Часть 6
12 января 2022 г., 15:11
Генри находился в том состоянии, когда спящий понимает, что спит, и вот-вот наступит неотвратимое пробуждение. Звуки нарушают тишину сознания вначале невнятным гулом, потом обрывками фраз. Неожиданно пробудившийся различает все, что вокруг него происходит.
Генри открыл глаза. Инга с Йозефом стояли к нему спиной и что-то обсуждали. Капитан хотел приподняться, но у него не получилось. Старпом и доктор, услышав движение, обернулись.
— С пробуждением, Кэп. Как вы себя чувствуете? — привычная улыбка вернулась на лицо доктора.
— Лучше ты скажи как я себя чувствую. Долго я спал? — Генри потер глаза и сморщился, прогоняя остатки сна.
— Пять суток медицинского сна с момента приступа. Мы уже два дня как вышли из гипера у Эфлеи, — как всегда по-солдатски отрапортовала Инга.
— Пока я спал, что-нибудь произошло?
— Да много чего, капитан, — Инга выдержала паузу. — Мы доложили о происшествии корпоративному руководству и выяснили причину потери груза.
— Выяснили причину?! — Генри подался вперед, но от колющей боли в груди вынужденно лег обратно. — Расскажи подробнее.
— Причиной потери груза стала банальная диверсия. Содержимое трюма намеренно выбросили в космос.
— Да кому на корабле может понадобиться выкидывать груз? — капитан обескураженно нахмурился.
— Али. Новенький юнга. Он взломал системы корабля, отключил датчики и отстыковал цистерны с гелием перед последним периодом.
— Маленькая сволочь! Дали пополнение на мою голову! — глаза капитана загорелись гневом. — Надеюсь, вы выкинули его за борт?
— Нет, капитан, — Инга замялась, зная, что ответ капитану не понравится. — Мы запираем его на ночь в каюте. Днем за ним присматривает Габриель, они вместе восстанавливают испорченные системы корабля.
— Парень поломал корабль, выкинул груз и теперь спокойно разгуливает по палубам?
— Да. Он сам сдался и признался в содеянном. Бежать ему с корабля некуда, а восстановить повреждения системы без его помощи будет сложно. Корпоративное начальство обязало нас доставить Али целым и невредимым для допроса по следствию.
— Что за дерьмо происходит у меня на судне? — спросил капитан, глядя в потолок.
— Это еще не все, — Инга посмотрела на кислое лицо капитана и продолжила. — Наш случай с потерей груза не единственный. Еще одиннадцать транспортов, доставляющих груз с гелием для планетарных комбайнов, подверглись диверсии, подобной нашей. Служба безопасности корпорации признала свою вину в произошедшем. Мы, как команда, потерявшая груз, не понесем ответственности за инцидент. Это была хорошая новость.
— Только не говори мне, что есть еще и плохая, — на обреченный взгляд капитана Инга лишь кивнула.
— К сожалению, есть. Инцидент с гелием-три не удалось скрыть, информация о произошедшем сразу оказалась в сети. Общественное мнение на девяносто три процента поддержало поступок борцов против предельной разработки планет. Сейчас наш юнга, мягко говоря, галактический герой, борющийся с системой. Корпоративное начальство считает, что проводить судебный процесс над диверсантами в таких условиях неблагоразумно. Поэтому после допроса Али будет возвращен к нам на корабль для прохождения дальнейшей практики. Пока весь шум не уляжется.
— Что?! — прорычал капитан. — После всего, что этот засранец сделал, он и дальше будет драить палубу на моем корабле?!
Инга снова молча кивнула. В палате повисла скорбная тишина.
— Кэп, не хочу вас огорчать еще сильнее, но это не все плохие новости, — нарушил молчание Йозеф.
Генри жалобно посмотрел на доктора.
— У меня предписание доставить вас в корпоративный госпиталь. Там вам предстоит пройти обследование и лечение под моим присмотром. Две недели отпуска мы с вами проведем на Марсе, в противном случае вам не продлят капитанскую лицензию. До окончания лечения ваши обязанности должен исполнять старпом. И, Кэп… Больше никакого виски.
— Йозеф, ты просто заноза в моей заднице, — без сил ответил Генри.
— Я тоже всецело дорожу нашим сотрудничеством, Кэп. Рад, что наконец заслужил право называться по имени, — улыбка расползлась по лицу доктора.
— Убирайтесь отсюда, оба. Оставьте меня одного.
Старпом с доктором, не говоря ни слова, тихо вышли из палаты. Капитан остался в одиночестве. Горевать, рыдать и думать о бренности бытия.
