Время влюбиться

Эдвард всё также проводил очень много времени с Гарри. Уже месяц, целый месяц прошёл с тех пор, как они провели первый ритуал. Сейчас осталась только миссис Каллен и всё, Гарри вздохнет с облегчением. Нет, его это не тяготило, напротив, он радовался вместе со всеми. Гарри не отпускала мысль о Малфое, а в круговороте учёбы и ритуалов он не находил достаточно времени и сил для встречи с Драко. Наблюдать за изменением в вампирах было интересно: теперь они могли спать, есть обычную еду, по их венам текла кровь, и на щеках играл румянец. В какой-то степени они учились заново жить. У Эдварда появилась щетина! Это было забавно. Гарри сварил ему масло против роста волос, он и сам такое использовал. А как они радовались, гуляя под солнцем, ничего не опасаясь, наслаждались тёплыми лучами. В школе все решили, что Эдвард и все остальные Каллены наконец-то перестали носить странные золотисто-карие линзы — теперь их глаза были естественных цветов, что, на взгляд многих, сделало их ещё симпатичнее. Гарри тоже так считал и с трудом отводил взгляд от Эдварда, когда понимал, что слишком долго пялится на него. А когда Каллен начинал себя вести с ним мило… Он раньше никогда так часто не прикасался к нему! Руки его всегда были такими тёплыми, осторожными. Эдвард обнимал его при встрече, на прощание, да и просто когда находил возможность невзначай коснуться. Он вообще понимает, как влияет на Гарри? Мерлин… Спустя пару дней, когда вся семья прошла ритуал, Гарри рассказал им о себе. Эдвард решил, что не может говорить подробности, что только он сам имеет право рассказать то, что сочтёт нужным, и Поттер это понимал. А также то, что на душе становится легче с каждым разом, когда он проговаривает свою безрадостную историю. Конечно, и в этот раз он упомянул мистера Гранда, используя прозвище Старичок. И Элис вдохновилась: а вдруг она слабый, но маг? Или Джаспер, он ведь тоже обладает способностью чувствовать чужие эмоции? Или Эдвард, а может все они втроём? Ведь их обратил не Карлайл, и Старичок мог что-то упустить. — Ты читаешь мысли? — опешил Гарри, испытывая жгучий стыд. Он буквально чувствовал, как горят его щёки и уши. — Твои почти нет, — тут же начал оправдываться Эдвард. — Маги думают очень тихо и приходится постараться, чтобы уловить хоть что-то. — А я вовсе не слышу твоих эмоций, — пожал плечами Джаспер. Элис ткнула его локтем. — За что? — тихо буркнул он. — Гарри, тебе не о чем волноваться, — сказала Элис подбадривающим тоном. И зыркнула на Эдварда, мол: скажи уже, что я права. — Элис права, — вздохнул вампир. Врать, что он не читает его мысли, было бы очень нехорошо, но говорить о своих взаимных чувствах при всей семье тоже. Если не сказать о том, что Гарри ему нравится, то тот решит, что Эдвард мог всё это время смеяться над его мыслями, а это было не так. Надо было раньше поговорить с Гарри. Он привык считать, что впереди вечность и торопиться некуда, а теперь-то нет, надо скорее переучиваться. Этот вечер они проводили в доме Калленов и можно было бы увести Гарри к себе в спальню, чтобы поговорить один на один, но это тоже будет странно. Гарри на чужой территории почувствует себя не в безопасности, а оказывать давление Эдвард не хотел. Ведь что с того, что он симпатичен Поттеру, вдруг он не хочет этих чувств? Если откажет, решив, что вампир ему не пара. Может, Поттер будет выбирать себе магически сильного партнёра? Эдвард купил себе разных книг в маленьком магазинчике Скрофа, магловские деньги они принимали. Он даже дверь эту открыл без разрешения Гарри, не хотел рассказывать, какая именно тема его интересует. Как только получилось? И самое главное — Эдвард боялся, что Гарри решит, что он, читая его мысли, врёт о своих взаимных чувствах из-за долга, в котором теперь все вампиры перед Поттером. — Я что-то пропустил? — Эмметт отходил на кухню за вторым куском торта, аппетит у него был зверский. — Извини, что не сказал раньше, — Эдвард обратился к Гарри, проигнорировав Эмметта. — Я хотел поговорить с тобой, всё откладывал… Просто дай мне возможность объясниться позже. — Ладно, — взяв себя в руки, Гарри решил продолжить тему. — Я считаю, что должен вам всем показать магический мир. Там, в магазине волшебных палочек, можно проверить магический потенциал и, если в ком-то из вас будет хоть капля магии, вы сможете приобрести себе палочку. Наверное, даже сквибам будет полезно её приобрести. Есть специальные накопители, с помощью них и палочки даже маггл откроет проход на магическую сторону, главное знать, где он. На тот случай, если вы захотите войти в этот мир без меня, — ещё немного поболтав, он засобирался домой, уже было поздно. — Мы можем поговорить? — спросил Эдвард. Он отвозил Поттера домой в молчании, собираясь с духом. — Если ты уверен, что не сделаешь хуже, — парень смотрел в окно на сумеречный фасад своего дома, потом всё же повернулся лицом к вампиру. — Ты читал мои мысли о себе? — Эдвард кивнул и хотел что-то сказать, но Гарри продолжил: — Значит, знал о моей симпатии и вместо того, чтобы немного держать дистанцию, ты наоборот стал сближаться. Почему? Гарри был неопытен в отношениях, но и глупым он не был. Когда он понял, что Эдвард знает, у него было немного времени подумать, попрощаться с Калленами, получить от Элис нелепую подсказку из подмигивания и подёргивания бровями. Он вспомнил, что девушка ему говорила перед первым ритуалом про их отношения с Эдвардом. Гарри в тот момент не захотел её слушать, да и вампир тогда никак себя не проявлял. Зато потом Эдвард стал вести себя мило, и Гарри списал это на то, что он просто считает его другом, а получив мягкое и тёплое тело, испытывает на нём свою тактильность. Каллены постоянно обнимаются и трогают друг друга по-дружески, по-семейному, и он для Эдварда просто мог стать таким же близким. Но если он знал, что на самом деле испытывает к нему Гарри, то не стал бы так издеваться над ним. Нет, не стал бы, и хоть тень сомнения наступала, Поттер её отгонял. И сейчас Каллен или подтвердит взаимную симпатию, и откроет им дверь в то будущее, которое видела Элис, или опровергнет. — Потому что ты мне тоже нравишься, — тихо ответил Эдвард. — Я не так хотел в этом признаться. Не в промежутке между ритуалами, не тогда, когда ты готовился к сдаче теста по биологии, — он представлял свое признание в обстановке намного более романтичной. — А ещё я не знал, как ты сам относишься к своим чувствам, вдруг ты их не принимаешь? Я не знал, как к этому относятся в магических кругах. Помимо того, что мы оба парни, так я ещё и существо, — он горько хмыкнул. — Я буквально недавно воспользовался дверью в Скроф, чтобы тайком купить книги об обычаях магов. Нашёл, что главное для пары — это их магическая совместимость. Что, помимо этого, супруги должны иметь примерно равный магический потенциал. А ты выше среднего, гораздо выше, и я тебе с точки зрения магов совсем не подхожу, — вздохнул Эдвард, нервно ковыряя ногтем кожаную обшивку руля. — С другой стороны, я видел твою реакцию на прикосновения, чувствовал, что тебе тоже приятно, и решил, что шанс есть, что, возможно, ты согласишься попробовать… — речь Эдварда прервал лёгкий толчок в плечо от Гарри. — Иди сюда? — предложил Поттер, раскидывая руки для объятий. В машине делать это было ужасно неудобно, но Эдвард, почти урча, как большой кот, прижал его к себе. — Элис тебе не говорила про свое видение? — спросил он, уткнувшись носом в ключицу Каллена. — Она мне сказала про нас перед твоим ритуалом. А мне было не до этого, да как-то и не верилось, что я тебе могу нравиться. — Очень нравишься, — прошептал Эдвард, наслаждаясь запахом и теплотой парня. — Скажи, ты будешь моим парнем? — спросил он, откинув все беспокоющие сомнения. — Только я не переживу, если ты потом решишь, что какая-нибудь сильная ведьма окажется более достойной партией, чем вампир. — Не окажется, — пообещал Гарри, невинно целуя Эдварда в мягкую щёку. — Я тоже не переживу больше предательства или смерти близкого, а вампира убить чуточку сложнее, — посмеялся он. — Какой ты корыстный, — со смехом фыркнул Эдвард. — Я могу тебя поцеловать? — спросил он, вмиг став серьёзным. — Это более, чем уместно, — согласился Гарри, немного отстраняясь, но лишь для того, чтобы почувствовать поцелуй вампира. Это было совсем по-другому. Его никогда не целовали так, и никогда он не ощущал в себе подобного отклика. Губы Эдварда были мягкими, тягуче нежными, а у него самого немного обветренными и сухими, но это не помешало им обоим увлечься. С трудом оторвавшись друг от друга, поняв, что ещё миг, и один из них потеряет контроль над ситуацией, они ещё какое-то время просто сидели, обнявшись. Машина совсем не подходит для подобного, Гарри чувствовал, как спина постепенно затекает из-за ужасно неудобного положения, но так не хотелось отпускать Эдварда. — До завтра? — словно почувствовав, спросил вампир, и Поттер кивнул утвердительно. — Спокойной ночи, Гарри. — Спокойной ночи, — его глаза светились, он был счастлив. — И Эдвард, только волшебник мог открыть дверь в Скроф. Вампир мчался домой, улыбка не сходила с его лица. Всё оказалось так просто, а он так долго ломал себе голову. Для Эдварда это было впервые, он никогда не влюблялся настолько. Не раз ему встречались привлекательные женщины и мужчины, но никогда он не хотел обладать ими полностью, не считал их чем-то большим, чем временным увлечением. Гарри хотелось оберегать, сделать счастливым, просто быть рядом, быть кем-то большим, чем друг. Он хотел, чтобы этот парень любил его, и хотел любить в ответ сильно и навсегда. Это осознание не было вспышкой, когда Поттер только появился в городе, Эдвард не влюбился в него с первого взгляда. Подумаешь, очередной приезжий. В Форкс иногда приезжают люди, отдохнуть от суеты мегаполиса. Когда Гарри пошел в их школу — это удивило, как и то, что его мысли было сложно читать. Они насторожились всей семьей, это было странно. Наблюдая со стороны за парнем, Эдвард не испытывал ничего, кроме любопытства. И вот, когда они познакомились поближе, и Гарри стал открываться ему, тогда Эдвард серьезно заинтересовался. Поттер был удивительным, с ним было так легко, несмотря на флёр загадочности, который его окружал. Он был не просто волшебником, он сам был волшебным. В какой-то момент Эдвард понял, что постоянно думает о нём, о его глазах, об улыбке, ему не терпелось вновь увидеть его, поговорить, убедиться, что с Гарри всё хорошо. Мысли Поттера стали будоражить. С каждым разом, тайком пробивая себе путь в его голову, Эдвард понимал, что весь он откликается на эти чувства. Что он сам начинает видеть Гарри в своих фантазиях иначе, что он тоже хочет его. Но навредить парню было бы для Каллена самым большим злом. И вот, получив живое тело, он понял, что это шанс, что теперь можно не бояться и обнять его, что теперь этот хрупкий человек не сломается, ведь Эдварду проще контролировать свою силу. Именно тогда, ощутив его в своих руках, ослабленного после ритуала, со вкусом его крови на губах, Эдвард осознал, что больше не хочет его отпускать. Гарри, закрыв за собой дверь, всё еще храня запах Эдварда на себе, прижал подрагивающие пальцы к зацелованным губам. Сердце громко выстукивало ритм в груди, хотелось танцевать и смеяться, он был влюблен, но сейчас казалось, что это чувство можно потрогать голыми руками. Он посмеялся над собой. Как же сложно ему было дать самому себе шанс на счастье. Ему так хотелось, чтобы хотя бы в этот раз ему повезло, и это было навсегда. Даже если нет… Пусть всё катится к Моргане, он хочет жить здесь и сейчас, их чувства взаимны, так почему он должен убегать? Он хочет быть с Эдвардом, он хочет его душу, его тело, всего его. Гарри облизал губы — они хранили вкус Каллена, и он невольно застонал, представляя, то, о чём мечтал не раз, но теперь это было так реально.