика его помнила. Что-то в его поведении поменялось, и она подозревала, что дело в его недавно случившейся депрессии. Уговаривать его обратиться к врачу было бесполезно, если уж Лип и Фиона не справились, ей даже можно было не пытаться, хотя от одной мысли, что он всё-таки унаследовал болезнь их матери Моники тревожила ее. Несмотря на то, что он изменился, быть рядом с ним до сих пор было хорошо. Даже очень. И в отличие от разговора с его братом, между ними не было неловких пауз, они болтали вовсю, в основном про его отношения с Микки, которые, как ни странно, отчасти напоминали здоровые. Джесс радовалась, что ее друг с человеком, который о нем заботится. — Липа видела? — спросил он, когда они взяли по мороженному и сели прямо на газон в парке. Она помедлила с ответом, смакуя ложку, которая слабо отдавала сливками, в основном химикатами со вкусом клубники. Йен внимательно наблюдал за ней. Мэнди собиралась уехать со своим парнем-психом, только Лип мог ее остановить. Сестра Микки была очень ему дорога, он хотел ее спасти. Но Джесс была дорога не меньше, и ему нужно было удостовериться, что она к его брату больше ничего не чувствует. — Угу. — И? — Ничего. Потявкались. — Не удивлен. — Почему это? — Ты разбила ему сердце,— ответил он как ни в чем не бывало, словно говорил о погоде. Она замерла на месте, воткнула ложку в размякшее мороженное и повернулась к рыжеволосому. На ее лице не было и тени улыбки. Она знала, что Йен ее не осуждает, он вообще никогда ее не осуждал, но... Её сердце тоже было разбито, и ей было неясно, почему никто не берет это в расчет. — Он хотел трахать баб. Я не стала ему мешать. — Ты укатила в Фили. Это даже не нордсайд, это блин другой штат. — Йен, Карен Джексон сосала ему, и ее подружки засрали мне весь фейсбук сообщениями об этом. — Он хотел просто кого-то трахать. Ты завела серьезные отношения. — На чьей ты мать твою стороне? — Джесс начинала выходить из себя. — Он мой брат. Ты мой лучший друг. Я не буду занимать чью-то сторону. — Что-то не похоже. — Ты любишь своего парня? — в лоб спросил он. — Откуда ты вообще знаешь про парня? — Фейсбук какой-то из твоих мам. — Гвен... — она закатила глаза и злобно сунула в рот ложку с мороженным. Теперь было понятно, откуда Лип осведомлен об Итане. Девушка легла на траву и прикрыла глаза. Йен, посмотрев на нее недолго, понял, что вставать она не собирается, последовал примеру и приземлился рядом. Джесс еще немного помолчала. Почему-то Итану говорить слова о любви было намного проще. Она не задумываясь произносила их в ответ на его признания, целовала его и чувствовала себя счастливой. Сейчас, лежа на траве с лучшим другом ее вдруг начали терзать сомнения. — Он очень хороший, — произнесла она задумчиво. — Если бы не он, я бы давно двинулась. Знаешь, только кажется, что жизнь за пределами саутсайда — кайф. Злобные девчонки, эти гребанные мажорки всем растрепали, что я могу убить их, что у меня с собой нож и что я коктейль молотова готовлю лучше, чем мохито. Со мной никто не общался несколько месяцев. Йен улыбнулся. — Надеюсь, ты расквасила им лица. Джесс усмехнулась. Ей очень хотелось это сделать, кулаки чесались знатно. — Там так не делают. — А как делают? Они будто и правда говорили о другом мире, находящемся в ста миллионах световых лет от реальности, в которой жил Йен. — Всё в крысу. За спиной. Но Итан не такой как они, хотя и с трастовым фондом. Он меня поддержал. Демонстративно сел со мной в классе, и у нас как-то всё закрутилось со временем. — Покажешь фотку? На той, что я видел он выглядит как идиот, — Йен заржал. — Заткнись! — она рассмеялась в ответ. — Это с весеннего бала, я там тоже, знаешь ли... — Ты там принцесса, — резко прервал он. — Красавица. Тебе идут такие платья, — Йен повернулся на бок, лёг к Джесс лицом. Она сделала так же. — Ты не ответила. Ты его любишь? Какой блядски сложный вопрос. А ведь Итана даже тут нет, она может ответить всё что угодно... — Да, — выдохнула она. Йен внимательно смотрел на нее, словно проверял на детекторе лжи. — Люблю. Я вижу с ним свое будущее. — Какое оно? Она даже не задумалась: — Мы едем вместе в Йель, после окончания поженимся. Медовый месяц проведем в Париже. Он будет успешным бизнесменом, я определенно пойду в науку. Может, стану профессором. — Всё расписано... — здесь, в этом мире что-либо планировать было сложно. В любой момент всё могло пойти по пизде, у вас могли отобрать дом, кто-то мог сесть за решетку или умереть... В том мире Джессика спокойно строила планы лет на десять вперед. Йена это удивляло. — Дети? — Нужны минимум двое. — Кому нужны? — Отвали, Галлагер. Давай доедим мороженное, оно блин тает. Лип спасет Мэнди. Джесс поедет в универ с парнем в белой рубашке. Йен был спокоен.