ЗЕРКАЛО БЭНКИ

Четыре часа утра. Он не пишет мне. И не звонит. Две недели уже прошло. Почему? Почему он не присылает мне весточки? Как долетел? Все ли у него в порядке? Никаких обновлений, никаких новостей… Почему? Почему? Я сварила себе еще кофе. Какая же это чашка? Четвертая, или пятая?… Я уже сбилась со счета. Я так скучаю по нему! И настолько ничего не понимаю! Что же такое происходит сейчас между нами? Я не могу ничего есть. Только кофе, только кофе… Я посмотрела опять на пробитую ножом столешницу. Я столько раз трогала эту «рану», на моем кухонном столе, оставленную ножом, соскользнувшим в руках Бэнка… Словно она дала бы какой-то ответ… Нет больше ангелов, которые рядышком стояли посередине стола, забытые нами. Когда мы собрались впопыхах, они стояли такие заброшенные! Он позабыл взять с собой свой подарок. И я тоже. Когда опрометью бросилась за ним. Думала – в новую жизнь, совершенно новую, неизвестную, трудную, неопределенную. Почему уже даже не хочется плакать? Почему? Не потому ли, что, когда я металась по кухне недавно... В сердцах сорвала со стола показавшуюся вдруг неуместной, дурацкой ту новогоднюю скатерть! Смахнула со стола вместе с фигурками, которые сразу разбились. Хрусталь звенел... Я помню еще этот звук. Я помню, как у одной фигурки сразу же отлетела голова и отскочила в сторону. А я наблюдала за этим сверху: как сверкают стразы на кусочке стекла, переливаясь в свете электрических ламп. Вторая… Тоже — на мелкие осколки, вдребезги! Какая из них была моей, а какая – принадлежала ему?.. Теперь уже это не важно. Я хотела выплеснуть свою боль… Но почему-то это не сработало. Стало еще больнее. Интересно, почему? Дотронувшись пальцами опять до поврежденного кончиком ножа дерева, я отошла к окну. Я стала больше курить. И совершенно отказалась от спиртного. Приходила соседка опять: «Давай выпьем ликера вкусного?» Я молча качала головой: «Нет» «Ну и напрасно. Стало бы легче. Все же нет? Почему?» Стоя у окна, я медленно выпиваю очередную чашку крепкого кофе. Сглатываю по глоточку очередную невыносимую ночь. Но почему все так тяжко? Почему все так сложно? Почему? Почему? ………………………………………………………….. – Макс! Макс, дружище! Порой мне кажется, что я не вынесу всей этой истории. Я вынужден молчать с Брайт. Я не могу сейчас даже взглянуть на нее. Шиа!! – Танапон, ну не терзайся ты так! Раз ты должен через это пройти в вашей с нею истории, то наберись сил и просто сделай это. Ты сжимаешь так кулаки, что у тебя вон уже пальцы все посинели. Неужели не больно тебе? Расслабься. – Ты знаешь, когда она сначала сказала, что не поедет со мной… А потом… вдруг передумала… Я так обрадовался! Подумал еще тогда: «Верно ведь, она любит меня, раз все-таки едет. Любит точно так же, как и я ее люблю»…. – Не любишь ты ее, вот прости, друг, что говорю тебе это. Но не любишь. – Это еще почему? – Да потому, что как школьник сидишь весь в слезах. Вместо того, чтобы попытаться решить все по-мужски. С контрактом. И с Мэ. В конце концов, я же говорил тебе, что в Сеуле после того показа тебя все еще ждут… И рады будут видеть. Ну не актер… Модель. Так что же! Через год вышел бы даже на другой уровень, чем сейчас. Это – Корея. И это – связи. И женатые парни больше ценятся, чем свободные. Семья, традиции, надежность… – Насчет Мэ… Я говорил с ней уже. Но как это надо на нее надавить, чтобы она поняла меня! Не забывай, что я в Таиланде родился. Я не могу так с Мэ. Без уважения к любым ее взглядам. – Ну и жди тогда, когда она сама тебе невесту приведет. Но это будет не Брайт, это точно. – О, Макс! Ну почему все так невероятно сложно? Почему?... И еще угораздило же меня родиться с этим проклятием насчет утюгов! Вот теперь я вынужден молчать с моей птичкой Брайт. Как я потом все ей объясню? Уверен, что она не поймет. Да и будет права. Я бы сам тоже не понял всего этого на ее месте. – Почему? Если, как ты утверждаешь себе, вы с Брайт – родственные души… То она поймет. А если нет… То это – не твой человек. Так что расслабься, друг. И делай то, что требует данный момент. Поешь, поешь. Все наладится, друг…