Сломанное не починишь

– Гарри... Гарри... очнись... малыш, давай же, – Гарри пытался открыть глаза, правда, но все никак не получалось. Он узнал голос — это Луи. – Помоги вытащить его, – он почувствовал, как его подняли и положили на что-то более мягкое. – С ним все будет хорошо. Черт, его часы сломаны, – снова Луи. – Идем, идем.

***

      Гарри снова попытался открыть глаза. В этот раз получилось. Он медленно разлепил глаза, не понимая, где он. Солнечный свет, развивающиеся на ветру шторы, большая картина рыбы перед ним. Он чувствовал, что лежал на кровати, укрытый одеялом. Гарри повернул голову, оглядываясь и замечая пустой стул рядом с ним, а затем услышал: – Я все объясню. Это все, что я знаю, – это снова голос Луи.       Он откинул одеяло — без него стало холодновато, но ему нужны ответы на свои вопросы. Гарри пытался вспомнить, что произошло. Ничего не вышло.       Он поднялся с кровати. Ноги сильно дрожали, и он чувствовал себя таким слабым. Взглянул на запястье — часов нет, где его часы? Решил посмотреть на прикроватной тумбочке — пусто. Парень подошел к двери, открывая ее, и до него тут же донеслось: – Здесь он будет в безопасности. Скоро позвоню, – это уже был другой голос, не Луи. – Спасибо, сэр. Я позабочусь о нем, – послышались шаги, затем — открылась дверь и тут же захлопнулась.       Гарри решил пойти туда. Он все еще слышал голос Луи на улице. Стайлс ничего не понимал: он никогда не был в этом доме. Снова открылась дверь, и внутрь зашел Луи. У него была рассечена бровь. Парень медленно потирал шею. – Ты очнулся! – первое, что он сказал Гарри. – Ты в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Стайлс. Луи пожал плечами. – Ничего страшного, небольшой вывих, жить буду.       Гарри выглянул в окно: очень много деревьев, и на этом все. Ни машин, ни людей, ни домов. – Где мы? – спросил он. Луи подошел ближе к нему. – Что происходит? – задал он еще один вопрос. – Что-нибудь помнишь? Как мы сбежали? – Луи помог ему сесть. Гарри уставился в одну точку, пытаясь вспомнить, и медленно память начала возвращаться. Он взглянул на Луи, и тот кивнул. – Мы сбежали, но им удалось нас догнать. Затем в нас врезались, и машина перевернулась. Слава богу, ты был пристегнут. Машина перевернулась на крышу, поэтому повсюду синяки, – он пальцем показал на правую руку Гарри, отчего у него перехватило дыхание. Он и не заметил даже. Все плечо было в синяках. А теперь понемногу начинал болеть правый бок. Он поднял футболку, замечая там огроменный синяк. – Я хотел отвезти тебя в больницу, но не стал рисковать. Зейн все время ехал за нами, – Гарри взглянул на него, и тот снова кивнул. – Он сказал, что наблюдал за нами. Сказал, что чувствовал, что что-то не так, так что когда офицеры неожиданно ворвались в дом с оружием, он запаниковал. Затем заметил, как мы выбежали с тобой из дома и побежали к машине. Так что он поехал за нами. Он тоже заметил те машины. В принципе, он все видел, – Гарри закрыл глаза. Врачи говорили ему наоборот держаться от всего этого подальше. Он положил руку на грудь, думая, что с ним может произойти сейчас. – Они думают, что мы погибли, – добавил Луи. Гарри взглянул на него, нахмурившись. – Я позвонил Джемме и все ей рассказал. Они с Эммой в безопасности под охраной.       Гарри вздохнул, закрывая лицо руками. – Боже, Лу. – Это всего лишь мера предосторожности, на всякий случай. Уверен, что ничего не случится, – Луи взглянул на Гарри. – С ними все будет в порядке, – Гарри кивнул — выбора все равно особого не было. Ему пришлось поверить Луи, ему нужно успокоиться. – Хочешь есть? Саймон купил нам еды.       Гарри вскинул голову. – Саймон? – Луи кивнул. – Саймон здесь раньше жил. Видимо, у него до сих пор остались ключи. – А он не против? – Это всего лишь на два дня. Я отдал им все документы, но нам сейчас нужно быть тише воды, ниже травы, – Гарри молча опустил голову. – Позавтракаем? Я взял все твои таблетки.       Гарри кивнул, и Луи ушел на кухню. Гарри очень устал. Он прикоснулся к боку, тут же зашипев от боли. Он поднялся, но боль в груди решила, что лучше бы он этого не делал. Больно, но терпимо. Гарри пошел вслед за Луи. – Где мои таблетки?       Луи взглядом указал на сумку на столе, а сам он делал им сэндвичи. Гарри открыл сумку, вытаскивая три бутылочки с таблетками. Он подошел к холодильнику, взяв оттуда бутылку с водой. Луи наблюдал за ним, и Гарри это чувствовал. Он проглотил таблетки, садясь напротив Луи. – Это какие-то новые таблетки? Не видел их раньше у тебя, – он поставил тарелку с сэндвичем перед ним, и Гарри кивнул, пододвигая ближе к себе. – Да. Уже месяц их принимаю. Они хорошо помогают. – Правда? Насколько хорошо?       Гарри вздохнул. – Просто хорошо помогают, Луи.       Луи закусил нижнюю губу, кивая. – Ты в порядке? Что-нибудь болит? – Где мои часы? – вместо ответа спросил Гарри. Луи закрыл рот, и Гарри нахмурился. – Я никогда их не снимаю. – Они сломались... когда мы перевернулись. – Черт, Лу... – Гарри положил голову на руки. Ему нужны часы, они ему помогают, с ними он чувствовал себя в безопасности. Они предупреждают его. Отслеживают сердечный ритм. – Мне жаль.       Гарри поднял голову. – Где они? Может, я смогу их починить, – Луи вздохнул, поднимаясь со стула и возвращаясь со сломанными часами в руке. Гарри взял их в руки: тут уже ничего не сделать. – Да чтоб тебя. – Я куплю тебе новые, как только все устаканится. – Мне не нужны новые. Мне нужны эти. Я не выживу, черт тебя подери, без них, – фыркнул Гарри.       Он поднялся со стула. Ему нужно на воздух — стало тяжело дышать. Так что он открыл дверь, выходя наружу. Он зол, очень зол, что Луи — опять — рушил все вокруг себя, рушил все его шансы на жизнь. Почему Луи так хотел, чтобы он умер? Почему он всегда подвергает его опасности? Все было нормально, он с ним развелся. И все было нормально. – Гарри! Зайди внутрь, там холодно, – сказал Луи из-за спины.       Гарри даже не потрудился обернуться, продолжая идти. Луи схватил его за руку, и Гарри не вытерпел. – Оставь меня, черт возьми, в покое, – прокричал он, вырывая руку. – Зайди внутрь. Тут холодно. Это может спровоцировать приступ.       Гарри саркастично усмехнулся. – Отвали, – и он снова продолжил идти. Куда? А черт его знает. – Гарри, не глупи, – Гарри проигнорировал его, но Луи снова схватил его за руку. – Гарри, пожалу- – Оставь меня в покое, – прокричал он. Гарри еще никогда в жизни не кричал на него вот так. Он никогда в жизни не злился на него вот так. – Что тебе нужно от меня? Что тебе надо? Я развелся с тобой, чтобы быть подальше от... всего этого. Оглянись, Луи. Посмотри, где мы. Мы черт знает где, и у меня нет часов. – Гарри- – Вот поэтому... Поэтому я не хотел жить с тобой. Когда я тебе жаловался, ты лишь говорил: да брось, просто живи нормально. Я пытался... Я, черт возьми, пытался, – он попятился назад, оттягивая волосы. Он сейчас в бешенстве. – Боже мой. Я не хотел всего этого. Я не могу, не могу... У меня снова случится приступ, снова будут проблемы с сердцем. В груди сильная боль, болит правый... И я хочу сделать операцию, – Гарри отчаянно разговаривал сам с собой.       Луи пристально смотрел на него, и каждое его слово болью отзывалось в его сердце. Он не мог смотреть на него такого. Гарри трудно дышать — он паниковал. – Гарри, успокойся. Гарри, послушай меня. Послушай, пожалуйста, – Гарри плакал, ему было страшно, и Луи крепко его обнял. – С тобой все будет хорошо. Все будет хорошо. – Я... я не... не могу, Лу. Помоги, – Гарри посмотрел на Луи испуганными глазами. Луи не понимал, что происходит, поэтому взял его лицо в руки. – Слушай мой голос. Ты в порядке. С тобой все будет хорошо. Я здесь. Тебе больше никто не навредит, – Гарри продолжал плакать. – Я не хочу умирать.       Луи снова его обнял, но затем почувствовал, что хватка Гарри ослабла, и он неожиданно полностью навалился на него. Гарри без сознания.

***

– Да, малышка, со мной все хорошо. Я знаю. Я рад, что ты весело проводишь время со своей тетей. Да, папочка рядом, – сказал Гарри в трубку телефона, разговаривая с Эммой. Он взглянул на Луи. – Он хочет с тобой поговорить.       Он передал ему трубку телефона, выходя из комнаты.       Гарри чувствовал себя немного лучше. Приступа не было — лишь обморок. Для него все это было слишком, он слишком напуган. Когда он очнулся, Луи сидел рядом весь в слезах. Гарри не разговаривал с ним о случившемся. Он в принципе с ним не разговаривал.       Луи подошел к нему, возвращая телефон. – Она, вроде, счастлива, – сказал Луи, и Гарри посмотрел на него. – Так и есть. Мне стало спокойнее.       Он заметил, что Луи тяжело сглотнул. – В каком смысле?       Гарри покачал головой, уходя на кухню: ему нужен горячий напиток — на улице слишком холодно. Луи пошел за ним. – Джемма рассказала, о чем ты ее попросил... касательно Эммы, – Гарри взглянул на него, и Луи продолжил: – Не стоило ее об этом просить, я все еще жив, Гарри. Я все еще ее отец.       Гарри провел рукой по лицу. – С ней ей будет безопаснее. – Я бы никогда ей не навредил, – Гарри кивнул. – Наверное.       Луи уже достало это все, и он выпалил: – Да черт тебя подери, Гарри, перестань со мной так разговаривать. Будто мне плевать на нее или на тебя. Я не знал, что так случится. Я делал все, чтобы вы были в безопасности. – Ты уже поставил наши жизни под угрозу, Луи. – Но я стараюсь вас защитить. Ты не можешь просто взять и попросить кого-нибудь позаботиться о моей дочери, пока я все еще жив. – Тебя нет рядом, даже когда я все еще жив. Не думаю, что после моей смерти что-то изменится. Я не хочу, чтобы она чувствовала себя напуганной или брошенной — я хочу, чтобы она чувствовала себя желанной и любимой. – После твоей смерти она поймет, насколько сильно я ее люблю, – он сказал это, не подумав, и тут же застыл на месте. Как и Гарри. – То есть, все дело во мне? – Нет, – выдохнул Луи, качая головой. Гарри пожал плечами. – Я не умру, так что твой план не сработает. – Что? – Врачи сказали, что есть шанс провести операцию. – Боже, Гарри, это же замечательно.       Гарри уставился на Луи: он кое-что искал в его глазах, ответ на свой вопрос, но так и не нашел. Он опустил голову. – Нужно, чтобы результаты анализов стали лучше, чтобы сердечный ритм был стабильным. Не думаю, что в таких условиях это возможно.       Луи не знал, что ответить. Он чувствовал, что между ними — огромная пропасть. Он не мог выразить свои чувства Гарри, не думал, что это правильно. Он чувствовал, что он больше не нужен ему. Чувствовал, что в этот раз Гарри и правда вычеркнул его из своей жизни. Конечно, они же развелись, так что, естественно, Гарри не хотел иметь с ним ничего общего.       Гарри заплакал. Он чувствовал то же самое. Чувствовал, что Луи было плевать на него. Было плевать, выживет он или умрет. Луи, похоже, смирился с новостью о его смерти, и от этого было только больнее.       Луи заметил это, но не сдвинулся с места — лишь вышел из кухни.       Гарри приземлился на стул, начиная плакать сильнее. Он прикрыл рот рукой, чтобы Луи не услышал его. Он плакал потому, что никогда не думал, что этот день настанет. Никогда не думал, что настанет день, когда вся любовь между ними в конце концов испарится навсегда.

***

      Луи выкурил уже пол пачки сигарет. Он прогуливался по окрестностям: ему нужен был свежий воздух. Он не хотел ни о чем думать. Луи лишь ждал звонка от Саймона с новостями о том, что все, наконец, закончилось, и они теперь спокойно могут ехать домой.       На улице становилось холоднее. Ему хотелось немного вздремнуть. Гарри, должно быть, уже спал.       Как только он вошел в дом и снял куртку, из кухни послышался какой-то шум вперемешку с шарканьем. Он тут же рванул туда, решив, что у Гарри приступ. Но нет.       Гарри и правда был на кухне — только вот он сидел, привязанный к стулу, с заклеенным скотчем ртом. На лице была кровь. Вниз по щекам стекали слезы. Как только Гарри заметил Луи, то попытался подвинуться: ему нужно кое-что сказать.       Луи тут же подбежал к нему. – Какого... ты в порядке? – Гарри суматошно кивнул. Сначала он развязал ему одну руку, и Гарри тут же оторвал скотч. – Они здесь... Ищут тебя, – Луи развязал вторую руку, продумывая план. В голове вертелось слишком много мыслей. Что он может сделать? У него ни пистолета, ни подмоги. Только Гарри.       Они услышали, как открылась входная дверь. Гарри взглянул на Луи: тот развязывал ему ногу. – Беги, – прошептал он ему.       Луи не взглянул на него. Они умрут. Узел слишком тугой, он никак не мог его развязать. – Прошу, уходи, – сказал Гарри со слезами на глазах.       Шаги слышались все ближе и ближе. – Беги, – снова сказал Гарри, отталкивая руку Луи, и взглянул на дверь. Слава богу, это Зейн. – Какого черта? – спросил Зейн, подбегая и помогая Луи. Они, наконец, смогли развязать Гарри. – Они здесь, пришли за мной, – сказал Луи. – Они снаружи, – ответил Гарри. – Ты кого-нибудь видел? – спросил Луи.       Зейн достал пистолет. – Нет, никого. Но нужно сматываться отсюда.       В комнату резко ворвались трое вооруженных. Зейн выстрелил в них, а они — в них.