Eighteen Wheels And Three Beating Hearts

Зайдя в «Foxhole Diner», Нил и Коннор встретили очень высокого парня с торчащими волосами, уложенными гелем, который весело помахал им рукой. — Нил, верно? — его голос разнесся по закусочной. Нил кивнул и быстрыми шагами пересек расстояние между ними, Коннор весело кряхтел у него на руках. — Кто этот маленький чувачок? — спросил здоровяк. — Я не знал, что у нас будет еще один особый гость, — он наклонился к Коннору и надул щеки, громко выпуская воздух с широкой улыбкой. Коннор издал радостный звук и потянулся к его лицу. Нил прочистил горло. — Кевин? — он протянул руку. — Мэтт, вообще-то! Мэтт Бойд, — он крепко пожал руку Нила. — Кевин сейчас уехал по семейным делам. На самом деле, босс был в больнице, но теперь его выписали, и Кевин помогает там все уладить, — в голосе Мэтта слышался легкий акцент, по которому можно было понять, что он не вырос на юге, но прожил здесь достаточно долгое время. — Рад это слышать, — сказал Нил и мысленно сморщился. Оставалось надеяться, что его краткость воспримут как профессионализм. Мэтт указал им на столик с виниловыми сиденьями мятного цвета. — Могу я подержать его? — спросил Мэтт, и на его лице появилась широкая улыбка, которая показалась Нилу искренней. Он собирался инстинктивно ответить твердое «нет», но Мэтт выглядел таким очарованным Коннором — на самом деле, кто бы на его месте не был — и Коннор уже тянулся в его сторону. — Давай, — сказал Нил и передал ему малыша. — Как тебя зовут, дружок? — проворковал Мэтт, подняв его на уровне глаз. — Пуф! — Коннор болтал ногами и хихикал. — О-о, какой милый. — Это Коннор, — сказал Нил. Мэтт кивнул. — Как дела, Коннор? Как поживаешь, маленький человечек? — он устроился за столиком и посадил Коннора к себе на колени. — Ты любишь сыр? — Мэтт посмотрел на отца малыша, чтобы уточнить у него. Нил кивнул и стал наблюдать за тем, как Мэтт, изображая самолетик, отправляет кусочки плавленого сыра из своего недоеденного сэндвича в рот счастливого Коннора. — Извини, Нил, я собирался дождаться тебя, но был ужасно голодным, когда приехал сюда. Нил немного расслабился. — Ничего страшного, — он вынул из сумки одну из недавно купленных баночек с детским питанием. — Итак, Нил, кажется, ты недавно в городе. Откуда ты приехал? Нил вежливо ответил, не слишком подробно, но достаточно, чтобы не возникало дальнейших вопросов, однако его прервало появление невысокого светловолосого парня в фартуке. Он был одет во все черное, включая футболку с длинными рукавами, и только фартук был ослепительно оранжевого оттенка. Название «Foxhole Diner» было напечатано белыми буквами на левой стороне груди и подчеркнуто отпечатком лисьей лапы. Помимо яркой одежды, трудно было не заметить мускулистое телосложение. Нил посмотрел на его лицо, но оно не выражало никаких эмоций. — Эндрю, — ухмыльнулся Мэтт. Коннор издал тихий писк, поддерживая его. — Мэтт, — произнес тот. Карие глаза с золотистыми и зелеными крапинками метнулись к Нилу и, казалось, просканировали его сверху донизу плоским безразличным взглядом. — Это Нил, — жестом показал Мэтт. — Потенциальный дальнобойщик, — невозмутимо ответил Эндрю. — Верно! Нил, это Эндрю Миньярд, шеф-повар, официант, уборщик и владелец этого прекрасного заведения. Нил и Эндрю пристально смотрели друг на друга, в то время как Мэтт продолжал говорить, не обращая на это внимания. Коннор что-то пробормотал ему в ответ, и Мэтт с энтузиазмом начал вести с ним странный диалог. Эндрю перенес вес на одну ногу и кивнул в сторону Коннора. — Твой? — Мой, — ответил Нил, его голос прозвучал чуть жестче, чем то было необходимо. Мэтт перестал говорить с ребенком. — Ну, ты собираешься сделать заказ или пока ограничишься пюре из сладкой картошки и капусты? — Эндрю приподнял бровь, глядя на баночку с детским питанием, которую Нил оставил на столе. — О, эм… — Нил потянулся за бумажным меню, сложенным за бутылкой кетчупа, и отодвинул пюре в сторону. — Я дам тебе минуту, — сказал Эндрю и отошел в сторону. — Это был Ворчун Эндрю? — спросил Мэтт у хихикающего Коннора, щекоча его бока, от чего тот извивался и визжал. Нил почувствовал себя неловко, когда группа подростков посмотрела в их сторону. — Он постоянно хмурится и ведет себя очень грубо, — Мэтт поиграл для Коннора, протянув слово «очень» и скорчив рожицу, — но внутри у него большое сердце. Коннор завизжал и попытался засунуть кулачок в рот Мэтту. — Я слышу тебя, Бойд, — крикнул Эндрю, исчезая за дверью, которая, как предположил Нил, вела на кухню. Мэтт заговорщически ухмыльнулся Нилу. В целом, Нилу было не очень сложно рассказать о своем опыте работы дальнобойщиком. Мэтт задал несколько вопросов о вождении в Европе. Каково было проехать три разные страны за один день? Сможет ли Нил ехать по «правильной» стороне дороги? Нил объяснил, что большинство континентальных стран, через которые он проезжал, придерживались правостороннего движения, и Мэтт повторял «о» и «хорошо, хорошо», как будто он излагал глубокую мудрость. Нил показал поддельную лицензию и трудовую книжку, с которыми помог знакомый дяди. У него хорошо получалось врать. В другой жизни это должно было быть правдой. — Что ж, мы проверим твои биографические данные, и если ты не против пока заехать в клинику и сдать анализ мочи, это было бы здорово. Если все чисто, скоро ты получишь от нас ответ, — со слов Мэтта все звучало так просто. Так и должно быть. Раньше у Нила ничего не было, но теперь Стюарт снабдил их целым пакетом официальных документов для Нила Абрама и Коннора Теодора Джостенов. Нил согласился, и они пожали друг другу руки, Мэтт снова сжал его ладонь в крепкой хватке. — Жаль, что мы расстаемся, дружок, — сказал он, возвращая Коннора, и нежно ущипнул малыша за пухлую щечку. Коннор неохотно попрощался, но не стал долго грустить, один кулачок радостно засунув в рот, а другим вцепившись в воротник Нила. Нил посмотрел сверху вниз на своего сына и улыбнулся. Его жизнь сложилась совсем не так, как он ожидал, но вот он здесь, с маленьким человечком на руках, таким полным индивидуальности и любопытства. Он не смог удержаться и поцеловал Коннора в липкую щеку. Мэтт светился от улыбки. — Значит, вас только двое? Нил кивнул. — А что случилось с его мамой? — Она умерла. — Ох, — произнес Мэтт, его взгляд был полон жалости. Нил испытал огромное облегчение, когда он не стал расспрашивать дальше, а вместо этого спросил: — Ты справишься с уходом за ребенком — я имею в виду, если все получится? — Да, мне нужно будет разобраться с этим в любом случае. — Круто. Ну, не стесняйся звонить, если тебе когда-нибудь понадобится няня, — сказал Мэтт, подмигнув. — Мы с госпожой присматриваем за всеми детьми. Они такие крутые, понимаешь? — он пощекотал пальцем Коннора, а затем резко остановился, поморщившись. Нил запаниковал, приготовившись выслушивать какую-нибудь печальную историю. — Э-э, сделай мне одолжение и не говори Дэн, что я так ее назвал, ладно? Она завалит меня на пол. — Оу — конечно, не скажу, и спасибо, — попытка Нила не звучать удивленным потерпела полный провал. — Это мило с твоей стороны, предложить помочь. И спасибо, что встретился со мной, — добавил он в последний момент более профессиональным тоном. — Без проблем. Мне нужно бежать, но мы с вами скоро снова увидимся. Верно, маленький чувачок? — Мэтт достал из бумажника визитку и протянул ее Нилу, затем помахал рукой и неуклюже вышел за дверь. Нил уже поднимался с сиденья и собирался взять Коннора на руки, когда блондин снова появился рядом с ручкой и блокнотом в руках. — Значит, поел и сбегаешь? Нил испуганно оглянулся на тарелку Мэтта. Он попытался ответить, заикаясь, но Эндрю перебил его. — Оставь это, — взгляд Эндрю остановился на Конноре, который издал искреннее «баааабаба» и наклонился в его сторону, вытянув руки, по-крабьи открывая и закрывая ладошки. Нил прижал сына обратно к груди. — Интересно, — сказал Эндрю, затем снял висевшее на поясе полотенце и, перекинув его через плечо, выжидающе поднял ручку и блокнот. Нил выбрал первое, что попалось в меню. — Эм, куриное филе. — Картошка фри? — Э-э, да. — Салат? — Да. Подожди- Эндрю проигнорировал его и монотонно продолжил: — Напиток? — Воды, пожалуйста. Эндрю нарисовал непонятный символ в своем блокноте и снова ушел, не сказав ни слова. Нил и Коннор нашли себе занятие, пока ждали его. Малыш обнаружил, что сиденье очень мягкое, и принялся хлопать по винилу в хаотичном ритме, издавая задумчивое «хоохоо» через каждые несколько ударов. Он посмотрел на Нила в поисках одобрения, и тот утвердительно кивнул, позволив ему продолжить. Шумная компания подростков удалилась, и Нил окунулся в спокойную атмосферу. Стекло и керамика звякнули друг о друга, когда оставшиеся посетители закончили есть. Нил заметил тихую, но приятную музыку, которая, должно быть, все это время играла на заднем фоне. Поток воздуха от кондиционера приятно ощущался на коже, и что-то в запахе сиропа и гамбургеров заставило его расслабиться. Хотелось надеяться, что Стюарт сдержал свое слово, и Нил получит ответ от Кевина как можно скорее. Эндрю поставил перед ними еду, ничего не сказав и даже не посмотрев в его сторону, но Нил не стал принимать это на свой счет. Он не очень любил жареную пищу и редко ел куриные палочки, но они были на удивление вкусными. Нил съел их в мгновение ока. Он поднял последнюю палочку, чтобы они с Коннором могли ее рассмотреть. В чем же был секрет? — Проверяешь, не отравлено ли? Снова Эндрю, на этот раз с чеком. — Нет, я… — слова Эндрю заставили Нила задуматься. Он осторожно продолжил: — Просто интересно, что делает их такими вкусными. — Я готовлю их правильно. С нуля, — со скучающим выражением лица ответил Эндрю и оставил чек на столе. — Как только ты будешь готов, — он бросил взгляд на поднятую в руке палочку с молчаливой насмешкой. Нилу хотелось назло ему оставить курицу недоеденной, но голод был сильнее гордости, так что он съел ее с картошкой фри. Он вернется, когда у него будет достаточно энергии, чтобы ответить и показать, на что он способен. Тем не менее, Нил был рад, что нашел закусочную, и чувствовал себя немного спокойнее от мысли, что она будет рядом, если ему понадобится. Возможно, здесь, в Пальметто, будет не так уж и плохо.

~

Поиск квартиры вышел гораздо менее приятным. Снаружи дом выглядел немного обветшалым, но Нилу не было дела до внешнего вида. Он должен был просто выполнять свою работу. Сама квартира, однако, выглядела еще хуже. Длинные коричневые пятна расползались по углам — то ли плесень, то ли водяные разводы. Мебель была еще старее, чем в мотеле, и домовладелец косился на Нила и Коннора так, что его взгляд напомнил Нилу одного из подручных отца, которых он видел в детстве. Нил ушел, не сказав ни слова. Вторая квартира выглядела намного лучше первой, старая, но ухоженная. Однако, как он успел запомнить за свою жизнь, во всем хорошем всегда есть подвох. Хозяин сообщил, что повысил арендную плату на треть с момента размещения объявления. Квартира была Нилу не по карману. Третья и четвертая тоже не подошли. В одной оказалось слишком шумно и нормальной была только спальня, а в другой арендодатель заявил, что «любит маленьких детей, благослови их Господь, но не может вынести их в своем доме», и выгнал Нила, прежде чем тот успел ступить на порог. К тому времени, когда Нил пошел смотреть пятый вариант, было уже поздно, и Коннор начал хныкать у него на руках, которые уже болели. Солнце постепенно близилось к горизонту, и загорелись оранжевые огни уличных фонарей. Сварливый пожилой мужчина впустил Нила в многоэтажное здание, и, естественно, Коннор решил, что это идеальный момент, чтобы окончательно выйти из себя. Нил не мог винить его за это. Он подумал, что сразу станет понятно, разумный ли домовладелец человек, если тот все же предложит аренду уставшему молодому отцу и его вопящему малышу. — Добрый вечер. Извините, что немного опоздал, — сказал Нил. Он покачал Коннора, чтобы успокоить его, и порылся в карманах в поисках пустышки, которая, должно быть, исчезла в какой-то зловещей черной дыре. Домовладелец заправил мятую рубашку в штаны на животе и посмотрел на плачущего Коннора. — Парнишка расстроен, да? Что ж, тогда давайте не будем терять время. Жильцам ночью нужен покой, — Нил был не уверен, как это правильно понимать, но все равно последовал за мужчиной внутрь. Свободная квартира находилась на четвертом этаже, а лифт не работал. От громкого крика Коннора у Нила звенело в ушах. Он напомнил себе, что ему еще повезло посмотреть столько вариантов за такой короткий срок. Шум просачивался из квартир, мимо которых они проходили, когда шли по коридору: размытый грубый бас, резкие голоса, доносящиеся из телевизора, и неразборчивые крики. Сама квартира оказалась не очень большой. Нил напевал Коннору колыбельную, когда они шли через прихожую. — Здесь нет центрального кондиционирования, но вы можете установить оконные блоки, если хотите, — сказал домовладелец. Это был явный недостаток, если не сказать больше. Капли пота уже выступили на затылке Нила, и Коннор заерзал у него на руках, плач перешел в икоту и тихие всхлипы. В объявлении говорилось, что квартира полностью обставлена, и в каждой комнате есть чуть-чуть мебели. Наверное, это было даже к лучшему, поскольку квартира была, ну, крошечной. В гостиной стояли только диван и кресло, немного старые, но, по крайней мере, чистые, плюс маленький телевизор на старом буфете. Окно тоже было хорошим, обещающим утренний свет. На небольшой кухне было все, что могло понадобиться Нилу. Места на столешнице было немного, но на ней стояла настольная плита с двумя змеевиками, а рядом — микроволновка. Этого было достаточно, чтобы приготовить еду для Коннора и что-нибудь для себя. Домовладелец отметил это с энтузиазмом. Теперь, когда Коннор перестал плакать, у мужчины, казалось, не было проблем с тем, чтобы использовать ребенка в качестве эффективной уловки. Однако он был прав. Нил положил руку на обои, белые, с тусклым цветочным рисунком, и осмотрел спальню, в которой стояла кровать с пружинным матрасом и металлическим каркасом. Она соединялась с маленькой, но чистой ванной. Небольшой шкаф все еще был слишком велик для их вещей, а детская кроватка наверняка поместилась бы рядом с кроватью. В жизни Нила бывало и хуже. Он посмотрел на своего сына, маленькое личико которого лежало на его плече, и почувствовал, как что-то сжимается внутри. Коннор спокойно спал с надутыми губками, его крошечная грудь медленно поднималась и опускалась. Нил знал, что Коннор будет плакать еще много раз, прежде чем заснет, и что настанет момент, когда Нил ничего не сможет с этим сделать. Не было смысла представлять лучшую жизнь для Коннора, с родителями, которые не были Нилом, которые были готовы к ребенку и не были сломлены. По крайней мере, Коннор потерял часть внешнего сходства с Веснински благодаря чертам лица своей матери. Сейчас светло-голубые глаза, которые он унаследовал от Нила, были скрыты за усталыми веками. Но Нилу не нужно было их видеть, чтобы знать, что на лице Коннора они выглядели прекрасно. Его сердце охватила решимость. Нил по-прежнему был никем и ничем, но он сделает все, чтобы Коннор никогда не думал так о себе. — Какая будет плата за месяц? — спросил Нил домовладельца, который нетерпеливо за ним наблюдал. Коннор заворочался во сне и поднес зажатый в крошечной ручке клочок рубашки Нила ко рту, влажно посасывая его. — Шестьсот пятьдесят. — Разве в объявлении не было написано пятьсот пятьдесят? — Это было до того, как я узнал, что с тобой здесь будет маленький ребенок. Я уверен, у него прекрасное воспитание… — Нил закатил глаза, — но это дополнительный риск. У тебя есть работа, парень? Нил прикусил язык и представил дерьмовый мотель, который ему нужно покинуть как можно скорее. — Я ищу работу. Сегодня было собеседование. — Безработный, — хмыкнул мужчина, — тогда жду оплату первых трех месяцев наличными. Никаких вечеринок, никаких наркотиков, никаких распутных женщин. Понял? Мы не богаты, но соблюдаем здесь порядок. Кстати говоря, мама где-то рядом? — он кивнул в сторону Коннора. Нил вздохнул. — Нет, но у меня есть помощь, — немного преувеличенно, учитывая, что Мэтт только сегодня предложил побыть няней. — Что ж, это мило с их стороны, присматривать за ребенком, пока ты ищешь работу, — сказал домовладелец и передал ему договор аренды. Нил быстро просмотрел его и кивнул, ставя подпись и свои инициалы. Бедным выбирать не приходится, напомнил он себе, и показал водительские права. Мужчина прищурился, будто проверял удостоверение личности при покупке алкоголя. Он тихо присвистнул. — Двадцать три года — слишком рано для отца-одиночки. Не знаю, что происходит с моралью нашей нации. Без обид, — хорошо, что он понятия не имел, что Нилу не было даже двадцати одного. Нил пожал потную руку домовладельца, и на этом дело было сделано. — Удачи вам, — крикнул мужчина, когда они направились обратно к машине. Нил задумался о квартире, когда пристегивал Коннора к детскому автокреслу. Она не была идеальной, но в понедельник они заселятся, и тогда она станет принадлежать только им. И, пожалуй, это будет первый настоящий дом, который у них когда-либо был.