ЗЕРКАЛО БЭНКИ

Просыпаюсь от того, что чувствую прикосновения его пальчиков родных, исследующих мое лицо… И затем – поглаживания легкие, чуть щекотливые, с мягким нажатием, по коже лба, по щекам. Вот теперь они, такие нежные, едва касаются губ… И спустя короткое время, ощущаю ладошку милую, всю целиком – на своей голове. Поглаживает мои волосы, отчего мне тепло и уютно. Очень приятно! Я не спешу открывать глаза, чтобы продлить эти мгновения. Но не выдерживаю притворства и улыбаюсь. Отчего он сразу же понимает, что я все же проснулась. Просыпаться от его прикосновений – это нечто сказочное, невероятное. Лежать, улыбаться тихонько, играя с ним, поддразнивая его: «Осторожно, а вдруг я еще сплю!» Что мне нужно для того, чтобы чувствовать себя на вершине блаженства? Неужели – это, одно? Изо всех радостей жизни, какие только можно себе представить? Впитывать всей кожей, всем естеством его близость. Делать вид, улыбаясь, каждое утро, что еще не проснулась, играть с ним в эту игру? Раскрыть затем потихоньку глаза, потереть их руками, поймать разноцветные «звездочки» и вдруг обнаружить, что он не рядом, а сидит, наклонившись, за моим любимым столом и возится с чем-то. Спросить: «Что ты делаешь, Бэнки?» И услышать в ответ сказанное его милым голосом: «Я разбираю книги», «Я подпиливаю ногти», «Я вытираю пыль со статуэтки», «А, ты проснулась! Я сварю тебе кофе. Не вставай пока, я сейчас принесу!» Или, проснувшись, обнаружить, что он сопит рядом, уткнувшись в подушку. Это – то самое счастье, кроме которого, по сути, мне ничего и не нужно. Знать, что у него по утрам немного поднимается температура. Так сильно прижаться к нему, горячему! Обхватить руками, и тем самым разбудить на какую-то секунду. После чего он сразу же дремлет опять… Или долго смотреть на его большую ногу, выставленную из-под одеяла. И думать о том, что каждый сантиметр его тела… божественно красив! Настолько красив, что не выразить этого словами. Можно лишь погрузиться в нахлынувшие волны наслаждения, наполненности и качаться в них, поглядывая на свое совершенство, пребывая в каком-то таком состоянии, которое можно описать одним лишь выражением: "тягуче-сладчайшее". Ощутив его руки на своем лице вновь, я пытаюсь приблизиться, притянуть их к себе. Но ловлю руками лишь прохладную ткань подушки. Окончательно проснувшись, я не улыбаюсь. Раскрыв глаза, полные слез, понимаю, что сон был тревожным. Разглядывая эту схваченную мной подушку, а затем – белую высь потолка… Понимая, что нахожусь в комнате одна, я начинаю произносить свою защитную мантру, обволакиваю себя ею: «Сегодняшний день будет очень хорошим! Самым лучшим в моей жизни!» И чуть позже мне уже становится легче осознавать, что сон – это то, что вскоре испарится. И явь тоже очень похожа на сон. И пробуждение бывает разным, как ни крути…