Среди серых стен

После того, что произошло, жизнь Мисти становится попросту невыносимой — как в школе, так и дома, с вечно орущим отцом и окончательно замкнувшейся в себе матерью. «Господи, за что мне все это? — глухим, полным отчаяния голосом произносит Ханна, — что за поколение? Черти чем занимаетесь! Подумать только — моя семнадцатилетняя дочь и ее учительница!» Лучше бы мать орала, лучше бы она рвала и метала, как и отец — это было бы хотя бы не так мучительно для бедной Мисти. Остается лишь принять как факт: она — самое большое разочарование для своих родителей. И всегда им останется. Что до школы — то и там Дэй приходится крайне несладко. Травля со стороны одноклассников становится в разы сильнее, чем прежде: теперь она для них еще и «извращенка». И Мисти чувствует, что у нее попросту не хватает внутренних ресурсов, чтобы со всем этим справиться. Стоит промозглый майский день, на школьном дворе накрапывает мелкий дождик, когда Мисти несмело подходит к зданию школы, где уже столпились все ее одноклассники. — Эй, нимфеточка! — доносятся до нее грубые голоса одноклассниц. Джессика и Мелинда направляются прямо к ней. Дэй пытается ускорить шаг, но те преграждают ей путь. — Ну что, наша лохушка Дэй любит постарше? — с презрительной насмешкой произносит Джессика. — Позорище! — брезгливо добавляет Мелинда. — Дайте пройти! — голос Мисти срывается на крик, но одноклассницы обступают ее еще сильнее, хватая за руки и вырывая рюкзак. — Что это у нас тут такое? — Джессика открывает рюкзак Мисти, откуда прямо на землю выпадает скетчбук той и анимешные фигурки, что ей подарила Корделия. — Джессика, смотри, наша извращеночка-то — творческая личность! — Отдайте мои вещи! — к горлу Мисти подступают слезы. Джессика с Мелиндой сначала перекидывают скетчбук Мисти друг другу, после чего кидают его в грязную лужу и начинают усиленно топтать ногами. То же они делают и с фигурками — со всей силы кидают их на землю и топчут. Листы с рисунками Мисти размокают в луже, фигурки ее разбиваются на части. — Лижи и дальше у своей мисс Гуд, извращенка! — выплевывает Джессика ей в лицо и со всей силы толкает Мисти в эту же самую лужу, после чего они с Мелиндой уходят, оставив ее одну. Стоит Мисти лишь остаться, как она начинает орать во весь голос, тело ее сотрясается от рыданий, ее всю буквально трясет и колотит от невыразимой душевной боли. Все, что она любила, что составляло для нее целый мир — все в одночасье оказалось уничтожено. Не каждый вынесет подобный удар. — Мисти! — до ушей ее доносится до боли знакомый голос, она поднимает глаза, — Мисти, родная! Боже! Что, что случилось?! Что они с тобой сделали?! Корделия осторожно подходит к девушке и мягко помогает ей подняться, после чего крепко прижимает к себе. Во взгляде ее читается крайняя паника и напряжение. Обнимая Мисти за плечи, она ведет ее в школу и отводит в учительскую, чтобы Мисти могла там умыться и более-менее привести себя в порядок. — Это из-за меня, да? — взгляд Корделии по-прежнему напряжен. — Из-за нас с тобой? Мисти, я не хочу, чтобы у тебя были такие проблемы. Я вижу тут только один выход. — Что ты имеешь в виду? — Мисти поднимает на нее глаза, только недавно отошедшие от слез. — Думаю, будет лучше нам с тобой это прекратить. — Так вот, значит, какой вы предлагаете выход, мисс Корделия? Бросить меня в такой период, когда я потеряла все? Все, кроме тебя! — Мисти повышает тон. — Мисти, послушай… — Не вижу смысла продолжать разговор дальше, — девушка поднимается и направляется к выходу. — Всего вам хорошего, мисс Гуд! Едва только Мисти покидает учительскую, слезы тотчас же овладевают ею с новой силой. Тем же вечером Мисти плачет на плече у Мэдди, той же ночью всю боль ее хрупкого сердца впитывает промокшая подушка, что знает все секреты. Мисти понятия не имеет, что будет дальше. Мисти и не хочет этого знать.