Среди серых стен

Каникулы пролетают как один день, и Мисти за это время едва ли перестает думать о той, которой всего лишь парой коротких фраз удалось разбить ее юное сердце на тысячи осколков. «Не думай больше об этом», — сказала мисс Гуд, возведя тем самым между собой и Дэй высокую каменную стену. И стену эту Мисти не разрушить, не переступить, как бы ни пыталась. Да есть ли теперь и смысл вообще пытаться? Чувствуя, что ворох этих мыслей ни на минуту не оставляет ее в покое, Мисти делится своими чувствами с сестрой в очередном их разговоре по скайпу. Говорит все как есть, ничего не скрывая и не приукрашивая. Эмили всегда ее понимала — понимает и в этот раз. Эмили советует своей любимой младшей сестренке залечивать разбитое сердце рисованием и музыкой, постаравшись как можно глубже уйти в свои увлечения, чтобы отвлечься — о том, как это способно помочь, Эмили знает по собственному опыту. Старшая сестра Мисти искренне ей сочувствует, она отлично понимает, каково это — испытать такое в первый раз в свои юные, пылкие шестнадцать. И совет сестры действительно помогает Дэй — но лишь до поры до времени. До того момента, пока не настает день окончания рождественских каникул и ей не приходится вновь вернуться в школу. Чтобы вновь ежедневно видеться с мисс Гуд на каждом уроке литературы. Ох, только бы выдержать! То, что приносило такую радость прежде, сейчас ее ужасно тяготит. Этого Мисти как раз и боялась еще до того, как произнесла свои честные, но столь опрометчивые слова — того, что после них уже ничего не будет как прежде. Так оно и вышло. Что уж теперь изменишь? Морозное январское утро, литература первым уроком, и Мисти до последнего старается не встречаться взглядом с мисс Гуд, которая, по обыкновению своему, приветствует класс теплой улыбкой. Сегодня немного необычный день — мисс Гуд привела в класс свою дочку Тэрри, у которой сегодня отменили первый урок. — Мисти, ты не будешь против, если Тэрри сегодня посидит с тобой? — мягко обращается мисс Гуд к своей ученице. — Она тихо посидит, она не будет мешать. Да, Тэрри? — Нет, мисс Гуд, конечно, я не против. Мисти окидывает взглядом светловолосую, как и ее мать, девочку десяти лет с правильными чертами лица и большими выразительными серо-зелеными глазами, что немного застенчиво садится с ней за одной партой и достает лист бумаги и цветные карандаши. — Привет, — Дэй ободряюще улыбается девочке, — ты — Тэрри, да? — Привет, — та понемногу смелеет, улыбаясь в ответ, — да, я — Тэрри. А тебя зовут Мисти? — Да, Мисти Дэй. Рада знакомству, Тэрри! — Взаимно. Если честно, то я рада, что у меня выдался свободный урок — могу порисовать немного! — Я тоже обожаю рисовать, — улыбается Мисти, — хочешь, покажу свои рисунки? — Давай! — Тэрри заметно оживляется, — а ты классная, Мисти! Не такая, как другие старшие девчонки, которые смотрят на нас, маленьких, свысока. Будем подругами? — Я с удовольствием! — девушка протягивает ей руку, и Тэрри с чувством абсолютного доверия сжимает ее ладонь. — Так, Тэрри, я посадила тебя к Мисти не для того, чтобы вы болтали на моем уроке! — мисс Гуд пытается говорить строго, но все же ее голос звучит весьма мягко. — Если не прекратите болтать — сейчас посажу тебя, Тэрри, за свой стол! — Извини, мам, мы больше не будем, — девочка смущенно улыбается, после чего берет простой карандаш и начинает рисовать на лежащем перед ней листе бумаги. К концу урока Тэрри пододвигает к Мисти свой рисунок, дружелюбно ей улыбаясь. На рисунке — яркое летнее солнце, облака и деревья, возле деревьев — фигурки двух девочек, одна из которых повыше другой. Внимательно рассматривая рисунок, девушка замечает надпись гелевой ручкой в углу: «Моей новой подруге Мисти Дэй от Тэрри Фокс». Сердце ее тотчас же наполняется теплом, и она улыбается девочке искренней улыбкой. — Спасибо, Тэрри, мне так приятно! Раздается звонок на перемену, и мисс Гуд ненадолго покидает класс. — Дэй, ты чего к девочке пристала? — к парте Мисти тотчас же подходят Джессика с Мелиндой. — Девочка, она тебя, наверное, сильно достала уже, да? — Мисти — моя подруга! — в серьезном не по годам голосе Тэрри слышится вызов. — Да зачем тебе дружить с Дэй? — Джессика оглядывает Мисти взглядом, полным презрения и неприязни. — Давай лучше дружить с нами! — А давайте я лучше сама разберусь, с кем мне дружить! — коротко отрезает Тэрри. — Да Дэй ведь дурочка! — поддерживает Джессику Мелинда. — Я пока что вижу здесь только одних дурочек, — спокойно отвечает девочка, — двух таких назойливых дурочек, которые мешают мне сейчас общаться с моей подругой Мисти! Будьте добры, отойдите и не мешайте. Сердце Мисти бьется в учащенном темпе, по телу разливается тепло. — Я от тебя не отвернусь, — тихо произносит Тэрри, когда Джессика и Мелинда уходят, и мягко сжимает ладонь Мисти. — Ты очень классная, и мы с тобой — подруги навек! — Спасибо, Тэрри, — лицо девушки сияет светлой улыбкой, отчего она выглядит еще более красивой. Вскоре начинается второй урок, и мисс Гуд, вернувшись в класс, просит дочку вернуться в свой класс. — Еще увидимся, Мисти! — весело бросает Тэрри напоследок своей новой старшей подруге, собрав вещи и удаляясь из класса. Мисс Гуд продолжает тему, начатую на первом уроке. *** — Ты понравилась Тэрри, — с улыбкой замечает мисс Гуд после урока, когда Мисти складывает учебник и тетради в рюкзак. — Она чудесная девочка, — Дэй искренне улыбается в ответ, — мы с ней очень поладили! — Я этому очень рада, — учительница поправляет сбившуюся прядь волос. — У Тэрри не так много друзей среди сверстников, она часто витает в облаках, она у меня очень творческая девочка. В этом вы с ней похожи. — Мне приятно стать ей подругой. — Мисти, я хотела прояснить кое-что, — выдержав небольшую паузу, произносит мисс Гуд. — Это касается нас двоих. Мне кажется, или ты теперь стараешься избегать меня, держаться от меня подальше… После того, что я тебе ответила, да? Девушка заметно меняется в лице, взгляд ее становится напряженным. В этот момент она готова сквозь землю провалиться, лишь бы только избежать этого разговора! — Я на вас не обижена, мисс Гуд, если вы об этом, — Мисти старается держаться изо всех сил. — В конце концов, вы были честны со мной… Это самое главное. — Я не знаю, успокоит это тебя или наоборот, — учительница переводит дух. — Но честна с тобой я была не до конца. Я надеялась, что за каникулы ты, возможно, забудешь об этом, отвлечешься, развеешься… Но, как вижу, тебе это весьма трудно. — Почему вам это так важно? Мисти смотрит ей в глаза прямым взглядом, Мисти важно знать ответ. — Потому что важно. Потому что я ловлю себя на мысли, что чувствую к тебе то же самое. Произнеся эти слова, мисс Гуд резко замолкает. Сердце Дэй, кажется, сейчас вот-вот выпрыгнет у нее из груди. — Это значит, что… — Ничего это не значит, Мисти. И не должно ничего менять. Я, прежде всего, учитель, ты — моя ученица, и тебе всего шестнадцать. Есть вещи, через которые я просто не могу переступить. Удар, что наносит ей сейчас мисс Гуд, еще более болезненный и острый, чем до каникул. Черт бы побрал всю эту правильность и рамки, сердце Мисти кровоточит в эту минуту со страшной силой. — Значит, все дело лишь в этих правилах? — вполголоса молвит девушка, даже не поднимая глаз. — Для нас обеих будет лучше не поддаваться порыву. Приговор мисс Гуд окончателен, жесток и обжалованию не подлежит. — Хорошо, я вас поняла. — А что еще остается бедной Мисти Дэй? С губ ее не срывается больше ни слова, когда она спешно покидает класс и тихо направляется на урок физики.