Король и революционерка

Эта ночь казалась мне бесконечной и особенно беспокойной, но она наконец осталась позади. В библиотеку я направилась сразу после пробуждения. До завтрака ещё оставалось время и потому, оставив на кровати записку для Мими, куда именно я отправилась, я ушла. Как добираться до факультета демонов я помнила, благо топографическим кретинизмом не страдала. Но, кого именно по сфере занятий спрашивать в библиотеке, мне так и не озвучили. Искать по имени? Ладно, язык до Киева доведёт… Когда я явилась в адскую вотчину знаний об этом мире, там ещё не было никого. Чтобы, занять время я прошлась вдоль стеллажей с книгами, фолиантами и гиримуарами. Остановив свой выбор на изучении биологии и с психологии, я дотянулась до корешка с надписью: «Одухотворение сущего». Я имела надежду, что в этой книге может быть описан процесс сотворения. По крайней мере, в Библии была связь между дыханием Бога и сотворением Адама. Сев с толстенным томом за одну из парт, я первым делом пробежалась взглядом по оглавлению. Мне пришлось ломать себе язык, понимая, что книга настолько старая, что придётся играть в угадайку, какое однокоренное слово подходит по смыслу в предложении. Спустя минут двадцать я оторвалась от книги, внезапно осознав, что в ней по большей части описаны какие-то лабораторные эксперименты, но никак не магия. Её автор не столько творил, сколько подводил условия к появлению определённых форм жизни, а затем становления у них сознания. Однако он не делал это с нуля, он этого нуля не имел. Описания были такими, что сама собой приходила мысль, что кто-то угробил очень много сил на то, чтобы сформировать мышление таким образом, чтобы оно не могло успокоиться не найдя объяснения, почему всё так, а не иначе, а потом давал самое простое. В моём понимании, некоторые приведённые в книге выводы начинали дотягиваться до необходимого автору результата. Самостоятельно к таким же, я прийти не могла. — Ну вот… в начале было слово, а слово — это звук, а звук это — волна, а волна — материя! Что-то из разряда… но ладно и учёного разум не может объять всю вселенную разом, — я замолчала и в образованной тишине услышала, как сзади меня посыпались на мрамор пола книги. Я тут же обернулась на звук, прямо за моей спиной стоял демон с невзрачными тёмно-серыми, однако очень пушистыми крыльями. — Что-то не так? — спросила его я. Меня уже несильно удивило то, что отец стал демоном. Он тоже для местных ангелов был слишком исполнительным. Пускай папа при жизни и загорался чьим-то энтузиазмом, но, если он понимал зачем это нужно другому, кто не мешал ему получать от жизни наслаждение, то, чтобы от него отстали он это делал, а потом уходил. Высокий статус для него имел значение, лишь из-за роскоши, которая его подчёркивала. Сила других отца влекла за собой, он и ходил в синагогу за тем, чтобы ощутить себя сопричастным к величию творца. Тот взгляд, которым меня одарили был не особо читаемым, будто демон смотрел на меня сквозь мутное стекло, не понимая, что именно он видит. — Нет, ничего, — прошелестел монотонный голос папы, он наклонился за упавшими книгами и начал их собирать. — Я вам помогу, — сказала я поднимаясь со скамьи и подходя ближе. — Не следовало вас пугать, повторяя утвердительно подростковые вопросы. А то ещё привыкнете к тому, что я вас кувалдой огреваю! Демон вздрогнул, будто его действительно ею огрели: — Если бы я не видел, что вы Непризнанная, я бы подумал, что вы демонесса, которую прислали меня наказывать… понятия не имею за что. Я умолкла… хреново, раз папа считает, что то, что мне известно из нашего с ним общения — это возможная форма наказания. И как его убедить в обратном? Он может считать, что это априори так! Мои руки задрожали. Но я всё же подошла к нему и не говоря ни слова начала поднимать, упавшие из его рук книги, потом переложила их на ближайшую парту, и собралась уходить. Мои глаза были чуть ли не на мокром месте. — Извините, не знала, что вас и так наказывать могут. Однако, не желаю быть вашим кошмаром, — я резко развернулась и направилась к выходу. — Подождите, — тихо раздался его голос. Я обернулась. Он смотрел на меня не отрываясь, переводя взгляд с моих глаз на невольные движения тела. — Вы очень на неё похожи, но я вас не знаю, — проговорил он растеряно. Я печально посмотрела ему прямо в глаза: — Вы уже и её не знаете. Как и она не знает вас, знает только кем вы были, но уже не являетесь, прошло слишком много времени с разлуки, — я сообразила, что даже при опоре на чувства, на глаза и взгляд, я с момента нашей последней встречи тоже могла перетерпеть множество изменений. Демон буквально застыл, отчаянно вслушиваясь в каждое слово, отмечая паузы и опираясь на интонацию. Потом покачал головой, будто сбрасывая с себя паутину лжи. — Узнаваемая манера речи, — его глаза вспыхнули и тут же погасли. Он отвернулся, забрал стопку книг и пошёл расставлять их по местам, демонстративно потеряв ко мне интерес. Я смотрела ему вслед, пообещав себе проявлять о нём незаметную заботу, чтобы не делать больно ни себе, ни ему.

***

За завтраком я долго возила вилкой по тарелке, не решаясь отправить что-то в рот. Есть не хотелось, а кормить себя необходимость была. Благо Мими не задавала дополнительных вопросов, думая, что у моего состояния всего одна причина — смерть Сэми. Мне же в этой ситуации было жаль не столько его, он уже мёртв и это неизменно, сколько Ади. Под конец завтрака мы обе всё же вышли из полумёртвого состояния. Мими тем, что наелась, а я тем, что несколько раз провела ножом по тыльной стороне ладони. Демонесса ошарашено взглянула на меня: — Это, как называется? Влечение к саморазрушению? — По-умному, аутоагрессия. — Если это дойдёт до того, что ты убьёшь себя, я тебе этого не прощу, — на меня посмотрели с великим возмущением. — Если я так сделаю, в твоём прощении уже не будет необходимости, — пробурчала я себе под нос и получила подзатыльник. — Я ж так понимаю, тебе нравиться боль! — Хорошо, больше такого не увидишь, — ответила я, понимая, что в если мне ещё раз приспичит так сделать, придётся скрываться и надеяться на скорую регенерацию. — Если хочешь забыться, можем устроить тренировку в небе. Я тебя вымотаю так, что тебе больше такая дурь даже в голову не придёт! — предложила с нотками угрозы в девичьем голосе Мими. — Пошли. Размяться в ещё холодном утреннем небе мы, вполне, успели. Потому и возвращались в комнату уже не настолько разбитые, какие были совсем недавно. В коридоре Мими внезапно остановила меня, придержав за руку. — Что-то случилось? — я внимательно оглядела её. — Ч-ш-ш, — зашипела она, желая, чтобы я скорее заткнулась и не мешала ей прислушиваться. Из-за поворота послышался голос Геральда. Я осторожно выглянула за угол, действуя так, чтобы любопытной Варваре нос не оторвали. Рядом с Геральдом я заметила серафима Кроули. — Вы же понимаете, что мой визит строго конфиденциален. — Разумеется. Нам не нужна ещё большая паника, — отозвался единственный демон, который хотя бы делал не всегда идиотские попытки установить порядок. — Я доверяю только вам, — ответил ему Кроули. — Эти убийства… свои догадки я оставлю при себе, но, думаю, вы сами понимаете, что это всё не спроста. По мне так, те кто разводят панику это тоже понимают, что всё не спроста. — Здесь небезопасно, — предупредительно начал Геральд, видимо намекая на то, что и у стен особенно в школьных коридорах есть уши. — Нигде не безопасно, — обрубил все пререкания Кроули. — Из тюрьмы Сатаны сбежал ещё один заключённый и прихватил с собой Кубок Крови. Так вот, как называется та хреновина, которую я видела!.. Геральд — ты гнида, ты мог быть об этом предупреждён, если бы из-за имени не начинал бы заводить шарманку про ложь, а спросил бы хотя бы, что именно мы с Люци видели. Может, мы только считаем, что видения посылает Мальбонте и вешаем на него всех собак, как на козла отпущения. — Кубок Крови? — переспросил Геральд, в чьём голосе чувствовалось неподдельное удивление. — Тот самый, который… — Который находился под охраной Сатаны, — закончил за него Кроули, не давая демону продолжить мысль. — Вы думаете, он связан с Мальбонте? То есть… сами вы в это верите, а на уроке устраивали театральное представление? Ну хоть, Мими оказалась права, в таком случае, они должны были ко мне прислушаться, но при этом сделать вид, что они мне не верят. Мими придвинулась ко мне и прошептала мне прямо на ухо: — Я же говорила!.. — Тихо ты… а то я припомню, что я говорила! — тоже понизив тон, осадила её я. — Мне нужно, чтобы вы проследили за Люцифером, — выдал новую директиву серафим. — Я не знаю, связанны ли они как-то с этими убийствами и пропажей Кубка… Но Люциферу не стоит пока встречаться с отцом. — Я вас понял, серафим Кроули, — уже спокойно отозвался демон. Мими дёрнула меня за рукав. — Пошли, — тихо позвала она меня за собой. Мы с ней тихо, чуть ли не на цыпочках прошли дальше в свою комнату. Как только мы в неё зашли, Мими повернулась ко мне, на эмоциях начиная отчаянно жестикулировать руками. — Мальбонте — не миф! Да, сучка, выкуси! — заголосила она, будто я хоть раз убеждала её в обратном. — А я говорила! Но, вполне, возможно, что она привыкла к тому, что её в этом убеждали все остальные и единичный случай оставила без внимания. Она замерла и села на кровать, перекинув ногу за ногу. — Вот чёрт. Мальбонте и правда вернулся? Я её уже не слушала, и открыв шкаф начала очередной поиск адекватной одежды среди радости павлиньего племени. — Что ты делаешь? — поинтересовалась Мими, когда таки заметила, что я начала заниматься чем-то своим. — Собираюсь. Сегодня мы отправляемся на землю, — всё же соизволила ей объяснить свои действия я. — Пока среди преподавателей такая суматоха, им будет не до моих выкрутасов. Я знаю адрес отеля, где жил мой убийца. Это довольно хороший шанс разузнать чуть больше. — Ты с ума сошла? — вскинула свои бровки Мими. — Мы узнаём, что Мальбонте — на минуточку, монстр, которого даже Шепфа боялся! — на самом деле существует, и, возможно, вернулся… А ты думаешь о каком-то жалком человечешке, который подрезал тебя на дороге? — И что мне по этому поводу на ушах стоять вместе с остальными? Или — на минуточку — пользоваться созданной ситуацией в своих целях? Знаешь, тут не Мальбонте страшен, а Шепфа, который чего-то боится, хотя казалось бы чего может бояться создатель всего! Так, что не лезь не в своё дело, этого ты видимо понять не способна. — Ладно, не горячись! А-то ты уже наговорила… при ангелах только такие перлы не выдавай. Если ты думаешь, что никто не заметит, что ты шляешься по своим делам на земле, ты ошибаешься! — Мими презрительно скривилась, хотя я точно знала, что ошибается — она, я там уже шлялась по своим делам незамеченная и вроде бы об этом могли знать только двое бессмертных. — У меня не особо богатый выбор. Рискну. Мими схватила меня за плечо, но я вырвалась из её хватки. — Мими, меня лишили отца, спокойного существования без вашего Бога, вашего монстра и прочих! Это всё какой-то оборзевший пёс отнял непонятно зачем. Обретя крылья я обрела дополнительные возможности. Я его найду! — я была в гневе от того, что приходилось объяснять то, что я делаю, а не просто приступать к воплощению желания. — Ну найдёшь ты, и что? — лукаво взглянула на меня Мими. — В первую очередь, выясню зачем ему это было нужно! А там уже буду решать, что для него хуже… посадить или убить, али ещё что-нибудь, — при последних словах я аж поперхнулась, внезапно осознав откуда именно я взяла этот вывод. — Тебя накажут здесь за это, — просто, как факт сообщила Мими. — Мне всё равно, — покачала головой я. — Вита, быть демоном — не значит быть жестоким или становиться убийцей и вором. Мы сохраняем равновесие, а не рушим его. — Если убить меня было проявлением равновесия, то и его убийство тоже будет его проявлением! Я уже не особо верю, что этот человек пошёл на это самостоятельно, уж в слишком мелкие выборы мы вмешивались. — Раз это твоя смерть произошла, значит — да! — Если его смерть произойдёт — скажешь тоже самое! — Ладно… раз ты такая упёртая и как баран, пытаешься бодаться со мною лбом… — Мими закрыла глаза и устало вздохнула. — В общем, у ангела Фенцио есть много всякой полезной дряни, типа того переводчика, что Сэми украл. — К чему ты клонишь? Что именно надо у него спереть? — озадаченно спросила у неё я. — Я слышала об одном амулете, который скрывает на время от всевидящего ока ангелов и демонов, — продолжила Мими. — Это значит, что можно спокойно гулять по земле, и здесь не узнают о твоём месторасположении. Я задумалась… либо ночной визитёр сам себе амулет, либо он на Земле мне как-то изменял энергию. Если сам он при этом в тюрьме это око «Саурона» об этом знает, то возможно даже на свою. В двух местах одновременно, наверное, всё же нельзя быть и этим пернатым млекопитающим. — И как выглядит этот амулет? — с расширенными глазами поинтересовалась я. Он выглядел со стороны, как хорошая штука, используя которую, можно было вывернуться из нашего с тем демоном уговора, пускай и прекращать общение я не хотела. Меня так хоть кто-то отчасти понимал и не отрицая своих эгоистических мотивов поддерживал, не имея возможности со мной за этим ещё и спать. — Внутри него должны гореть синий, чёрный и фиолетовый цвета. Смотри не перепутай, у него много других амулетов, — объяснила мне Мими так, будто в загашниках Фенцио она копошилась каждый день что-то оттуда подворовывая. — Как же его достать? — призадумалась я. — Украсть, иначе никак, — сказала то, что было очевидно и без её слов, демонесса. Я-то пыталась придумать план этого отбитого суицидального из-за характера Фенцио действия… Однако, других вариантов не было. Не ложиться же мне внезапно спать, чтобы просить об этом ночного демона! Да и очень не хотелось настолько сильно зависеть в своих действиях от него. Подобное надо уметь решать самостоятельно. — Ты поможешь мне? — я на неё лукаво взглянула. Уже вкладывая в вопрос потаяённый смысл: а подруга ли ты мне? Или ты желала только со мной переспать? Мими закинула ногу на ногу и провела рукой по бедру. — А что мне за это будет? — с некой долей флирта спросила она. — А что бы ты хотела? — Не знаю… ты решай. Я подошла к ней так близко насколько могла стать с ней рядом, но не коснуться её на прямую. Опёрлась ладонями об её колени, нависая над ней всей фигурой, дополнительно раскрывая и пуша свои крылья. Мими запрокинула голову, чтобы встретиться со мной взглядом. — Поможешь мне, Мими? — с этими словами я приблизила своё лицо к её лицу, приоткрыла свой рот, словно вот-вот её поцелую. Демонесса тут же потянулась ко мне, но я порывисто отстранилась. — Так поможешь? — Хорошо… — она вздохнула, чем и выдала то, что явно рассчитывала на большее. А потом сама резко поддалась вперёд, чтобы встретиться с моими губами. — Поймала, — вздёрнув одну бровь проговорила Мими, имея в виду не то мои губы, не то то, что мне удалось её соблазнить на это дельце. — Ты готова? — через время поинтересовалась она у меня. Я уж было хотела ответить, как юная пионерка, а потом поняла, что пионеры не обкрадывают преподов, не то из пионерии нахрен исключат. — Секундочку! — отозвалась я, впопыхах перебирая вещи вытащенные из шкафа и в беспорядке разбросанные по кровати. Натянув на себя платье в пол, ибо оно не было белым и юбку можно было пери желании задрать, не думая над тем, как в некоторых имеющихся в гардеробе вещах справлять естественные потребности. Управившись с этим я занялась волосами. Завязав два хвоста и отпустив два локона у лица, я решила, что выгляжу относительно нормально. При условии, что никому не придёт в голову вглядываться в моё лицо и они не заметят залёгшие под глазами синяки от недосыпа. Как только я собралась, мы с Мими вышли в холл. — Подожди здесь. Я выманю ангела Фенцио, и ты зайдёшь к нему в кабинет, — я прикрыла глаза, пытаясь собрать всю свою смелость в кулак, а то эти-то и по энергии могут вычислить кто именно к нему заходил, а потом по пропаже понять зачем. — Только попрошу, будь осторожна. — Постараюсь, — согласилась с Мими я, в том, что осторожность не помешает. А так же необходимо убедить себя в том, что я — Сонечка Золотая Ручка и мне намеченное сойдёт с рук. Демонесса тут же направилась к кабинету Фенцио, постучала в дверь и кротко несколько испуганно вошла к нему. Я в это время опять косплелила обдолбанного эстета, разглядывавшего в деталях колонны холла поддерживающие арки. Спустя пару минут в холл вышел несколько нервный Фенцио, вокруг него мельтешила чуть ли не приплясывая от собственного напряжения Мими, пытающаяся что-то до него донести посредством безостановочной речи. — Нет, правда, я видела. Надпись на всю-ю-ю стену! Там опять было написано только имя? Или Мими придумала что-то новенькое? — Какой мне прок от этой информации, если ты не знаешь, кто это сделал, — Фенцио скривился так, будто демонесса заставила его обожраться недозревших лимонов. — Но вы должны взглянуть! — продолжала настаивать на своём дьяволица. Во-во, Фенцио, иди смотри! Вдруг по почерку определишь, кто это сделал!.. Мими обернулась через плечо и махнула рукой в сторону двери ведущей в кабинет. Она мне при этом что-то прошептала, но я предпочла, не теряя времени, сразу направиться в кабинет. Уже войдя в него, мне в нос ударил запах пыли, старинных книг, от которых несло чернилами и бычьей кожей и ещё чего-то непонятного соотносимого мной с каким-то взрывом, но воспринимаемого слишком хорошо и обыкновенно. В кабинете книг было столько, что казалось, Фенцио собирает собственную библиотеку, не имея стеллажей, а раскладывая их на полках, столах и комоде и даже стояли стопками на полу. Об одну я умудрилась споткнуться, падая на шкаф и удерживаясь руками об него. — Чёрт! — выругалась я, попутно обдумывая, может, реально навести такой бардак, в котором будут очень долго разбираться чего именно не хватает. Но, придя к мысли, что так я лишь потеряю время, я судорожно начала поправлять стопку, приводя её в былой вид. Чтоб при первом взгляде, не было обнаружено, что в кабинете кто-то шарился. А-то мне может и не влетит, а вот Мими точно определят, как соучастницу погрома. — Ну, и где он держит амулеты? Я открывала все тумбочки, какие мне попадались, но в них находилась лишь исписанная какими-то формулами бумага. В самом нижнем ящике письменного стола я наткнулась на стопку бережно сложенных писем. «Ну, и с кем он переписывается?» — во мне вновь разгорелось неуёмное любопытство, будто после прочтения этих переписок, можно было в открытую шантажировать преподавателя уходить с поста. Я не смогла удержаться, потянула за край верёвки, коя держала стопку вместе. Стараясь из-за спешных движений не разорвать бумагу, начала открывать верхний конверт. «Дорогая Ребекка, пишу наскоро, на одном дыхании. У меня трясутся руки, так что прости за почерк. Злость моя граничит с истерикой и облегчением одновременно. Я только что был на аудиенции у архангела Рагуила. Буду краток. В наказание за то, что я ослушался главного закона, будучи Престолом, меня лишают всех званий. Отныне мой удел — быть скромным школьным учителем. Я был амбициозен, но страсть к тебе убила во мне стремление к власти. Я знаю, тебе пророчат большие успехи, но я пожертвовал столь многим… Откажешься ли ты от всего, чтобы быть со мной?» — это явно по хронологии написания было последним письмом. К нему прилагалась маленькая записка. «Престол Фенцио, возвращаю все ваши письма. Мне очень жаль, но на кону стоит слишком многое, чтобы поддаваться чувствам. Уверенна вас снова нарекут в престолы, если вы проявите себя. Искренне ваша, Ребекка». Пальцы сами выронили листки истрёпанной бумаги. Я не смогла устоять на ногах и уселась прямо на пол, смотря в одну точку. «Моя мама умудрилась нарушить закон о Неприкосновении с Фенцио, так что за это попало лишь ему… удержать своё положение и написать ему, что то, что было не имеет для неё значения. Фенцио её что домогался и она это на суде смогла доказать или у них было что-то по доброй воле? Кто из них больший шедевральный урод? Кто кем воспользовался? Он пытался воспользоваться ею, как женщиной, или она воспользовалась им, как ступенью на пути к власти? И как вы оба на Землю не попали за нарушение Закона?». Мама умерла, когда я была совсем маленькой. Её образ не успел закрепиться в моём сознании, но данные ею детские установки должны были до сих пор руководить мною, пускай и спустя просшествия стольких лет они почти полностью и стёрлись из памяти, бродя неясным пятном лишь в подсознании. Теперь же, с попаданием на эти абсурдные небеса, мама начала обретать более яркие и живые черты. И черты эти, как всегда бывает, когда начинаешь узнать кого-то ближе в зрелом возрасте, не были столь идеальны, как по детским представлениям о мире и окружающих тебя близких людях. Где-то вдалеке среди остальной какофонии звуков я услышала разъярённый голос Фенцио. Я осторожно выглянула за дверь, готовясь сорваться с места и выбежать в коридор, в случае полной неудачи и краха надежд в лице получения амулета. — Издевательство! — орал на Мими Фенцио. — Это так просто тебе с рук не сойдёт! Однако Мими искусно расплакалась, сделав вид, что от его подозрений ей стало до одури обидно. — Вместо того, чтобы выяснить, кто так злостно пошутил надо мной, вы обвиняете меня во лжи! Заметив, что я слежу за ними из-за двери, она незаметно махнула мне рукой, загоняя обратно в кабинет. «Всё же где амулеты! Я уже нужные цвета плохо помню!» — с этими мыслями я оглядела всё помещение, пытаясь сообразить, где ещё не рылась. Взгляд остановился на картине, изображавшей падшего ангела. — Хм-м-м… возможно? — пробормотала себе под нос я. Коснувшись рамы я потянула её на себя, стараясь не свалить на пол саму картину. Но от этих телодвижений она лишь отъехала чуть в сторону. За ней оказался тайник, забитый до верху очередными книгами, амулетами и чем-то совершенно непонятным, но видимо сильно необходимым самому, «падшему ангелу». — Бинго! В точку! Какие цвета упоминала Мими? Рассмотрев все предложенные, я ухватила последний, смутно припоминая только количество нужных оттенков. — Вроде этот… Я положила амулет в чашечку лифчика, карманов платье не имело, вернула картину на прежнее место, в былое положение. Затем, как можно тише приоткрыла дверь, выглядывая в холл через образованную щель. Фенцио стоял ко мне спиной, однако Мими по ходу задолбала его так, что он всё порывался сбежать от неё в уединение и тишь собственного кабинета. Я выскочила в коридор, стремглав завернула за угол, пока Фенцио не успел опомниться и врезалась в Люци. — Ах! — выдохнула я, смотря на него расширившимися глазами. Поняв, что передо мной ученик, более того демон, я чуть успокоилась. Однако равновесие удержать всё же не смогла, про себя чертыхаясь от того, что стоит кому-то появиться на горизонте я тут же падаю, прямо к их ногам, к ногам тех, кто не успел или не желал меня ловить. — Если ты собираешься целовать мою обувь, то это лишнее, — спокойно, но от этого не менее надменно объявил Люций. — Иди к чёрту! — тут же отозвалась я. — Пойду, не сомневайся. Там мой дом, — ухмыльнулся демон. Я встала, начала отряхивать платье от собранной на полу пыли, стараясь не дрожать всем телом от того, что мандраж после противоправных действий всё не хотел заканчиваться. Моё состояние не укрылось от внимательных глаз Люци, который видимо отлично считывал чужие эмоции. — В чём дело? — Думаю, не плюнуть ли тебе на плешь, посылая к лешему! — нахмурившись отозвалась я. — Не строй из себя дурочку. Я чувствую твоё волнение, — Люций скривился так, будто ему было какое-то дело до того, что именно его вызвало. Он начал приближаться ко мне, внимательно заглядывая в мои суженные от недовольства зрачки. Я тут же опустила свой взгляд, чтобы он не считал в нём то, что ему знать совсем необязательно. «Люци нельзя знать о том, что я обкрадываю преподавателей, ещё опять увяжется за мной, в поисках развлечений! А вот говорить ли тебе твоём отце и каких-то Кубках Крови?.. Да ну, нафиг, всё равно вряд ли соизволит объяснить что это и зачем оно нужно Мальбонте!». — Ты так и будешь молчать? — спросил Люци, видимо устав ждать хоть какого-то ответа. — Могу вновь послать к лешему. Больше мне тебе сказать нечего. Он в ответ мне усмехнулся, но сделал это как-то нервно. Вряд ли, я его задела, скорей уж он не особо мне поверил в том, что сказать мне ему нечего. — Вот и славно, — ухмыльнулся он. Люций прошёл мимо меня, специально задевая плечом, тем самым в очередной раз показывая, что ради мимолётного чувства превосходства он готов даже унижаться об Непризнанных. Ну, хоть не обернулся, пытаясь оценить моё выражение лица от сего действа! — Эй, Вита! — из-за спины раздался звонкий голос Мими. — Мими, спасибо большое за помощь! — я ей искренни улыбнулась, смотря на неё потеплевшим взглядом и думая о том, что теперь её можно отчасти считать и подругой. — Фенцио высосал из меня всю энергию, — жалобно взглянула на меня демонесса. — Больше не буду тебе помогать, это слишком затратно для меня. — Мими! Виктория! — а вот, и Фенцио!.. Мы вздрогнули и одновременно обернулись на грозный голос преподавателя. Он стремительно приближался к нам и с каждым новым шагом в нашу сторону лицо его обретало всё большую суровость. — На урок! Живо! Сегодня у вас совместная лекция. — Ангел Фенцио, ещё раз простите, я что-то перепутала, — принялась причитать Мими, состроив мордашку полную печальной обречённости. — Мне казалось, я правда видела эту запись на сте… Вместо какого-либо словесного ответа, ангел взял дьяволицу за ухо и потянул в след за собою. — Ан-нгел Ф-фенцио! — Мими пришлось встать на носочки и покорно отправиться за учителем. — Да, опустите её. У неё на фоне общего напряжения, выросла тревожность. В таком состоянии ещё не то привидится! — еле сдерживая улыбку, пытаясь детально не представлять перед глазами мутантов, описанных Иоанном Богословом в Откровении. Фенцио встал, как вкопанный: — Выгораживаете подругу? Или?.. — он при этом даже не обернулся, но я уже поняла, что, каждое слово сказанное мною будет засчитано, как признание в том, что мы обе над ним издевались. Как только мы зашли в аудиторию, Фенцио указал нам требовательным жестом сесть к остальным, а сам подошёл к своему столу и начал урок. — Сегодня у вас будет предэкзаменационное задание. Можно сказать, тестовое. К каждому Непризнанному будет приставлен ангел или демон, который понаблюдает за тем, как вы выполняете задание. Если ваш куратор решит, что вы не готовы к экзамену, вас к нему не допустят. А это значит, что ваши задания останутся такими же бессмысленными для мирового Равновесия, как и сейчас. Я из раздражённого от вмешательства в то, что даже ими считается бессмыслицой, состояния перешла в дикое замешательство: только поступила в школу и уже экзамены? Ничему не научили, в стиле справляйтесь каким-то макаром самостоятельно, мы вам будем лишь требования выдвигать, но хотят при этом устраивать тестирования кто на что способен при даче некорректных задач! Меня это даже пугало… А ещё возникала необходимость избавляться от слежки куратора на Земле. Ангел Фенцио тем временем распределял Непризнанных и вскоре дошёл до меня. — Виктория и Дино. Я тут же отыскала глазами Дино среди остальных учеников. Думая о том, какие нотации я выслушаю за новые плевки в законодательство. Он же даже, не имея назначения сверху, уже следил за мной на первом задании! — Кураторы, подойдите ко мне для разъяснения задания. Ангелы и демоны подошли к столу Фенцио. Ладно, Дино хотя бы сумеет потом объяснить, чего от меня ждут. Наверное, даже хорошо, что это будет делать он, а не его отец. Неосознанно среди подошедших к преподавателю, я стала искать глазами Сэми, но поймав себя на этом, постаралась выбросить его образ из головы, пока воображение не начало подкидывать сцены его смерти. «Его больше нет, знала ты его не долго, с этим можно свыкнуться, да и слезами делу не помочь!..» — я скривилась, покачав головой, отгоняя непрошеные мысли. — «Нужно оставаться спокойной, плохо так или иначе всем, встречай это с улыбкой — пугай обстоятельства, успокаивая других, успокаивай себя! Ади должно быть ещё тяжелее… Кстати, насчёт него… он там не успел свести счёты с жизнью?..» Я обернулась, но его и там не было. «Вернусь с Земли, нужно будет заглянуть к нему, вдруг успею!..» Полагаться в этом на администрацию школы и прочего было бессмысленно. Про отсутствие закона о доведении до суицида ночной демон уже сказал, а Фенцио, как учитель даже не обратил внимание на то, что Ади нет на занятии. Все подошли к водовороту и стали парами, как их распределили прыгать вниз. Дино неслышно встал позади меня, но я почувствовала его энергию и с улыбкой, приклеенной к лицу повернулась к нему. — Сегодня мы вместе? — уточнила я у него. — Сегодня я — твой учитель. Он встал к водовороту спиной. — Прыгнешь сама или со мной? — мило улыбаясь спросил Дино. — Сама, — отозвалась я, — А то твой отец нас видит. Хотя прямо сейчас я до ужаса не хотела на своём теле ощущать чьи-то прикосновения. Он кивнул, едва заметно оглянувшись на Фенцио, и сделал шаг в сторону освобождая мне место для прыжка. Я отошла назад, и с разгону нырнула в водоворот, прижимая крылья к спине. Воздушный напор выбил из моей головы мрачные мысли. Меня тут же закрутило меж облаков и выплюнуло на парковку старшей школы. Они намеренно посылают меня в родной город? Место было узнаваемым, хоть я и сразу заметила, что бывала я здесь лишь мимоходом. Отряхнув одежду и поправив волосы я осмотрелась. Вскоре рядом со мной приземлился и Дино, с неспешной мягкостью ступая по плитке. — Итак, в чём заключается твоё задание… — начал он, оглядываясь и задерживая взгляд на одной из девушек, затем переводя его на другую. — Видишь её? Ангел указал рукой на девушку, плачущую в одиночестве поодаль от всех. — Вижу, — безразлично отозвалась я. — Её зовут Нэнси. А это… — он показал на другую девочку, стоящую в толпе, которая бросала на Нэнси насмешливые взгляды. — Это Беатрис. — Давай ближе к делу, что между ними, что надо делать? — Нэнси из богатой семьи, стервозная и уверенная в себе девушка. Уже много лет она третировала, издевалась и смеялась над Беатрис. Но сегодня экс-бойфренд Нэнси переслал всей школе её очень личные фотографии. Она любила своего парня и не ожидала такого предательства с его стороны. Вита ты можешь подтолкнуть Беатрис присоединиться к зубоскальству остальных… Чтобы Нэнси узнала, каково это — быть под прицелом насмешек и издевательств. А можешь убедить Беатрис быть всепрощающей, встать выше мести и проявить доброту поддержав Нэнси. Выбор за тобой. Я ненадолго задумалась. Переводя взгляд с одной девушки на другую. Над Беатрис явно издевались долго, то есть одна месть не исправит клеймо белой вороны и подарит лишь скоротечную уверенность в себе. Ответив Нэнси, не факт, что она сможет уловить шанс, как следует затыкать других, а та явно подключала к насмешкам остальных. Я коротко хмыкнула. А вот, если убедить Беатрис, поддержать Нэнси она может в итоге иметь либо подругу, либо дополнительный компромат, на ту, что изводила её. «В любой ситуации прежде всего нужно рассчитывать на проявления доброты, на неё чаще всего отвечают тем же, а если сыграют в неблагодарную свинью — ты уж всяко будешь больше знать об этой неблагодарной свинье!» Дино остался стоять в стороне, лишь наблюдая за мной и тем, что я намерена делать и говорить. Я неторопливо подошла к Беатрис. — Привет, — с мягкой улыбкой проговорила я, обращая её внимание на себя. — При-и-вет? — девушка явно была удивленна, что с ней кто-то заговорил. Нет, зубоскальство вместе с остальными тут бы точно ничего не решило! Компания, в которой она находилась отошла в сторону. — Прости, я тут новенькая. Не знаешь, что произошло? — Ты про Нэнси? — уточнила она. — Ага, — я заглянула прямо ей в глаза, показывая своё расположение. — Ничего особенного. Нэнси просто поняла, что она не такая крутая, как думала. Обычная… шлюха, — мне почему-то показалось, что такого рода ругательства были не свойственны девушке, уж больно неловко прозвучало это слово. — Ты думаешь? Я, конечно, слышала, что она та ещё стерва, но её нынешнее состояние не пристало тем, кого так называют. То, что нынче её так заклеймили не говорит, о том, что она ничего не испытывала к тому, с кем спала, получая от секса одну лишь меркантильную выгоду опосля него. Тебе в подобной ситуации было б хорошо, если бы ты доверилась не тому? — я смотрела на неё печально. Беатрис тут же оглянулась и некоторое время наблюдала за слезами соперницы. Нэнси заметила её взгляд, отняла руки от своего лица и грубо бросила ей: — Чего зыришь?! Смешно тебе, да? Смешно?! Беатрис тут же отвернулась, не сказав ей ни слова в ответ. — Сучка, — бросила она тихо, смотря уже на меня. Я прикоснулась к плечу Беатрис и заглянула ей в глаза. — Послушай, издевательства со стороны она заслужила. Но издеваться над человеком за состояние влюблённости, это верх извращений! Не будешь же ты опускаться до уровня идиотов, которые ржут над чужим горем! Если так станет понятнее: хочешь встать с ней на один уровень? — я продолжала свою тираду. — Я не такая, как они! И не такая, как она! — тут же скривилась Беатрис, явно задетая за живое таким сравнением. — В чём конкретно сейчас состоит её вина перед тобой? А ты злорадствуешь, ощущаешь себя выше за счёт её неудачи. Она виновата в том, что полюбила не того? Так это и с тобой произойти может. Если, ты воспользуешься этой ситуацией, с тобой через время поступят так же! И всё возмущение, станет сотрясением воздуха! Но стоит тебе её поддержать тогда, когда от неё отвернулись все… кто знает?.. вполне, можешь обзавестись подругой, — я перевела взгляд на Нэнси. — Ещё чего! Мимо Нэнси прошла компания, которая не замедляя шага наговорила в её адрес очередную порцию сальных шуточек. Нэнси начала рыдать с удвоенной силой. — Эй, послушай. Возможно, Нэнси никогда и не знала, что есть любовь, поддержка и доверие? — я прекрасно помнила из какой она семьи и от того закрадывалось подозрение, что родителям просто не до неё. — Ну, конечно… её родители исполняют каждую её прихоть! — запротестовала Беатрис. — Это любовь? — я показательно скривилась. — Это — подкуп. В мире слишком много вещей, которые не просто не купишь за деньги, а в которых их наличие скорее помеха. Покажи ей, что такое быть достойным человеком, постарайся научить её им быть. В крайнем случае, так ты сможешь узнать ещё больше сокровенных тайн и выдать их на потеху толпе. Но это лишь при том, раскладе, если она не оценит твоего доброжелательного отношения. Беатрис смотрела на на меня так, будто ей стало очень жалко не то себя, если поступок не оценят, не то Ненси, на которую она время от времени поглядывала, явно терзаясь сомнениями. Но вот она сделала один шаг, затем второй, и подошла к ней. Нэнси в ответ на приближение девушки, сказала ей какую-то грубость, но Беатрис это проигнорировала, села рядом с ней и приобняла её за плечи. Нэнси сначала хотела отстраниться, но вдруг вместо этого снова разревелась, прижавшись к плечу Беатрис. На дальнейшее развитие ситуации, я уже не смотрела, вернувшись к Дино. Девушку я подстраховала тем, что запоминаются в любом случае последние фразы… — И как я справилась? — пытаясь скрыть в голосе насмешку, спросила я ангела. — В своём репертуаре. Задание было не сложным. Пока ты не начала его исполнять… — Дино улыбался, но глаза его выдавали печаль. — Ты, конечно, его выполнила, с этим не поспоришь. Но… возможны отдалённые последствия, о которых мы уже не узнаем. С твоим первым заданием все уже бросили разбираться, решив, что ты его выполнила, как ангел. А парень ещё так и не вернулся, Вероника с ним только переписывается… Остальное обговорим в школе. «Чёрт! Мне нужно в отель — узнать насчёт моего убийства!» — я задумчиво оглядела Дино, через мгновение пришла к выводу, что он как и Люци может определить, что я ему вру. — Дино, у меня ещё остались здесь дела. — Дай угадаю… Ты хочешь дальше расследовать своё убийство? — Дино сурово скривился. — Мне кажется, ещё немного и я выйду на след человека, который это сделал… Однако, я уже абсолютно уверена, что того, кому это было нужно следует искать не на Земле. Дино крепко зажмурился, словно он делал всё, что бы не начинать ругаться: — Я понял, откуда ты взяла этот вывод, — он вновь взглянул на Беатрис и Нэнси, — Но ты ещё скажи, что это сделал ангел. Мы же у тебя оказались крайними на гонках! — Не обязательно. Но, чтобы распутать клубок, нужно найти, хоть какой-то конец, за который можно ухватиться, — я замолчала, вспоминая, что при обвинении ночного демона он отверг мотив, при том, что он сам утверждал, что на моё убийство пойти может. Но, что нужно обо мне знать, чего не знаю я сама? Да тут, легче мать виновницей преступления назначить, чем кого-то со стороны! Кумовство во власти дело обыкновенное… Или уже вычислять её врагов, которые желали надавить на неё психологически… и не учли, что я выживу, попав на Небеса. — Ты с ума сошла! — нахмурился Дино, он выглядел по-настоящему обеспокоенным. — У тебя есть такие возможности… перспективы! В тебе течёт кровь твоей матери! Единственного серафима, рождённого человеком! Я вижу в тебе потенциал… И ты готова слить это всё в канаву из-за какого-то ублюдка, подрезавшего тебя на дороге! — Мне плевать на того ублюдка, что подрезал. Мне нужно знать, кому моя смерть была нужна — к убийству готовились, — я уже откровенно начинала заводиться, хотелось прекратить разговор и просто отправиться непосредственно в отель, пусть догоняет, коль ему приспичило создание моего будущего, когда я не удовлетворена настоящим. — Плевать. Ты мертва, этого уже не исправишь. Я помрачнела, действительно не исправишь. Все пути отступления мне отрезали, правила ебанных Небес, на которые я попала. Дино осторожно взял меня за руку, пытаясь достучаться до сердца, которого иногда у меня не было. — От тебя ждут многого, Вита, — тихо проговорил он. Возникло желание плюнуть ему в лицо: «Пусть ждут, я не обязана соответствовать чужим ожиданиям!». — Но если ты нарушишь закон невмешательства в свою жизнь, от исключения тебя не спасёт даже твоя репутация. — Пусть исключают! — на эмоциях я достала амулет и помахала им перед лицом ангела, он точно должен был знать, что это и откуда. — Но сначала найдут… а это будет затруднительно. — Где ты его взяла? — Дино, ты дурак? Или тебе действительно нужен ответ? — я была в замешательстве, он задал риторический вопрос или Мими лучше него знает, что находится в кабинете его отца? Дино схватил меня за руку, в которой я сжимала амулет. — Обкрадываешь моего отца и не стесняешься? — Какая разница стесняюсь или нет? У меня нет иного выхода, — мне действительно было не по себе из-за того, что приходилось кого-то обкрадывать, но чувства здесь были ни при чём. Я нажала на амулет, и он засветился ярче. — Прости, у меня не так много времени. — Я с тобой. Не хочу, чтобы ты наделала глупостей, — вздохнув, произнёс свой вердикт Дино. На самом деле мне было спокойней с этим ангелом, от него исходило какое-то несуразное во многих случая тепло, при стойкости образа, но я не подала об этом виду. — Как хочешь, — проговорила я. Отель «Афродита» мы нашли быстро из-за наличия на визитке адреса, он находился недалеко от моего дома. Место тоже выбирали явно, не случайно. Мужчина на рецепшене только завидев нас с Дино, поднялся со своего места и вежливо осведомился: — Здравствуйте, желаете снять номер? — Не совсем. Мы хотели бы узнать о человеке, который оставался здесь. — Простите, я не могу разглашать такого рода информацию. Я закатила глаза: и к тебе подходить, давая сверхспособностями? — Вам же будет хуже, если вы просто нам не скажите, — я выдала это с печальным укором. — Простите? Одной рукой Дино мягко, но требовательно оттолкнул меня куда подальше и взял ситуацию под свой контроль. — Как зовут человека, которого ты ищешь? — тихо поинтересовался он у меня. — Амиди Лоран, — не менее тихо отозвалась я. Думая про себя: «А что я говорила! Вам стало хуже… не я так он надавит на вашу волю». Дино коснулся стойки регистрации и через неё воздействовал на администратора. — В какой комнате остановился Амиди Лоран? — после его вопроса администратор тут же полез в компьютер. — Номер триста пятнадцать, — дав нам ответ он тут же вздрогнул, явно начиная нервничать и не понимая произошедшее с ним от слова совсем. — Не знаю, зачем я это сделал… — Сколько он прожил в этом отеле? — продолжил допрос Дино. — Одну ночь, — кратко отозвался мужчина. — Ключ от его номера, пожалуйста, — проговорил ангел с улыбкой, от которой мне стало тошно. По отношению к людям на Небесах — одни демоны. И видимо даже в рай отправляют принудительно!.. — Полиция уже здесь была. Они ничего не нашли, у нас приличное заведение, — кажется, парень на рецепшене уже отошёл от чужого влияния. — Ключи, пожалуйста, — продолжал Дино от вежливости которого в данной ситуации хотелось прикрыть глаза и не видеть этого кошмара. Супротив собственной воле администратор передал их Дино. — Спасибо. Можешь расслабиться, но язык на замке, ладно? — Угу. — Как тебе удаётся так легко воздействовать на людей? — спросила я удивлённо, пытаясь понять можно ли поступить с ними так же? — Тренировки, — решил не особо распространяться ангел. В номер мы поднимались на лифте. Я отстранёно прислонилась к стене, наблюдая за ангелом, приходя к ужасному осознанию, что чем дольше я общаюсь с бессмертными, тем больше я теряю человечность. Она из меня начинает вымываться, заменяясь холодным расчётом и отношением к окружающим, как к вещам. Ночной демон оказался чертовски прав… если в этой системе, которую я потихоньку начинаю всё больше ненавидеть, добиться влияния, я сама стану куда хуже их и при этом потеряю себя. Людям мне не помочь — против их воли играют даже Непризнанные. Какой-то план изменений происходящего вверху системы должен быть из тех, о ком я знаю только у Мальбонте. Вопрос только в том: «Какой?». С этими мыслями я вместе с Дино поднялась в номер. — Не знаю, что именно я намеревалась здесь найти… — в задумчивости я оглядела всю комнату. Она сверкала чистотой, а в нос бил запах хлорки. Номер с того момента, когда в нём находился мой убийца должны были обработать и не раз. — Убийцы давно уже тут нет. Горничные должны были всё убрать. Полицейские обследовать. Я в отчаяние прошлась по всему помещению, обозревая невидящем взглядом всю комнату. — Бессмыслица, — тихо буркнула я себе под ноги. Как точно искать человека по энергии мне было не известно. Да, и навряд ли она должна была оставаться навечно там, где кто-то из людей был хоть раз. — Геральд учил нас распознавать энергию, забыла? — намекнул Дино на то, что я уже отвергла. — Этот Амиди провёл здесь ночь. — Как и ещё сотни людей! Как отделять зёрна от плевел? — ангел мой, расписывай как это работает, раз уж взялся помогать! — Тебе нужно запомнить только последние, самые свежие следы энергии, — продолжил Дино, действительно переходя к тому, что мне было необходимо. — Потом встретив убийцу, ты узнаешь его. Ага, буду ходить по всему Нью-Йорку и прислушиваться к энергии каждого! Тем временем Дино подошёл ко мне, развернул к себе, приобняв за талию. — Так… закрой глаза. — Дино, ты правда думаешь, что… — закончить мне не дали, перебив. — Закрой. Я не стала ему отвечать, просто сделав то, что он сказал. — Теперь представь, что ты — распустившийся бутон со своим уникальным ароматом. Представь, как твой запах распространяется на всю комнату, и как он соединяется с остальными. Эти запахи и есть энергия. Запомни их. — Дино говорил, и слова, едва срываясь с его губ становились реальностью. Благо к психотерапевту на земле я ходила и представлять на сеансах цветы мне доводилось. — Я чувствую, — отозвалась я, так и не раскрыв глаз. — Умница. Теперь перечисляй. — Самый сильный запах — хлорки, потом гибискус, засахаренный лимон, обгоревший в микроволновке попкорн. Ещё есть запах мокрой гальки у моря, земли после дождя, мятного ветра. Дино почему-то сильно удивился, когда я окончила предложение. Но ладно я сама не знала, как связать эту аналогию хоть с чем-то понятным. — Мятного ветра? — переспросил он, так будто, что это такое он знал, ибо он тут же резко от меня отстранился и уж точно не в недоумении от такой хреновой метафоры. — В чём дело? Ты убийцу встречал? — ехидно и наобум спросила я. Некоторое время он внимательно смотрел на меня и в то же время взгляд его направлялся насквозь моего тела. Потом он качнул головой, будто отметая не прошенные мысли. — Ни в чём. Вряд ли. Просто сравнение интересное… — Тогда мы в тупике, — признала я. После чего уселась на кровать и откинулась на спину, раскинув руки и уперев свой взор в потолок. — Знаешь, чувство мести может уничтожить изнутри даже бессмертного, — проговорил Дино. — А безрезультатная её жажда, при отвержении собственных ощущений во имя чьих-то правил — тем более! — выплюнув, дополнила его я. — Тебе нужно забыть о том, что ты когда-нибудь жила на земле, — продолжал он, не обратив внимания на мой выпад. — Тебе разве не давали порошок забвения? — Давали, — просто отозвалась я, не собираясь сообщать Дино, что было после того, как я его получила. Я продолжала смотреть в потолок, пропуская мимо ушей основной поток речи ангела. Внутри меня разверзалась пропасть. Бессилие, неудача, непонимание и кафкианский кошмар там, куда придётся возвращаться. — Ты слышишь меня? — кажется Дино таки обратил внимание на то, что я на этой кровати лежу, как в гробу. Он подошёл ко мне и сел рядом на корточки. Его лицо было совсем близко с моим. — Ты плачешь? — удивлённо поинтересовался он. Дино осторожно смахнул слезу с моей щеки. — Нам скоро возвращаться, — поднимаясь с постели проговорила я, думая о том, успею ли я распечатать кусками необходимые для жизни на Небесах тексты. А нужны были наработки отличий между магией и религией, так как начинало казаться, что самыми примитивными моментами религиозных текстов, вообще никто не пользуется. Даже местные ангелы рассчитывают на собственные силы, а не на умилостивание божества, которое может исполнить, а может и не исполнить просьбу, в зависимости от своего понимание, что для молящегося будет лучше. — Да, пожалуй. Ты сказала «скоро»? Что ты ещё намерена делать? — Дино выглядел обеспокоенным. — Выйти в интернет… А то ты-то может и можешь отказаться от памяти, от того кем ты был, если, к примеру, тебя на Землю засунуть… а мне амнезия не нужна. — Что я тебе говорил про невмешательство в свою жизнь? — вдруг спросил он. — Что за это наказывают, но, в принципе, не понятно, где граница этого закона… не то его проще обозначать, как отсутствие воли и памяти. Дино вновь уселся рядом со мной: — Ты это слишком глобально представляешь, — он покачал головой, видимо поняв, что это будет проще мне один раз разжевать, чем постоянно напарываться на то, что от скомканных объяснений я прихожу к странным выводам, напитываясь истинным пофигизмом: «Да будь, что будет!» — Саму память о былом у Непризнанных не отбирают. После лекарства уходят чувства и отношение к тому, что было на земле. Это можно сравнить с антидепрессантом, когда мозг в депрессии, но его заставляют вырабатывать гормоны счастья. Оно являлось костылём. Ты же вон всё равно помнишь — верно? — кажется, ангел посчитал, что раз мне эту таблетку давали, я её выпила. — Но, видимо, ты сейчас прожитое наполняешь уже иными чувствами. Приходящими теперь, проживая это снова. Заполняя сухие факты, новым отношением. Он замолчал, не зная, что с этим делать: — Воля и задачи Непризнанных несколько в разных областях. К тем людям, у которых нет сомнений при выборе из двух зол, никто не приходит. Отсутствие этого сомнения их отгораживает. Вы спускаетесь лишь к тем, кто заведомо долго не в состоянии самостоятельно на что-то решиться, — ангел погладил мои руки, пытаясь оказать поддержку. — Закон о невмешательстве относится к попыткам ускорить переживание утраты. Как у Непризнанных, так и у тех, кто их знал. Тут нельзя даже ассоциативно находить то, что может напомнить о реальных живых людях. Вот, что будет, если ты их встретишь — они тебя не узнают, но ты им себя напомнишь. Хочешь, что бы ни твои, ни чужие страдания не прекращались? — продолжил Дино, уже разбирая всё и по пунктам. — Хорошо, дай только статью одну перечитаю… О живых она мне не напомнит. Тот, кто её писал уже умер. — Ладно, но быстро. Когда мы таки собрались, Дино призвал водоворот. Уже в нём, он внезапно произнёс: — Думаю, лучше пусть амулет будет у меня. Я верну его на место так, чтобы отец ничего не заподозрил. — Хорошо, спасибо. Надеюсь, твоя энергия перебьёт мою, — улыбнулась ему я. — Спасибо за всё, особенно за объяснения… Мне от них действительно стало получше, а то уже успела надумать себе всё куда мрачнее, чем есть на самом деле. — Ерунда. Но будь осторожней, прошу.

***

На лекцию нас вызвали раньше обычного. Ангел Фенцио, энергию которого мне не удавалось почувствовать ни разу, важно стоял в центре кабинета, оглядывая всех присутствующих. — Сегодня днём вас ждёт экзаменационное задание. Вас распределят по парам с самыми опытными учениками школы. Вы будете соперниками. Если ваш куратор — демон, вашей задачей будет переманить человека в сторону ангельских весов. И наоборот. В конце куратор даст вам оценку, которая станет решающей в вопросе, стоит ли вам давать более серьёзные задачи. Я оглядела всех ангелов и демонов. Зная, не любовь Фенцио ко мне… никого нормального он мне в кураторы не выберет. Это точно будет кто-то с предвзятым ко мне отношением. Проверку-то от его сына я прошла. Взгляд отчего задержался на Ости, которая разглядывала Непризнанных с нескрываемым раздражением, может даже с брезгливым отвращением. «А Ади всё нет!..» — в аудитории он отсутствовал. Однако, было ясно, что он тоже должен был быть одним из кураторов. «Фенцио, отпускай нас скорее, не то он там порешает проблемы в жизни, через отсутствие таковой!». Однако, он крайне медленно, будто смакуя каждое слово называл имена Непризнанных и тех, с кем у них будет проходить экзамен. Когда очередь дошла до меня и моего куратора, все зашептались, а я всё не могла дождаться окончательного решение преподавателя. — С кем? — я аж подскочила из-за стола, услышав, с кем я буду в паре. «Люцифер»… Мисселина говорила, что они с Дино на пару лучшие ученики школы. И видимо именно поэтому, демон был удивлён не меньше меня. Он даже весь выпрямился в струну, оторвав свой скучающий взгляд от окна. — Но она провалит мне экзамен. Виктория совсем новенькая, — раздражённо проговорил он. А я поняла, что именно этого Фенцио и добивается. Это, как экзамен, когда правильный ответ: «Во, валит, гад!». — Таково распределение, — отозвался преподаватель. Мне тут же стало интересно, кто распределял, но вопрос я задать не успела, ибо Дино уже вмешался с ответом на него. — Ты её заваливаешь, отец? — на что ангел только нехорошо улыбнулся.

***

Пока мы возвращались в комнату, всю дорогу Мими и Энди не закрывали рты. — Я так и знал, что Люцифера не просто так попросили быть куратором, — Энди с жалостью взглянул на меня. — Именно! Люцифер никогда не оценивает и не соревнуется с учениками, потому что это бессмысленно! Он завалит тебя, Вита, — выдала Мими. Я так сильно перенервничала, что у меня не было сил расстраиваться или возмущаться по этому поводу. — Причём здесь он сам? Это Фенцио делает, — проговаривая это я ощущала себя выжатым несколько раз в чай лимоном, который уже следовало выбрасывать в мусорку. — А вот нам самим, неплохо было бы заскочить к Ади. Я его целый день не видела. Ни на уроках, ни на приёмах пищи он не появлялся. — Смерть Сэми его очень подкосила… — сочувственно протянула дьяволица. Когда мы начали стучаться в дверь его комнаты, нам никто и очень долго не открывал. Потому и открывали дверь самостоятельно. — Ади, это мы… А-А-А! — Мими сначала загородив нам с Энди проход, осела прямо на пол. Я же увидев, что произошло в комнате, замерла в дверях истуканом. Как-то реагировать на случившееся не было сил. Не успели!.. Зрачки внезапно потеряли фокус, перед глазами поплыло. Я смутно видела то пятно, что являлось когда-то Ади. Демон сидел за столом. В шею был вонзён клинок, и явно давно, истечь уже свернувшейся кровью Ади успел. Я прикрыла глаза. Ну, вот первый бессмертный, что полёг и от моего влияния, в том числе! — Энди! После экзамена опять созываем всех, кто согласиться прийти. Так же… делаем первый ход. Я его тебе нарисую. Парень удивлённо посмотрел в мою сторону, явно не понимая, что именно меня сподвигло вновь активно включиться в общественную жизнь. А я уже думала о том, что выгонят меня из школы с музыкой, ибо рисовать я намерена шарж на миф о Мальбонте и не на стене, а на статуе Равновесия. Если никто не заметил, что Ади решил свети счёты с жизнью, вероятно проглядят и это. — Вы о чём? — Мими начала обеспокоенно переводить взгляд с меня на Энди. — Тебе не о чем волноваться, это дела Непризнанных, — отмахнулась я от неё этими словами. — Я за тебя волнуюсь! — Неужели поможешь, когда это энергозатратно? — Отговорить не получиться? — грустно спросила она. — Не в этом случае. — Что мы хоть делать будем? — вмешался Энди. — Вводить факультативом уроки физкультуры и самообороны. Как отбиться от нападения и защитить тех, кто тебе дорог. — Тогда понятно почему эта мысль пришла к тебе, после смерти Ади, — дьяволица кивнула своим мыслям. — Я с вами.