Больше, чем друг

      Прошло какое-то время. Элен ходила на занятия в колледж, работала вместе с Виктором и Игорем над изобретением первого, иногда вечерами сидела вместе с миссис Фокс у камина и пила чай, разговаривая с ней на отвлечённые темы... В общем, жила так же, как и раньше, если не брать в расчёт, что она стала чуть чаще бывать в родительском доме. Однако навещала она не только семью. Девушка не забывала и про акробатку. Приходила к ней если не каждый день, то несколько раз в неделю точно. Они довольно быстро нашли общий язык и сдружились. Лорелея оказалась хорошей собеседницей. Она не была похожа на тех девушек, что без умолку щебечут о нарядах, привлекательных юношах и сплетничают по любому поводу. С ней можно было поговорить и на серьёзные темы. Когда гимнастка узнала, что Элен знакома с её спасителем, то стала расспрашивать о нём. Студентка отвечала только, что его жизнь изменилась и что он придёт, как только сможет, или переводила тему. Она не раскрывала Лорелее всех подробностей по просьбе самого Игоря. За это время у артистки появился покровитель, который забрал её из больницы, когда та достаточно окрепла. Блек и Штраусман наблюдали за этим со стороны. Юноша заверил подругу, что рад за Лорелею, но по его виду и чуть надломленному голосу было ясно, что он всё равно грустит. Когда карета уехала, они пошли в квартиру медиков.       - Игорь! Ну где тебя носит? Работа стоит, - когда друзья оказались в помещении, им навстречу вышел Франкенштейн в запачканном переднике, но, увидев девушку, осёкся. – Элен! Не ожидал тебя увидеть.       - И я рада встрече, Виктор, - усмехнулась она, снимая шляпу-котелок, а Лита спрыгнула с её плеча. - Какая работа, если не секрет?       - Для тебя не секрет. И ты очень вовремя. Мне понадобится твоя помощь чуть позже. Если хочешь, можешь пока понаблюдать за процессом.       Он скрылся в подвале, вернулся через пару минут с подносом, на котором лежало сердце, и поставил его на стол Штраусмана. Тот снял пиджак, закатал рукава и принялся за работу. Всё делалось настолько точно, что Элен невольно засмотрелась.       - Вот уж действительно можно бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течёт вода и как работает другой человек, - с лёгкой улыбкой произнесла она, оттащив ласку, которая так и норовила залезть в лицо Игорю, подальше от него, и положила подбородок на кулаки, сложенные друг на дружку на столе. – И всему этому ты научился, пока жил в цирке?       - Можно и так сказать, - чуть смущённо улыбнулся тот. – В свободное от выступлений время я врачевал артистов труппы.       - С ума сойти! Ты просто находка!       - О чём болтаете? – за спиной Штраусмана появился Виктор.       - О том, что у тебя лицо грязное, - улыбнулась Блек.       - Что? – тот провёл по щеке, но только размазал грязь.       - Иди сюда, - засмеялась Элен, подходя к другу, и, достав платок, вытерла пятно на его лице. – Ну вот! На человека стал похож.       - Благодарю, - Франкенштейн поцеловал руку подруги, в которой она держала платок, и посмотрел ей в глаза, от чего девушке стало немного неловко, но она не могла отвести взгляд (да и не хотела).       - Эм… кхм… простите, - осторожно позвал Игорь, чувствуя себя третьим лишним. – Я закончил.       - Дай-ка взглянуть, - Виктор отмер и подошёл к столу. – Ага, ага. Отлично! Элен, пойдём.       Они спустились в подвал, с полчаса провозились там, разбираясь с частями задуманного целого, а затем поднялись наверх.       - Как насчёт ужина, мисс Блек? - спросил студент.       - Не откажусь, - улыбнулась она. – С утра ничего не ела.       За ужином троица обсуждала всё на свете: работу мужчин, узколобость профессоров в колледже, возможное будущее… Элен и сама не поняла какими путями они дошли до обсуждения её женихов, в частности тех, с которыми её всё-таки познакомили.       - Видели бы вы его лицо, когда Лита запрыгнула ему на голову! - рассказывала она про очередного несостоявшегося суженого и погладила любимицу. – Она мне потом сувенирчик принесла в виде приличного такого клока его роскошной блондинистой шевелюры и серебряной пуговицы! Мне в жизни не было так тяжело сдерживать смех. У меня чуть рёбра не треснули. Как оказалось, вот это белое и пушистое чудо и его не оставило без прощального подарка – наградила несколькими царапинами на лице и укусила за палец. Совет на будущее - никогда не обижайте ласок, если не хотите таких же приключений.       - А к тебе опасно свататься, - сквозь хохот произнёс Виктор, который за время рассказа раза два чуть не навернулся со стула. – Надо будет запомнить, как ты обращаешься с неугодными тебе женихами.       - Ты не поверишь, но мама недавно прочила тебя мне в мужья.       Виктор тут же поперхнулся вином, которое пил. Откашлявшись, он посмотрел на девушку, будто она со всей серьёзностью заявила, что кровь человека зелёная, а кроты летают.       - Чего?       - Чего слышал, - хмыкнула она, пригубив из своего бокала. – Наши с тобой родители видимо подумали: «Эй! А давайте поженим наших чад?»       - А ты что?       - А что я? Я ничего. Обсуждалось это за обедом с твоим отцом. Он навестил моего с неделю назад, а я кстати (а может и некстати) была там. Так вот. За обедом моя маман завела свою шарманку, что мол «Вот, дочке скоро двадцать три, а она даже не помолвлена. Ой! Мистер Франкенштейн, у вас ведь есть сын, ровесник нашей девочки. Почему бы не свести детей? Они в детстве так хорошо ладили и обязательно сойдутся!»       - И что он? – глухо спросил Виктор с каменным лицом.       - Ну… Как бы это поточнее выразить. В общем. Суть в том, что он в довольно вежливой форме объяснил моей матери, что ты, по крайней мере, по его мнению, не лучший вариант для такой «милой» девушки, как я. Мол ты безответственный, помешанный на своих необоснованных теориях и прочие эпитеты, которые он обычно употребляет по отношению к тебе.       - Похоже на него, - невесело усмехнулся тот и осушил свой бокал.       - На самом деле, я даже в какой-то степени благодарна ему. Ты не подумай ничего. Просто в данной ситуации я рассматривала не только свои интересы. Я понимаю, насколько твоя работа важна для тебя, да и…- она невесело засмеялась, опуская голову.       - Что?       - Ты никогда не задумывался на тему женитьбы. Даже не конкретно на мне. Вообще о браке. В твоей жизни на первом месте эксперименты и теории, а уже потом всё остальное.       В комнате повисла напряжённая тишина. Девушка подпёрла голову одной рукой, а другой вертела бокал, разглядывая недопитое вино и думая: «А согласись я на помолвку с Виктором? Что тогда? Ведь он для меня больше, чем просто друг. Но как так-то? Неужели я ни с того ни с сего влюбилась в него? Или так было всегда, а я просто не осознавала этого?»       Франкенштейн размышлял об услышанном от подруги, то и дело посматривая в её сторону. Одно дело, когда она рассказывала о каких-то других потенциальных женихах и как она избавлялась от них. А тут... «Нет! Я не могу бросить свою работу. Я ведь уже столько сделал. А когда появился Игорь, процесс пошёл ещё быстрее. Мы уже так близки к цели! Нет. В этот раз отец прав. Семейная жизнь - это не для меня. Элен, несомненно, прекрасная девушка, и она кардинально отличается от других. Да, мы с ней во многом схожи, она мне далеко не безразлична, я очень привязан к ней, но... Но я не смогу дать ей всего того, что она заслуживает. Она достойна большего.»       Игорь уже второй раз за день чувствовал себя третьим лишним. «Не понимаю. Тут кто угодно заметит, что между ними что-то есть. Неужели они сами этого не видят? Они оба совершенно не похожи на остальных. Они чуть ли не единственные, кто отнёсся ко мне по-доброму. Без них я бы до сих пор был безымянным уродом и терпел бы жестокость хозяев, а Лорелею, возможно, не удалось бы спасти. Как же всё сложно!»       Часы пробили восемь вечера. Элен медленно подняла глаза на стрелки и с полминуты гипнотизировала их. Потом как-то странно вздохнула и допила вино.       - Я… - произнесла она чуть осипшим голосом, осеклась, прочистив горло, и сказала уже нормально, поднимаясь из-за стола. – Я, пожалуй, пойду. Поздно уже.       - Элен, - подорвался Виктор.       - Да?       - Да нет, - покачал он головой. – Ничего. Я провожу тебя.       Девушка пожала плечами, мол «Как хочешь.», позвала своего питомца, который быстро оказался у неё на плече, и застегнула накидку. Франкенштейн схватил своё пальто, бросив пару слов Игорю, и вместе с подругой покинул квартиру. На улице уже было совсем темно. Если бы не фонари, то пришлось бы идти наощупь. Виктор и Элен шли молча. Была, конечно, парочка жалких попыток начать разговор, но и те оказались провальными. Каждый погрузился в мысли о том, кто сейчас шёл рядом. Казалось, что время остановило свой бег и они идут до нужной улицы целую вечность, хотя идти было недалеко, всего двадцать минут быстрым шагом. Но вот очередной поворот и остановка в кругу жёлтого света. До дома девушки оставалось пройти ещё несколько фонарей.       - Ну вот и всё, - чуть громче шёпота произнесла девушка. – Дальше я сама. Спасибо что проводил.       - Не за что, - слабо улыбнулся Франкенштейн. – Ты уверена, что доберёшься?       - А есть сомнения? – в глазах Блек блеснул такой знакомый и родной для Виктора огонёк, а на губах расцвела искренняя улыбка. – Думаешь, я несколько метров не пройду без тебя?       - Нет. Пройти-то ты пройдёшь. Только вот доберёшься ли без приключений?       - Ой! Ещё один! Мне хватает лекций от миссис Фокс и мамы. Не хватало ещё и от тебя выслушивать. К тому же с тобой у меня гораздо больше шансов найти эти самые приключения.       - Я не имел в виду ничего плохого, - студент поднял руки в примирительном жесте.       Девушка снова улыбнулась, несколько секунд рассматривала лицо друга, а потом приблизилась и быстро поцеловала его в щёку. Кинув напоследок «Увидимся!», она поспешила в направлении дома, оставив шокированного Франкенштейна смотреть ей вслед. Он отмер, только когда она поднялась на крыльцо и скрылась за дверью, постоял ещё немного, переваривая случившееся, и побрёл домой.       - Миссис Фокс, я пришла! – оповестила Элен, снимая свою накидку.       - Да неужели вы вернулись раньше завтрашнего дня? – саркастично, но с улыбкой спросила хозяйка, выходя ей на встречу. – Завтра что, снег выпадет?       - Может быть, - улыбаясь пожала плечами студентка, проходя к лестнице.       - Ужинать будете, мисс Блек?       - Нет, спасибо. А вот от чая не откажусь. На улице довольно прохладно. И согрейте, пожалуйста, молока для Литы.       - Хорошо, мисс.       Миссис Фокс удалилась на кухню, а Элен поднялась в свою комнату и, привалившись спиной к двери, съехала на пол. В голове набатом стучала одна мысль: «Что я, чёрт возьми, творю?». Посидев так пару секунд, которые показались ей парой часов, она встала, переоделась в ночное, накинула халат и спустилась в столовую. Чай согрел, расслабил и помог ненадолго отрешиться от волнующих мыслей.       - Мисс Блек, с вами всё в порядке? – взволнованно спросила хозяйка.       - Да, миссис Фокс. Просто устала за день, вот и всё.       Женщина понимающе покивала, но не особо поверила словам девушки. Да, она устала, но с ней происходило что-то ещё. Но что именно? Миссис Фокс оставалось только гадать. Да, она волновалась за свою квартирантку. За то время, что Блек жила здесь, у них сложились довольно тёплые взаимоотношения. Почему? А вы попробуйте объяснить, почему между людьми завязывается дружба. Конкретную причину довольно сложно выделить.       Прежде чем уснуть, Элен долго лежала на спине, гипнотизируя потолок, и теребила небольшой кулон у себя на шее. Его подарил ей Виктор ещё в детстве, когда она вместе с семьёй возвращалась домой. Вроде бы обычный деревянный кулон с изображением бабочки, но сделанный руками её близкого друга. Она почти никогда не снимала его и даже не задумывалась почему. Теперь у неё было стойкое ощущение, что ответ всегда был рядом, но она никак не могла нащупать его. Девушка повернулась на бок и заснула сном без сновидений.