Время влюбиться

Для ритуала был рассчитан благоприятный день, жаль, что Гарри не взял в Хогвартсе нумерологию как дополнительный предмет, сейчас бы пригодилась. Хотя бы астрономию он изучал, это немного ускорило продвижение в расчётах. Эдвард помогал, мало что понимая, но почти каждый день составлял компанию Поттеру. Он видел, как старается парень, и ему хотелось сделать процесс его работы комфортнее. Нельзя было забывать и про учёбу; тут вампир вносил свой вклад по полной, став практически личным репетитором для Поттера. Ему самому не нужно было есть, спать, а Гарри про свои потребности забывал, погружаясь в изучение книг, поэтому Каллен приносил сладости и снэки, пару раз даже пакеты с едой, так как холодильник Поттера мало чем отличался от вампирского. С одной стороны на третий день их поисков волшебник уже нашёл пару вполне сносных ритуалов, но он не хотел рисковать. Для Гарри это была неизученная тема, а подвергать семью вампиров опасности он не мог, ему было страшно, и сомнений было гораздо больше, чем у самого Каллена. Эдвард был готов рисковать, но не торопил Гарри, всё-таки парню должно быть виднее. И вот, в начале марта всё было готово, по расчётам через три дня можно будет провести ритуал. Они опять посетили магическую часть Сиэтла. Волшебник называл способ перемещения, которым они пользовались, аппарацией, а Эдвард привычно из-за прочитанных фантастических книг — «телепортацией». Это место было куда интереснее Скрофа, здесь были магические штучки, можно было увидеть то тут, то там летающих на метлах волшебников! В магазинчике ритуалистики Поттер купил всю нужную атрибутику, а так как Эдварду было интересно, они ещё погуляли какое-то время по городу. Здание академии, в которой собирался учиться Гарри, было в центре. Тот рассказывал, что в Англии его школа находилась где-то в укромном месте, куда просто так не добраться, а тут прям на виду у всех, и это выглядело престижно. — Рядом с Хогвартсом тоже было поселение, но по размеру не больше Скрофа, и это странно, что за столько лет существования школы Хогсмид не разросся. Я думаю, что проблема в том, что выпускники чаще уходили обратно в маггловский мир, так и не прижившись. Тут же для всех выпускников предлагается работа, логичнее как-то, продуманнее, и даже сквибы редко уходят к магглам, — делился мыслями Гарри. — Ты поэтому уехал оттуда? — Эдварду казалось, что вот сейчас-то Поттер расскажет про себя. — Потому что маггловоспитанным сложно освоиться в английском магическом мире? — Нет, мне-то они быстро нашли место, даже не спрашивая меня самого, — фыркнул Гарри и замолчал. Он понимал, что должен объясниться, но не находил в себе сил начать. — Пойдем на аппарационную площадь? Каллен бы ещё погулял, но спорить не стал. Гарри человек, он мог устать. Они поднялись со скамьи в парке рядом с академией и не торопясь пошли в сторону площадки, на которой в основном прибывали и убывали студенты учебного заведения «Вороний пух». И тут Поттер кого-то увидел. Он остановился, не решаясь окликнуть или развернуться, чтобы уйти, но в итоге этот парень в академической форме сам его заметил. — Поттер, — обронил блондин. Они уже были на границе аппарации, и Эдвард видел сомнения этого мага. Жаль, что Каллен не мог читать мысли волшебников так же легко, как людей. — Привет, Малфой, — с неверием в голосе отозвался Гарри. — Я тоже сбежал оттуда, тебе нечего бояться, — поспешно сказал он, словно чего-то опасаясь. — Хорошо, Поттер, — кивнул Малфой, а затем, помедлив, все-таки аппарировал. Эдвард перевёл взгляд на Гарри: тот выглядел взволнованно, стоял с плотно сжатыми губами и отрешенным взглядом, устремленным на то место, где ещё мгновение назад стоял студент академии Воронов. Поттер думал, что эта встреча неспроста, не может быть подобных совпадений. В сейфе банка всё ещё лежали связанные камни двух родов, Поттеров и Блэков, ожидая своего перемещения в ритуальный зал. Алтарные артефакты постепенно поглощали друг друга - это был единственный путь сохранить истоки обеих семей, память предков, их жертвенную кровь и дары. Если когда-нибудь случится благо и под общей эгидой Поттер-Блэк род разрастется более чем на четыре ветви, то камни при желании вновь разделятся на два рода. Может, не просто так он остановился в штате Вашингтон? Нет, не просто. Надо поговорить с Малфоем. И если Поттер хоть каплю разбирается в людях, то Драко примет предложение стать Блэком. Для него род Малфоев не просто клеймо позора, но и постоянное напоминание о злодеяниях отца, о его деспотичном воспитании и промывке мозгов с ранних лет. — Гарри, всё в порядке? — Эдвард всё-таки решился потревожить задумчивого волшебника. — Он с твоей родины? Он кто-то… — «кто причинил тебе боль?», — Каллен не договорил фразу, боясь сделать хуже. Загадочность Поттера продолжала будоражить его любопытство. — Мы… Мы сражались на разных сторонах в войне, но теперь мы не враги, — заторможенно отозвался Гарри. — В войне? — для Эдварда это звучало безумно. Какой ещё войне? Гарри же школьник! — Да, тебе правда хочется об этом знать? — Эдвард кивнул в ответ. — Это очень долгая история, — он всё-таки аппарировал их к крыльцу дома. — Я заварю чай. Вернувшись в гостиную с булочками и чаем, он, наконец-то, начал рассказ: — Это началось задолго, но в общем: двадцать лет назад, — да, он выглядит младше своих лет, не смотря на тяжёлую жизнь. — Спятивший волшебник убил моих родителей, а я выжил после смертельного проклятия… Рассказ Поттера был мёртвым, безэмоциональным, словно он был сторонним наблюдателем, а не жертвой в этой безумной истории. Эдвард слушал, не перебивая, поражаясь дикости событий, которые пережил парень. — Малфой, тот парень, покинул Англию сразу, как только задержали его мать. Я не смог ей помочь, — сокрушенно покачал головой Гарри. — Я не знал, что он учится в Сиэтле, я почти год бездумно путешествовал, а в итоге выбрал именно штат Вашингтон. Думаю, меня привела магия. Он тоже жертва обстоятельств, и Драко - часть рода Блэк. Всё не просто так, я чувствую, что должен с ним встретиться и просить о разговоре. Это будет нелегко, но я... Кажется, так нужно. — Это ужасно, — Эдвард не удержался и, в жесте поддержки, взял его руку в свою прохладную ладонь. — Ты очень сильный и продолжаешь быть добрым, несмотря на всё… Мне кажется, что я недостоин быть тебе другом. Я убивал не на войне, не для защиты, я был и остаюсь монстром. Ты же, пройдя войну, остался человечнее любого другого из людей, существ и магов. — Неправда, есть единороги, — фыркнул Гарри. — Мне их не переплюнуть, — скромная улыбка озарила его лицо. — Единороги? — с детским восторгом переспросил Эдвард. Поттер приманил чарами красивую подарочную энциклопедию по существам - это был подарок Гермионы. Хороший способ отвлечься от горького послевкусия, вынимающего душу разговора. А когда они подобрались к драконам, то реакция Эдварда была такой милой, что Гарри не сдержал смеха. Для ритуала было всё готово, Гарри мандражировал, у него мелко тряслись пальцы. Элис его подбадривала, как и все Каллены, но она была убедительна тем, что напоминала о своём видении. А ещё у них случился странный разговор без свидетелей об Эдварде. — Розали, Эмметт, потом я и Джаспер, Карлайл и Эсми, — перечисляла Элис порядок. — И я вижу, что у тебя всё получится! Тебе надо довериться себе, своему чутью. И, Гарри, — он вопросительно посмотрел на неё, и она нерешительно продолжила. — Я, возможно, забегаю вперёд, не знаю, что сейчас между вами, но, если что, всё будет чудесно. — Не понимаю, о чём ты. Предположение не заставило себя долго ждать: — О тебе и Эдварде, — тихо сказала Элис. — Я всё-таки поспешила, да? — Да, — улыбнулся Гарри. Вышло натянуто. — На меня действует ваше вампирское обаяние, но… Ох, Элис, не заставляй меня сомневаться в твоём даре. — Всё-всё, никаких больше предсказаний, — замахала руками девушка. — Но ты подумай об этом. Если ты оставишь всё, как есть, то вы будете вместе. — Элис, — протянул предупреждающе Гарри, нахмурившись. — Всё, мне пора, не хочу ничего знать. Подвала у Поттера не было, но был чердак, где Эдвард должен был уже его ждать. Для него были приготовлены зелья, которые хоть и не усвоятся организмом, но повлияют на процесс ритуала. Каллен сидел в рунном круге. Вкус принятых им зелий был просто ужасен. Глаза вампира были непривычно тёмными, зелье начинало действовать. Да и Эдвард, следуя рекомендации, пропустил охоту, но последние золотые искры ушли с приёмом отвара. Дым от тлеющих трав клубился неровными всполохами. Гарри ободряюще улыбнулся и, накинув диагностические чары, стал читать катрен. Ритуал был затратный, магия плотным свечением сковала их нитью, и Гарри сделал первый круг вокруг вампира, чувствуя, как медленно его собственная сила уходит. Конечно, не безвозвратно. Остаться в Эдварде она не может и к концу четвертого круга вернётся к владельцу. Тут нужно было сохранить грань и, как только медицинская диаграмма диагностики засвидетельствует приток жизни, надо переходить к заключительной части. А вот круги надо делать в определенный такт пульсации магии в нити, не передержать и в то же время не закончить шаг раньше, чем ядро вампира выжжет яд. Сперва всё было спокойно, Эдвард не чувствовал никаких изменений, пока не пошёл последний круг. В тот момент, когда Поттеру казалось, что его собственная магия вот-вот закончится, его ноги стали словно свинцовые, каждый шаг давался с трудом, но он знал, что не может остановиться или сбиться. На середине четвертого круга Эдварду показалось, что его вырвет: тошнота и горький привкус зелий подступали жгучей болью к горлу. Боль в лёгких, та самая, тяжёлая и давящая, он помнил её в свои последние дни жизни… Перед глазами Эдварда всё померкло ровно в тот момент, когда Гарри завершил последний катрен, и он упал. Ожившее сердце сделало первый удар и замерло. Холодный пот скатился по спине Поттера, он тяжело сглотнул. Секунда… Вторая… Ничего не происходило. Сердце замерло, ЖИВОЕ сердце замерло! Гарри кинулся к Эдварду, ударившись коленом о старую, выпирающую половицу. Может диаграмма врёт? Нет, нет, это не ошибка — пульса не было. Паника затмила разум, Гарри хаотично думал и не понимал, что он сделал не так?! Что он мог упустить? Вампир… Эдвард - вампир! Нужна кровь! Как Гарри не разрубил себе руку невербальным секо, он уже не вспомнит. Кровь хлынула, пачкая его руки, забрызгивая каплями бледное лицо Эдварда, стекая к ещё не утратившим цвет ярким губам. Гарри прижал запястье к бездыханному рту, молясь всем богам, чтобы Эдвард жил. Тело Каллена изогнулось, грудная клетка дернулась вверх, впуская в лёгкие такой нужный кислород, а сердце забилось. Сердце забилось! Гарри внутренне заликовал. У них получилось! Магическая сила к нему вернулась, а вот физическая слабость взяла вверх, и он стал заваливаться набок, — голова закружилась от потери крови. — Акцио экстракт бадьяна, — сундучок задрожал, выпуская наружу склянку с зельем, и метнулся в протянутую ладонь. Услышав голос Гарри, сознание Эдварда окончательно вернулось. Он распахнул глаза, ещё слабо понимая, что происходит. Поттер был в крови, но уже заливал рану зельем. — Что, — его горло немного саднило, — случилось? Ты в порядке? — Я так испугался! — воскликнул Гарри радостно, с остатками истерики в голосе. — Мерлин, если бы я не понял… Следовало сразу догадаться, что будет нечто подобное, ещё на зельях я уловил закономерность, что в учебниках они что-то, да пропускают в рецептах. Типа образованный маг сам должен понимать, что без вот этого нельзя класть вот это… — передразнил он, — как-то так, — и выдохнул с ощущением полного облегчения. Эдвард понял, что этот пьянящий вкус во рту ни что иное, как кровь Гарри. Сердце, ЕГО сердце, ускорило бег, желания впиться в горло человека или слизать остатки крови с его рук не было, но Эдвард облизал губы, наслаждаясь вкусом крови. Последний раз. Он решил для себя, что больше никогда не выпьет кровь человека. Пусть кровь Гарри будет для него последней. И, не удержавшись, вампир обнял человека, притянул к себе, ощущая себя как никогда живым и счастливым.