Теперь, когда ты здесь

      Незаметно пролетают пять месяцев. Каждый день похож на предыдущий, но это вовсе не скучно и не надоедает. Им никогда не надоедала компания друг друга. Постепенно начинало холодать, и в храме приходилось хлопотать куда больше, чем хотелось бы. Се Лянь постоянно хотел куда-то пойти, дабы найти продовольствие, словно забывал, что Хуа Чэн теперь рядом с ним и может всё что угодно дать принцу.       Монастырь Водных Каштанов — дом Се Ляня, потому Сань Лан относился с высшим уважением к желанию любимого особо никуда отсюда далеко не уходить и не оставлять это место. Конечно, Сань Лану было, что предложить Се Ляню, но это всё может подождать. Главное — Его Высочество совершенно счастлив. Хуа Чэн знал, что для принца важно лишь, чтобы он был рядом, и всё остальное являлось второстепенным изыском; со своим Сань Ланом Се Лянь мог бы хоть на улице ночевать, но второй никогда этого не допустит.       Однако, всё чаще принца стала посещать мысль — нужно ли Хуа Чэну домой? Ведь в отличие от него, Сань Лан оставил всех своих подданных и обязанности ради него. За все эти месяцы Хуа Чэн ни разу не заводил разговор о Призрачном Городе, а Се Лянь, увлеченный любимым, и сам не спрашивал. На самом деле Се Лянь еще не знал, что его любимый и правда иногда думал о своём доме — тогда лишь, когда ночью принц засыпал, и он оставался подле него, не сомкнув глаз всю ночь за ненадобностью. Возникала ли мысль отойти ненадолго и к рассвету вернуться — может быть, но Хуа Чэн никогда бы не оставил Его Высочество ночью.        — Гэгэ нужна помощь? — Интересовался демон, наблюдая, как Се Лянь снова готовит для них привычным утром.       — Ох, спасибо, Сань Лан, но я уже почти закончил, пока что можешь устраиваться за столом.       За эти месяцы, надо сказать, что Монастырь Водных Каштанов весьма преобразился. Конечно же. Хуа Чэну хотелось сделать всё в лучшем виде. Он мог днями заниматься созданием картины, что была в его голове. Демон управился бы намного быстрее, однако важнее было время, проведенное с Се Лянем, потому весь процесс растягивался на долгое время. Сейчас всё выглядело куда более уютно. Для Се Ляня не было секретом, что его любимый хотел создать нечто маленького Призрачного Города прямо здесь, и от этого становилось немного печально. Все-таки хочет домой. Глубоко в душе, подсознательно. Даже если он говорит что-то вроде:        — Я хочу, чтобы здесь было не менее великолепно. Позволь мне приложить руку к этому, и я отстрою здесь десяток храмов, построю дворец, — Се Лянь страшно смущался.       — Мой дорогой Сань Лан, пожалуйста, не нужно. Это место дорого мне и так. Потому что здесь ты, сюда приходят люди, которым я могу помогать, это важно для меня. Не волнуйся ни о чём, здесь очень комфортно, ты и так работал над ним долгое время, — Се Лянь целует прохладную щеку, выражая благодарность, и на душе теплеет.       — Если гэгэ так считает, то я непременно уверен, что так и есть, — Хуа Чэн улыбается нежно и трепетно, — главное украшение здесь — это ты, Ваше Высочество. И я так рад, что ты носишь его, — продолжил Сань Лан, имея ввиду подаренный наряд. «Ты бы прекрасно смотрелся в нём прямиком на моём троне.» — Но он не озвучивает этого даже в шутку, ведь шутить здесь не о чем. Они оба знают об истинном желании Хуа Чэна.       Тот снова опускается на колени, целуя пальцы Се Ляня и запястья. Принц мог бы поклясться, что ничего приятнее этого не испытывал, для него не было большей чести. Хуа Чэн целует до локтей, открывая кожу, а затем смотрит взглядом, полным чего-то выше всех мирских чувств и слов. Он мысленно приклоняется перед своим богом каждое мгновение и позволяет выразить желание вслух:       — Я бы никогда не останавливался, вот так целуя твои руки, я бы запечатлел тебя на картине и молился перед ней на коленях каждый день. Моё истинное сокровище, — голос стал более глубоким, — Ваше Высочество, я говорю лишь как есть, это не лесть ни минуты, этот Сань Лан никогда бы не подумал о преувеличении, — он поднимается руками до чужих бедер, осторожно чуть сжимая их и обнимает чужие колени, кладя на них голову. В ответ Се Лянь молчит, но перебирает его волосы пальцами, — более блаженного ощущения нет в целом свете, — вдруг срывается с уст Хуа Чэна, и Се Лянь тихонько смеётся, но лишь недолго, потому что Хуа Чэн снова забирает его в поцелуй.       Их разговор откладывается. Ровно до того момента, пока Хуа Чэн не начинает ощущать острее, что ему стоит вернуться. Он раздумывает как бы завести об этом разговор, но, к счастью, Се Лянь и сам давно всё понял, потому лишь говорит:       — Прошло так много времени и для Небес, и для Призрачного Города. Этот принц совсем забросил свои обязанности, — вздохнул Се Лянь.       — Гэгэ что-то тревожит? — Мигом находится Хуа Чэн и обнимает любимого за талию, — беспокоят в сети духовного общения?       — Все хорошо, — заверяет Се Лянь, — только Его Превосходительство очень соскучился, — хихикнул принц, — всё расспрашивает: что я могу здесь с тобою делать столь много месяцев, почему не хочу вернуться, — Се Лянь прижимается ближе к любимому, — им до конца не понять, — продолжает он, — мало времени…мне очень мало времени с тобой. Я всё ещё думаю, что это сон. Должно ли пройти десятилетие, чтобы я наконец убедился? — Сань Лан прижимает его к себе, поглаживая волосы, ему больно слушать подобное, и он не знает: когда эта вина искупится.       — Простите, Ваше Высочество, — голос звучит приглушенно, — я здесь, с тобой, даже если ты не веришь, я буду это повторять. Я так ранил тебя, я…       — Нет-нет, Сань Лан, ты не виноват. Просто я очень люблю тебя и всегда боялся потерять, я люблю тебя, — повторял принц, словно это было высшей необходимостью, — мой дорогой, я так счастлив, что ты рядом, что я могу касаться тебя, заботиться, — Се Лянь вновь коснулся прохладных губ, выражая всю свою привязанность и нежность.       И это было полностью взаимно. И они оба знали об этом. Небеса подождут, все миры подождут, думалось именно так еще пару недель, пока все не запорошило снегом. Людей стало приходить ещё больше, чем в остальное время. Се Лянь принимал их вместе с Хуа Чэном. Те, конечно, немного пугались, но Его Высочество располагал к себе довольно быстро. К тому же: вклад Хуа Чэна был неоценим, только им об этом не говорилось. У людей было много бед и горя, от которого и так туманился рассудок, и Се Лянь боялся, что, узнав: кто во истину перед ними, они точно сойдут окончательно с ума, поэтому просил любимого применять иллюзию.       — Сань Лан, что-то произошло? — однажды вечером спросил принц, заметив, что Хуа Чэн напряжен и погружен в свои мысли, однако, услышав голос любимого, Сань Лан тут же отвлекся и поцеловал Се Ляня в лоб.       — Всё хорошо, гэгэ, иди ко мне, — ласково подозвал Князь Демонов и усадил на колени, — иначе и быть не может, когда гэгэ здесь, рядом со мной. Ты устал? Мне стоило все же помочь тебе с молитвами сегодня. Больше я не стану слушаться гэгэ, — усмехнулся Хуа Чэн. Се Лянь стал поглаживать его щеки, отчего веселье как ветром сдуло, и Сань Лан замер, вглядываясь в лицо своего божества.       — Сань Лан, — Се Лянь мягко позвал его и смотрел прямо в сверкающий глаз, — что произошло? Тебе нужно в Призрачный Город? — спокойно интересовался Се Лянь, поглаживая по спине и все еще чувствуя чужое напряжение, — если так, то я просто отправлюсь с тобой, — ласково произнес Се Лянь, успокаивая любимого.       — Гэгэ, тебе не нужно…это вовсе не обязательно, мелочи, просто кучка высших волнуется обо мне, — усмехнулся Хуа Чэн, — сообщили о нескольких новых пожарах и парочке происшествий в оружейной, — он поцеловал Се Ляня в висок.       — Ох, Сань Лан, тебе правда стоит вернуться. Да и… — Се Лянь замялся на мгновение, но, собравшись с силами, продолжил, — я сам хотел бы туда…вернуться. Там жить, — отрывисто излагал принц, волнуясь, — если Его Превосходительство не возражает, — Се Лянь не понял: почему это сказал, он в следующее мгновение отвернулся, боясь посмотреть на любимого.       Пытаясь поверить своим ушам, Хуа Чэн еле держался, дабы прямо сейчас не зацеловать принца и не закружить его на руках. Он и подумать не мог, что Се Лянь хочет в Призрачный Город, что ему там понравилось, и он вот так легко пойдет за Хуа Чэном. Однако Се Лянь был подстать своему любимому и готов пойти за ним куда угодно.       — Ваше Высочество, вы погубите меня, я люблю тебя, очень сильно люблю, — шептал демон, прижимая Се Ляня к себе.       — Сань Лан ведь побудет со мной там немного, прежде чем уйдет в дела? Просто я немного отвык, — виновато произнес принц, — не волнуйся, кухня останется целой, — улыбнулся он, всё также вопрошающе смотря на возлюбленного.       — Ваше Высочество, вы невозможны, — почти жалобно произнёс Сань Лан, беря Се Ляня на руки. Он подошёл к небольшому столику, беря кости и обратился к принцу, — это будет честь для меня, — посмотрев на Хуа Чэна несколько мгновений, Се Лянь понял что к чему и подбросил кости.       В Призрачном Городе никогда не было тихо, как на Небес или на земле. Голоса всегда разносились здесь эхом, шум не смолкал и звук игральных костей, больших чаш с разной выпивкой, однако стоило явиться градоначальнику, все притихали, с почтением приветствуя его. Сейчас они оказались прямо на главной улице, а не в самом дворце. Возможно, роль сыграла удача принца, точнее: её отсутствие. Сань Лан прижал его к себе крепче, не желая смущать любимого и показывая таким образом, что защищает, даже в своем собственном доме. Воцарилась полная тишина, и Сань Лан прошел вдоль прямиком до своего дома, оставляя все вопросы и дела на потом. Он прекрасно знал, насколько его любили поданные и как хотели бы с ним поговорить, но сейчас его главной заботой был Се Лянь.       Как только они вошли, Се Лянь заметил Инь Юя, который предстал в поклоне, а затем осмелился посмотреть на них с нескрываемым почтением.       — Ваше Превосходительство, с возвращением, — произнес демон, — Ваше Высочество, — чуть приглушенно с восхищением произнес Ин Юй, словно боясь сделать что-то сейчас не так при Хуа Чэне, но увидел лишь приветливую улыбку принца в ответ, — какие будут распоряжения?       — Исполнять всякий каприз Его Высочества, — совершенно серьёзно ответил Сань Лан, чем заставил Се Ляня покраснеть и уткнуться ему в грудь.       — Сань Лан, что ты говоришь… — пробормотал Се Лянь, — как можно говорить такие вещи?..       — Здесь всё можно, — с этими словами Хуа Чэн отправился по длинному коридору, следуя к своему трону, затем он осторожно усадил на него Се Ляня, сам оставшись стоять подле, — добро пожаловать домой, Ваше Высочество, — он поцеловал тыльную сторону ладони принца и посмотрел в глаза, чтобы проверить реакцию.       Се Лянь лишь почувствовал, что у него перехватило дыхание. Ему хотелось бежать, сильно разволновавшись, ибо он уже давно не был в этой роли, ему было не совсем уютно, и Сань Лан, прочитавший его намерение по глазам, в итоге усадил Се Ляня себе на колени.       — Так гэгэ чувствует себя лучше? — Спросил Хуа Чэн, одной рукой придерживая принца за живот, а вторую устроив где-то на чужом колене. Всё еще ужасно смущенный, Се Лянь стал дышать, стараясь успокоиться. Он почувствовал поцелуй в шею и прикрыл глаза в блаженстве, наслаждаясь ощущением, — гэгэ может посещать это место, когда пожелает, ты дома, — пытался он все еще донести до принца, чтобы это прочно осело в чужой голове и навсегда, — я подготовил покои, — говорил Сань Лан между поцелуями, — специально для гэгэ, как только пожелаешь, сообщи мне. — Но Се Лянь, не допуская и мысли о том, чтобы разлучаться с любимым, лишь углубил поцелуй.       — Я хочу быть с Сань Ланом, — уверенно произнес принц, — мне комфортно везде, где ты, с тобой рядом, хочу только в твои покои, делить с тобой одно ложе, как и всегда. Все те месяцы, всю жизнь, — когда принц понял, что только что сказал на одном дыхании, он покраснел сильнее одежд Хуа Чэна и обнял его, слушая счастливый бархатный смех.       — Гэгэ хотел в мои покои, — ласково произнес демон, закрывая за собой дверь в довольно уютную комнату.       Больше всего места здесь занимала кровать. Она была просто огромной в сравнении с циновкой, на которой они спали всё это время. Также в комнате находился стол с разными бумаги и даже приборами для каллиграфии, а главным украшением — был портрет. Портрет Се Ляня, который закрывал почти всю стену. Принц так и ахнул, посмотрев внимательнее. Свет был приглушён.        — Демонам так комфортнее и уютнее, — объяснил Хуа Чэн, — здесь везде довольно мало света в сравнении с Небесами, однако, гэгэ необязательно привыкать. Если хочешь, я непременно зажгу больше света.       Се Ляню совершенно не хотелось нарушать комфорт любимого, который жил так всю свою жизнь, потому он лишь улыбнулся и ответил:       — Все хорошо, Сань Лан, твой комфорт очень важен для меня, просто, если что позови своих бабочек, хорошо?       — Гэгэ просто потрясающий, — восхищенно сказал Хуа Чэн, — спасибо, и как я сразу не додумался? — Риторически произнес он, с обожанием глядя на принца, — Ваше Высочество… я бы хотел, если ты позволишь, я хотел бы здесь провести с тобой эту ночь, — понимая, о чём говорит Хуа Чэн, Се Лянь лишь погладил того по щеке, мысленно отвечая согласием.       Ни медля ни минуты, Хуа Чэн уложил принца на постель, очень осторожно освобождая от одеяния. Се Лянь до сих пор был одет в его подарок и теперь всё смотрелось очень гармонично. От этого захватывало дух. Спустив одеяние по плечи, Сань Лан поцеловал каждое, затем спускаясь к локтям. Хуа Чэн все время бросал взгляды на лицо принца, читая во взгляде лишь истинное наслаждение и сам расслаблялся. Очертив поцелуями плоский живот, Сань Лан поднял свой глаз на Его Высочество, словно ожидая дозволения. Они установили зрительный контакт. В одном взгляде — желание, страсть, обожание, в другом — доверие, нежность, любовь.       — Если гэгэ не комфортно, мы остановимся. Слышишь? — Считывая каждую эмоцию любимого, Сань Лан внимательно прислушивался также и к чужому телу. Се Лянь его слышал, не отводя взгляд, — гэгэ, можно? — Спросил Сань Лан, касаясь завязок на штанах, и принц перехватил его руку, желая сделать это вместе. Хуа Чэн улыбнулся, поняв намерение и ласково произнес, целуя в лоб, — не бойся, я не сделаю тебе больно, никогда, Ваше Высочество.       Спустя мгновение Се Лянь лежал перед ним абсолютно раздетый, смотря полными доверия глазами и отрывисто дышал от передавшегося ему чужого возбуждения. Сань Лан на секунду отстранился, беря пузырёк с маслом в руки и вылил немного себе не пальцы. Се Лянь вопросительно смотрел на него, ожидая дальнейших действий.       — Все хорошо, Ваше Высочество, обещаю, — Хуа Чэн нагнулся и поцеловал Се Ляня в уголок губ, одновременно с этим просовывая один палец внутрь.       Се Лянь застонал от непривычного ощущения. На самом деле он постоянно готовился мысленно к боли. Просто привык. Раньше его касались, если можно так сказать, лишь чтобы причинить боль. Никто не спрашивал: больно ли ему, никто не заботился о его комфорте всё это долгое время до появления Хуа Чэна. Сань Лан отвлекал его мелкими поцелуями, гладил везде, где мог дотянуться. Се Лянь инстинктивно сжимался и подготовка отнимала довольно много времени, но Хуа Чэн был очень терпелив, он знал на что шёл и лишь успокаивал принца.       — Тебе просто нужно немного расслабиться. Не больно? — спрашивал Хуа Чэн, не делая ничего резкого и нового для принца всё это время, давая ему привыкнуть к новому ощущению. Се Лянь только потянулся к нему выше, рукой касаясь чужой груди, и демон положил на неё свою ладонь, — я с тобой, все хорошо. Можно я добавлю еще один палец, гэгэ?       Получив кивок, Сань Лан добавил палец, продолжая растягивать узкие стенки. Принц уже постепенно привык к ощущениям и лишь немного постанывал, доставляя Хуа Чэну небывалое удовольствие. Поняв, что Его Высочество готов, Хуа Чэн стянул свои одежды и тут же услышал:       — Сань Лан… — Демон сразу понял: в чём дело и вернулся к принцу, успокаивающе поглаживая его по волосам, — ты…ты хочешь это в меня… — в принципе правильно изложил Се Лянь, учитывая его незнание в данном деле. Се Ляня не смущало то, что он видел перед собой достоинство действительно солидных размеров, его, скорее, это пугало. Все же он понимал, что сам довольно узкий. Поняв панику любимого, Хуа Чэн поспешно ответил:       — Чшшш, успокойся. Я никогда не сделаю тебе больно, ничего не бойся. Этот Сань Лан никогда не причинит боли гэгэ, клянусь, иди ко мне, — Хуа Чэн приподнял принца, прижимая к себе и проникая внутрь медленно лишь головкой, одновременно с этим покрывая грудь и шею принца поцелуями, слегка покусывая кожу клычками, но контролируя свой темп и силу.       — Ах, С-Сань Лан, медленнее, пожалуйста…будь нежнее… — Услышав это, Хуа Чэн сразу же замер, давая Се Ляню придти в себя и перевести дыхание от стонов. Затем он поцеловал принца в висок и снова набрал более медленный темп, — Сань Лан… — Се Лянь выдохнул ему в шею, сжимая сильнее, обвивая свои руки вокруг неё.       Хуа Чэн оставил поцелуй между лопаток, затем взял лицо принца в свои ладони и завладел губами. Такими любимыми и желанными.       — Гэгэ, тебе приятно? — Низким и хриплым голосом спросил демон, привычно двигаясь внутри, получая колоссальное наслаждение от узкости и тепла внутри Се Ляня.        — Да, да, Сань Лан…только я…я кажется, — быстро поняв, что происходит, Сань Лан только и успел схватить ткань, лежащую рядом, перед тем как принц ощутил себя оторванным от этого мира. Сань Лан довёл его до точки наслаждения, он идеально выполнил задуманное. Обессиленный, но счастливый, Се Лянь просто поддался ему в руки, не до конца осознавая реальность и происходящее. Стараясь контролировать любимого, Хуа Чэн не успел сосредоточиться на том, как сам кончил вслед за принцем.       Они оба лежали на спине, чувствуя себя счастливыми, но совершенно без сил. Хуа Чэн чуть повернул голову в сторону: Се Лянь лежал, закрыв глаза и переводя дыхание. Рука его покоилась на груди Сань Лана, который притянул его ближе и обнял. Мягко и ласково.       — Ваше Высочество? — Ласково позвал Хуа Чэн, целуя в макушку, — как себя чувствуешь?       — Потрясающе… — медленно отозвался Се Лянь, — спасибо, Сань Лан… Мы повторим? — В ответ он тут же услышал бархатный смех и осознал: что только что сказал.       — Вижу, гэгэ в порядке. Я рад служить Вашему Высочеству, — преданно отозвался Хуа Чэн, искренне счастливый, что принц проявляет своё доверие.        Прошло еще немного времени, перед тем как Сань Лан понял, что они лежат без одежды под испачканным одеялом и тем более — на испачканной простыни. Тогда Хуа Чэн быстро поднялся, набросив халат и посмотрел на принца, который уже успел задремать после новых ощущений. Осторожно взяв его на руки, Сань Лан направился в купальню, отослав всех слуг, ибо нечего тут смотреть на его сокровище, особенно в таком откровенном виде. Сань Лан нагрел воду достаточно, чтобы успеть помыться и самому, а затем вымыть принца более медленно и осторожно.       Движения Хуа Чэна еще больше успокаивали, пока он массажировал кожу его головы, так что принц даже и не думал просыпаться, поддаваясь каждому движению чужих рук. Сейчас Се Лянь был беззащитен, и у Хуа Чэна дыхание сбивалось от того, насколько Се Лянь ему доверяет. Делать с ним что-то, пока тот спит — Хуа Чэн и подумать не мог о подобном раньше, а теперь всё это в его руках.       Когда Хуа Чэн вернулся в покои, солнце уже поднималось, но он был спокоен, ведь свет в Призрачном Городе всегда приглушён, поэтому ничто не потревожит сон Его Высочества. Он аккуратно уложил Се Ляня на постель, уже смененную по его приказу, и укрыл новым чистым одеялом, повышая температуру в комнате, чтоб после ванной воздух не был слишком холодным, и Се Лянь не простудился.       И после всего этого еще нужно заниматься делами?       Хуа Чэн усмехнулся сам себе, оставляя одну бабочку с принцем, чтобы та присмотрела за ним и сообщила, когда Се Лянь проснётся, сам он вышел из покоев, отправляясь за подробностями всего произошедшего за своё довольно длительное отсутствие.       Теперь демонам хотелось кричать на перебой, чтобы Градоначальник узнал обо всём до мелочи и ничего не упустил. Первым делом он разобрался с недавним пожаром и спросил о ситуации на границах. Всё было относительно спокойно, и сам Хуа Чэн не чувствовал ничего постороннего в своих владениях. Теперь он еще больше озаботился безопасностью, ведь Се Лянь был здесь. Сообщений с Небес особо не получали. Разве только: здесь ли ваш градоначальник, и Хуа Чэн усмехался, слушая об этом. Всех еще волновало нахождение здесь Его Высочества. Любопытству нечисти не было предела, но им бы точно хотелось сохранить свои головы и языки, поэтому они молчали, замечая только, что лицо их господина стало светлее обычного и взгляд мягче, наполненный каким-то небывалом, неизвестным им чувством.       — Его Превосходительство Повелитель Ветра обращался к нам с просьбой посетить Небеса, — осторожно докладывал один из служителей, — т.то есть, чтобы Градоначальник посетил Небеса вместе с. с… Его дражайшим Королевским Высочеством, — запинаясь закончил демон, страшась сказать неверное слово в адрес Се Ляня, но, к счастью, Хуа Чэн был совершенно спокоен. Он не испытывал ничего дурного к Ши Цинсюаню и уважал их отношения с Се Лянем, все-таки того не ведая, они помогали друг другу. Хуа Чэн уважал всех, с кем был близок Се Лянь, — и ещё два небесных генерала передавали приветствие, они спрашивали… — Хуа Чэн сразу понял и прервал его. Фэнь Син и Му Цин.       Хорошо, без визита на Небеса им не обойтись. Не успел Хуа Чэн закончить Совет, как дверь немного приоткрылась, и он услышал голос демоницы-служанки.       «Ваше Высочество, там сейчас…» — но Се Лянь вошел в зал быстрее, чем она успела предупредить. Се Лянь не знал: что это за место, как и того, что Хуа Чэн здесь. Он страшно покраснел, собираясь тут же выйти вон, но замер, увидев толпу демонов. Все они в миг обернулись на звук и в восхищении раскрыли свои рты и вытаращили глаза. Поняв, что прервал действительно нечто важное, Се Лянь устыдился и принялся покусывать губы. Демоны хотели поприветствовать Его Высочество, но Хуа Чэн отдал жест, означающий тише. Он снисходительно улыбнулся и показал также жест рукой Се Ляню подойти ближе. Тогда толпа мигом расступилась, и Се Лянь принялся ступать по алым ступеням, придерживая полы своего одеяния.       Где-то на предпоследних ступенях Хуа Чэн подал принцу руку, помогая преодолеть последние и поравняться с ним. Его глаз сиял эмоцией почтения и обожания. Воцарилась тишина, наполненная любопытством. Демоны впервые за много-много лет услышали голос принца:       — Ваше Превосходительство, — одними губами произнёс принц, — я просто хотел осмотреться, я не знал, что Вы здесь. Прошу прощения, — как им обоим сейчас было непривычно. Кажется, что Сань Лан даже засмущался.       — Это честь для меня. Ваше Высочество в моих владениях. Я очень долго ждал, — кажется он сказал последние слова более нежным и тихим тоном. Желайте присесть?       Се Лянь моргнул, пытаясь осознать, он проследил за рукой любимого, которая указывала на трон. Все демоны в удивлении посмотрели друг на друга, а Се Лянь — на Хуа Чэна, который взял его ладонь в свою и усадил рядом.       — За Его Королевское Высочество. Накрывайте сегодня ужин, Инь Юй, проследи за всем, чтобы каждая салфетка лежала ровно.       Демоны тут же пулей разнеслись в стороны, поклонившись, с горящими глазами, не унимая своей болтовни, они занялись подготовкой, а Се Лянь с Хуа Чэном пока вполне могли заняться друг другом.