Клыкастые истории

Металлический вкус на языке пришел первым и заставил вынырнуть из небытия с кривой полуулыбкой. Столько прошло лет, а это все еще смешило. Чужая кровь была амброзией, священным нектаром с тысячей оттенков вкуса и аромата. Своя же оставалась солоноватой и отдавала попытками лизнуть гаечный ключ. — Чего лыбишься? — ворчливо поинтересовалось размытое пятно у кровати. — Проворонил все, чуть не сдох — еще и радуется. — Виски есть? — Хер тебе. Травки глотай, чучело. — Хотя бы шоколад есть? — Сначала травы. Аарон страдальчески закатил глаза и протянул руку. Не ошибся — в нее тут же вложили теплый стакан. Пойло почти вернуло к жизни, если про вампира вообще можно так сказать. По крайней мере зрение прояснилось, а сердитое пятно обрело черты Виктора. — Ушел? — Ушел, — убедившись, что помирать вампир не планирует, охотник покинул «пост» у его кровати и устало потер шею. — Двух охотников положил, еще пятерых покоцал. И это не считая вас с Джеймсом, но тот хоть на своих двоих смог уковылять. В отличие от некоторых. — Сам говорил, нужно сотрудничать с охотниками. Я и сотрудничаю, жизни не жалею, — пафосно-героический тон почти удался. — Я говорил помогать, а не рваться в бой с аномалом один на один. — Так теперь он официально аномал? — фыркнул Аарон, возвращая болезненно тяжелую голову на подушку и закрывая глаза — Ну, лучше поздно, чем как всегда. — Ну, после того, как его при стольких свидетелях не взяла ни осина, ни серебро — пришлось уже признать, — вампир хоть и не видел лица, но не сомневался, что Виктор закатил глаза. — И какой теперь план? — Твой план — отлеживаться и стараться больше не совать тупую бошку под топор. — Да, мамуля. — Не беси. — И все же? — Джеймс идет по его следу, — Виктор потер переносицу и вампир заметил, что вид у него до крайности вымотанный. — Наташа улетела с утра к Герцогине, просить помощи. — Телефонные звонки для слабаков? — Это не то, о чем просят по телефону. Они умолкли, одновременно стараясь делать вид, что не скованы гнетущим напряжением. Картина, вчера рисующаяся просто неприятной, планомерно превращалась в катастрофическую. Признаться, Аарон был почти уверен в победе, когда ночью, оставив позади подкрепление, бросился на врага. Он знал, что один не справится, но не сомневался, что подоспевшая помощь пленит монстра раньше, чем тот отделит голову соплеменника от туловища. В конце концов, двадцать пять хорошо вооруженных охотников и два вампира — это не та боевая сила, с которой можно не считаться. Но аномал, очевидно, считаться не собирался ни с кем, легко обходя все ловушки и прорывая окружения. — Одно хорошо, — Аарон титаническим усилием заставил себя все же переместить свинцовое тело в полусидячее положение. — Если этот ублюдок сожрал нескольких охотников, жертв среди мирняка в ближайшие пару дней можно не опасаться. Виктор наградил его тяжелым взглядом и отхлебнул большой глоток из давно уже не полной бутылки виски. Пил средь бела дня он редко, что наводило на определенные мысли. — Я тебя ненавижу за то, что теперь готов считать убитых товарищей наилучшим исходом, — глухо прорычал он. И, со стуком вернув бутылку на стол, добавил. — И нет, он просто сломал им шеи. Но если тебе станет легче, он пил тебя. — Всегда мечтал, — прохрипел Аарон. — Бутылку дай. — Не заслужил. — Не будь сволочью, а! Хватит издеваться. — Ему положено, он же охотник. Джеймс как всегда сначала появился, а затем постучал — осторожно и демонстративно, едва касаясь костяшками холеных пальцев дверного косяка, оставленного за спиной. — Нашел? — Виктор никак не прокомментировал выпад и лишь слегка поморщился, когда пришедший вампир с вежливым: «Позволите?» взял бутылку и все же передал ее Аарону. — След обрывается на реке. Кем бы ни был наш сумасшедший друг, он явно хорош в том, чтобы уходить от погони. После драки он вряд ли мог взлететь, так что перебил запах доступным способом. — А хорошие новости есть? — Виктор жестом предложил гостю присесть, тот отрицательно мотнул головой и рассеянно постучал себя по левому запястью, где под рукавом пиджака предположительно прятались часы. Понятно, как всегда спешит. — Можем порадоваться, что ваш не в меру резвый орден все же соизволил спустя столько времени признать его аномальным и вызвать соответствующую подмогу, а не трех калек из ближайших деревень. — Только ничерта нам это не поможет, — Аарон, оторвавшись наконец от вожделенной бутылки, прочистил горло. — Мы видели, на что он способен, и знаем, что будет с любым, кто к нему приблизится. Его нельзя ни обездвижить осиной, ни убить серебром. — Твоя вера в светлое будущее как всегда вдохновляет и умиляет, — Джеймс едва заметно улыбнулся, заставив Аарона чуть слышно зарычать, а Виктора закатить глаза. — Можете хотя бы между собой не собачиться? Немое «нет» от обоих вампиров повисло в воздухе, никем так и не высказанное. Вместо этого Джеймс расправил невидимую складку на пиджаке и, уже серьезно, сказал: — Сейчас самое главное — не дать этой истории обрести размах. Все мы помним, что было, когда в прошлый раз по миру разгуливал аномал. А Дюжарден, на минуточку, не крошил людей направо и налево. Стоит широкой общественности прознать про этого маньяка — сразу найдутся идиоты, желающие следовать за ним. Как и тогда. Но в этот раз вместо революции мы получим безобразную бойню.

* * *

Тихий вечер с кружкой чая был почти прекрасен, пока у Виктора не заорал телефон. Первым порывом было случайно уронить его с седьмого этажа, но на экране выскочил знакомый номер, пришлось брать. — Добралась? — И даже предварительные переговоры провела, — голос Наташи был немного усталым, но жизнерадостным. Еще бы, охотницей она была не настолько давно, чтобы привыкнуть к частым перелетам и не воспринимать как праздник возможность съездить в другую страну. — Скажи, что у нас есть основания ждать помощи. Пожалуйста, — будь собеседница перед ним, мужчина даже изобразил бы молитвенный жест. С Советом общаться не хотелось до боли. Даже если упустить тот факт, что они, согласившись содействовать, будут телиться еще дольше, чем орденское начальство. Пока решат, нужно ли помогать, пока назначат крайнего, пока найдут и заставят этого крайнего работать вместе с охотниками… Спасать определенно будет уже некого. Герцогиня — другое дело. Ее семья редко отказывала ордену в помощи, и, что важнее, пренебрегала формальностями и делала все быстро. Помимо нее из таких «легкодоступных» вампиров была разве что семья Грант из Лондона, но Джеймс и так прилетел первым рейсом, а остальные Гранты были трогательно дружелюбны, но крайне небоеспособны. — Если я правильно ее поняла, она уже связывается со всеми своими «сыновьями» и ждет ужина только чтобы официально объявить о согласии, — Наташа, судя по звуку, чуть ли не в ладоши хлопала от радости. А затем, очевидно о чем-то вспомнив, добавила куда тише и глуше. — Вы главное держитесь там, помощь скоро будет. — Куда ж мы денемся с подводной лодки, — тыкая пальцем в красную кнопку на глючащем экране, Виктор почти гордился легкостью, с которой шутка сорвалась с разом пересохших губ. Держимся. Все держимся. Только не Сашка, которого завтра похоронят в закрытом гробу. И не британская охотница, увязавшаяся за Джеймсом со страстным желанием помочь. Виктор даже имени ее не успел запомнить, только паршивый акцент и смешные косёнки кислотного цвета. И удивление в остекленевших, широко распахнутых глазах, будто она сама не поняла, что случилось. Она наверно и не поняла, даже пискнуть не успела, когда этот урод свернул ей шею. — Телефон не виноват, что Натали отправили в командировку, а ты торчишь здесь со мной, — Аарон вошел в комнату, намеренно громко топая, но Виктор даже не попытался спрятать под маску горечь и усталость. Лишь выпустил из чуть дрожащих пальцев действительно невиновную технику. — Я просто устал и не знаю, что делать. Если скажешь, что проблема не моя и решать ее не мне — ударю. — Хорошо, это полностью твоя проблема, ты непременно в ответе за спасение мира, что бы ему ни угрожало, — ноги вампира держали все еще погано, потому он рухнул в ближайшее кресло. — Если тебе станет легче, я тоже не вижу ни одного хорошего варианта. — Я и плохих не вижу, — Виктор криво улыбнулся, осознавая, на кого они похожи, сидя и жалуясь на тщетность всего насущного. — Ну, плохих-то у нас навалом, — Аарон, поняв, очевидно, причину улыбки, тоже фыркнул. А затем, чуть подавшись вперед, сверкнул хищно сощурившимися глазами. — И есть один ОЧЕНЬ плохой. Настолько плохой, что ни Совет, ни Орден даже рассматривать его не будут. За прошедшие годы Виктор хорошо изучил вампира и мог узнать эту жутковатую улыбку из тысячи. Улыбку, будто говорящую: «Я уже все для себя решил и теперь жду, пока кто-то другой озвучит мои мысли, чтобы безумцем выглядел не я». — И? — Кое в чем этот холеный гад был прав. История уже видела, что бывает, когда среди вампиров появляется аномал. И с таким уже справлялись. Виктор разочарованно махнул рукой. А он-то уже почти надеялся на зловещий план. — Его пленил другой аномал, да. Легендарный Луций, испивший его кровь до последней капли и сделавший его уязвимым к серебру и осине. Только ты немножечко забыл, кажется, что пленить-то пленил, а сам закончился как явление, просто не сумев справиться с полученной силой. — Память меня не подводит, — Аарон чуть склонил голову на бок, явно дожидаясь, пока до собеседника дойдет. Несомненно для того, чтобы насладиться цирком. Дошло. Поперхнувшись чаем, Виктор вперил в вампира возмущенный взгляд. — Нет. Ну нет же. Ты же не можешь всерьез это предлагать. — Я ничего никому не предлагаю, — Аарон невинно развел руками. — Просто обсуждаю один очень плохой вариант, на который никто никогда не решится. Наш британский чистоплюй правильно сказал, Леон Дюжарден был той еще занозой в заднице, все были рады, когда его удалось пленить, но он не убивал людей направо и налево. В сравнении с горами трупов, которые уже оставил и еще оставит новый аномал, революционные потуги Дюжардена выглядят вполне невинно. — Аарон! — Я что? Я ничего, — Аарон изловчился, выхватил из рук охотника чай и, манерно оттопырив мизинчик, попытался отпить. Конечно же облился и чуть не уронил кружку. — Я просто чаевничаю тихим вечером в приятной компании. И совсем не думаю о том, что Дюжарден отдыхает в гробу в твоем подвале.