Ties that Bind

— Если ты дорожишь своей жизнью, тебе лучше не оборачиваться. Люмин услышала, как его смешок эхом разнесся по поляне, и инстинктивно опустилась ниже в прохладную воду озера, крепко обхватив себя руками. Она не сводила своих золотистых глаз со спины Тартальи с того места, где он стоял на краю озера, лицом к деревьям, которые были окутаны ночной темнотой, на случай, если он попытается украдкой взглянуть на нее. Прошло полдня с тех пор, как они покинули город Мондштадт и начали свое путешествие в Ли Юэ, и после того, как они столкнулись с группой гео слаймов, которым удалось покрыть ее грязью с головы до ног, Люмин поняла, что нуждается в ванне. К ее большому разочарованию и его веселью. После инцидентов последних дней Люмин не доверяла ему настолько, чтобы он оставался в их лагере, пока она ходила принимать ванну, и хотя ее гнев утих, ее осторожность по отношению к нему не исчезла. Так что назначение его ее телохранителем, пока она приводила себя в порядок, казалось самым безопасным вариантом, потому что, если бы он обернулся, она просто швырнула бы его на ближайшее дерево. — Как бы заманчиво это ни было, будь уверена, я обеспечу тебе уединение, — плавно ответил Тарталья, в его голосе слышалось самодовольство. — Но я все равно все видел. Камешек, резко ударивший его по голове, был единственным ответом, который он получил от блондинки. Бог поморщился от внезапной боли, поднял руку, чтобы потереть затылок, а его губы скривились в надутой гримасе. — За что? — спросил он, явно оскорбленный, пока она вытирала грязь с рук, раздраженно приподнимая брови. — За грубость. Тарталья скрестил руки на груди, испытывая слабое искушение бросить взгляд через плечо, просто чтобы увидеть ее раздраженное выражение лица, освещенное лунным светом. — Грубость? — повторил он, и в его голосе звучало неподдельное удивление. — Я всегда обращался с тобой с уважением. При этих словах Люмин не смогла удержаться и бросила на него недоверчивый взгляд, не в силах поверить, что он говорит серьезно. — Значит, вторгаясь в мою частную жизнь в бане и отказываясь позволить мне снять отдельную комнату в отеле, ты проявлял уважение? — Это другое, — попытался оправдаться Тарталья, но Люмин лишь закатила глаза в ответ. — Конечно, — пробормотала блондинка в ответ. — Для того, чтобы быть Богом, которого боятся, тебе определенно не хватает манер. — Ты ведь знаешь, что я уже убивал других за то, что они оскорбляли меня? — ответил он, и хотя девушка знала, что он говорит правду, в его голосе не было ничего, кроме веселья. Люмин вздохнула на его реплику, зная, что лучше не отвечать на это. Она уже высказала свою точку зрения в соборе, когда они шли за лирой и понимала, что нет смысла снова спорить с ним об этом, поэтому она решила оставить разговор в пользу того, чтобы еще немного насладиться прохладной водой. Казалось, Тарталья не возражал. Тишина, заполнившая поляну, была самым уютным моментом, в котором они оказались с того дня, как прибыли в Мондштадт. Прошло еще несколько мгновений, которые Люмин использовала, чтобы вымыть свои волосы от оставшейся грязи, и когда она убедилась, что снова чиста, то еще раз взглянула на спину Бога Войны, все еще обращенной к ней. — Я закончила, — сообщила ему Люмин, уже направляясь к своей одежде, которую она разложила на камнях сушиться. — Дай мне несколько минут, чтобы одеться. Тарталья напевал, когда девушка двинулась одеваться. Губы изогнулись в улыбке облегчения, когда Люмин заметила, что они высохли в теплом ночном воздухе, и когда она потянулась, чтобы взять свои ботинки, она почувствовала напряжение в воздухе. Резкое шипение, разорвавшее тишину, было единственным, что она услышала. Ее тело отреагировало еще до того, как разум смог понять, что происходит, и отодвинулось в сторону. Золотые глаза вспыхнули в тревоге как раз вовремя, чтобы поймать стрелу, которая просвистела мимо ее лица, едва не задев, но прежде чем Люмин успела предупредить своего спутника, он уже встал перед ней, прикрывая ее своим телом. Рука Тартальи уже была на рукояти меча, готовая нанести удар тому, кто был достаточно глуп, чтобы напасть на них, но прежде чем кто-либо из них смог сделать движение, нападавший опередил их. Раздался звук ломающихся веток, прежде чем тень появилась из-за деревьев, и только когда она вышла на поляну и лунный свет осветил ее силуэт, они смогли как следует разглядеть внешность. Однако сказать, что они были удивлены, – ничего не сказать. Из леса вышла молодая девушка, которая, казалось, была не намного старше Люмин, длинные каштановые волосы доходили ей до талии, а большие карие глаза сузились, когда она посмотрела на них. Она стояла на краю поляны, положив руку на талию, а другой обвиняюще указала на них пальцем. Люмин с удивлением посмотрела на нее из-за широкой фигуры Тартальи, в то время как Бог просто выгнул бровь, явно не испуганный. — Вы двое! — позвала она твердым, но в то же время беззлобным голосом. — Что вы делаете в деревне Спрингвейл? Люмин и Тарталья обменялись смущенными взглядами через плечо на ее вопрос. Юный Бог повернулся, чтобы посмотреть на девушку, слегка нахмурившись. Она, казалось, не представляла особой проблемы и не причиняла никакого реального вреда, но сам факт того, что она выпустила стрелу в Люмин, был достаточной причиной для него, чтобы быть настороже, особенно на случай, если она придет с подкреплением. — Мы просто проходили через этот район, — спокойно ответил Тарталья, не ослабляя хватки на рукояти меча. — Хотя я бы очень хотел знать, почему член рыцарей нападает на невинных прохожих. Люмин не могла сдержать удивления, услышав, что она была членом печально известных рыцарей, и, судя по тому, как карие глаза брюнетки вспыхнули в темноте, она предположила, что тоже не ожидала, что он узнает. — Вы двое путешественники? — спросила девушка, руки опустились с бедер, и хотя ее поза все еще была осторожной, она была менее напряженной, чем раньше. Девушка позволила своим глазам быстро окинуть их взглядом, чтобы проверить слова парня, и когда она заметила их странную одежду, ее карие глаза расширились, когда она поняла свою ошибку. — Простите, я не хотела вас напугать! — быстро извинилась незнакомка, прежде чем поднять руку и положить ее на грудь. — Меня зовут Эмбер, я рыцарь Ордо Фавониус. Меня послали расследовать беспорядки в Спрингвейле, и, похоже, я ошибочно заподозрила вас, за что приношу свои глубочайшие извинения. Люмин почувствовала, как вся ее осторожность исчезла при виде застенчивой брюнетки, которая явно сожалела о своих действиях, и хотя она могла сказать, что Тарталья не был слишком убежден, блондинка двинулась, чтобы выйти из-за его спины. — Не волнуйся, мы понимаем, — быстро заверила ее блондинка, прежде чем одарить вежливой улыбкой. — Никакого вреда не причинено. Эмбер облегченно вздохнула, ее плечи слегка опустились, явно благодарная за понимание. — Извините за беспокойство. Я просто осматривала окрестности, когда наткнулась на вас двоих, поэтому подумала, что вы можете быть причастны к недавним событиям вокруг деревни. — Мы просто остановились у озера, чтобы привести себя в порядок, прежде чем продолжить наше путешествие, — дружелюбно ответила Люмин. — Боюсь, мы ничего не знаем о беспорядках в деревне, о которых ты упомянула. Эмбер быстро махнула рукой в знак согласия. — Все в порядке, не беспокойся об этом. Последние несколько часов я осматривала окрестности в надежде найти какие-нибудь зацепки, которые могли бы навести меня на мысль о том, кто стоит за нападениями, но я с облегчением сообщаю, что вам двоим удалось избежать их. — Требуется нечто большее, чем несколько негодяев, чтобы доставить нам неприятности, — хладнокровно ответил Тарталья, в его голосе слышался намек на обиду, из-за чего Люмин было трудно бороться с закатыванием глаз. Эмбер одарила их лучезарной улыбкой в ответ, не обращая внимания на недовольство Тартальи. — Замечательно! — ответила брюнетка, искренне уверенная в том, что они смогут позаботиться о себе, и Люмин не могла не восхищаться ее добротой, в то время как Тарталье было трудно поверить, что кто-то вроде нее был частью печально известных рыцарей. — Несмотря на то, что Мондштадт является одним из самых спокойных районов Тейвата, я все еще надеюсь, что вы будете осторожны в своих путешествиях. Улыбка Люмин смягчилась от ее беспокойства, но прежде чем она смогла должным образом поблагодарить Эмбер за предупреждение, эхо взрыва вдалеке достигло их ушей. Рыцарь подскочила на месте, прежде чем ее голова повернулась вправо. Глаза расширились, когда она увидела дым, который коснулся ночного неба, и если по панике, мелькнувшей в ее глазах, можно было судить, Люмин могла только догадываться, откуда произошел взрыв. — Похоже, ты нашла своих людей, — прокомментировал Тарталья, скрестив руки на груди, и когда Эмбер повернулась, чтобы посмотреть на них, она бросила на них извиняющийся взгляд. — Извините, но мне придется уйти, — поспешно ответила девушка, руки уже потянулись к луку, который был привязан к ее спине, но прежде чем она смогла сделать хотя бы шаг в направлении деревни, голос Люмин остановил ее. — Мы идем с тобой. Голова Тартальи повернулась вправо, чтобы удивленно нахмуриться, явно не ожидая, что она это скажет, и хотя он без особого энтузиазма ожидал, что она предложит свою помощь, часть его надеялась, что Люмин этого не сделает. — Мы? Хотя глаза Эмбер загорелись надеждой при словах блондинки, ее колебания по поводу вовлечения двух невинных людей были очевидны. — Вам двоим лучше остаться здесь, я не хочу, чтобы вы пострадали. — Мы можем помочь, — настаивала Люмин, и когда она заметила, что ее спутник молчит, она бросила на него полный надежды взгляд. Губы Тартальи скривились вниз, ему явно не слишком нравилась идея связываться с рыцарями. Ему было наплевать на проблемы какой-то случайной деревни, но, зная Люмин, она, вероятно, сбежала бы без него, если бы он отказался помочь. Так что, оставшись практически без другого выбора, юный Бог тихо вздохнул. — Ладно. Люмин с облегчением улыбнулась ему, радуясь, что он готов помочь, и хотя она знала, что он редко отказывался от драки, она понимала, что его больше интересуют более серьезные проблемы. Хотя она очень надеялась, что это будет не так. Поэтому, повернувшись обратно, чтобы посмотреть на Эмбер, выражение лица Люмин стало серьезным. — Веди нас. Эмбер колебалась в последний момент, прежде чем в конце концов кивнула, крепче сжав свой лук и повернувшись, чтобы посмотреть назад, в темноту леса. — Хорошо, следуйте за мной. И с этими словами они ушли. Они шли сквозь густые деревья на быстрой скорости, золотые глаза Люмин были прикованы к Эмбер, чтобы не потерять ее в темноте, и с каждым шагом, который они делали по направлению к деревне, крики вдалеке становились громче. Люмин заставила себя идти быстрее, и когда деревья в конце концов поредели, блондинка наконец увидела деревню. Люди, одетые в одежду для сна, стояли перед своими домами, матери прикрывали своих детей, в то время как охотники и мужчины пытались успокоить бушующее пламя, которое окружало то, что, казалось, было их полями для сбора урожая. Нападавших видно не было, и когда они добрались до основной толпы, которая боролась с огнем, глаза Эмбер расширились от беспокойства. — Что случилось? Услышав знакомый голос, жители деревни повернулись, чтобы посмотреть на молодого скаута, широко раскрытые глаза наполнились облегчением и тревогой при виде нее. — Снова! — сказал ей один из мужчин, держа в руках два деревянных ведра, наполненных водой. — Они пошли за нашим урожаем! В глазах Эмбер вспыхнуло беспокойство. — Вы видели, кто это сделал? — Это были духи! — завыла пожилая женщина, держась за мужа, чтобы не упасть. — Они пришли, чтобы наказать нас! Люмин бросила на Эмбер удивленный взгляд, которая просто тяжело вздохнула, а предвестник, казалось, был менее удивлен, чем она. Жители деревни были явно потрясены, все еще сонные дети были сбиты с толку и слишком устали, чтобы понять, что происходит, и поскольку мужчины были заняты тушением пожара, Эмбер решила, что лучше всего сначала позаботиться о жителях деревни. — Пожалуйста, успокойтесь все, — начала рыцарь, уверенность, которая звучала в ее голосе, была едва слышна из-за криков мужчин. — А пока, пожалуйста, возвращайтесь по домам и постарайтесь отдохнуть, я обязательно разберусь с тем, что произошло сегодня вечером. Нерешительность жителей деревни была очевидна, и Люмин не могла не посочувствовать Эмбер. Они, похоже, не думали, что она способна справиться с этим самостоятельно, и когда их взгляд упал на Люмин с парнем, она увидела блеск надежды, который осветил их. — Вы тоже рыцари? Люмин услышала, как Тарталья усмехнулся позади нее, явно оскорбленный их предположениями, и когда Эмбер заколебалась, Люмин решила ей помочь. — Мы пришли, чтобы помочь, — сказала блондинка им, губы приподнялись в легкой улыбке. — Как уже сказала Эмбер, мы обязательно разберемся в том, что произошло, чтобы вы могли быть уверены и вернуться в свои дома. Тарталья посмотрел на девушку с ним. Сострадание, которое было в ее глазах, делало невозможным для жителей деревни не доверять ей, и хотя парень знал, что Люмин была из тех, кто любит помогать другим, только сейчас он понял, что это было из-за доброты ее сердца. По сравнению с ним блондинка была не из тех, кто отворачивается, когда кто-то нуждается в помощи, даже если она от этого не получает выгоды. Жители деревни повернулись, чтобы в последний раз взглянуть на Эмбер, и когда она одарила их еще одной ободряющей улыбкой, сопровождаемой кивком, они в конце концов сделали, как было сказано, и вернулись в свои дома. Как только люди ушли, Эмбер обернулась, чтобы одарить пару благодарной улыбкой, протянув руки и схватив Люмин. — Я не знаю, как вас отблагодарить за то, что вы предложили свою помощь, — сказала им брюнетка, и выражение ее лица слегка смягчилось от чувства вины, когда она посмотрела на них. — Но это действительно не обязательно, я могу попросить кого-нибудь из рыцарей помочь мне разобраться с этим делом, я бы не хотела беспокоить вас двоих в ваших путешествиях. — Все в порядке, — быстро заверила ее Люмин, небрежно махнув рукой. — Посыльному потребуется некоторое время, чтобы добраться до Мондштадта и вернуться с подкреплением, и поскольку мы все равно планировали остановиться на ночь, мы могли бы помочь. Выражение лица Эмбер заметно просветлело, и не прошло и секунды, как Люмин заключили в сокрушительные объятия. — Замечательно! — воскликнула скаут, и когда она отстранилась, то одарила пару широкой улыбкой. — Давайте пойдем в маленький дом, в котором я остановилась, чтобы я могла рассказать о всей ситуации. Люмин кивнула в знак согласия, прежде чем повернулась, чтобы посмотреть на Тарталью, который, казалось, не слишком обрадовался, но все равно кивнул. Бросив ему благодарную улыбку, блондинка позволила Эмбер потащить их к маленькой хижине, которая находилась рядом с одной из статуй в честь Архонта Анемо Барбатоса на окраине поселения. — Жители деревни предложили мне остаться здесь на ночь, — сказала им Эмбер, пока возилась с железным ключом, чтобы отпереть дверь, его предыдущий владелец скончался несколько недель назад, так что у них пока не было возможности найти для него кого-то нового. Деревянная дверь открылась с громким скрипом, от которого по спине Люмин пробежала невольная дрожь. Эмбер повела их внутрь, и пара последовала за ней в темный дом, который казался более просторным, чем ожидала Люмин. Пол заскрипел под их весом, когда брюнетка провела их в ту сторону, где казалось гостиной, простая мебель была видна даже при недостатке света. — Присаживайтесь! — сказала Эмбер, возившись со спичками. — Не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома. Тарталье не нужно было повторять дважды, и он направился к довольно потертому дивану, который был втиснут в угол комнаты рядом с книжной полкой, звук его тяжелых ботинок эхом разносился по тихой комнате. Парень опустился и подвинулся, чтобы положить руку на спинку, явно принимая предложение Эмбер близко к сердцу, и когда он увидел, что Люмин все еще не двинулась с места, он выгнул бровь. Она наблюдала, как он почти дразняще похлопал по пустому месту рядом с собой. Блондинка оглядывала комнату в поисках какого-нибудь стула, но ничего не найдя, она тяжело вздохнула. Не желая быть грубой или казаться подозрительной, Люмин бросила на улыбающегося Бога предупреждающий взгляд, прежде чем неохотно подошла, чтобы сесть рядом с ним. Мягкая подушка, которая приветствовала ее тело, почти компенсировала необходимость быть так близко к Тарталье. Люмин попыталась установить дистанцию между ними, отодвинувшись на дальний конец дивана, но, к несчастью для нее, даже несмотря на расстояние между ними, он все еще был достаточно близко, чтобы она могла чувствовать его тепло. Она боролась с желанием вздохнуть. Просто чудесно. — Ага! Торжествующий восклик Эмбер сопровождался тусклым светом, окрасившим комнату в оранжевый оттенок, но его было достаточно, чтобы осветить маленькое помещение, в которой они оказались, и предвестник повернулся к ним лицом с довольной улыбкой. — Так-то лучше. Эмбер двинулась, чтобы поставить свечу на маленький столик, стоявшим перед диваном, на котором сидели двое путешественников, после чего взяла один из стульев около обеденного стола, сев напротив них. — Я надеюсь, вас не беспокоит недостаток света. — Вовсе нет, — быстро заверил ее Тарталья, его улыбка все еще была твердой на губах, когда он взглянул на Люмин. — Здесь довольно уютно. Люмин бросила на него невозмутимый взгляд, не упустив самодовольства, прозвучавшего в его голосе, которое Эмбер, казалось, не заметила, прежде чем повернулась, чтобы посмотреть на ничего не замечающего парня. — Это твоя первая ночь, проведенная здесь? — с любопытством спросила Люмин брюнетку, демонстративно игнорируя комментарий Тартальи. — Дом кажется совершенно пустым. — Вторая, — призналась Эмбер, и на ее лице отразилось разочарование, когда она тяжело вздохнула. — Рыцари послали меня разведать местность после того, как поступили сообщения о серии нападений на жителей деревни и их запасы, но, к сожалению, мне еще предстоит найти того, кто виноват во всем этом. Выражение лица Люмин смягчилось от сочувствия к явно обескураженной девушке. Возможно, она только познакомилась с Эмбер, но уже могла сказать, что та приняла свой долг близко к сердцу и искренне хотела помочь. — Никто из жителей деревни не видел ничего подозрительного? — спросила путешественница, надеясь, что у них, по крайней мере, будет зацепка, но Эмбер печально покачала головой в ответ. — Никто ничего не видел и не слышал, —подтвердила скаут со вздохом, ее карие глаза смотрели на колени. — Те, кто ответственны за это, достаточно опытны, чтобы проскользнуть мимо охотников, которые предложили дежурить ночью, и не оставить никаких следов. Люмин сжала губы в тонкую линию, смутно осознавая, что пальцы, которые занимались все еще слегка влажными кончиками ее волос, дразнили ее спину. — Ты уверена, что те, кто вызвался дежурить, не сотрудничают с нападавшими? — Исключено, — ответила Эмбер, карие глаза снова встретились с золотыми. — Их дома также пострадали от нападений, поэтому у них нет причин помогать тем, кто стоит за этим. — А как насчет духов? — внезапно вспомнила Люмин, ее глаза сияли в тусклом свете, и, увидев, как Эмбер слегка напряглась, выражение ее лица стало любопытным. Рыцарь позволила минуте молчания пройти, то, как она поерзала на своем стуле, выдавало дискомфорт, прежде чем она заговорила. — Несколько недель назад произошел инцидент, — нерешительно начала Эмбер, ее голос упал на несколько октав, когда она заговорила. — Несколько деревенских мужчин, отправившихся на охоту, вернулись немного не такими, как ушли. — Не такими? — обеспокоенно повторила Люмин. — Какими? — По словам других, они болтали о том, как они разозлили духов, которые бродили по Спрингвейлу, — рассказала брюнетка, на этот раз также привлекшая внимание Тартальи, который приподнял бровь при ее словах. — Сначала им никто не верил, пока не начались нападения. — Значит, теперь они думают, что их преследуют разгневанные духи? — спросил Бог, и, когда Эмбер кивнула, выражение лица Люмин стало более серьезным. — Ты спрашивала их о том, что именно произошло на охоте? — спросила блондинка. — Возможно, они смогут помочь нам выяснить, кто стоит за нападениями. — Я думала то же самое, но, к сожалению, не успела их расспросить, — ответила Эмбер, крепко сцепив руки на коленях, и когда она произнесла свои следующие слова, сердце Люмин замерло. — Они исчезли вскоре после инцидента. Дрожь пробежала по ее коже, когда Люмин почувствовала, как у нее свело живот. — Исчезли? Эмбер кивнула с серьезным выражением лица. — Я сама только сегодня узнала об этом. По словам жителей деревни, они начали исчезать один за другим, последний из них растворился в воздухе в начале этой недели. Люмин молчала, позволив себе минуту обдумать слова Эмбер. Если то, что она сказала, было правдой, то, похоже, ситуация была более серьезной, чем она предполагала, и хотя она не думала, что злые духи были ответственны за исчезновение охотников и нападения на деревню, путешественница понимала, что лучше не отвергать этот вариант. Как она могла, когда Люмин сама была привязана к Богу? — Итак, они разозлили духов и исчезли, — задумался Тарталья, выражение его лица не выдавало ни одной из его мыслей, и хотя его голос был довольно бесстрастным, Люмин не могла не заметить небольшую задумчивую складку между его бровями. — Я допросила каждого жителя деревни, на которого наткнулась, но даже их семьи не знают, куда они могли исчезнуть, — призналась Эмбер, разочарованно опустив плечи. — Никто из них не смог дать мне никакой информации. Сердце Люмин сжалось. Эмбер, по-видимому, упорно трудилась, чтобы получить какую-нибудь информацию, которая могла бы быть им полезна, и, хотя им было не с чем работать, Люмин сделает все возможное, чтобы помочь ей. — Не волнуйся, — внезапно заговорил Тарталья, заставив девушек обернуться и посмотреть на него с легким удивлением. Юный Бог, казалось, ничуть не встревожился, когда поймал взгляд брюнетки, выражение его лица было спокойным. — К завтрашнему вечеру все будет улажено. Люмин повернулась, чтобы посмотреть на Бога со смесью удивления и любопытства, в то время как Эмбер осталась смотреть на него в замешательстве. Блондинка наклонила голову в сторону, ее глаза подозрительно сузились. — Это точно? — спросила путешественница, и когда Тарталья повернулся, чтобы поймать ее усталый взгляд своим собственным, она заметила, как его голубые глаза сияли из-под растрепанной челки. Свет, который, как она знала, не предвещал ничего хорошего. Именно тогда она поняла, что у него есть план, и когда он отвел взгляд, чтобы снова посмотреть на Эмбер, она не упустила вспышку веселья, которая на мгновение осветила его глаза. — Предоставь это нам, — заверил Тарталья рыцаря, его рука переместилась на спину Люмин, и когда он почувствовал, как ее каблук предупреждающе впился в его ботинок, его улыбка превратилась в ухмылку. — Мы позаботимся об этом. Одного взгляда на взволнованное лицо Эмбер было достаточно, чтобы убедить ее поверить ему на этот раз, и с одним тихим вздохом Люмин оставалось только надеяться, что она не пожалеет об этом, ведь она могла только догадываться, что он задумал. Они втроем побеседовали еще немного, прежде чем Эмбер в конце концов решила оставить их отдыхать, любезно сказав им, что они могут свободно пользоваться комнатой для гостей, расположенной в конце коридора, прежде чем пожелать им спокойной ночи. Люмин надеялась, что ее улыбка не показалась слишком натянутой, когда она услышала ее фразу, потому что, хотя она знала, что брюнетка хотела только добра, она сомневалась, что в комнате для гостей было две кровати, чтобы спать. И она действительно не хотела того, что было в Мондштадте. Тарталья явно понимал ход ее мыслей, и в ту секунду, когда Эмбер ушла в свою комнату, его веселый смех эхом разлетелся по гостиной. — Итак, какую сторону кровати ты предпочитаешь? Люмин бросила на него тяжелый взгляд, явно не в настроении для его шуток. — Я не буду делить с тобой постель. — Ты хочешь разделить диван? — спросил Тарталья, и глаза его заблестели. — Он немного меньше, но если ты подвинешься ко мне... — Спокойной ночи. Тарталья усмехнулся, наблюдая, как она поворачивается, чтобы уйти в комнату для гостей, и протянул руку, чтобы мягко поймать ее за запястье. — Расслабься, — пробормотал он с удивлением, когда встал перед ней, хмурое выражение лица Люмин только усилило его улыбку. — Мне нужно кое-что сделать, так что ты будешь свободна от меня на ночь. Люмин наклонила голову, чтобы встретиться взглядом с его сияющими глазами, не в силах скрыть удивления от его внезапного заявления. Учитывая, что они решили остаться в деревне всего час назад, Люмин быстро поняла, что это, скорее всего, связано с тем, что он запланировал на следующую ночь. Как бы она ни была рада, что сможет немного поспать без того, чтобы он дышал ей в затылок, она не могла не чувствовать себя неловко. Тарталья, заметив, как она нахмурилась еще сильнее, решил уточнить. — Не волнуйся, я просто планирую осмотреть окрестности, чтобы убедиться, что она ничего не пропустила. Люмин еще мгновение вглядывалась в его лицо, ища что-нибудь, что могло бы выдать его слова, но, ничего не найдя, в конце концов кивнула. — Тогда ладно, — ответила блондинка с покорным вздохом. — Пожалуйста, постарайся не делать ничего, что могло бы доставить нам еще больше неприятностей. Она наблюдала, как выражение его лица просветлело от веселья, прежде чем он поднял свободную руку, чтобы положить ей на макушку, его большой палец рисовал мягкие круги на внутренней стороне ее запястья. — Не волнуйся, — сказал он, игривость в его голосе еще не исчезла. — Требуется больше, чем парочка духов, чтобы доставить мне неприятности. Выражение лица Люмин сморщилось в замешательстве. — Я не волнуюсь. Он просто подмигнул ей в ответ. — Я был бы оскорблен, если бы это было так. Люмин бросила на него нерешительный взгляд, который вызвал еще один низкий смешок от Бога. От этого звука у нее по коже побежали мурашки, и когда он наклонился, чтобы мягко коснуться лбом ее лба, она замерла. — Не слишком наслаждайся своим временем без меня, — предупредил ее парень, игривость в его голосе, выдавала свет, который горел в его бурных глазах. — Я все еще хочу загладить свою вину. Дрожь пробежала по спине Люмин от его обещания, осознавая скрытый смысл его слов, прежде чем парень отстранился и повернулся, чтобы уйти с довольной улыбкой на губах. И если и было что-то, что Люмин удалось узнать о Боге Войны, так это то, что Тарталья всегда держал свое слово. Однако, к несчастью для нее, у нее было предчувствие, что это не всегда хорошо. _____________________ Проснувшись и присоединившись к Эмбер за завтраком, Люмин с удивлением обнаружила, что Тарталья все еще не вернулся со своей разведки. Когда рыцарь спросила путешественницу о его отсутствии за чашкой чая, блондинка просто улыбнулась ей и заверила, что он ушел, чтобы подготовиться к предстоящей ночи, надеясь, что она больше не будет задавать вопросы, потому что, хотя Люмин знала, что у него был план, она не знала, что именно он включал. За исключением драки, скорее всего. Поэтому, когда Эмбер просто кивнула и больше ничего не спрашивала, Люмин почувствовала облегчение. Они вдвоем вели приятную беседу за завтраком, и чем больше времени Люмин проводила в присутствии Эмбер, тем больше ей нравилась эта девушка. В дополнение к ее позитивности и доброму сердцу, рыцарь была довольно умна, когда дело касалось как боевых стратегий, так и общих знаний, что только усилило уважение. Когда приблизился полдень, она предложила Люмин показать ей деревню, и блондинка охотно согласилась, позволив брюнетке познакомить ее с некоторыми жителями деревни и различными местами. Деревня Спрингвейл была не слишком большой. Лес, граничащий с ней, занимал столько же места, сколько и сама деревня, и, несмотря на инцидент прошлой ночи, Люмин с удивлением обнаружила, что жители деревни чувствовали себя более непринужденно, чем она ожидала. — Деревня высоко ценит рыцарей и их союзников, поэтому, несмотря на вчерашний испуг, они доверяют нам разобраться с ситуацией, — объяснила Эмбер, увидев любопытное выражение лица Люмин и ее гордую улыбку. — Помогает и то, что твой друг тоже выглядит довольно устрашающе. Путешественница не смогла сдержать легкой улыбки, которая появилась на ее губах, когда она услышала слова Эмбер, внутренне соглашаясь. Прошло не так уж много времени, прежде чем они оказались вовлеченными в разговор с двумя женщинами, которые ухаживали за их передними дворами, и, хотя они казались довольно милыми, Люмин была слишком удивлена их любознательностью. Пытаясь следить за разговором, блондинка поймала себя на том, что лениво размышляет, не вернулся ли уже Бог. Разведка Спрингвейла не должна была занять у него больше нескольких часов, и вместо того, чтобы беспокоиться о его самочувствии, она поймала себя на том, что задается вопросом, что могло так сильно занять его. Только когда разговор перешел на события прошлой ночи, Люмин вырвалась из своих размышлений. Вздох, который издала женщина справа от нее, был полон изнеможения. — Я уже ходила купить святой воды у Хопкинса, — сказала она им, поджав губы, когда ее взгляд упал на Люмин. — Я слышала, что он уже почти все продал, так что, если вы хотите купить что-нибудь, я бы посоветовала вам сделать это как можно скорее. — Спасибо, но я не думаю, что в этом есть необходимость, — вежливо отказалась Люмин. — Пусть возьмет тот, кому нужнее. При этих словах лицо женщины сморщилось в задумчивой, если даже не слегка оценивающей гримасе. — Ты можешь быть опытной, но всегда лучше перестраховаться, чем сожалеть, особенно в такие времена. Люмин не была уверена, должна ли она чувствовать благодарность за заботу этой женщины или обидеться на тон, которым она говорила ей об этом. Однако прежде чем она смогла определиться, знакомый голос опередил ее. — Она не очень верит в истории о привидениях. Сердце Люмин подпрыгнуло, когда она почувствовала знакомое тепло, коснувшееся ее сзади. Высокая тень, упавшая на них, мгновенно подсказала ей, кто наконец решил присоединиться к ним. Девушка повернула голову в сторону, чтобы поймать легкую улыбку, которую он ей бросил. Золотые глаза сияли от удивления при его довольно внезапном появлении. Он выглядел точно так же, как и прошлой ночью. Ни растрепанных волос, ни синяков, портивших его нежную кожу, и хотя она знала, что должна воспринимать это как хороший знак, это заставило ее задуматься, что же он делал все эти часы. Люмин повернулась, чтобы взглянуть на женщин, и обнаружила, что они уже смотрят на высокого мужчину, стоящего позади нее, широко раскрыв глаза. — О, я понимаю, — протянула одна из них, прежде чем прочистить горло, губы приподнялись в застенчивой улыбке. — Несколько разгневанных духов не побеспокоили бы такого сильного человека, как ты. Люмин взглянула на Тарталью как раз вовремя, чтобы поймать сногшибательную улыбку, которую он бросил на них двоих. — При условии, конечно, что они действительно существуют, — плавно ответил парень, и когда его взгляд снова упал на нее, Люмин почувствовала, как его рука обхватила ее за талию, чтобы мягко притянуть к себе. — Нам еще предстоит столкнуться с одним из них, хотя я сомневаюсь в этом. Люмин заметила, как взгляд женщин опустился на руку на талии Люмин. Их глаза потускнели от разочарования, и хотя блондинка попыталась отмахнуться от Тартальи, он не сдвинулся с места. Путешественнице действительно нужно было поговорить с ним о личных границах. — Ты в них не веришь? — с любопытством спросила брюнетка, одна из женщин, на что улыбка Тартальи стала еще шире. — Разгневанные духи, которые сжигают урожай ради мести? — задумался он, почти невинно склонив голову набок. — Я в них не верю, и вы тоже не должны верить. Люмин знала, что он просто был честен, но, учитывая то, что произошло в деревне, она не думала, что было бы хорошей идеей так небрежно говорить об этом. Она не хотела никого обидеть, и хотя дамы, казалось, не возражали, она была уверена, что пара прохожих, скорее всего, услышали его. Люмин вздохнула. Похоже, сегодня ей придется спать с открытыми глазами. — Ты, кажется, вполне уверен в своих навыках, — вспылила блондинка, явно приняв его беззаботность за храбрость. — Я уверен, что с тобой здесь деревне не о чем будет беспокоиться. Люмин практически могла видеть звезды в ее голубых глазах, когда она смотрела на Бога, ослепленная его очарованием, и когда блондинка взглянула на Эмбер, смотрящую на нее с удивленным выражением лица. Мгновенно уловив безмолвный знак Люмин, рыцарь в конце концов прочистила горло, успешно привлекая внимание. — Я думаю, что будет лучше, если мы вернемся к разведке местности до наступления темноты, — объявила Эмбер, и когда Люмин увидела разочарование на лицах женщин, она послала им извиняющуюся улыбку. Она была бы не прочь просто свалить на них Бога Войны, но, учитывая, что он был практически приклеен к ней и все еще не убрал руку с ее талии, это казалось невозможным. — Пожалуйста, будьте осторожны ночью, — сказала им Люмин, и беспокойство в ее голосе было искренним. — Если вы что-нибудь услышите, постарайтесь не выходить на улицу. Мы бы не хотели, чтобы вы пострадали, если они решат напасть снова. Двое кивнули ей в ответ, и после того, как они попрощались друг с другом, Тарталья снова мягко подтолкнул ее к дороге. Эмбер повернулась, чтобы посмотреть на него с приветственной улыбкой, когда они начали возвращаться к хижине, в которой они остановились. — Как прошла разведка? Тарталья напевал, неторопливо шагая рядом с Люмин, явно игнорируя блондинку, которая пыталась незаметно освободиться от его хватки. — Довольно хорошо, — признал парень с улыбкой. — Я нашел то, что искал. На этом Люмин прекратила свою борьбу, чтобы бросить на него любопытный взгляд. Глаза Эмбер расширились от волнения. — Нашел то, что искал? — спросила Люмин, и брюнетка быстро подскочила к нему, чтобы посмотреть на Тарталью снизу вверх, тоже желая получить больше информации. — Что ты нашел? Бог задумчиво хмыкнул в ответ, наклонив голову в сторону, чтобы одарить ее игривой улыбкой. — Этого, боюсь, я пока не могу тебе сказать. Брови Люмин нахмурились в замешательстве, а на лице Эмбер отразилось недоверие. — Пока не можешь? — спросила рыцарь с огорчением в голосе, но Тарталья просто ободряюще улыбнулся ей. — Не волнуйтесь, — сказал он девушкам, подняв лицо, чтобы посмотреть на солнце. — Скоро все узнаете. Эмбер надулась, явно разочарованная, и хотя было ясно, что он не собирался им рассказывать, Люмин не собиралась воспринимать его внезапное подозрительное поведение. Троица направилась обратно в хижину, чтобы немного отдохнуть перед наступлением ночи. Эмбер вызвалась в последний раз осмотреть деревню, чтобы предупредить жителей деревни не выходить после наступления ночи, и когда солнце начало садиться, и рыцарь ушла, Люмин воспользовалась этим как шансом противостоять Богу по поводу его недавнего подозрительного поведения. Блондинка направилась в гостиную. Звук ее каблуков, мягко стучащих по деревянному полу, эхом разносился по всему тихому дому, и когда Люмин, наконец, увидела его, она не могла не выгнуть бровь. Бог развалился на диване, который они занимали прошлой ночью, не отрывая глаз от страниц одной из книг, которые, как она предполагала, принадлежали предыдущему владельцу дома, и когда девушка остановилась всего в нескольких метрах от него, она скрестила руки на груди. Тарталья оторвал взгляд от страниц, чтобы посмотреть на нее, когда заметил, что она молчит, и, увидев ее суровое выражение лица, вопросительно приподнял бровь. — В чем дело? — спросил он, глядя на нее с невинностью, которая не соответствовала улыбке на его губах. Люмин, решив, что хождение вокруг да около не продвинет ее с ним далеко, решила сразу перейти к делу. — Ты странно себя ведешь. — Странно? — спросил бог, его глубокий голос был пронизан весельем, которое заставило ее нахмуриться еще сильнее. — Боюсь, тебе придется уточнить. Люмин знала, что он намеренно притворяется непричастным. — Ты что-то скрываешь от нас, — сказала ему девушка, поджав губы. Как бы ей ни хотелось не совать свой нос в его дела, она понимала, что все, что он скрывал от них, имело отношение к тому, что он задумал для следующего нападения. Тарталья задержал на ней взгляд еще на мгновение. То, как ее брови были сведены вместе в хмурый взгляд, выглядело скорее мило, чем устрашающе. С легким вздохом закрыв книгу, Тарталья аккуратно положил ее на маленький столик, прежде чем подняться на ноги. Очень медленно Тарталья сделал несколько шагов к ней, заставляя Люмин отступать назад, пока она не почувствовала, как ее спина ударилась о книжную полку, стоявшую у стены. Блондинка заставила себя не сводить глаз с его необычно пустого выражения лица, и когда он наклонил голову к ее лицу, она заметила, как его бурные глаза смотрели на нее почти задумчиво. — Тебя беспокоит, что я что-то скрываю? Люмин почувствовала, как ее предательское сердце пропустило удар от его низкого тембра. Девушку не беспокоило, что он что-то скрывал от нее, но тот факт, что это касалось ее так же, как и других, не устраивал ее. — Я не жду, что ты будешь делиться со мной всем, — призналась Люмин, золотые глаза сияли в тусклом свете темнеющего неба, которое проникало в окно. — Но поскольку мы вместе занимаемся этим делом, я была бы признательна, если ты будешь более откровенен в своих планах. Я хочу помочь. Тарталья еще мгновение вглядывался в выражение ее лица, внезапное признание Люмин застало его врасплох. В то время как поначалу он думал, что ее подозрения основаны на недоверии к нему, казалось, что девушка была скорее разочарована, чем подозрительна. Когда Люмин почувствовала, что он придвинулся к ней ближе, она не осмелилась дышать. Его твердая грудь коснулась ее, и когда он поднял руку, Люмин напряглась в ожидании. Тыльная сторона ладони Тартальи нежно коснулась ее щеки, когда он осторожно вставил книгу обратно в пустое место на полке рядом с ее головой. Глаза вспыхнули удовлетворением от того, что она не уклонялась от его прикосновения. Она была первой, кто действительно заинтересовался его мотивами и действиями не потому, что обвиняла его в чем-то, а потому, что хотела помочь ему в том, что он делал, и, хотя Люмин было любопытно, она все же предоставила ему возможность рассказать ей самостоятельно. — Ты действительно любопытное существо, Люмин, — пробормотал Тарталья, кончики его пальцев нежно скользнули по ее щеке. Путешественница заметила, как выражение его лица стало задумчивым. Бог явно взвешивал свои варианты, но прежде чем он смог принять решение, она услышала тихий стук, доносящийся снаружи, который заставил ее напрячься. Голова Тартальи повернулась вправо, брови нахмурились в легком удивлении, и когда он отодвинулся от нее, чтобы взяться за рукоять своего меча, Люмин почувствовала резкий порыв ветра слева от нее. Ее голова дернулась влево как раз вовремя, чтобы увидеть, как окно разлетелось вдребезги, и на них градом посыпались осколки стекла. Краем глаза Люмин заметила какое-то движение, но прежде чем она смогла пошевелиться, она почувствовала, как скользкая прохлада плотно обвилась вокруг ее бедер, и с резким вздохом девушку потянуло к разбитому окну. Блондинка не успела уйти слишком далеко, почувствовав, как сильная рука крепко обхватила ее сзади за талию, крепко удерживая на месте, прежде чем сверкающее лезвие резко разрезало струи воды. Люмин, пыталась перевести дыхание, вздрогнув, когда ее бедра обожгло там, где вода коснулась ее кожи, но прежде чем она смогла оправиться от внезапного нападения, Тарталья резко толкнул ее вправо. Прохладная жидкость пронеслась мимо них со скоростью, которая могла бы легко прорезать их плоть, и когда Люмин почувствовала, как воздух позади нее сдвинулся, она развернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как другая струйка воды устремилась к ней. Блондинка мгновенно переместилась в сторону, прежде чем швырнуть в нее поток ветра. — Что это такое? — поинтересовалась Люмин, бросив взгляд на Тарталью, который был занят уклонением от множества атак, обрушившихся на него. — Похоже, они хотят поиграть в прятки, — задумчиво произнес Тарталья, ничуть не удивленный, и когда она увидела, как он осматривает комнату, Люмин поняла, что он кого-то ищет. Значит, он знал, что они придут за ними? Однако прежде чем девушка успела спросить его об этом, она услышала, как распахнулась дверь, за которой последовали торопливые шаги обеспокоенной Эмбер. — Я слышала, как разбилось окно, вы двое... — слова застряли у нее в горле, когда поток воды обрушился прямо ей на голову, заставив ее упасть на пол. Люмин мгновенно бросилась ей на помощь. Тарталья двинулся, чтобы блокировать другие атаки, когда блондинка протянула руку, чтобы помочь Эмбер подняться, но как раз в тот момент, когда она собиралась схватить ее, Люмин почувствовала, как скользкий холод пробежал по ее запястьям. Золотые глаза расширились в тревоге, когда вода обвилась вокруг ее запястий, но прежде чем девушка смогла овладеть ею, она резко вывернула руки и ухватилась за твердую жидкость, ноги уперлись в пол под ней. — Эмбер, выходи и убедись, что остальные в безопасности! — позвала Люмин, крепко сжимая руками воду и борясь с ее притяжением. Эмбер с беспокойством посмотрела на блондинку, явно колеблясь, но когда она увидела, как Тарталья без особых усилий преодолел очередной прилив, она в конце концов кивнула. — Поняла! — ответила Эмбер и, бросив последний взгляд на этих двоих, повернулась, чтобы выйти из дома, снова оставив их одних. Люмин почувствовала, как притяжение становится сильнее, ее ноги медленно тащатся вперед, и как раз в тот момент, когда ее горящие руки собирались выскользнуть из воды, она почувствовала, как пара больших рук крепко схватила ее. — Прости, — сказал он, прижимаясь к ней сзади, самодовольство в его голосе вызвало у Люмин озадаченный взгляд, и когда она увидела дерзкую ухмылку на его губах, его руки крепче сжали ее. — Но я не делюсь. Люмин испуганно вскрикнула, когда почувствовала, как он без усилий потянул воду к ним, прижимая девушку прямо к своей груди, и когда ее глаза увидели размытые формы, которые протаскивали через окно, ее глаза расширились от удивления. Она почувствовала, как вода под ее руками ослабла, жидкость расплескалась по деревянному полу, и прежде чем блондинка смогла пошевелиться, Тарталья уже стоял перед ними. Сердце Люмин почти остановилось, когда она увидела, как он поднял свой меч, губы изогнулись в довольной ухмылке, и когда она поняла, что он собирался сделать, ее глаза расширились. — Подожди! — крикнула девушка, протягивая руку, чтобы остановить его, но прежде чем она смогла дотянуться до парня, он уже опустил свое оружие одним быстрым ударом. У Люмин перехватило дыхание, когда она увидела, как он рассекает размытую форму воды, тело замерло в тревоге. Она наблюдала, как жидкость разделилась между его лезвием, упав на пол с громким всплеском и открыв группу довольно испуганных мужчин, которые смотрели на лезвие его меча, едва не задевшее их головы широко раскрытыми глазами. Тарталья улыбнулся, глядя на них, явно довольный собой, и тело девушки расслабилось от осознания того, что он цел. — Так вы и есть те духи, которые преследовали деревню последние недели? — протянул парень, стоя перед ними, и, хотя на его лице была улыбка, его голос был устрашающе спокоен. Двое мужчин, сидевших на полу у его ног, не осмелились ответить, мудро решив промолчать, и когда Тарталья увидел, что они избегают его взгляда, он просто усмехнулся. — Я ожидал крупной драки, — разочарованно пробормотал Бог, острие его меча прижалось к их шеям, и когда Люмин увидела, что их глаза расширились от страха, она сделала шаг вперед. Было очевидно, что они не станут разговаривать, когда его клинок будет прижат к их горлам, и хотя девушка знала, что Тарталья тоже это понимает, она не стала останавливать его, чтобы помучить их еще немного. — Наверное, нам следует позвать Эмбер и остальных, — предложила Люмин, ее низкий голос разнесся по безмолвной комнате, и когда парень повернулся, чтобы посмотреть на нее, он просто выгнул бровь. — Ты хочешь так легко отпустить их с крючка? — спросил он, получив вздох Люмин, которая повернулась, чтобы посмотреть на них двоих, слегка нахмурившись. — Это не наше дело решать, какое у них будет наказание, — спокойно напомнила она ему, снова встретившись с ним взглядом. — Я уверена, что Эмбер тоже хочет их допросить. Тарталья посмотрел на нее еще мгновение, обдумывая ее слова, прежде чем тяжело вздохнул и в конце концов сдался, неохотно убирая меч. — Хорошо, — пробормотал он, явно разочарованный, и если бы это был кто-то другой, Люмин могла поклясться, что он бы точно обиделся. Блондинка послала ему благодарную улыбку, радуясь, что он так легко согласился, и хотя она была немного удивлена тем, что он был готов передать их Эмбер и остальным без каких-либо дальнейших жалоб, она не осмелилась усомниться в этом. — Я схожу за Эмбер. _______________ — Ты уверена, что уже хочешь уйти? Люмин послала Эмбер извиняющуюся улыбку, стоя у подножия холма, а предвестник смотрел на них с печальным выражением лица. Прошло несколько часов с тех пор, как Люмин сказала Эмбер, что им удалось поймать нападавших. В тот момент, когда она сказала об этом девушке, она выглядела так, словно была готова взорваться от счастья, мгновенно бросившись, чтобы позаботиться о мужчинах из деревни, и хотя Люмин предложила свою помощь, брюнетка решительно отказалась, сказав, что они уже сделали более чем достаточно для деревни. Это стало неожиданностью, когда жители деревни узнали преступников в ту же секунду, как увидели, и когда они сообщили, что эти двое были частью группы охотников, которые пропали без вести несколько недель назад, Люмин не смогла сдержать смущенного хмурого взгляда. — По словам других, они всегда громко заявляли о том, что деревня пренебрегает духами, которые ее защищали, — позже сообщила им Эмбер с тяжелым вздохом. — Похоже, они хотели преподать им урок под предлогом того, что они духи, используя гидро Глаз Бога. — Значит, они инсценировали свое собственное похищение? — недоверчиво ответила Люмин, золотые глаза скользнули по мужчинам, которые выслушивали, как она предполагала, членов их семьи. — А как насчет двух других? — Все еще жду, когда вернутся, сказала Эмбер, прежде чем ее лицо расплылось в уверенной улыбке. — Я попрошу их показать мне свое убежище позже, чтобы мы могли найти их и привлечь к ответственности. Люмин не могла не улыбнуться в ответ молодому рыцарю, прежде чем кивнула, соглашаясь, что это было бы лучше всего, и хотя она знала, что потребуется по крайней мере еще один день, пока все это не разрешится, блондинка была уверена, что Эмбер отлично справится. Даже без их помощи. Как бы она ни ценила ее предложение остаться на ночь, Люмин понимала, что лучше всего было покинуть деревню, чтобы уладить свои дела. Они помогли им решить этот вопрос, и теперь, когда их работа была выполнена, у них не было причин злоупотреблять их гостеприимством. Тарталья согласился, что было бы лучше продолжить их путь, учитывая, что они уже потеряли два своих дня. — У нас впереди еще несколько дней путешествия, — сказала Люмин, нежно сжимая руки Эмбер, и хотя она не отвергла ее предложение прямо, Эмбер поняла намек. Поэтому с разочарованным вздохом брюнетка в конце концов кивнула, опустив руки Люмин, прежде чем одарила их меньшей, но такой же искренней улыбкой. — От имени рыцарей Ордо Фавониус я хочу еще раз поблагодарить вас двоих за вашу помощь, — сказала им Эмбер, положив руку на сердце и прищурив глаза. — Пусть Барбатос присмотрит за вашими путешествиями. Люмин проигнорировала легкую насмешку Тартальи позади нее: «Лучше бы ему этого не делать», – одарив Эмбер прощальной улыбкой. — Было приятно познакомиться с тобой, Эмбер, — ответила Люмин, и укол печали наполнил ее сердце при мысли о том, что она оставит эту девушку позади, и хотя она знала ее всего один день, блондинка легко прониклась симпатией к ней. — Я надеюсь, что мы встретимся снова. Тарталья наблюдал, как взгляд Люмин погрустнел, когда она прощалась с брюнеткой, и хотя он знал, что путешественница поладила с ней, он не ожидал, что ей действительно будет грустно расставаться с Эмбер. Как путешественник, он полагал, что она привыкла прощаться с людьми, их место в ее жизни ограничено временем, но если судить по выражению ее лица, то, похоже, он ошибался. Бог поймал себя на том, что задается вопросом, стало ли расставание с людьми обычным делом для молодой блондинки, потому что, хотя в ее глазах читалось смирение, он мог сказать, что прощание было чем-то, что ей не нравилось. Тарталья наблюдал, как эти двое обменялись обещанием встретиться снова, если они когда-нибудь вернутся в Мондштадт, и, попрощавшись друг с другом, они в конце концов покинули деревню. Следующие часы они вдвоем провели, путешествуя по Мондштадту в уютной тишине, и когда Тарталья заметил, как веки Люмин начали слегка опускаться через три часа после их путешествия, он решил отдохнуть на ночь. Девушка не возражала, ее ноги уже болели после довольно насыщенного дня, и когда он нашел небольшую поляну, которая должна была стать их лагерем на ночь, он предложил ей свое пальто. Люмин уставилась на предмет одежды с легким удивлением, не ожидая его внимательности, но после минутного колебания в конце концов согласилась, благодарная за его внимание. Блондинка накинула на плечи слишком большую ткань, его запах наполнил ее легкие, и когда парень двинулся, чтобы прислониться спиной к одному из деревьев, она соскользнула вниз и прислонилась рядом с ним. Люмин подтянула ноги к груди и положила щеку на колени, золотые глаза упали на силуэт Тартальи, сидевшей рядом с ней около дерева. Он приподнял одно колено, чтобы опереться на него рукой, откинул голову назад, прислонившись к дереву, и, хотя его глаза были закрыты, Люмин не могла не заметить, что, несмотря на то, что он не спал последние два дня, на его лице не было никаких признаков усталости. Как Бог Войны, она полагала, что бессонные ночи не были для него редкостью. В течение первого часа путешествия он удивил ее, сказав, что ему удалось локализовать убежище охотников к северу от деревни, но, по его словам, было бы менее весело, если бы он позаботился о них самостоятельно, и хотя Люмин бросила на него взгляд, полный недоверия, она должна была признать, что ожидала чего-то подобного. В конце концов, девушка была рада, что Тарталья не просто позаботился о них самостоятельно, а скорее подождал, пока они сами его разыщут, потому что, зная его, он слишком увлекся бы азартом битвы. Но Люмин все равно была благодарна. Она знала, что ему не слишком понравилась идея помочь деревне, ведь это оказалось менее интересным, чем он думал вначале, и все же он был достаточно внимателен, чтобы помочь ей. — Спасибо. Ее голос был едва громче шепота, произнесенный с мягкостью, которая мягко разнеслась по тишине поляны и слегка застала Тарталью врасплох. Голубые глаза медленно открылись при звуке ее мягкого голоса, и когда его взгляд нашел ее, он не мог не восхититься открывшимся ему зрелищем. Мягкие лучи луны, пробивавшиеся сквозь деревья, нежно ласкали ее прекрасное лицо, золотые глаза сияли в свете, когда они смотрели на него. То, как Люмин смотрела на него, заставляло что-то в нем шевелиться, то, как ее светлые локоны каскадом падали на плечи, придавая ей почти неземной вид, и когда ее губы приподнялись в улыбке, он почувствовал, как у него потеплело на сердце. — За что? — пробормотал он тихим голосом, чтобы не нарушать ночную тишину, и когда увидел, как Люмин поглубже закуталась в его пальто, почувствовал, как его захлестнула волна собственничества. — Ты не должен был помогать сегодня, но сделал это, несмотря ни на что, — мягко ответила Люмин, ее улыбка ни разу не дрогнула. Это было искренне, подчеркивая теплый блеск ее глаз, и впервые с тех пор, как он встретил ее, он понял, что ее тепло направлено на него. — Спасибо тебе за помощь, Тарталья. Он наблюдал, как ее глаза закрылись, усталость дня постепенно овладевала ею, и когда сон медленно овладел девушкой, впервые за столетия страшный Бог Войны почувствовал, как что-то шевельнулось в его сердце. Это не было похожим на то, что он чувствовал раньше. Мягкая дрожь, которая согревала его кровь, соблазняя его ослабить бдительность и принять успокаивающую волну спокойствия, которую оно приносило, и с каждой секундой, которую он проводил, глядя на нее, оно, казалось, росло. Он протянул руку, чтобы нежно убрать прядь волос с умиротворенного лица, и, взглянув на нее, позволил своему прикосновению задержаться еще на мгновение. Причины, по которым он хотел удержать ее рядом с собой, были эгоистичными, так почему же он помог ей, хотя знал, что это не принесет ему пользы? «Чтобы доставить ей удовольствие», – прошептал ему голос в глубине его сознания, заставив задумчиво нахмуриться, когда он посмотрел на нее сверху вниз. Тарталья был не из тех, кто угождает другим, его мотивы и действия истекали из его собственных эгоистичных желаний, и все же он решил помочь ей, хотя и не был обязан это делать. И что беспокоило его больше всего, так это то, что он не жалел об этом, потому что, когда он вспоминал, как ее завораживающие глаза тепло светились в свете луны, он знал, что будет делать это снова.