Я помню день, когда мы встретились с тобой...~

Спустя несколько месяцев ребята разъехались по своим городам: Антон и Дима – в Воронеж, Арсений и Серёжа – в Питер. Последние двое сейчас сидели в квартире Матвиенко. Оба были заняты своими делами: Серёжа листал ленту Инстаграма, изредка бросая косые взгляды на Арса, который читал книгу. Непринуждённая спокойная атмосфера. По крайней мере, так казалось со стороны. Мысли Попова никак не могли уловить суть слов текста, они то и дело возвращались к высокому зеленоглазому парнишке. Попов вспоминал все моменты, связанные с Антоном, все личные разговоры, которые случались не так часто, ведь рядом постоянно были Поз и Матвиенко, но именно поэтому были такими дорогими. — Арс, — прервал мысли друга Матвиенко, но Арсений никак не отреагировал. — Надо поговорить. — А? Что? — рассеянно пробормотал Попов, немного испугавшись резкой смены атмосферы, ведь последние минуты (а если точнее, месяцы), был полностью погружён в мысли о Шастуне. — Поговорить говорю, блять, надо! — уже злится армянин, ведь друг и сейчас в пол уха слушает его. — О чём же? — интересуется брюнет, всё-таки откладывая книгу и поворачиваясь к другу. Серёжа, подумав пару секунд, торжественно выдаёт: — Мне кажется, ты педик, — довольно уверенно. И даже не скажешь сразу, шутит ли он. У Арсения от удивления брови взлетают вверх, и приоткрывается рот, но он с трудом спрашивает: — С чего ты взял? — Нет, ну, давай подумаем мозгом, если он у тебя, конечно, есть, потому что в последнее время мне кажется, что это ни хуя не так. Ты пиздец как тащишься по Шасту: обклеил все стены своей комнаты его фотками, — начинает перечислять Матвиенко, но Арсений, смутившись, сразу перебивает, чтобы внести ясность. — Мы коллеги. У меня и твои фотки есть. Тем более это нормально – иметь фото людей, на которых равняешься. — Мы с тобой знакомы много лет, а общих фото в рамочке всего штук пять, — закатывает глаза Сергей. — У тебя есть подушка в полный рост с его изображением, — о, вот к этому Арсений был не готов – он же прятал её от Матвиенко! Блять! — Это... Просто так сложились обстоятельства... Мне нужна была подушка, а других там не было... — Ты специально её заказывал, кретин. Ладно, как тебе такой нихуёвый аргумент – ты краснеешь только при его виде... Матвиенко готов был еще минут 20 перечислять все указывающие факторы, но того перебил окончательно смутившийся Арсений, у которого в глазах виднелось некое осознание произошедшего. — Блять... А, походу, ты прав. Я ведь даже не задумывался об этом... Ну, то есть, думал, но мне казалось, что в этом нет ничего такого, — Арсений понял, что, похоже, и вправду пора натягивать розовые лосины и выходить на гей-парад. — Но, Арс, ты же понимаешь, что у Шаста есть девушка? — неуверенно спросил Сергей, боясь реакции голубоглазого. Что-то ему подсказывало, что брюнет не знал сего нюанса. — Что... В смысле?... Почему я об этом не знал?! То есть Антон... У него... Сука... — Тише, друг. Это не точно. Просто к нему одна девка липнет, но он, кажется, не против, но там хуй поймёшь. Шаст же не делится личным. — Бля-я, вот на хуй именно в него я влюбился?! — Арсений, так быстро принявший и свою ориентацию (хотя вряд ли, девушки до Шастуна ему же нравились) и симпатию к коллеге, негодовал, закрыв лицо ладонями. Вся его жизнь – это ебаный пиздец под соусом хуеты. Но должно же в ней быть хоть что-то хорошее? Вот этим самым "чем-то хорошим" и был Матвиенко, его верный друг. — Арсюх, спокойнее, всё будет заебись, я обещаю, что мы что-нибудь придумаем, — утешающе похлопывает по плечу, надеясь, что всё реально уляжется, а затем идёт на кухню за коньяком. Эта ночка будет долгой...