Твоя любовь - угроза

Родители Эрена приезжают, чтобы забрать его из здания ВП, и он, словно в оцепенении, следует за ними, охранники сопровождают его, когда появляются какие-то репортеры, пытающиеся задать ему вопросы о звонке. Слухи распространяются быстро, и люди хотят знать, каково это было — поговорить с печально известным серийным убийцей. Он слышит приглушенное бормотание и жалостливый шепот, когда проходит мимо; Гриша кладет руку на его плечи в знак поддержки, в то время как Карла шмыгает носом, бормоча: «Я не могу в это поверить, мой сын, мой бедный сын». Эрен пытается сказать им то же самое, что говорил Военной полиции — что Ривай ничего ему не сказал, но те подумали, что это шок от полученного звонка, или Эрен просто пытается скрыть услышанное, чтобы ему не пришлось снова переживать кошмарный разговор, и поэтому продолжает отказываться отвечать на вопрос о том, что произошло между ними по телефону. В конце концов, зачем такому опасному убийце, как Ривай, слушать восемнадцатилетнего старшеклассника? Но что сбивает с толку, так это почему Ривай послушал Эрена, когда тот сказал, что не хочет знать, как умерла жертва? И почему он назвал его сокровищем? Эрен в замешательстве садится на заднее сиденье машины, а Гриша занимает водительское, в то время как Карла садится рядом с ним. Гриша пробирается сквозь настойчивую толпу и вскоре они уезжают домой. Машины проносятся мимо, как в тумане, и Эрен откидывается назад, вздыхая; ему, должно быть, невероятно повезло, что не пришлось выслушивать ужасные подробности смерти жертвы, но даже эта утешительная мысль не позволяет Эрену думать, что на этом все закончится.

***

На следующий день он сидит у кухонного стола, когда звонит его телефон. Эрен поднимает трубку и с удивлением видит на экране имя Ханджи. Он помнит, что несколько дней назад обменялся с ней номерами телефонов, но не думал, что она когда-нибудь позвонит ему. Зачем ей вообще это понадобилось? — Алло? — спрашивает Эрен, выпивая свой апельсиновый сок. — Привеееет, Эрен, доброе утро! Эрен улыбается: — Доброе утро, Ханджи. — Как ты, малец? — Хорошо, но планирую пойти спать дальше, — зевает Эрен, встает со стула и направляется в свою комнату, когда Ханджи прочищает горло и начинает: — Эрен… — Да? — Не хочешь поработать у нас на неполный рабочий день? Эрен останавливается, как только слышит вопрос. Он стоит лицом к окну, выходящему на задний двор, и наблюдает, как деревья мягко покачиваются на ветру, слышит щебетание птиц, но не может двигаться в такт миру вокруг него. Если бы это было вчера, он принял бы приглашение не раздумывая, но сегодня — не вчера, и Эрен уже получил будоражащий звонок от самого сатаны. Должен ли он принять это предложение? Что, если Ривай снова позвонит ему? Это глупо, это же Ривай, Эрен! Жуткий убийца, который убивает по всей стране по причинам, известным только ему. Никто не вырвался из его лап — тогда почему Эрен думает, что он особенный? — Эрен? — Ханджи вырывает его из потока мыслей, и он кивает, показывая, что внимательно слушает, — только чтобы понять, что он говорит по телефону, и Ханджи никак не может его видеть. Глупо, глупо, глупо, неужели он действительно думает, что серийному убийце, вроде Ривая, настолько есть дело до Эрена, чтобы перезвонить? — Конечно, Ханджи, я хочу, — Эрен смеется, чтобы рассеять неловкость, и слышит, как Ханджи фыркает на другом конце линии. — Тогда до встречи сегодня, малец, добро пожаловать на работу диспетчером 911!

***

Оплата пятнадцать долларов в час за четыре часа в день, и Эрена она вполне устраивает; что его беспокоит, так это испуганные взгляды, которые он получает, входя в офис, где находятся другие диспетчеры. Он слышит шепот вокруг и вздыхает, садясь на свое обычное место. Он смотрит вперед, а затем в окно, включает компьютер, убирает на столе, поправляет одежду и делает то, что делает обычно, когда начинает свою смену, чтобы вернуть себе хоть какое-то чувство нормальности. И все же он не может не вспомнить, как вчера разговаривал с этим ровным голосом. Он почти подпрыгивает, когда Ханджи налетает на него: — Малец! Я скучала по тебе! — ухмыляется она ему. — Я думаю, мы все скучали, — входит Петра и обнимает Ханджи, но с беспокойством смотрит на Эрена. — Ха-ха, я тоже скучал по вам, но вы же видели меня буквально вчера… — он замолкает, заметив, что к ним присоединяются Оруо и Гюнтер. — Эрен, — рычит Оруо, наклоняясь. — Расскажи нам, что случилось вчера! — Оруо! — потрясенно выдыхает Петра. — Что? — Боже, прикуси свой и так прикушенный язык… Эрен качает головой, поворачиваясь к компьютеру, и поступает первый звонок. Его сердце бешено колотится, когда он поднимает трубку, задаваясь вопросом, услышит ли он снова ледяной голос на другом конце, но оказывается, что на дереве застряли котята, и пожилая леди просит о помощи; Эрен улыбается, когда передает просьбу.

***

Скоро неделя с тех пор, как случилось несчастье, и Эрену уже легче приходить на работу. Он возвращается к своему обычному состоянию, машет Энни, разговаривает с другими и подшучивает над Оруо, и все скоро преодолевают свои страхи и начинают разговаривать с Эреном так, как будто прошлой недели никогда не было. Он подходит к кабинке, где работает, и обычно начинает свой день, когда его отвлекает легкое похлопывания по плечу. Он оборачивается и видит курьера, стоящего там и выглядящего словно отстраненно. — Привет? Чем я могу вам помочь? — спрашивает Эрен, нахмурившись, когда замечает букет, который держит мужчина. — Эрен Йегер? — Очень тихо спрашивает тот. — Да? Парень переминается с ноги на ногу, нервничая, но Эрен не может не почувствовать острую, уверенную ауру, исходящую от этого человека. Он задается вопросом, почему. — Это для вас, пожалуйста, подпишите прямо здесь… — он протягивает Эрену ручку, и его руки в перчатках кажутся гладкими. Эрен берет у него бумагу и подписывает. Крайне озадаченный тем, кто прислал цветы, он совершенно забывает просто спросить об этом. — Э … спасибо, — Эрен, наконец, сосредотачивает внимание на посыльном и прикусывает губу. Черт возьми, парень горяч. Он невысокого роста, но невероятно хорошо сложен, и его серебристые глаза, казалось, пронзают Эрена насквозь. Ему кажется, что он слышит, как мужчина шепчет себе под нос: «Неплохо», но Эрен не уверен. Он поворачивается на стуле и смотрит на цветы; это красные розы, и они выглядят свежесобранными, Эрен чувствует их сладкий аромат. Он поворачивает букет, и его пальцы касаются листа бумаги, который он с любопытством открывает и читает слова, написанные изящным почерком. Моё сокровище, Наш разговор на прошлой неделе был прерван, но не волнуйся. Я заглажу свою вину перед тобой. Так или иначе. Искренне, Ривай. Сердце Эрена начинает биться быстрее, чем когда-либо, и он отбрасывает бумагу от себя, как будто она горит. Это какая-то жестокая шутка, которую кто-то сыграл с ним? Нет, только Ривай называет его сокровищем, и только Эрен знает об этом. Ривай действительно послал их, но зачем ему посылать их ему? Он что, издевается над Эреном, желая заставить его страдать за то, что тот отказался услышать подробности смерти жертвы в тот день? Эрен встает так быстро, что у него кружится голова, он слышит обеспокоенный голос Петры, доносящийся откуда-то, но все перед Эреном начинает кружиться, а затем становится черным, и он падает в обморок.

***

Возвращение в сознание похоже на рывок из воды после того, как ты некоторое время тонул. Эрен чувствует, что его голова вот-вот лопнет, в то время как его тело остается невосприимчивым к командам мозга, как будто оно парализовано. Он начинает паниковать, так как не может двигаться, но по мере того, как просыпается все больше и больше, он начинает все лучше контролировать себя; он так сосредоточен на попытках пошевелить пальцами, что почти не замечает, как кто-то разговаривает над ним. — …это ужасно… — Печально шепчет один из голосов. — Я знаю… Бедный ребенок… — Отвечает другой, а затем кто-то гладит его по волосам. Он слышит, как внезапно открывается дверь, и запоздало задается вопросом, где он находится; он чувствует подушку под головой и мягкость кровати под своим телом, но не может понять, где он, так как его тело все еще не позволяет ему открыть глаза. — Доктор! — Кричит первый голос, и он понимает, что тот принадлежит Ханджи. — Ш-ш-ш, Ханджи! — Срывается другой, и Эрен узнает милый голос Петры. Значит, он в больнице? Им отвечает грубый голос, и Эрен отмечает, что доктору за шестьдесят: — Здравствуйте! Вы оба родственники Эрена? — Здоровается он. — Нет, — слышит Эрен голос Ханджи, — но мы хорошо его знаем, так как работаем вместе. — Ах да, он работает диспетчером? Я вижу на вас форму; приятно познакомиться, офицер, — говорит доктор. — Спасибо, доктор. Не могли бы вы, пожалуйста, сказать нам, что с Эреном? Эрен чувствует, что затаил дыхание, ожидая ответа доктора. В прошлом он никогда не падал в обморок, но сегодня упал. Что с ним случилось? Он напрягается, когда слышит, как доктор тяжело говорит: — Его накачали наркотиками. — Накачали наркотиками! Накачали наркотиками? — В частности, он вдохнул что-то, и упал в обморок — это выявил анализ крови. Сейчас мы ждем дополнительной информации, но все должны уйти, чтобы не тревожить спящего пациента. Эрен слышит, как Ханджи и Петра следуют за доктором, и напрягается, чтобы услышать, что происходит, после, но дверь мягко закрывается, приглушая голоса, и он ничего не может услышать, и постепенно разочарование уступает сонливости, когда он чувствует, что лекарства снова начинают действовать, и он засыпает. Его последняя мысль перед тем, как погрузиться в сон, о тех красных розах, которые он получил.

***

Когда Эрен снова просыпается, он все еще в постели. Он облегченно выдыхает, понимая, что может открыть свои сонные глаза, что он и быстро делает, изучая окружающую обстановку. Он находится в маленькой комнате, выкрашенной в раздражающий желтый цвет, и справа от него окно, выходящее наружу. Комната в основном пуста — за исключением его кровати и медицинского стола рядом, на котором расположено всевозможное медицинское оборудование, о котором Эрен даже думать не хочет. Он поднимает голову, когда замечает, что вокруг него суетится медсестра, и она бросается к нему, когда он пытается встать. Он сдается, так как его тело все еще слишком слабо, и вздыхает, когда снова укладывается спать. Но подождите, он слышит шуршащий звук, когда двигается, и чувствует, как что-то царапает его кожу. Он слабо поднимает сжатый кулак и раскрывает его, обнаруживая гладкую бумагу. Сердце Эрена бешено колотится, когда он открывает маленькую, безобидную на вид бумажку и с ужасом читает: Моё сокровище, Я не думал, что от такого слабого наркотика ты потеряешь сознание, но ты и правда выглядишь таким хрупким и изящным, что мне следует извиниться за то, что сделал это с тобой. В следующий раз я позабочусь о том, чтобы, когда ты упадешь в обморок, я был рядом, чтобы поймать тебя. А до тех пор отдыхай. Искренне, Ривай. Эрену кажется, что он сейчас заплачет, он быстро прячет письмо под себя, когда слышит, как кто-то открывает дверь. Он оглядывается по сторонам, гадая, увидит ли что-нибудь ужасное, но вздыхает с облегчением, когда врываются его мама и папа. Они бегут к нему, но его мама резко останавливается у кровати и тянет растерянного Гришу за собой. — Милый? — Странно спрашивает мама. — Да, мам? — Отвечает он слабо. — Здесь кто-то был? Эрен медленно кивает: — Медсестра… — Нет, кроме медсестры. — Нет. А что? — Спрашивает Эрен, чувствуя, как страх пробирается по его спине. — Рядом с твоей подушкой, на кровати, лежит красная роза.