Inferior

      Исина даже радовало, что Чонин теперь часто пропадал в детективном отделе, меньше маячил перед глазами, а значит, реже вызывал у суперинтенданта противоречивые чувства. После той ночи Кенсу стал ещё ласковее, Исин совсем растаял и не желал портить свои впечатления. Как бы ни был хорош молодой полицейский, старая любовь, ставшая наконец ответной, влекла его куда больше.       Чонин настроение своего сонбэ считывал точно и знал, что ему сейчас рады не будут, тем сильнее он удивился, когда Исин вошёл в оружейную комнату, где Чонин собирался на очередное дежурство.       – Ты не докладываешь мне про ход дела, приходится тебя вылавливать, – объяснил своё присутствие старший.       – Пока не о чём особо докладывать. Возможно, он где-то там, возможно, уже заметил меня и выслеживает, но на контакт пока не идёт.       – Что ж, будь осторожен.       – Ты тоже, сонбэ. Если возможно, не ходите с Кенсу по клубам до поимки «хирурга».       – Есть основания?       – Он знает о нашей с тобой связи, что мы вместе работаем. Возможно, догадывается, что ты мне нравишься. Я бы не хотел, чтобы в его дурную голову пришла идея мстить мне через тебя.       – Мы с прокурором давно не дети, к тому же он бывший боксер, а я владею айкидо.       – Я предупредил, – коротко ответил Чонин, понимая, что доказывать что-либо бессмысленно.       – Ты бы сам поменьше отвлекался в клубах.       – В смысле? Я провожу время как обычный парень, иначе он поймет, что я выслеживаю его. Возможно, уже понял, но иначе нельзя. Не переживай, я всё вижу, слышу и замечаю. Или тебя беспокоят мои связи?       – Это не моё дело, – поспешно ответил Исин, отводя взгляд.       Чонин подошёл к нему вплотную и дождался, пока суперинтендант посмотрит на него.       – Я ни с кем там не сплю. Безопасность для меня важнее, – произнёс Чонин неторопливо и увидел облегчение в глазах старшего.       – Рад за тебя, – ответил Чжан. – Всё же, не забывай про осторожность.       Сказав это, он развернулся и вышел из оружейной. Близость Чонина всё ещё сильно влияла на него, хотелось прикоснуться и ощутить на себе его руки. Исин отругал себя, потому что считал такие мысли неверностью. Зачем он вообще пришел? Надо было просто вызвать Кима для отчёта и поговорить при открытых жалюзи. Но даже так Чонин слишком сильно его волновал, он теперь занимал его мысли чаще, чем Кенсу. Непорядок. Исин написал Кенсу приветствие, первое за сегодня, но ответа пришлось дожидаться несколько часов – прокурор был занят в судебном процессе.       Две недели спустя Кенсу снова позвал его в ночной клуб потанцевать и развеяться. Исин согласился, потому что действительно устал, и смена обстановки сейчас не помешает. По закону подлости в этом же клубе находился и Чонин.       Кажется, он танцевал с тем же парнем, что раньше. Они что, встречаются? Исин нахмурился, разглядывая парочку. Если нет, то выглядят очень убедительно для пары. Незнакомец постоянно касается Чонина и весьма откровенно. Мужчина встряхнулся и решил сосредоточиться на своём спутнике. У Кенсу утвердилась помолвка, и теперь его семья готовилась к свадьбе. Он сам от подготовки отдалился, сказав матери, что она без него лучше справится, с невестой встретился лишь один раз на семейном ужине и честно ей сказал, что до свадьбы видеться не хочет, разве что по необходимости. Девушка к нему тоже была равнодушна, к тому же она была выше ростом, и выбор родителей её не особенно радовал. Зато Исин совсем успокоился, его такое положение вещей устраивало.       Сегодня он сам не отлипал от Кенсу, старательно избегая разглядывания клуба, как будто ничто другое не волновало его. Но боковым зрением все равно постоянно цеплял Чонина. И надо было ему заметить момент поцелуя между парнями, явно неожиданного для Чонина, но он всё-таки ответил. Наблюдать за ним целующимся непривычно, со стороны это выглядело весьма эстетично, только Исину хотелось видеть кого-то другого на месте его партнёра. Себя, например. Мысленно отвесив себе пощечину, он отвернулся, чтобы не поддаваться искушению, а затем стал откровенно приставать к Кенсу.        Прокурор сегодня был на взводе и на ласки отреагировал сразу. Недолго думая, он предложил удалиться, и Исин сразу согласился. Отъехав на небольшое расстояние от клуба, Кенсу свернул на темную улицу и остановил машину. Ему не терпелось получить удовольствие, и сперва Исин ответил, но ему вдруг вспомнился секс с Чонином в машине на Новый год, и затопило чувством вины. Он так и не рассказал Кенсу об этом.       – Давай не здесь, – остановил любовника Исин. – Холодно и тесно.       – Тогда поедем ко мне, – согласился Кенсу и завел машину.       Исин хорошо помнил тот раз, когда остановил Кенсу и потом сожалел об этом, сегодня он такой ошибки не допустит, тем более картинка с целующимся Чонином не выходила из головы. Хотя он не особо возбудился, но прерывать секс не стал. Кенсу как раз купил новую смазку и очень старался, несмотря на некоторую поспешность и резкость движений. Оргазм получился для Исина смазанным и не особенно приятным, но хуже того – он не затмил воспоминания из клуба.

🚨

      Когда Исин с Кенсу покинули клуб, Чонин разнервничался. Он же просил не ходить сюда, пока не поймают преступника. И ладно Исин, но Кенсу то уже сам с ним столкнулся. Неужели чувство самосохранения не работает? Парень, с которым он вроде как встречался в клубе, сегодня был особенно игривым и сейчас прервал размышления Чонина вопросом.       – Знаешь, я не люблю тратить время впустую. Давай уйдём отсюда?       – Мы недавно встречаемся, а ты меня уже соблазняешь?       – Живём лишь раз, – ухмыльнулся парень. – Тебе какой секс больше нравится?       – Не думал об этом.       – Давай выясним? – подмигнул тот и потащил Чонина к выходу. Уже на выходе он толкнул парня к стене и жадно засосал, Чонин ответил, но первым прервал поцелуй.       – Не гони, жеребец, – засмеялся он. – Я в подворотнях не трахаюсь.       – Я тоже за защищённый секс. Тут рядом есть отличный отель для свиданий. Пойдём?       – Гадюшник. Давай лучше прогуляемся, и ты остынешь, – Чонин не собирался легко сдаваться и спать с кем попало, тем более в месте, где их в любой момент могли убить.       – Но я не хочу остывать, я тебя хочу, – обиделся тот.       Чонин оценивающе посмотрел на него. Он не спал ни с кем, кроме Исина, и не собирался это делать, и вообще он сейчас на работе. Но если пошлёт этого парня, придется знакомиться с кем-то ещё и попасть под подозрения «хирурга», а это риск. Впрочем, парень красив, и переспать с ним не сложно.       – Я сегодня не готов, если ты понимаешь, – примирительно промурлыкал Чонин, закусив губу и ласкаясь к парню. – Давай немного погуляем или разойдемся сегодня, а в следующий раз я подготовлюсь заранее.       – Ну раз ты обещаешь, – согласился парень. – Тогда я ещё повеселюсь, не хочу гулять.       – Договорились. Тогда до следующей встречи, – выдохнул ему в губы Чонин и поцеловал так многообещающе, чтобы наверняка отбить сомнения.       «Хирург» сегодня не показывался на глаза, Чонин включил связь с наблюдающими за ним следователями, отчитался по обстановке и сообщил, что собирается домой, время уже два часа ночи. Они ответ приняли, велели быть осторожными и отпустили его. Внимательно оглядев улицу, Чонин вызвал такси, чтобы не рисковать.

🚨

      Всё утро не выспавшийся и злой Исин высматривал в офисе Чонина, но, когда парень не появился к обеду, забеспокоился. Он набрал номер, однако абонент оказался выключен, тогда суперинтендант опросил нескольких сотрудников, с Чонином никто с утра не связывался и не видел его. Исин позвонил следователям, которые сообщили, что вчера после дежурства Чонин отправился домой на такси. Исин велел своим подчинённым выяснить, где он, и отправил одного к нему домой. Квартира оказалась закрыта, соседи его не видели со вчерашнего утра, телефон по прежнему молчал, а Чонин нигде не появлялся.       Исин допускал, что он всё-таки соблазнился тем симпатичным спортсменом из клуба и сейчас спит в его постели, но на Чонина это не было похоже, он никогда не прогуливал работу. Да и искать спортсмена не особо хотел. Сейчас он поднимет суету, потребует записи камер из клуба, а потом выяснится интимная правда и поставит всех в неловкое положение.       До вечера он велел мониторить местонахождение Чонина и отследить его телефон, а также опросить службы такси, которые вчера забирали клиентов из клуба. Почти два часа потребовалось полицейским, чтобы выяснить, на какой же машине уехал Чонин. В итоге выяснилось, что никто из официальных водителей службы такси его не подвозил. Тогда, после угрожающих намеков, директор признался, что у них имеются и неофициальные водители, кто заключает договор с фирмой и подрабатывает таксистом без опознавательных примет.       Таких людей особо не проверяют, первичная регистрация через приложение, а контроля за ними минимум, главное, чтобы прибыль приносили. Информация не утешала, к сожалению, никто из зарегистрированных бомбил тоже не забирал молодого парня из клуба накануне вечером. Директор службы такси предположил, что это водитель-однодневка, который зарегистрировался, попробовал и в тот же день бросил это занятие. Ещё лучше, фыркнул суперинтендант, когда ему доложили об этом.       Уже ближе к закрытию полицейского участка вечером, сотрудник технического отдела сообщил, что нашел телефон по датчику, в пустынном месте вдоль дороги. Исин поехал туда лично, взяв одного из полицейских. Они действительно нашли разбитый аппарат, в котором Исин узнал телефон Чонина.       Инстинкты и страхи вспыхнули в нём одновременно, суперинтендант поднял на ноги весь следственный отдел, вытащил с выходного специалиста по дешифровке и отдал на исследование телефон, разослал ориентировки по поиску пропавшего и явно попавшего в беду полицейского Ким Чонина.       Внутри похолодело, стоило ему представить, что Чонина похитили или убили, а ничего другого в голову не приходило. Что он мог делать в этом районе, который даже не попадает под их контроль? Вряд ли ответственный и обязательный парень просто взял и выбросил свой телефон на обочине, предварительно раздавив. Следователи вскоре доложили, что обзвонили все морги и его там нет. В ближайшие больницы похожий человек не поступал. Но это всё равно не успокаивало.       Ночью Исин не мог спать, гипнотизируя телефон в ожидании новостей. Глаза уже болели от напряжения, руки тряслись, он чувствовал себя виноватым, но сделать ничего не мог. Оставалось только ждать. На сообщения Кенсу ответил коротко, что у них ЧП, прокурор допытываться не стал. Почему-то Исина его безразличие расстроило.       Под утро он забылся коротким беспокойным сном, который немного восстановил силы. Чонин пропал уже более суток назад, и его нигде не могли найти. Дешифровка телефона Кима тоже ничего не дала, все его контакты были записаны и никаких подозрительных сообщений не приходило. Суперинтендант рвал и метал, обвинял сотрудников в нерасторопности и требовал ежечасных отчётов. Никаких следов. Вообще. И никаких сообщений или звонков. Наверное, несколько седых волос добавится на его голову, решил Чжан, поглядывая на часы, неумолимо показывающие половину пятого вечера.       На столе завибрировал его собственный телефон. Звонок исходил со скрытого номера, Исин ответил не сразу, предварительно включив слежение и диктофон.       – Слушаю.       – Обыскался, поди, своего красавчика, суперинтендант?       – Хирург, – выдохнул Исин, безошибочно догадываясь, кто его собеседник.       – Забавное прозвище вы мне придумали.       – Где он?       – Пока жив, если тебе интересно. Но я планирую его убить сегодня до заката, так что можешь приехать и подставить своё горло вместо его.       – Зачем ты это делаешь?       – Вы объявили на меня охоту. А что делает зверь, загнанный в угол? Не то, чтобы я был загнан, но мне эти игры не нравятся. Я убью вас обоих.       – Я готов, но отпусти его.       – Он же меня потом не простит, ты чего?       – Если отпустишь, я прекращу дело в отношении тебя и открою для тебя аэропорты.       – А вот это уже деловое предложение. Но мне нужны доказательства.       – Я издам постановление о закрытии дела и пришлю тебе заверенную копию. А так же постановление о прекращении поиска в отношении тебя, уберу ориентировки с полицейских постов.       – Мне нравится ход твоих мыслей. Только вот присылать мне ничего не надо. Я скажу куда, ты привезёшь документы лично и без хвоста. Если будет хвост, труп парнишки ищи ночью в реке Хан.       – Не будет хвоста, – пообещал суперинтендант.       – Вот и хорошо. Следуй моим указаниям и все будут довольны. Правда, твой красавчик не очень целый, но жить будет. Если ты успеешь.       У Исина волосы встали дыбом, стоило ему представить, что маньяк мог сделать с Чонином. От комментариев он всё-таки удержался, выслушал и записал адрес, куда надо привезти документы, и развернул бурную деятельность.       Прежде всего о звонке и требованиях преступника он сообщил следователям и оперативникам. За час они подготовили необходимые документы, был отдан приказ убрать все ориентировки с транспортных узлов, но оставить у патруля. Вокруг той зоны, которую указал преступник, на приличном расстоянии разместили несколько патрулей, не слишком заметных.       Споры о своём личном участии он пресёк в самом начале, да и преступник знает его в лицо и другого не примет. Исина упаковали в тонкий бронежилет, выдали оружие, армейский нож и небольшую ручную гранату на всякий. В одежду вставили незаметные датчики слежения. Следить за его перемещением будет неприметный полицейский дрон, оперативники готовы вмешаться с вертолёта, если что-то пойдет не по плану. Всё рассчитали по минутам, и суперинтенданта отправили на задание.       Уже на пути к заброшенным складам в нежилом районе, он пожалел, что не сообщил Кенсу, а ведь риски для жизни были огромны. Но если честно, он даже не вспомнил про Кенсу из-за сильного волнения за Чонина. Они могут больше никогда не увидеться, однако прямо сейчас судьба подчинённого волновала суперинтенданта куда больше. Если он погибнет, Кенсу переживёт, от этой мысли стало горько. Но у Чонина больше нет никого, кто мог бы его спасти. Исин вдруг осознал, что готов пожертвовать собой, лишь бы парень выжил. Странное и необъяснимое чувство, от которого холодело внутри. Да, он готов обменять свою жизнь на жизнь Чонина, хотя это не поддавалось логике.       На территории было пусто, как и в руках полицейского, если не считать файла с бумагами. Преступник на глаза не показывался, и Исин стоял, не двигаясь, на условленном месте, понимая, что его проверяют на предмет хвоста. Через несколько минут, очевидно убедившись, что всё чисто, маньяк позвонил с того же скрытого номера.       – Пока подвоха не вижу, но тебе не доверяю. Видишь впереди белый ящик? Иди к нему и положи документы на него.       Исин указание выполнил. Ящик ничем не отличался от других таких же, лежавших в пыли повсюду, кроме того, что слишком ровно стоял на земле. Но стоило ему положить файл на ящик, что-то произошло и полицейский рухнул вниз. Придя в себя после удара головой, Исин сел и осмотрелся. Он находился в кузове пикапа, мчащегося по подземной шахте или старой высохшей канализации. За рулём сидел тот самый преступник.       Исин понимал, что прыгать бессмысленно, и что он крупно попал. Нажав сигнал на нужном приборе, вшитом в куртку, он терпеливо ждал окончания пути. Суперинтендант знал, что в месте встречи уже вовсю работает группа захвата и следователи пытаются вычислить его местонахождение, потому не отчаивался. Шахта скоро закончилась и сменилась бетонным коридором, а он упирался в тупик. В этом коридоре имелась только одна дверь. Преступник вышел из машины, держа в руках пистолет и велел ему тоже выходить.       – А ты хорошо подготовился, – решил отвлечь его Исин.       – Я не доверяю полицейским шавкам. Снимай куртку и бронежилет.       – Так мы не договаривались.       – Зато договаривались, что ты будешь один. А теперь там кишит целая толпа. Нечестно, господин суперинтендант.       Исин спорить не стал, снял куртку и отстегнул бронежилет, отбросив их в сторону.       – Пистолет из ботинка и нож доставай.       Проницательность преступника не могла не удивлять, и он усмехнулся, заметив удивление полицейского.       – Я служил в спецназе в армии, меня сложно обмануть.       – Что же привело тебя на кривую дорожку?       – Как сейчас говорят, связался не с той компанией. Пойдём.       Он нажал незаметную кнопку в стене и дверь открылась, оказалось, что за ней скрывался грузовой лифт.       – Полагаю, ты мне не скажешь, где мы?       – Это очень старое военное хранилище, давно законсервированное. О нём мало кто знает. И здесь не работает никакая связь, включая датчики. Так что гостей мы не ждём.       – Где Чонин? – с каждой минутой Исину всё меньше нравилось происходящее. Если кто сейчас и был загнан в угол, так это он сам.       – Скоро увидишь.       Преступник даже убрал пистолет, уверенный, что ему ничего не грозит. И был прав, драться с ним в лифте попросту бессмысленно. Лифт ехал медленно, а потому долго. Наконец, дверь открылась, и они оказались в пустом заброшенном зале с грязными окнами, сквозь которые пробивалось закатное солнце. Впереди на стуле сидел связанный по рукам и ногам Чонин. Его лицо было в крови, а подойдя ближе, Исин увидел, что не только лицо, но и всё тело тоже.       Суперинтендант зло посмотрел на преступника.       – Я же говорил, что он не совсем цел. Впрочем, ничего важного я ему не отрезал, – развёл руками тот.       – У нас вроде уговор, – заметил Исин, поворачиваясь к нему лицом. – Можешь проверить, пути свободны.       – Я знаю. Но странно, что ты мне поверил. Двух зайцев, знаешь ли. Я всё равно вас убью. Мы с парнишкой отлично провели время, о многом поболтали. Я выяснил, что он очень тебя любит, не то, что тот гулящий прокурор.       – Это тебя не касается.       – Меня нет, а его да. Я подумал, что это очень романтично. Вы с ним, как Ромео с Джульеттой. А они умерли в один день. Сейчас он увидит, как я убью тебя, а потом сам захочет умереть. Всё же я заберу у него уже третьего любовника подряд.       – Третьего? – переспросил Исин, заметив, что Чонин приходит в себя и уже открыл глаза.       – Вчера я наслаждался криками его дружка из клуба. Ох, как же сладко он вопил! Впервые трахал парня, и мне понравилось. Люблю, когда люди кричат.       – Да ты псих.       – А ты сомневался? – поднял брови маньяк. – Ладно, хватит болтать.       Он поднялся на ноги и направился к Исину. Мужчина отступать не стал, да и смысл? Куда он отсюда убежит, если нет ни дверей, ни лестниц?       – Не тронь его, – прохрипел со стула Чонин.       – Ты вовремя проснулся, котик, – бросил ему маньяк, не отрывая безжалостного взгляда от Исина и, хитро ухмыльнувшись, словно его посетила гениальная идея, добавил. – Я доставлю тебе последнее удовольствие посмотреть, как трахают твоего возлюбленного.       – Мразь! – зарычал Чонин, а Исин содрогнулся, услышав свою судьбу. Ему не побороть этого громилу.       – Син, беги!       – Куда? Здесь как в ящике, – откликнулся тот.       – Всё равно беги! А ты, скотина, развяжи меня! Ты прикоснешься к нему только через мой труп.       – Ошибаешься. Сначала я его трахну, а потом прирежу у тебя на глазах, а уже после сделаю из тебя труп. Ох, это будет вкусно, слышать крики вас обоих.       И тогда Исин побежал. До него дошла задумка Чонина – вымотать маньяка преследованием, пусть даже в этом ограниченном пространстве. Вспомнив, что у него припрятан ещё один небольшой нож, Исин стал бегать по всему помещению, в том числе вокруг стула, и в какой-то момент незаметно сунул Чонину этот нож, отвлекая преступника взглядом. Он мог бегать ещё пару часов, дыхалки хватит, а вот «хирург» начал уставать, ему это надоело, поэтому он совершил обманный манёвр и с размаху поймал Исина за горло, подняв над полом.       – Отпусти его, тварь! – закричал Чонин, дёргаясь на стуле, а преступник засмеялся и резко швырнул Чжана на пол. От оглушительного удара плашмя на минуту остановилось дыхание, он оглох и ослеп, а потом захрипел. Этого времени хватило маньяку, чтобы связать его руки над головой и сорвать ремень с брюк.       – А ты поизящнее, чем тот парень из клуба, он был слишком жилистый.       Зрение и слух уже вернулись к суперинтенданту, он бросил один взгляд на Чонина, а затем сосредоточился на преступнике.       – Я ещё и пластичный, – привлёк он его внимание, решив выиграть время.       – Вот и проверим. Но сперва…       Преступник разорвал на его груди футболку, порезал кинжалом упругую кожу, от чего Исин не смог сдержать крика, и лизнул его кровь языком.       – Ммм, неплохо.       Где-то зарычал Чонин. Боль от удара и пореза затмевала сознание, но Исин заставил себя сконцентрироваться и решил отвлекать маньяка, сколько сможет.       – Сказал А, говори Б, но если изрежешь меня, я потеряю сознание и не смогу кричать, так что удовольствия ты не получишь.       – Хорошо, конфетка, я повременю.       Маньяк провел огромными руками по его телу, развел ноги и принялся расстёгивать ширинку. Исин не сопротивлялся, впившись в него взглядом и не прерывая зрительного контакта. Это сработало, маньяк сосредоточился на нём. Разрезавший верёвки Чонин с разбегу рухнул на преступника и свалил его на бок. Исин тут же вскочил на ноги и бросился искать нож рядом со стулом.       – Думаешь, тебе это поможет? – усмехнулся «хирург» в лицо парню и тут же сделал выпад в его сторону. Чонин пропустил удар под дых, упал на спину, а маньяк подошёл, схватил его за горло и приподнял, душа. Исин освободил себе руки, подскочил сбоку и вонзил короткий ножичек в бок преступнику. Тот зарычал, выдернул орудие и вмазал полицейскому по лицу, сломав нос. Этот нож для него, что зубочистка, но было неприятно. Исин сплюнул кровь и продышался.       Маньяк и Чонин дрались как черти, а он выгадывал подходящий момент, чтобы помочь своему младшему, но всё происходило так стремительно, что Исин не представлял, как сможет вписаться в эту драку. Подумав, он огляделся, подхватил поломанный стул и, поймав момент, врезал им по спине «хирурга». Мужчина развернулся, схватил его за руку и резко вывихнул. Исин закричал, а маньяк ударил его ногой в живот, отчего суперинтендант отлетел к стене и ударился головой, на минуту потеряв сознание. Пока маньяк отвлекся на Исина, Чонину удалось незаметно выдернуть у него кинжал и резануть сзади по ноге, мужчина взвыл и развернулся к нему.       Чонин перебрасывал оружие из руки в руку, привлекая его внимание и распаляя злость. Нужно, чтобы «хирург» потерял самообладание, тогда его можно будет победить. Лишь секунду он думал об Исине, надеясь, что старший выжил, и снова переключился на убийцу.       – Что, не так просто оказалось? – съязвил Чонин, храбрясь. Сутки в плену дались ему нелегко: сперва «хирург» сильно его избил, добиваясь информации, а потом стал наносить множественные порезы, как он это называл «пускать кровь», отчего Чонин постепенно слабел, голова кружилась, а в глазах периодически темнело. Но ему давали пить сладковатый питательный коктейль и потом снова мучили. Пока был в сознании, Чонин постоянно разговаривал, выпытывая у маньяка подробности его преступлений и выяснил довольно много. Он знал, рано или поздно либо их найдут, либо маньяк сам пойдет на контакт. И раз он его ещё не убил, значит выжидает время.       А потом появился Исин. У Чонина открылось второе дыхание для борьбы, но силы быстро таяли, он боялся не успеть защитить любимого человека, а надеяться на подмогу не приходилось. Если бы это было возможно, опергруппа уже ворвалась бы сюда.       – Я не отдам тебе его, понимаешь? – спросил Чонин. – Он мой.       – Ну да, ну да, а прокурор так не считает.       – Прокурор идёт лесом.       Они ходили по кругу, как волки перед дракой, присматриваясь к слабым местам и вычисляя движения. Оба не сводили друг с друга внимательного взгляда. Исин у стены зашевелился, и Чонин выдохнул – живой!       Он сделал выпад, затем другой, смог зацепить плечо маньяка, но получил удар в грудь. Они снова сцепились, и сверху оказывался то один, то другой. У Чонина не было выбора, он рвал жилы, чтобы удержать в захвате горло преступника, но тот словно был сделан из арматуры. Наконец, Чонину удалось повалить его на спину и приставить его же кинжал к горлу. Маньяк схватил его за запястья и пытался отжать руки.       – Я убью тебя быстро и нежно, – пообещал Чонин сквозь зубы.       – Мальчишка! Ты ещё не родился, когда я начал убивать, – ухмыльнулся «хирург».       – Неужто? И когда же ты начал?       – В 17.       – Старо предание, но верится с трудом, – заявил Чонин, давя изо всех сил на рукоять.       – Я попал в компанию насильников и грабителей и в качестве посвящения должен был выследить жертву, изнасиловать и убить, – маньяк рассказывал так буднично, словно они сейчас не боролись насмерть. Ему легко удавалось удерживать руки Чонина, но парень тоже не сдавался и решил вытянуть из него побольше информации.       – Ну да, кто ж тебе такому стрёмному даст? Только насиловать. И кто же стал твоей первой жертвой?       – Ахах, глупец. Это была женщина. Они жили на окраине Сеула, какие-то китайские эмигранты. Слабак мужичок, красотка жена и мальчонка с ними. Я выслеживал их пару дней, и когда она осталась дома одна, пришел. Ох и сладко она вопила! А потом муженёк заявился, ну я и прирезал его по ходу дела. После этого она стала вопить громче и так сильно сжималась! Ух! А потом я перерезал ей горло. Жаль, пацана в тот день не было, я бы и его прирезал. Но и два убийства с изнасилованием сделали меня героем банды.       Исин взвыл где-то у стены, собираясь с силами, чтобы встать, но ноги пока не слушались, а опереться о вывихнутое плечо не удавалось.       – Китайские эмигранты? – переспросил Чонин, снова достигнув успехов: лезвие кинжала оцарапало кожу маньяка.       – Не убивай его! – закричал Исин. – Он мне нужен живым!       – Ага, какая-то семейка бедняков, – ответил маньяк, игнорируя слова Чжана. – Но хватит откровений. Ты портишь мне планы.       «Хирург» обвил ногами ноги Чонина и резко перевернул его на спину, придавив немалым весом, что-то хрустнуло, Чонин вскрикнул.       – Нет! – закричал Исин, наблюдая происходящее, не в силах что-либо предпринять.       Чонин ещё был жив, но Исин совсем не понимал, что происходит. Маньяк так сильно сжал рёбра Чонина локтями, что сломал их. От удушающей боли парень взвыл, оба сжали зубы, борясь, преступник пытался задушить его, и было неясно, что делает Чонин, а потом он отключился. Маньяк вдруг повис на нём неподвижно, опустив голову.       В ужасе от происходящего, наскребя сил от злости и страха, Исин подполз к слившимся в одно двум телам и толкнул здоровой рукой маньяка. Тот качнулся, но не издал никакого звука. Тогда Исин упёрся в него спиной, а ногами в пол и спихнул его с Кима. Маньяк безжизненно перекатился на спину. В области солнечного сплетения у него торчал финский кинжал.       Дрожа всем телом, Исин повернулся к Чонину, проверил пульс и облегчённо выдохнул: парень дышал, а сердце его билось.       – Чонин, слышишь?! Чонин! – позвал испуганный как никогда суперинтендант. Парень заворочался и приоткрыл глаза.       – Сонбэ.       – Тише, не говори, я сейчас. Молчи, не трать силы.       – Прости… что убил. Выбора… не было, – прохрипел Чонин.       – Не мели чушь, – засуетился Исин, ощупывая его на предмет повреждений. При прикосновении к рёбрам Чонин вскрикнул, одна нога была вывихнута или сломана, раны снова кровоточили. – Ты только сознание не теряй, ладно? Смотри на меня, я сейчас.       – Сонбэ, – Чонин приподнял руку и постучал по пуговице своей одежды. – Всё здесь. Я всё записал. Этого хватит.       – Ты молодец! – похвалил его Исин, рассмотрев в пуговице крохотную видеокамеру. – Ты главное держись.       – У него есть спутниковый телефон, – Чонин бросил взгляд на мёртвого теперь преступника.       Исин вскочил на ноги, ощупал карманы и действительно выудил военный телефон со специальной антенной.       – Отлично! Скоро нас заберут отсюда. Чонин?       Парень не ответил, Исин бросился к нему, упал рядом на колени и похлопал по щекам.       – Чонин, не смей, слышишь! Держись! Мы победили, ты не можешь умереть! Ты мне нужен!       Но Ким не реагировал ни на голос, ни на шлепки по лицу, Исин проверил пульс, сердце ещё билось, но нестабильно. Видимо, он потерял сознание от болевого шока.       – Не оставляй меня, Нини, – прошептал Исин, снова схватил телефон и побежал к ближайшему окну. Разбив стекло, он высунулся наружу и набрал службу спасения, быстро и коротко объяснив, куда ехать и как пробраться внутрь. Затем дозвонился следователям, набрав по памяти чей-то номер и вызвал группу, а потом вернулся к Чонину и сидел рядом с ним до приезда полиции и скорой.       Исин понял, что сейчас испытывает примерно то же самое, что испытывал Чонин год назад, когда убили Чунмёна. Парень был на грани жизни и смерти, он явно потерял много крови и неизвестно ещё, сколько у него внутренних повреждений и травм. Учитывая наличие преступника, Исину подозрения не грозят, но это его волновало меньше всего. Он судорожно проверял пульс младшего, с ужасом замечая, какой он неравномерный, и изнывал от бессилия – он ничего не может сделать, чтобы помочь. Это состояние было даже отвратительнее, чем после гибели родителей, которые к его приходу уже были мертвы. Чонин ещё дышит, но без сознания, и если спасатели и скорая не успеют… Его накрыла паника и ужас. Исин не знал, сможет ли пережить его смерть на своих руках.