Теперь, когда ты здесь

      Се Лянь только восстанавливался после беременности, когда им поступила весть о том, что Его Превосходительство Повелитель Ветров вместе с мужем и сыном хотят посетить их. С этого момента покоя принцу не было ни одной минуты. С самого утра поданным поступила масса распоряжений. Они так давно не виделись. В последний раз Се Лянь видел Юймина еще маленьким ребенком, и тот с сомнением его запомнил.       Сейчас Его Высочеству Юймину уже исполнилось четырнадцать. Он был младше Сюин всего год. Красивый и статный юноша, с изящностью и любовью к веерам весь в своего папу, носивший белые и светло-голубые ханьфу. Наполовину демон, наполовину полон светлой энергией Цинсюаня. У него были невероятной красоты глаза, глубокие и зеленые. По характеру, однако, вышло нечто среднее между Мин И и Цинсюанем. Юймин бывал весел, словно бес в него вселялся, а бывал и молчилив, но не угрюм, лишь просто излишне спокоен и тих. Его особо не заставляли учиться. Родители поощряли всё, что нравилось юноше: собирать коллекции ракушек или проводить больше времени вне дома — запретов не было никаких. Нрав Цинсюаня хорошо в нём осел со временем, потому они быстро нашли общий язык и не конфликтовали.       С Мин тоже всё было в порядке. Понимание даже без слов, компании за трапезами и всё до самых мелочей. Не смотря на небольшие перепады в своем характере, Юймин почитал и никогда не повышал голоса на родителей. Он являлся сокровищем подводного мира, и родители не могли нарадоваться драгоценному чаду.       Юймин часто спрашивал о Его Величестве своего папу, слушал истории их дружбы, даже увидел портрет. Он всегда говорил, что хочет быть похожим на него, однако отец заверил, что главное — быть самим собой.        — Ваше Превосходительство, — обращался Юймин к Цинсюаню, — может ли Его Величество быть моим наставником? Для меня это будет огромной честью. Вы ведь как братья с ним. Можете просить.        — Мой дорогой, я бы сам желал этого, но, как ты знаешь, только недавно на свет явился Его Высочество Вэймин. Сейчас пока что Его Величеству не до этого, однако я поговорю об этом с ним со временем обещаю.       — Я соскучился по ним, по Её Высочеству, по нашему Императору, по… по Собирателю Цветов, Его Превосходительству, хоть его и не помню, но, кажется, что он играл со мной иногда.       — Верно, я хорошо помню эти моменты, — согласился Цинсюань, — скоро ты увидишься с ними. Я написал письмо, сам очень скучаю. Еще помнишь Сюин?        — Как можно забыть юную госпожу? Конечно, помню. Даже здесь слухи ходят о её красоте и нраве. Но, кажется, Его Величество не доволен дочерью.       — Всё очень сложно, Юймин, — вздохнул повелитель ветров, — не будем о грустном, давай-ка собирайся. Его Величество ждать не может.

***

      — Сань Лан! Ты всё проверил? Пожалуйста, пробегись по списку еще раз. Я не хочу, дабы что-то пошло не так, — просил Се Лянь, передавая свиток.       — Гэгэ так волнуется, — ласково подметил Хуа Чэн, — прибытие Его Высочества и правда событие значимое, однако, тебе нужно отдохнуть.       — Какой отдых, Сань Лан? Они прибудут через пару часов. Мне нужно проверить как там Вэймин, я скоро вернусь. Прошу тебя последи за всем.       — Хорошо, но только после… — Хуа Чэн притянул принца к себе и поцеловал, сбивая с толку Се Ляня, от неожиданности Его Высочество обвил талию Сань Лана.       Кажется, демон никогда не прекратит так забавляться.       Се Лянь поспешил в комнату к сыну. Мальчик лежал в колыбели и, завидев принца, зашевелил ручками, потянувшись к нему. Ласково улыбнувшись, Се Лянь поднял его на руки и поцеловал в лобик.       — Мой дорогой, всё хорошо, скоро все соберутся на большой праздник, ты ведь тоже хочет посмотреть? — ласково говорил принц с сыном, — и хочешь наверняка к папе.       Вэймин захихикал и взял в рот ханьфу Се Ляня. Хорошо, что оно было не парадное, и принц еще не переодевался. Се Лянь не мог нарадоваться сыночку, он не желал оставлять его без внимания хоть на минуту, но все же приходилось, ведь он Император. Держа Вэймина на руках, принц вышел из комнаты, отправляясь к Хуа Чэну.       Все приготовление постепенно были окончены, и сейчас Се Лянь и Хуа Чэн спокойно наконец уделяли время друг другу и детям.       — Он соскучился по тебе, — нежно произнёс принц, передавая Вэймина Хуа Чэну.       — Иди сюда, мой дорогой, — ласково ответил Сань Лан, беря сына на руки. Вэймин сразу же ухватился за косичку Хуа Чэна и взял её в рот. Они никак не могли отучить, — Сюин так не делала, — подметил Сань Лан, продолжая играть с сыном.       — Агу, — веселился малыш, теперь принимаясь за серьги Хуа Чэна, дергая их пальчиками и всё изучая. Он трогал повязку, украшения и всё, что попадется под руку.       — Гэгэ, спаси меня! — Наигранно взмолился Сань Лан, и Се Лянь убрал ручку сына с повязки. Ему очень не нравилось, когда кто-то трогал её и знал, что его мужу от этого дискомфортно, но как это объяснить маленькому ребенку?       — Сань Лан, — позвал принц, обращая на себя внимание.       — Да, гэгэ? — Ласково отозвался демон, посмотрев на супруга.       Се Лянь дотронулся до его щеки, нежно проводя пальцами и потянулся к виску Хуа Чэна, чтобы поцеловать его со всей любовью, что была внутри. Хуа Чэн понял, чем вызвано такое желание Се Ляня проявить сейчас нежность и успокоил:       — Всё хорошо, гэгэ, — чуть громче шепота отозвался демон. Се Лянь продолжал держать с ним полный зрительный контакт и убеждался, что с ним искренне себя ведут.       Се Лянь ещё раз поцеловал Хуа Чэна, а затем — сына, который притих на коленях Сань Лана.       Сюин спустилась с лестницы к родителям. Сегодня она уж слишком была похожа внешне на отца. Увидев её, Се Лянь не мог проронить и слова, она как всегда поклонилась родителям, и Хуа Чэн пригласил её сесть с ними.       — Дорогая, что это такое? — поинтересовался принц, имея ввиду наряд Сюин, — Сань Лан, посмотри на неё.       — У нашей дочери совершенно мой вкус, гэгэ, — весело произнёс Сань Лан, — опять похитила украшения из моей уборной? — хитро улыбнулся демон.       — Пап, смотри! — Весело произнесла девушка, показывая саблю, — мы ведь поупражняемся с тобой сегодня?       — Конечно, солнышко, после трапезы. Думаю, и Юймин присоединится к нам. Верно, гэгэ? — Се Лянь, кажется, только отошел от шока.       — Сюин, ступай и, пожалуйста, оденься как подобает. Если ты меня не уважаешь, то хотя бы перед Его Высочеством и Его Превосходительством не смей появляться в таком виде.       — Гэгэ, спокойно. Если ей так удобно, то пусть носит, что хочет. Пусть все принимают нашу дочь такой, как ей нравится. Она еще ребенок.       Се Лянь передал Вэймина в руки Хуа Чэна и поспешно покинул зал, оставляя их с дочерью. Хуа Чэн и Сюин переглянулись.       — Папа! — Крикнула Сюин и хотела пойти за ним, но Хуа чэн остановил её.       — Не бери в голову. Он сейчас вернётся, ему нужно немного успокоиться. Да, мой сладкий? — Ласково обратился Сань Лан к сыну. Сюин только вздохнула.       Совсем скоро Се Лянь и правда вернулся. Только теперь не в ханьфу. Его наряд больше подходил для верховой езды. Он был еще прекраснее с нежно-золотых тонах. Помимо всего, Се Лянь распустил волосы и теперь они свободно падали на его плечи. Хуа Чэн невольно вздохнул и приоткрыл рот.       — Ваше Высочество, почему Вы раньше не одевались так?       — А что, мне идет?       — Вы меня убивайте, — отозвался Хуа Чэн, целуя одновременно обе руки принца, которые как и всегда были в перчатках.       — Пусть все делают, что им вздумается, — бросил Се Лянь и больше он не успел ничего сказать, поскольку слуга оповестил их о прибытии гостей.

***

      — Ваше Величество! — Цинсюань с радостной улыбкой приветствовал Се Ляня по традиции обнимаясь, — ты прекрасно выглядишь, это непозволительно! — Засмущать принца никогда не было трудностью. Се Лянь покраснел и захихикал, — Ваше Превосходительство, — теперь принц обратился к Мин И, и тот тоже отдал поклон, поприветствовав Императора.       Юймин стоял позади родителей, ожидая дозволения подойти. Сказать, что принц был рад его видеть — ничего не сказать. Он буквально светился от счастья. Юймин поцеловал обе руки Его Величества, поклонившись и только после они заговорили.       — Дай же мне взглянуть на тебя, мой дорогой, — с гордостью произнес Се Лянь, обнимая Его Высочество, — ты так вырос. Я-то помню тебя чуть больше Вэймина. Бегал такой маленький и болтал всякого.       — Ваше Величество, — осмелился улыбнуться Юймин, — честь для меня, что Вы помните эти дни. Ваше Превосходительство, — обратился Юймин к Хуа Чэну.       — Добро пожаловать в столицу, — поприветствовал Сань Лан, — Выросли, Ваше Высочество.       — Благодарю, я почти не помнил Вас. Мне так стыдно, но, кажется, что Вы ничуть не изменились.       Хуа Чэн только раскрыл руки, приглашая его в объятие. У Се Ляня внутри все трепетало от этой картины.       — Отвратительно, — шепнул Мин И на ухо мужу, но тот лишь хихикнул.       — Привыкай, дорогой, вы скоро породнитесь. Правда, Ваше Величество?       Сюин прекрасно понимала: о чем сейчас пойдет речь, и нй было ужасно неловко, но вот Юймин подошел и к ней.       — Ваше Высочество, — он поцеловал руку Сюин с улыбкой.       — Добро пожаловать, — улыбнулась она.       Это было очень сложно. Так держать лицо. То, что она сейчас чувствовала и врагу не пожелаешь, но вот приветствия окончились, и все принялись к трапезе. Юймин впервые увидел Его Младшее Высочество, сейчас он нянчился с ним.       — Ты ему нравишься, — отметил Се Лянь с улыбкой, — Дорогой мой, ты ничего не заметил?       — Если Ваше Величество изволит говорить об имени Вашего сына, то, кажется, я разгадал эту загадку.       — Я желаю, чтобы он вырос таким же прекрасным юношей, как ты. Мы всё для это делаем. Ты говори с ним, он это любит. Может быть, именно ты станешь наставником нашего сына.       — Ваше Величество, Вы льстите мне. Это честь. Как юная госпожа, как Его Превосходительство?       — Хвала Небесам, все здоровы. Только Сань Лан иногда… может неожиданно вспомнить о Чао Ки или о своем увечье. Бывают тяжелые ночи… — вздохнул Се Лянь.       — А Вы, Ваше Величество?       — А что до меня, мой дорогой? Я исполнил мечту моего дорого мужа, подарил наследника, стараюсь сохранить порядок, как видишь, пока что всё гладко. Конечно, прошлые события немного измотали нас и мне бывает нездоровится, но. всё хорошо, не волнуйся.       — Я заметил… Её Высочество не очень радостны. Что-то случилось? Она не рада моему приезду?       — Не говори так, конечно, она рада, вы же так дружили в детстве, помнишь? «Я женюсь на Сюин». Вот ты и вырос. Вот Вэймин подрастет…       — Вы хотите сказать…? Её Высочество станет моей невестой?       — Всё может быть, милый мой. Ваш союз словно подарок небесам. Папа небось всё тебе докучает подобными речами, я прав?       — Он словно где-то в облаках летает… Всё только «Её Высочество, Её Высочество…» Чувствую, что мне стоило родиться госпожой, — усмехнулся Юймин.       — Ох, — выдохнул Се Лянь, — будь ты моим сыном…может…       — Ваше Величество?       — А? Я говорю: быстрей бы Вэймин наш подрос, и ты научишь его столькому, я в предвкушении, — улыбнулся Се Лянь.       — Сделаю всё возможное, — обещает принц, — Ваше Величество, простите…я бы хотел сказать Вам, — Юймин опустился на колени перед Се Лянем, беря его руки в свои, — я. простите за дерзость…но все эти годы я скучал по Вам и мечтал обо одном. Когда я встану на ноги, то непременно буду молить Вас стать моим наставником.       Рука Императора коснулась макушки Юймина, и он с улыбкой ответил:       — Разве это уже не так? Скоро ты с Императором породнишься. К тому времени ты сам наставником моего сына будешь. Как я сказал.       — Я готов ждать, сколько потребуется, Ваше Величество.

***

      Всю оставшуюся ночь они провели все вместе, беседуя и развлекаясь. Тише всех вела себя только Сюин. Наврядли Киу Ли заглянет сюда. Она прекрасно знала, что папа будет говорить о свадьбе, и что бы он не сказал — решение уже принял давно.       Как только всё немного улеглось, Сюин направилась к Его Величеству для разговора.       — Дорогая, я и сам ждал тебя, — улыбнулся Се Лянь, — проходи, присядь.       — Я пришла с Вами поговорить. Я знаю, что Вы грезите о том, чтобы я вышла замуж, верно?       — Ещё ничего не решено, не волнуйся. Вэймин мал, времени достаточно.       Сюин опустилась на колени перед Се Лянем, сбивая того с толку.       — Ваше Величество, мне известно: Вы хотите выдать меня за Его Высочество.       — Это всего лишь мысли, Сюин, не думай пока об этом. Я еще ничего не решил.       — Вы же знайте… я люблю Ки…       — Сюин!       — Ничего не изменилось, — печально улыбнулась девушка, — Вы приняли решение, очень давно. и Вы лжете мне, глядя в глаза.       — Замолчи! Ты осознаешь, кого и в чем обвиняешь?! Я не только отец тебе, я ещё и твой Император! Как смеешь ты обвинять меня во лжи?!       — Я давно усвоила: кто Вы. Вы — мой Император. Но не папа.       Се Ляню резко отдало в виски от этой фразы, он ощутил боль в животе и еле смог произнести:       — Убирайся… — он чувствовал, как мутнеет его сознание.       Сюин резко встала и вышла из покоев, хлопнув дверью и проносясь по коридору молнией, она была вся в слезах.       Она бежала, пока не уткнулась в грудь отца. Тот инстинктивно обнял её, не понимая, что произошло.       — Папа, я ненавижу его! Я ненавижу…       — Сюин, что произошло? Кто тебя обидел? Успокойся, скажи мне: что произошло?

***

      Се Лянь вышел из покоев с трясущимися руками и колотящимся сердцем. ОН был намерен найти Хуа Чэна, но тут его окликнули.       — Ваше Величество, Вам плохо? — Это был голос Юймина, — врача?       — Мне нужно… найти моего мужа, — вымолвил Се Лянь, чувствуя, как его обхватили за талию для надежности, — помоги мне.       Юймин знал: где сейчас Сань Лан, потому как недавно виделся с ним. Он провел Се Ляня по коридору и замер, увидев его с дочерью. Сюин безутешно плакала в объятиях Хуа Чэна, когда они подошли.       — Ваше Превосходительство, нужно врача… — Хуа Чэн был в ужасе от того, что происходило. Он только смог заново собрать свое сердце, и оно снова было разбито вдребезги. Се Лянь уткнулся в грудь Юймина, чем шокировал всех, но никто особо не обратил внимание.       — Осторожно, Ваше Превосходительство, — сказал Юймин, когда Хуа Чэн принимал Се Ляня к себе в объятия.       — Ваше Превосходительство, чем я могу помочь? — спрашивал Юймин.       — Ничего… — отозвался Хуа Чэн, — Сюин, прошу, идем в комнату.       — Мой господин, что случилось? — Это Шан Цинху следовал им навстречу.       — Всё хорошо, — заверил Хуа Чэн, — просто им нужно отдохнуть.       Шан Цинху хватило пары мгновений, чтоб оценить ситуацию.       — Ваше Высочество, — он обратился к Юймину, — возьмите Его Величество на руки.       Юймин растерялся, не понимая что к чему.       — Но…я не имею…       — Его Превосходительству плохо, — констатировал Цинху, и, услышав это, Сюин отпрянула от груди отца, посмотрев на него.       — Отец! — позвала она.       — Я в порядке. Цинху, зачем ты пугаешь всех? — Но Шан Цинху уже как раз поднимал его на руки.       — Мой господин, простите, — после этой фразы советника, Хуа Чэн ощутил, что его сознание действительно ускользает.       — Что с моим отцом?!       — Слишком большое напряжение. Всем нужно отдохнуть. Ваше Высочество, я буду с ним. Следуйте к себе и отдохните до завтра. Ваше Высочество, — обратился Цинху вновь к Юймину, — осторожнее, наверх. Уложим их рядом.