То, за что стоит бороться

– Наверно, тебе стоит это увидеть, – нервно проронил Нед, закатывая рукав по локоть. – Я сначала не придал этому особого значения, но теперь… Нед поднял оголенную руку, и в животе у ЭмДжей что-то сжалось. На его руке тоже виднелась надпись, и она тут же кинулась рассмотреть ее: «Не забудь Крестокрыл». Чернила были теми же самыми, что и на ее руке. – Клянусь, я рассказал бы об этом раньше, — предусмотрительно защитился он. – Я просто подумал, что это напоминание самому себе. Типа знаешь, чтобы купить его в честь своего выпуска. – Но ЭмДжей его уже практически не слушала. Пока он говорил, она начала расхаживать за прилавком. Это все меняло. Не она одна – они оба потенциально пострадали от этого явления. Конечно, можно было сослаться на то, что это было одно большое совпадение: ничто в записке Неда не было размыто, и, зная его, он, скорее всего, действительно напишет что-нибудь на руке в качестве обычного напоминания. Но формулировка его сообщения сбила ее с толку. «Не забудь Крестокрыл» – «не забудь», как написано на ее руке. Ни один из них не помнил, как писал сообщения, и оба их прошлых «я» боялись что-то забыть. Получается, в какой-то момент в прошлом они знали, что с ними это произойдет. У них было достаточно причин на то, чтобы оставить записку, однако не хватило времени написать более развернутое предупреждение. ЭмДжей схватила чашку Неда и сделала глоток его тошнотворно-сладкого кофе. Сахар пригодится ей, чтобы мозг был в состоянии работать на полную катушку. – Зачем ждать окончания школы, чтобы его купить? – спросила она. Должно быть, ее голос звучал слишком напряженно, потому что Гарольд из кухни смерил ее вопросительным взглядом. Она взяла тряпку для полировки, и начала растирать прилавок кругами до тех пор, пока он не отвернулся. — Я давно так спланировал, — начал Нед, нахмурив брови. – в начальной школе я попросил у Лолы звездный истребитель "Крестокрыл" из Lego на день рождения, но вместо этого она подарила мне "Тысячелетнего сокола" и это меня очень разочаровало… – Теперь он бормотал, словно запутавшись в собственной памяти. –...Но он был дорогим, поэтому я решил ничего ей не говорить. Со временем я захотел этот набор еще сильнее, но, в любом случае, я думаю, это не важно. Я всегда хотел купить Крестокрыл по окончанию школы и построить его. – он сделал паузу, сжимая губы в поисках очередной мысли. Казалось, что она ускользает от него. – Но я не знаю, почему я так серьёзно к этому отношусь. У меня всегда было это желание, но я не могу понять, откуда взялась сама идея. Все как в тумане. ЭмДжей понимала, о чем он. – Это все равно, что пытаться разглядеть что-то сквозь телевизионные помехи. Тебе кажется, что там что-то есть, но ты не можешь это рассмотреть. — обронила ЭмДжей, пытаясь объяснить, что она чувствовала. Нед нерешительно кивнул. Из-за стола у окна покупатель щелчком подозвал ее к себе – ЭмДжей ненавидела такой способ обхождения с персоналом больше всего. Поэтому она намеренно проигнорировала его еще несколько секунд. – Одну минуту. – буркнула она. Несмотря на все, она по-прежнему была на смене. На ланч пришла группа офисных служащих, и они помахивали ей, показывая, чтобы она принесла им еще кофе. Пока ЭмДжей обслуживала их, ее мозг продолжал усиленно работать. Это было не совпадение. Что-то или кто-то покопался в их головах. Дело было не просто в том, что они забыли нечто важное – тут было что-то более глубокое. Это также объясняло размытость на ее руке. Слова, которые она написала после слова «найти», были смазаны в идеальное однородное пятно. Если бы она сама случайно размазала его, как первоначально предположил Нед, то она, вероятно, все еще была бы в состоянии прочитать хотя бы несколько букв и собрать воедино смысл фразы. Но нет, это было принудительное стирание: то, что она забыла, было вычеркнуто из ее памяти. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что чуть не переполнила до краев чашку кофе клиентки, и быстро извинилась. Черт побери. Ей снова придется ввязаться в эту супрегеройскую чепуху, что ли? После поездки в Вашингтон, Скачок, и событий в Лондоне она была сыта по горло. Когда она вернулась, Нед уже вовсю погрузился в свой экзистенциальный кризис. Его глаза были плотно зажмурены, и он массировал виски, как это делали фальшивые экстрасенсы по телевизору. Она воспользовалась моментов и допила остатки его остывшего кофе. – Выглядишь как полный идиот. – заметила она. Нед резко вскинул руку, призывая ее умолкнуть. Еще несколько мгновений тщетных попыток, и он широко раскрыл глаза, полные удивления: – Становится странно. Типа, реально странно. Я серьезно не помню. –Теперь ты мне веришь? – их взгляды пересеклись, и Нед многозначительно кивнул. – Полностью. – ответил он, пытаясь сохранить невозмутимое выражение. Впрочем, ему это не удалось, и лицо все-таки расплылось в улыбке – Думаешь, это пришельцы, высасывающие души, питаются нашими воспоминаниями? Было бы круто. – он даже подпрыгнул на своем стуле. ЭмДжей вздохнула с нежной досадой. Нед всегда жаждал как-нибудь пересечься со смертоносными пришельцами. Что ж, если он так этого хотел – то явно жил в нужном месте. Нью-Йорк на своем веку повидал уже больше, чем положено. Ну, хоть настроение приподнялось. – А, да блин! Я упустил Крестокрыл! – он снова открыл ноутбук и хмуро сверлил взглядом список, который просматривал ранее. На экране был какой-то космический корабль, собранный из Lego, с кабиной в форме бутылки и четырьмя крыльями в виде буквы «Х». – Я надеялся, что смогу урвать его по дешевке на Ebay. – Сто семьдесят баксов – «по дешевке»? – покосилась на экран ЭмДжей. Нед страдальчески вздохнул: – Мишель, Мишель, Мишель. Я знал, что тебе никогда не понять всю тяжесть коллекционерского бремени. – в ответ она лишь шлепнула его по руке, но оба они улыбались. – Итак, каков план, босс? – Вот что я думаю. – ЭмДжей перевернула скетчбук, чтобы они оба могли видеть, что она написала: «ПОЧЕМУ Я ЗАБЫЛА?» - Подавленная память (психологическая травма?) - Черепно-мозговая травма (несчастный случай?) - Нейродегеративное заболевание (маловероятно) -Что-то случилось во время боя Человека-Паука. Она ухмыльнулась: – Выслеживаем Паучка и получаем от него ответы.

***

Как вскоре выяснились, Человека-Паука найти не так-то и просто. Само собой, она видела его постоянно, но в основном в качестве красно-синего пятна, проносящегося между зданиями так быстро, что за ним практически невозможно было уследить. Она даже включила уведомления для твиттер-аккаунта «Где Паук», где были опубликованы и каталогизированны гражданские наблюдения за Человеком-Пауком. Это не сильно помогло, так как скорость, с которой он перемещался по городу, была просто головокружительной. Через минуту из локации Бруклина запостится фотография Человека-Паука, поедающего хот-дог, а еще через пять минут кто-нибудь сообщит об ограблении, которое он остановил на Манхэттене. Она могла понять его стремление к тому, чтобы его было трудно отследить. В конце концов, если бы кто-нибудь потратил время на триангуляцию районов, где он чаще всего появлялся в начале и в конце патрулей, он, вероятно, смог бы узнать, где Человек-Паук жил как обычный человек. Гипотетически, конечно же. И гипотетически, если бы кто-нибудь все-таки попробовал это, то он мог бы догадаться, что Человек-Паук живет в центральной части Куинса. Удивительно, но это было довольно близко от того места, где жили ЭмДжей и Нед. Кто-то, вероятно, обвинил бы их в том, что они вторгаются в личную жизнь. Но, возможно, Человеку-Пауку следовало подумать об этом до того, как рыться в их воспоминаниях. Когда ЭмДжей вручила испещренную отметками карту Неду, он, как и предполагалось, пришел в восторг: – Боже мой, он живет так близко рядом с нами?! – Нед подскочил с пола спальни ЭмДжей как солдат, готовый к выполнению приказов. – А что, если Человек-паук ходит в ту же пиццерию, что и мы? А мы об этом даже не подозреваем! Если бы Флэш узнал об этом, он бы…! – Обмочил штаны? Скорее всего. Тебе же этого хватит, да? Примерного диапазона? – спросила она. ЭмДжей провела последние три часа над картой, пока Нед играл в Genshin Impact на своем телефоне, и не желала больше проводить в интернете ни минуты за изучением похождений Человека-Паука. Он передал ей миску с поп-корном, который они делили на двоих, и уткнулся в карту, рассматривая область, которую она вычертила красным маркером. – Да, это то что надо. Поверить не могу, что ты додумалась до этого. Из тебя вышла бы отличная злодейка! – хрустнув горстью поп-корна, она смерила его настолько ледяным взглядом, что он моментально осекся. – Извини, ЭмДжей, я имел ввиду не это. – Забуду об этом, как только ты выполнишь свою часть работы, – пожала она плечами. – Еще раз, что тебе там для этого нужно? Нед ухмыльнулся. Он был единственным из известных ей людей, который увлекался разжевыванием утомительных технологических концепций. Они назвали это его «диалогом NPC». – Ладно, так. Это общеизвестный факт, что Человек-Паук прослушивает полицейскую частоту, чтобы обнаруживать преступления, как только они начинают совершаться. – объяснил он. – Так что как только я придумаю способ передать ему сообщение… – Ты будешь знать, что он его услышит. – кивнула ЭмДжей, начиная понимать. – Ага. Мы сможем передать какое-нибудь сообщение Человеку-Пауку. Карта ЭмДжей представляла собой необходимый диапазон радиовещания. У них было больше шансов поймать Человека-Паука в тот момент, когда он не занят геройскими делами, передавая сообщение в районе его дома. – Обычные радиопередатчики работают на частотах ниже сотни мегагерц: музыкальные радиостанции, и все такое. Полицейские частоты работают в диапазоне от ста пятидесяти до ста семидесяти пяти мегагерц. Так что, если у нас получится построить радиопередатчик и немного его усовершенствовать, то мы сможем вести вещание. – Нед закончил свое объяснение размашистым поклоном. – Звучит сомнительно с юридической точки зрения. – обмолвилась ЭмДжей, хотя улыбка уже расцветала на ее лице. – Кто нас арестует? Линчеватель вне закона, Человек-Паук? – отмахнулся Нед. – Справедливо. – она бросила ему кусок попкорна, и Нед с воплем поймал его ртом. ЭмДжей не хотела заниматься подобными вещами ни с кем, кроме него. Он так бойко подбрасывал идеи, был знатоком всяческих машин и аппаратуры, и его энтузиазм поддерживал их обоих. Несмотря на то, что они никогда не работали вместе вне школы, что-то в этом имело смысл. Их синергия была невероятной, как будто они работали сообща уже многие годы. Нед ударил кулаком по воздуху, весь взволнованный: –Мы встретимся с Человеком-пауком! – восторженно воскликнул он. – Да, чтобы выбить из него парочку ответов. Вряд ли вы станете приятелями. – пошутила ЭмДжей, но ее слова ударили по больному. Нед моментально сдулся и прежняя энергия покинула его. В ней вспыхнула паника: она всегда беспокоилась о том, чтобы не зайти слишком далеко и случайно не причинить боль единственному человеку, которого она по-настоящему считала своим другом. – Прости, я не… – Нет, ты права, – покачал он головой, пытаясь выдавить из себя улыбку. Он понимал, что она просто шутит. – В последнее время меня часто посещает эта мысль. Это глупо, но я чувствую, что Человек-Паук действительно мог бы быть хорошим другом.

***

После визита в скобяную лавку и возвращения оттуда с сумкой, полной витых проводов и батареек, Нед сказал ей, что сборка радиоприемника может занять неделю или две. Пока он не управится с ним, у ЭмДжей будет время взять дополнительные смены на работе. Цены на обучение в колледже были неприлично завышены, а минимальная заработная плата вообще не успевала за их постоянным ростом, так что любые дополнительные деньги были полезны. Поэтому, пока Нед с головой ушел в создание их передатчика, ЭмДжей проводила большую часть времени в закусочной, наблюдая за людьми. Большинство ее завсегдатаев были в некотором роде предсказуемы. Были люди, которые внесли посещение закусочной в свой распорядок дня: бородатый парень с тростью приходил после работы по вторникам и четвергам, мать с круглым добрым лицом разрешала своим детям выбирать пончики каждое субботнее утро. Были и другие, которые не приходили в какое-то определенное время, но появлялись несколько раз в неделю, когда возникало настроение выпить здешний посредственный кофе. А Питер Паркер был, безусловно, ее самым непостоянно-постоянным клиентом. Иногда он вставал чуть свет и врывался в закусочную, преисполненный энтузиазма, с блестящими глазами и взъерошенной шевелюрой. В других случаях он приходил под конец ее смены, с таким видом, будто бы его переехал поезд. Бывали дни, когда он оставался в закусочной на несколько часов после обеда, неторопливо попивая кофе, а потом резко убегал, чтобы делать бог знает что. Она не знала, когда он войдет, поэтому подсознательно всегда ждала, когда это случится снова. Хотя он никогда не приходил в одно и то же время, но делал это одним и тем же образом. Он входил в дверь слегка на нервах, и как только она его приветствовала, то начинал улыбаться. Это была одна из его привычек, среди прочих. Она ничего не могла с собой поделать. Когда она находила кого-то интересным, то начинала наблюдать за этим человеком, примечая его особенности и закладывая их в свою память. Никакого зловещего умысла в этом не было – простое любопытство. Чем больше она понимала других, тем лучше она понимала человечество — и, возможно, однажды все эти наблюдения придадут ей смелости сблизиться с людьми, на которых она любила смотреть. Она сделал четыре интересных наблюдения о нем с тех пор, как он начал приходить в ее закусочную. Первое: У Питера Паркера был превосходный слух. – Я ухожу домой, когда заканчивается моя смена. В мои должностные обязанности не входит мытье посуды, поэтому, если вы не платите мне сверхурочные в двойном размере, мне не нужно вам помогать. – ЭмДжей жестко уперла руки в бедра. Гарольд все пытался принудить ее оставаться на час после смены каждую ночь, чтобы помочь ему с мытьем посуды, но она твердо стояла на своем. – О, вот как? У меня есть много сотрудников, которые не отказались бы мне помочь. — прошипел ей в ответ Гарольд. Они разговаривали тихим шепотом, чтобы не беспокоить немногочисленных посетителей, которые еще околачивались в закусочной перед закрытием. Посудомоечная машина работала, и ее тихое ворчание позволяло им вести спор втайне от клиентов. – Если бы у вас было больше сотрудников, я бы не отработала за эту неделю тридцать пять часов. Будем честны, это место буквально держится на мне. Вы не можете позволить себе избавиться от меня. – она одарила его своей самой блестящей снисходительной улыбкой и вышла из кухни в зал закусочной. Легкий способ закрыть вопрос: он не сможет продолжать спорить с ней там, где клиенты могут услышать. Влюбленная пара тихо беседовала в углу магазина, попивая напитки друг у друга. Пожилой мужчина в спортивном костюме скорбно ел пончик у окна – видимо, довольно быстро отказавшись от диеты. В баре сидел Питер Паркер, наблюдая за ней со странным выражением лица. Его имя запомнить было легко. Поди забудь такой неуклюжий способ представиться. Кроме того, что имя «Питер Паркер» легко соскакивало с языка, и у него еще было одно из тех лиц, которое сравнительно просто запомнить. А еще ей помогало то, как он загорался изнутри всякий раз, когда она называла его по имени. – Привет, Питер Паркер. – поприветствовала она его. В яблочко. На его лице блеснула дурацкая улыбка. – Эй, ты помнишь мое имя! – сказал он. – Конечно, как и вчера. – ответила она. Он выглядел таким благодарным, словно она вручила ему премию Оскар, вместо того, чтобы вспомнить его имя. Питер Паркер был забавным парнем, один из тех людей, которые благодарны вам за каждую мелочь. Она замечала, что очень часто подобные люди теряют больше остальных. У ЭмДжей возникало ощущение, что ему через многое довелось пройти, хотя он и не горел желанием ей об этом рассказывать. Оно и понятно – с чего бы ему изливать душу, если они были абсолютно не знакомы. – А ты была крута там.– он указал на кухню, где Гарольд в одиночку мыл посуду, натирая ее с такой яростью, как будто ему нанесли личное оскорбление. – Показала ему, кто тут босс. ЭмДжей озадаченно моргнула, отложив в сторону уже было заготовленную нелепую шутку. Он все это слышал? Можно было предположить, что это из-за того, что он сидел ближе всех к кухне, но они разговаривали так тихо, а посудомоечная машина работала все время, пока они спорили. Питер посмотрел на кухню и снова на нее, словно пытаясь понять, что сбило ее с толку. А затем в нем будто что-то щелкнуло: – Знаю, шутка отвратительная,— нервно рассмеялся он и потянулся, чтобы схватить куртку со спинки стула. – Наверное, мне пора идти, ты закрываешься. В следующий раз не спорь со своим боссом там, где клиенты могут услышать! Хотя, ты сама, наверно, разберешься, что и как тебе делать! Как ты все это услышал? Вопрос вертелся у нее на языке, да так там и остался. Он так быстро натягивал куртку, что она успела только попрощаться: – Увидимся, Питер. – когда она снова произнесла его имя, счастье вспыхнуло на его лице, и он бросился к двери, по пути помахивая ей рукой. Это было так легко. Она решила произносить его имя почаще. Интересный парень. У него был острый слух. Может быть, он просто научился полагаться на свои чувства больше, чем другие люди? ЭмДжей решила отложить эти размышления на потом. Она сняла фартук и сложила его за прилавком, готовясь закрыть магазин на ночь. В следующий раз она увидела его через четыре дня. Вечерело, в закусочной было тихо и пусто после обеденной суматохи, и время тянулось медленнее, так что ЭмДжей решила занять себя, начищая кружки и столовое серебро за прилавком. Она пригласила Неда повозиться здесь с радио, пока она закончит, и теперь он сидел в баре, копаясь в клубке медных проводов и батареек. Дверь открылась, информируя о покупателе. – Эм, добрый день! Или, может, вечер? Четыре часа – это день или вечер? – он казался немного испуганным, но она знала этот голос и почувствовала, что улыбается. Она всегда могла положиться на то, что ее непостоянно-постоянный клиент сделает ее смену немного интереснее. – Думаю, что день. Что пожелаете сегодня? Как обычно для Питера Паркера? – усмехнувшись, она оглянулась, продолжая протирать кружку, и чуть не выпустила ее из рук, когда увидела его. – Твое лицо, – испуганно произнесла она. – Все в порядке? Щеку Питера бороздила глубокая царапина, ярко-красная на контрасте с бледной кожей. Он поднес руку к лицу и, казалось, вспомнил о ране, только когда пальцы коснулись ее. ЭмДжей это заинтересовало больше всего. Будь у нее такая царапина на лице, она бы помнила о ней неделями. Когда она получила всего одну небольшую рану на лбу в битве Человека-паука, то всячески пыталась скрыть ее за пластырем и локонами волос. Небрежность, с которой он отреагировал, заставила ее подумать о том, что подобное с ним случалось частенько. Милый, нервный Питер Паркер регулярно ввязывался в драки? Она-то надеялась, что он умеет держать себя в руках. И это было ее наблюдение номер два: Питер Паркер много дрался. – О, да это ерунда! Извини, не хотел напугать. Я порезался э-э, во время бритья. – но это был явно не тот порез, что получаешь во время бритья. И по тому, как Питер морщился, когда лгал, они оба знали это. Кроме того, на подбородке у него было ни намека даже на легкий пушок. – Понятно. Кстати, сколько тебе лет? – хотя он еще ничего не заказал, она уже начала наливать ему кофе и потянулась за пакетом, чтобы положить в него кусок бостонского кремового пирога. – Да ровно столько же, сколько и тебе! – выпалил он, кладя на стол несколько мятых долларов. ЭмДжей обернулась, приподняв бровь. Она никогда не упоминала свой возраст. – Эм, по крайней мере, я так полагаю. Я слышал, как вы, ребята, говорили о Массачусетском технологическом институте, когда я пришел сюда в первый раз. – объяснил он, теребя шнурок своей толстовки. Да, ЭмДжей помнила это – он слышал, как они разговаривали о колледже, хотя делали это не слишком громко. Слух у него и правда был поразительно острым. — Значит, ты только что закончил школу. Хм. Я думала, что ты можешь быть немного старше, даже с таким детским лицом. – оптимизм Питера не был похож на детскую наивность, и из-за этого он казался ей старше. Она полагала, что оптимизм Питера был иной природы, очевидно, завоеванный тяжелым трудом: он предпочитал быть позитивным, а не подавленным из-за этого мира, но это давалось ему явно нелегко. ЭмДжей восхищалась такими людьми, выбравшими доброту вместо цинизма. Сама она не могла собрать в себе достаточно энергии для подобного. Она вбила заказ Питера и сгребла его деньги в кассу. — Д…Детск… Я не… — Питер умолк, осознавая, что это битва, в которой ему не победить. Когда она дала ему кофе, он покраснел как свекла, глядя на прилавок. Милый. Она пыталась унять эту мысль, но та уже вовсю разошлась в ее голове. Это была объективная правда, уверяла она себя, и такая вещь, которую заметил бы любой. Питер Паркер был симпатичным, как ни крути. У него были большие милые карие глаза, и при этом удивительно мужественное тело, с широкими плечами и мускулатурой, которые он скрывал под куртками и толстовками. Для нее не было ничего странного в том, что она это заметила. Она заметила в нем еще кучу всего. – Ого, ты собираешь радиопередатчик? FM или AM? Используешь транзистор? – Питер наконец заметил работу Неда и приподнялся на стуле, чтобы получше ее разглядеть. Это привело ее к наблюдению номер три: несмотря на то, что Питер Паркер был любителем уличных драк, он был жутким ботаником. Теперь он полностью переключился на Неда. До сегодняшнего дня они вообще не разговаривали, а тут начали забрасывать друг друга непонятными вопросами, как будто спелись давным-давно. ЭмДжей удалилась, чтобы убрать несколько грязных тарелок со столов и дать им немного пространства, но когда она вернулась, между ними все еще продолжался жаркий спор: – Разве ты не должен перемонтировать эту часть? – спросил Питер, тыкая в хлипкий на вид участок радиостанции. – Нет, возможно, ты и прав, но я боюсь, что смещу здесь конденсатор. – объяснил Нед и с усмешкой оглянулся на Питера, явно желая разглядеть в нем родственную душу. – А ты реально шаришь, чувак. Мне бы не помешала твоя помощь. По какой-то причине Питер выглядел так, будто вот-вот расплачется. — Не, не думаю, что смогу быть тебе полезен. – он обхватил руками свой кофе и посмотрел в окно, словно выключился. Что-то беспокоило его. ЭмДжей подумала, что должна предупредить Неда, но не смогла вовремя привлечь его внимание. – Серьезно, тебе надо к нам в Массачусетский технологический институт. Ты в какой колледж собираешься? ЭмДжей подавила желание застонать. Нед был таким открытым, но временами совершенно не обращал внимания на чувства окружающих. – Я не…Кхм. Не собираюсь. – Ой, чувак. Это ошибка. Ты бы отлично вписался. – Нед потянулся, чтобы похлопать Питера по руке, но остановился. Вероятно, это было бы слишком для кого-то, кого он только что встретил. Питер заставил себя улыбнуться. – Все в порядке! Я уже при деле. У меня есть работа. — уверенно заявил он. ЭмДжей фыркнула. Она не могла представить себе кого-то вроде него на корпоративном посту. – Работа? Что это за работа такая? Ты заявляешься сюда в самые необычные часы. – отметила она. Утро, день, вечер – он приходил словно по жребию. Если у него и была работа, то она заставляла его трудиться в самых причудливых комбинациях смен, которые она могла себе представить. – Это просто фриланс, ладно? – защищался Питер. – Я не знаю, когда получу постоянную работу, но она будет! Было подозрительно, что он не раскрывал никаких подробностей о своей работе, но Питер выглядел таким непоколебимым, что она промолчала. Сегодня Нед уже вытянул из него достаточно конфиденциальной информации, и она не хотела ставить его в неудобное положение. – Хорошо. Ну, если тебе нужна другая работа, Гарольд отчаянно нуждается в новых сотрудниках. Здесь никто не хочет ишачить, даже в пост-скачковой экономике. – вообще, она шутила, но на мгновение глаза Питера блеснули надеждой. Однако блеск так же быстро пропал. – Не могу. Моя другая работа заставляет меня быть очень занятым. На самом деле, может быть, мне стоит вернуться к ней прямо сейчас. ЭмДжей нахмурилась. Он всегда уходил внезапно. Даже не допил свой кофе. – Удачи с твоим радиопередатчиком. Для чего ты его используешь? — спросил Питер у Неда. – О, э-э, это для стажировки! – соврал тот, махнув рукой. Питер на мгновение запнулся, и ЭмДжей подумала, не собирается ли он купить его. Однако тот, видимо, взял себя в руки и при этом остался очень довольным. Должно быть, он наслаждался какой-то личной шуткой, о которой ЭмДжей и Нед не знали. – Ладно, удачи. Не наделай с ним глупостей! – Питер выбежал за дверь, помахивая им рукой. Они вдвоем махали ему в ответ, пока он не скрылся за углом. Затем улыбки сразу исчезли с их лиц. – Кажется, он мне не поверил. – пробормотал Нед. – Точно нет. ЭмДжей старалась не волноваться и не воспринимать все уж слишком близко к сердцу. Питер Паркер был хорошим парнем и не заслуживал того, чтобы она подвергала психоанализу каждое его действие только потому, что он был ей любопытен. Тем не менее, она все равно беспокоилась о нем. Он не был в бедственном положении, верно? У Питера Паркера была работа, выполнять которую он считал своим долгом, он частенько приходил побитым, и все, что бы он ни делал, было омрачено печалью. Это привело ее к четвертому и последнему наблюдению: Питер Паркер продолжает ходить в закусочную, потому что ему больше некуда идти.