Полет жизни

Том трансгрессировал прямо в подвал особняка, намереваясь преподать мальчишке урок. Какой-то частью своего сознания он отметил, что Гарри смог создать телесного Патронуса и впечатляюще быстро возпользовался своей палочкой. Другая его часть вопила, что мальчишке в жизни не хватает круцио, но Том не хотел ослаблять его темными проклятиями. Это могло дестабилизировать крестраж. Гарри яростно посмотрел в злые глаза опекуна, не собираясь признавать, что что-то сделал не так. Он предотвратил убийство! — Что это было? — вкрадчиво спросил Том. Гарри молчал. Но не отводил взгляд. Тома восхищало и удивляло то, каким откровенным гриффиндорцем вырос его воспитанник. И как только последователи Ордена могут отрицать влияние крови? Поттер не знал никого из своей семьи, но о его принадлежности к ним было видно издалека. — Ты не вернешься в Хогвартс до каникул, — сказал Том, после продолжительной паузы. — У тебя будет время посидеть здесь и подумать над своим поведением. Гарри зло сжал кулаки. Том ухмыльнулся. *** Просто оставить Гарри под домашним арестом в подвале Тому было мало. Злость все еще клокотала внутри, поэтому он решил созвать большое собрание Пожирателей. Пора было послушать, каких успехов добились его приспешники. Том нацепил на себя маску и трансгрессировал в дом Эйвери. Его верный слуга был рад предложить свои помещения, для больших собраний, которые Том не мог проводить в своем особняке из-за тайны его личности и Гарри. Том подождал, пока весь его первый и второй круг соберется в просторной гостиной. Он навел палочку на свое горло, меняя голос на тот, что был у него, пока большая часть его души не воссоединилась. Том стоял в центре, Пожиратели расположились в ряд по бокам. Рядом с ним встала Беллатриса, неуверенно на него смотрящая. Она все еще пыталась вернуть его полное расположение после неудачи с Гарри. — Малфой, Нотт, — начал Волдеморт. — Доложите, как проходят поиски Блэка. — Его больше не замечали в Министерстве или Хогвартсе, мой Лорд, — сразу заговорил Малфой, стараясь казаться полезным. — Мы думаем, он снова присоединился к Ордену Феникса. — Круцио, — сказал Том, наслаждаясь перекосившимся лицом Малфоя. Ему полегчало, что удалось применить это проклятие. Злость на воспитанника уменьшалась. Помучив еще Нотта, Волдеморт подумал, что можно заняться делами. — Рабастан, как поживают наши низкие друзья? — Гоблины открыты к сотрудничеству, — тут же принялся докладывать Лестрейндж, стараясь не смотреть, на трясущегося Нотта, поднимающегося с пола. Выслушав все важные донесения, Волдеморт похвалил нескольких своих приспешников и попросил Беллатрису остаться. Когда все покинули дом, он снял с себя маску, наблюдая за восторженной реакцией Беллы на это. — Эйвери, — позвал он. — Да, Повелитель? — Пусть Яксли поторопиться с налоговой реформой. Проследи за этим. — Конечно. Том протянул Белле руку, та живо за нее взялась. Он трансгрессировал в один из Лондонских отелей, что принимал у себя высокопоставленных волшебников. Ему хотелось продолжить выпускать пар, но теперь уже другим способом. *** Гарри не мог связаться с Роном, чтобы сообщить, что с ним все нормально уже месяц. Том отобрал у него сову, поэтому сидя в одиночестве в поместье, Гарри тренировался передавать сообщения через Патронус. После каждой третьей попытки он поглядывал в книгу, пытаясь понять, в чем проблема. Летом он получил свою сову назад, она тут же принесла ему пачку писем. «Дорогой Гарри, Надеюсь, твой опекун не убил тебя! Твой Рон». или «Гарри, ответь! Я просто пошутил, с тобой все в порядке?» или «Мы с Фредом и Джорджем одолжили у папы магловский автомобиль, чтобы снова спасти тебя, но твой опекун похоже поменял защитные заклинания. Нам влетело от папы». Гарри, улыбаясь смотрел на письма, и сразу принялся писать ответ. Рассказал, что с ним все нормально, он под домашним арестом. К нему приходили учителя, которые помогали ему не отстать от программы и только с ними Том разрешал ему общаться. Рассказал, что пытался научить Патронуса передавать сообщения, но пока безрезультатно. Было и несколько писем от Гермионы. Казалось, она тоже взволнованна тем, что он не отвечал несколько месяцев. Ответив на все письма, Гарри тут же радостно выбежал с территории особняка в сторону ближайшего магического городка. Ему срочно нужно было увидеть других людей и почувствовать наконец свободу. Он заходил в каждый магазинчик, что встречался на его пути. Купил две шоколадные лягушки и самопишущие перья, которые нельзя было использовать в Хогвартсе, но дома они были незаменимы. Его друзья пуффендуйцы, что жили здесь, еще не вернулись из Хогвартса, поэтому Гарри просто шел в одиночестве до окраины. Вокруг никого не было, ярко светило июньское солнце. Гарри увидел огромного пса, похожего на Сириуса. «Неужели он?» — подумал Гарри. Собака побежала прочь от городка и его поместья, Гарри пошел за ней. Стоило проверить. Когда они отдалились настолько, что им уже вряд ли мог кто-то повстречаться, пес действительно обернулся его крестным. — Привет, Гарри, — сказал он, улыбаясь. Гарри ответил на его улыбку. Сириус уже намного больше напоминал человека. В его голосе больше не проскальзывали животные интонации и звуки, сам он был намного более ухожен: вымыт, причёсан и одет в новую одежду. — Как ты меня нашел? — спросил Гарри. — Это было нелегко, — признался Сириус, действительно желая об этом рассказать. — Сначала пытался отследить твою сову, а она умная зараза, петляла! А потом и вовсе исчезла, видимо твой опекун наложил на нее специальные чары. Я конечно же применял чары поиска, но они не работали. Ты что, вообще из дома не выходишь? — Меня наказали за твое освобождение, — вставил Гарри. — Спасибо, Гарри, — Сириус проникновенно на него посмотрел, положив руку ему на плечо. — Дементоры… ужасны. Так вот, о чем я…. Чары сработали, как только ты вышел, и я сразу создал портал по координатам. Переместился сюда. Кстати, дом твой я так и не нашел, защита, видно, действительно серьезная. — Том ее недавно усилил, Уизли пытались меня спасти, — хохотнул Гарри. Сириус тоже повеселел. — Рыжее семейство, помню, помню. Кто твой опекун? Том? — Том Реддл, он был на твоей казни. — А, — грустно протянул Сириус. — Общаться не скрываясь, мы похоже не сможем. — Никаких шансов, — помотал головой Гарри. — Ну ничего, — отмахнулся Сириус. Они прошлись немного в тишине. — Где ты сейчас живешь? — спросил Гарри. Ему не хотелось говорить «прячешься». — Я снова присоединился к Ордену, — просто признался Сириус, будто это и не было вне закона. — Почему? — Гарри хотелось знать. — Они жестокие. — Жестокие? — удивился Сириус. — Кто тебе такое сказал? — Пару лет назад они напали на меня и моего опекуна. — Это не имеет смысла. — Но так и было! — Твой опекун же не какой-то Пожиратель смерти, чтобы Орден им интересовался, — Сириус сказал «пожиратель смерти» с такой интонацией, что Гарри стало не по себе. — Какая разница, он тоже человек, — Гарри чувствовал напряжение из-за подобного разговора, но ему хотелось все выяснить. — Пожиратели не люди, — зло сказал Сириус. — Они уже давно отказались вести себя по-человечески. Это они — те, кто убивают и пытают. Не Орден. Гарри не хотелось в это верить, Том никогда не вредил ему. С другой стороны, он помнил, как тот разобрался с Кэрроу на первом курсе. Да и методы бывших Пожирателей, что работали сейчас в Хогвартсе намекали на их извращенное сознание. — Это могло быть уловкой, сами Пожиратели могли напасть на твоего опекуна. Они любят применять насилие в своих целях, даже просто чтобы обмануть и представить все в том свете, в котором им это будет выгодно, — продолжал Сириус. Гарри хмурился. Принять такое было тяжело. — Я покажу тебе, — решил Сириус. — Познакомлю тебя с членами Ордена Феникса. *** Гермиона нажала кнопку на телефоне, выключая будильник. Она нахмурилась, потягиваясь в кровати и заставила себя встать. С кухни уже слышался утренний шум готовки и разговоров ее родителей. Взлохмаченная после сна девочка поплелась в ванную. Через полчаса она выбежала из дома к остановке магловского автобуса. Подростки спешили в школу, Гермиона почувствовала странный укол зависти. В их жизни не было противостояния и борьбы за образование. Гермионе приходилось идти на риск, ради получения знаний. Она доехала до старого магловского ателье, забежала в подворотню и произнесла слово-пароль, касаясь ручки обшарпанной двери. Чары защиты узнали ее, и дверь открылась. Внутри обстановка тоже была бедной, но уютной. Мебель явно понатаскали откуда была возможность, она никак не гармонировала. Тусклый свет освещал прихожую без окон. Гермиона поспешила в комнату, где с утра проходил урок ЗОТИ. Там уже собралось пять подростков разных возрастов, они весело обсуждали свои месячные летние каникулы. Орден не давал им стандартные два месяца, многие и так сильно отставали по программе, из-за того, что их поздно нашли. Гермиона летом не отдыхала, она все также ездила в штаб-квартиру и самостоятельно изучала чары и зелья. Она старалась не трогать учебную программу, чтобы не скучать потом на уроках, но сегодняшнее заклинание она уже успела подучить, поэтому просто его отрабатывала. Когда она вышла из класса, она услышала разговор в коридоре. Голоса были ей смутно знакомы. — Тут не главный штаб. Я уже успел рассказать тебе об Обскурах, это просто трагедия. Дети страдают! Но мы забираем их и обучаем. — Тут мало места. Ее сердце сжалось от ужаса. Она быстро пошла на голоса и уставилась на своего почти что друга. — Гарри? — ей не хотелось в это верить. Но вот он, стоит перед ней. В их секретном штабе. — Гермиона! — удивился и обрадовался Поттер. Гермиона тут же достала фальшивый галеон из кармана и подала сигнал тревоги. Этот чудак Блэк! Как он мог! Сириус достал свой и увидел, что она сделала. — Зачем? — удивленно и раздраженно спросил он. Гермиона выхватила палочку. — Его опекун Пожиратель смерти! — закричала она, злясь на этого простака. — Как ты мог привести его в секретный штаб! Сириус замер как зверь в ловушке. Глаза Гарри округлились от ужаса. Что теперь с ним сделают? Он не хотел ничего плохого…. — Сириус! — Нимфадора прибежала на их крики с палочкой наготове. — Какого черта?! — Он никому не расскажет, — стал обороняться Блэк. — Он мой крестник. — Он ребенок! Сириус схватил Гарри за плечо и потащил к выходу. — Нам придется сменить место, — слышал Гарри женский шепот позади. — Он видел нас. — Может сотрем ему память? — предложила Гермиона. Но Сириус уже вывел его на улицу и трансгрессировал. — Какого черта? — сразу зло спросил он, когда они появились в тенистом парке через секунду. — Ты с ними? — Нет, — защищался Гарри. — Я ни с кем. — Твой опекун пожиратель смерти? И ты не сказал?! — Ты бы злился, вот как сейчас! — воскликнул Гарри в ответ. — Я не могу тебе доверять. — А я тебе, — огрызнулся подросток. Сириус нервно стал ходить в зад вперед. Гарри огляделся. Парк не был ему знаком. Находиться рядом с Сириусом больше не хотелось, Гарри было больно от его недоверия, сердце все еще не успокоилось после криков и обвинений Гермионы. И он не хотел слышать, как крестный его отвергнет. Том учил Гарри трансгрессировать этим летом. Гарри еще не пробовал перемещаться дальше территории поместья, но данный момент казался ему самым подходящим. Сосредоточившись, Гарри исчез. *** Он оказался во тьме. Низ тела так сильно болел, что хотелось кричать. Гарри отчаянно заскулил. Темнота в глазах проходила, мальчик понял, что попал в лес. Рядом с его домом и близко не было леса. Захотелось немедленно разрыдаться от страха и боли. Тело дрожало от холода, а внизу было липко и влажно. Гарри не мог сесть и посмотреть, что там, ему и не хотелось. Голова раскалывалась, в ней будто что-то металось, еще больше ослабляя подростка. Гарри никак не мог понять, что ему делать. Последним его шансом оставался говорящий Патронус Тому, но он так и не научился их создавать. Гарри сосредоточился. От этого зависит его жизнь, некогда впадать в панику. Олень вырвался из его палочки, Гарри попытался вложить в его образ свою просьбу. Не выходило. Голова болела, его все сильнее трясло. Отчаянно повторяя одно и то же действие, пока олень не исчез, он впервые задумался о смерти. Гарри всегда про себя думал, что для него, как ни для кого больше, она как близкая подруга. Все знали, что значил шрам на его лбу. Но в данный момент он почувствовал сожаление и яркое нежелание отдаваться ей. Он еще столько всего не успел! Рядом послышался хлопок, Гарри крикнул. Это мог быть волшебник, ему должны помочь…. Это был Том. Он смотрел на Гарри с беспокойством, быстрым шагом подходя к нему. — Том, — застонал Гарри. Тот принялся колдовать. У Гарри кружилась голова, он почти не понимал, что происходит. Том здесь, он поможет. Можно расслабиться. — Гарри, — хлопнул его опекун по щеке. Голова взорвалась от боли. — Не отключайся. Том поднял его на руки. Не так, как он делал с ним в детстве, когда Гарри обвивал его руками и ногами и укладывал голову на широкое плечо. Как девушку. Это взбудоражило Гарри, он открыл глаза, но тут же об этом пожалел. Головокружение усилилось. Том создал портал и когда они начали переноситься, Гарри окончательно забылся. *** Меньше всего Том ожидал получить говорящего Патронуса от Гарри на своем собрании Пожирателей. Когда потрясающая фигура оленя, сотканная из чистой магии, прохрипела голосом Гарри что-то вроде «лес, расщепило, умираю», Том завис на несколько секунд. — Продолжим позже, — бросил он своим Пожирателям. Те смотрели на него круглыми глазами. Вид Гарри в крови… испугал Тома, но он не был готов признаться в этом даже самому себе. «Нормально беспокоиться за свой крестраж», — мысленно объяснял он свои разбушевавшиеся эмоции: злость, страх и желание отчаянно кричать. В какой-то момент в его голове мелькнуло, что он бы не хотел увидеть этого ребенка мертвым. Никогда. *** Гарри провел в Мунго неделю. Три дня понадобилось ему на восстановление. Гарри замутило, когда он услышал, что ему почти отрезало ногу. Остальное время его обследовали всевозможные колдомедики. «Ваш опекун переволновался, сказал, что ждет от нас полного отчета о вашем здоровье». Гарри был уверен, что это вранье. Том просто издевался. К большому удивлению Гарри, при выписке Том забирал его лично. И он действительно принялся читать записи врача о его здоровье, когда они прибыли домой. — Том, — решил заговорить мальчик. У него было время обдумать этот разговор в больнице. — Да? — отзывается тот, продолжая читать его карту. — Что становится с маглорожденными волшебниками? Том оторвался, бросив на него подозрительный взгляд. — Почему ты вдруг заинтересовался этой темой? — вкрадчиво спросил он. — Из-за Сириуса и родителей. Они поддерживали Орден, который сражается за права маглорожденных, — честно сказал Гарри. — И я не могу думать, что мои родители и крестный были сумасшедшими или жестокими. Том вздохнул. — По-разному, — сказал он. — Кто-то просто живет, кто-то сходит с ума, кого-то убивает собственная магия. Есть еще те, кто пробираются в наш мир с помощью того же Ордена и ими уже занимаются Пожиратели. — Почему им нельзя в наш мир? — не понимал Гарри. Он подумал о Гермионе. Это стало для него настоящим шоком узнать, что она связанна с Орденом. — Они ослабляют нас, делают беззащитными перед маглами. Вырождают магию. Появляется много сквибов, каждое поколение становится слабее. Волшебники забывают о настоящей магии. Магии крови, грязнокровки не могут ею пользоваться, ведь такой вид магии черпает силу из рода, которого у них нет. Поэтому они боятся этого, запрещают. Они слабы и ослабляют наше сообщество. Они сближают нас с маглами, которые, наоборот, создают все более продвинутое оружие. Если позволять грязнокровкам жить в нашем мире, через пару веков маглы истребят нас, — вдохновленно сказал Том. Гарри задумался. Неужели и правда все так плохо? — Но они могут и не запрещать магию, зачем поступать так радикально? Зачем изгонять их? — Они не могут, — рыкнул Том. — Они боятся настоящей магии, как маглы боятся любой магии в принципе. А страх мешает мыслить здраво. Гарри не мог представить, что Гермиона боится какой-то магии. С другой стороны, он мог только догадываться, что она маглорожденная. Может это не так. Ему нужно было подумать. *** Хогвартс встречал их сыростью и мелким дождиком. Гарри пытался поймать момент, когда они с Роном останутся одни, чтобы рассказать ему про Орден и Гермиону. Но с ними всегда кто-то был: в купе, в карете, в Большом зале и в спальне. А еще Снегг объявил, что в этом году состоится Турнир трех волшебников, и Рон бурно обсуждал это с остальными весь вечер, не давая увести себя в сторону. — Я хочу начать встречаться с француженкой, — мечтал он. — Было бы отлично впервые поцеловаться с иностранкой. — Как думаете, хоть одна девчонка из Дурмстранга к нам приедет? — Сомневаюсь. — Я брошу свое имя в кубок. Это же просто куча денег! И твое имя останется на века в истории Хогвартса… — мечтал Симус. — Я тоже, — заразился его восторгом Рон. — Так девочки меня точно заметят! — Там же опасно, — с сомнением протянул Невилл. — Почти всегда кто-то погибал. — Но оно того стоит, — не сдавался Рон. Симус согласно закивал. Гарри не знал, хочет ли он этого. Ему не нужны были деньги или слава. И как выяснилось на каникулах, умирать он тоже не хотел. — Я пас, — решил он. *** Судьба сыграла с ним злую шутку, ему не терпелось написать Тому. Его выбрали участником. Но он даже не кидал в кубок своего имени! Гарри оглядел лица в Большом зале, никто особо не радовался его кандидатуре, аплодисменты были тихими. Многие гриффиндорцы хлопали, но хотели быть на его месте. Пуффендуйцы расстроились, что не прошел Седрик. Слизеринцы показывали пальцы вниз, когтевранцам было все равно. Рядом стояла Флёр, лучащаяся радостью и гордо выпятивший грудь Виктор. Они были старше него, и наверняка лучше подготовлены. Гарри это все не нравилось. — Я не кидал свое имя в кубок, — выпалил он, когда его наконец-то отпустили и выдалась минутка поговорить со Снеггом. — Это ошибка. — Не врите, Поттер. — Я не вру! — зло крикнул Гарри. Снегг хмыкнул, а после удалился. Нужно было срочно написать Тому. *** Том ничего не ответил на письмо. Рон отдалился от него, больше общаясь с таким же насупленным Симусом. А вот девчонки с разных факультетов просто облепили его. — Гарри, как дела? — Гарри, не хочешь пойти вместе в Хогсмид? Он отчаянно краснел, не в силах отказать. Кажется, у него намечалось свидание. Это делало вид Рона еще угрюмее. *** — Какого черта происходит? — шипел на Снегга Том, изящно вышедший из камина пару секунд назад. — Я могу только предполагать, — серьезно сказал Снегг. — Я слежу за Поттером, кто бы не сотворил это, я не позволю ему навредить. Магический контракт заключен, мы не можем убрать его из списка Чемпионов. — Ты проверил кубок? — Да. — Кто мог сделать это? — Почти все профессора и кто угодно из приезжих. Том хмуро уставился в окно. Это нападение на него или на Гарри? *** После того как Хагрид показал Гарри драконов, тот решил, что хочет получить свой первый поцелуй в ближайшие выходные в Хогсмиде. Негоже умирать не попробовав. Девочка была вполне приятная, Гарри не запомнил имя, поэтому надеялся, что она не опоздает и ему не придется ее искать. Но даже такие приключения не сглаживали одиночества, которое постигло его после отбора. В спальне все к нему заметно охладели, кроме Невилла. Но тот был не особо общителен. — Привет, Гарри, — сказала девушка, подходя к нему сбоку. — Привет, — неловко улыбнулся Гарри. Он нервничал, особенно когда задумывался о своих планах на эту прогулку. — Пойдем? — Да. Они не стали браться за руки. Просто шли, перемывая косточки профессорам. Она была с пуффендуя и много говорила о своем факультете. Временами это было интересно. — Зайдем в кафе? — Конечно, — Гарри поспешил открыть перед ней дверь. Все было жутко неловко. — Тут очень романтично, — сказал он, с сомнением осматривая розовые сердца на потолке и стреляющих мятными зубочистками херувимчиков. — Да, — девушке кажется нравилось. Гарри не знал, обидится ли она, если он спросит ее имя. Они продолжили легкую беседу, садясь за столик у окна, которая была прервана улюлюканьем Малфоя. — Поттер на свидании! — крикнул он остальным прохожим. Малфой смотрел на него через окно с улицы, корча рожи. Его дружки смеялись. — Что с ними не так, — нахмурилась явно раздосадованная девушка. — Он идиот, — злобно сказал Гарри. У окна действительно стал собираться народ. Гарри почувствовал себя как зверушка в зоопарке. Последней каплей была вспышка фотоаппарата Риты Скитер. — Мне, мне нужно в замок, — сказала его партнерша по прогулке, поспешно вставая. — Извини. — Ничего, я…. Но она уже ушла. *** За почти семьдесят лет своей жизни Том научился вставать в одно и то же время вне зависимости от внешних обстоятельств и лабуды в виде будильников. Приют первым показал ему, что значит жизнь по расписанию. В Хогвартсе бодрствовать было куда интереснее, чем спать, поэтому Том не давал себе спуску. Затем работа. Создание крестражей практически лишило его необходимости во сне, но после случая в Годриковой впадине (к сожалению или к счастью) ему пришлось возвращаться к режиму. Он неспеша приводил себя в порядок, уделяя внимание каждой мелочи. Его внешность снова была его оружием, Том не любил упускать возможности. Завтракать он отправился в Министерство. Нынешний Министр активно окучивал «Лорда Мракса» и Том, конечно же, извлекал из этого выгоду. — Я как представитель Волдеморта не могу не обратить внимание на попустительство мракоборцев в отлове членов Ордена Феникса, — безмятежно говорил он, попивая чай из изящной кружки. Министр неохотно поддакивал каждому его слову. Как и было запланировано. Через час они вместе отправились в Хогвартс, где лорд отпустил Министра заниматься подготовкой первого испытания, а сам отправился искать Гарри. Его крестраж не мог погибнуть из-за участия в каком-то турнире. Ему уже было известно, что это драконы, осталось научить воспитанника тактике и нескольким заклинаниям, которые он способен быстро освоить. *** Одиночество одолевало Гарри похлеще драконов, что уже ждали его за палаткой чемпионов. Рон обвинил его в том, что Гарри соврал о своем нежелании участвовать. Почти все его друзья с гриффиндора так думали, точнее сказать, они скорее были друзьями Рона и принимали его сторону. Гарри завидовал этому. Рон не был окружен славой, но всегда был окружен близкими людьми, в отличии от него. Он теперь даже боялся писать Гермионе и Сириусу. Казалось, в один миг от него решили отвернуться все. Кроме Тома. Он был некой константой его жизни, красным огоньком маяка во тьме. — Не бойся призывать к себе предметы, это не запрещено, — напутствовал он. Опекун улучил момент, когда Министр отстал от него с разговорами и пришел к палатке чемпионов. Около них щелкнул фотоаппарат, ослепив их вспышкой света. Том недовольно и надменно глянул на неугомонную Риту Скитер. — Вы опекун мистера Поттера? Можно взять у вас интервью? — наседала она. — Не часто родители студентов выглядят так…. Гарри не мог это слушать, он поверить не мог, что Скитер похоже запала на Тома! Том улыбнулся ей одной из своих фальшивых, заранее заготовленных улыбок. Гарри фыркнул и, к своему ужасу, заметил, что прытко пишущее перо замерло. Видимо, хозяйка потеряла ход мыслей. Он не мог на это смотреть. Гарри залез обратно в палатку чемпионов, как раз к распределению драконов. Том научил его нескольким полезным заклинаниям в Хогсмиде, Гарри был уверен… что выживет. Это уже было отлично. *** На праздновании победы Гарри Рон наконец-то перед ним извинился. Гарри был так счастлив захваченному яйцу, воссоединению с друзьями и в данной момент приятной славе, что даже решил написать Гермионе. А в час ночи, пока он писал письмо, сидя в гостиной, в камине появилось лицо Сириуса. — Поздравляю, Гарри! — сказал крестный, привлекая его внимание. Гарри застыл, а потом улыбнулся, чувствуя, как оттаивает сердце. А действительно все было так плохо, как ему казалось? — У меня теперь шрам, — сказал он, указывая на небольшую белую полоску справа на подбородке. — Хочу его оставить. Сириус усмехнулся, а Гарри не мог сдержать счастливой улыбки. *** Гермионе новый штаб нравился куда больше. Это был бывший отель, каждая комната которого теперь использовалась ими. Обстановка хоть и была такой же старой и пыльной, но более уютной. Что ей не нравилось, так это то, что новый профессор на первом же уроке ЗОТИ применил при них все три непростительных заклинания. — Это чересчур, Аластор, — слышала Гермиона голос взволнованной Тонкс. — Один из мальчиков теперь не хочет приходить! — Пусть не приходит! — грубо отвечал Аластор. — Ордену не нужны слабаки! Они должны знать, с чем столкнутся! Столкнутся. Гермиона напряженно сжала корешок книги в своих руках. Их готовят тут к войне, прикрываясь бескорыстной помощью. Но она не могла уйти, было некуда. Гермиона грустно вытащила из книги письмо Гарри, которое не решалась распечатать. Он покорил ее своим дружелюбием и оптимизмом настолько, что она даже простила ему опекуна Пожирателя смерти. Хотя всему есть предел, вваливаться в их штаб было непозволительно с его стороны. Для девочки было удивительно, что пожиратель смерти мог воспитать такого человека, в нем не было ничего, что Гермиона видела в напавших на них и ничего, что соответствовало бы рассказам других орденцев о перенесенных пытках и издевательствах. Он казался тем самым обычным волшебником, который жил так, как мечтала Гермиона. Спокойно проживая школьную жизнь в волшебном замке. Лишать себя общения с кем-то, кто не состоял в Ордене, Гермиона не хотела. Поэтому она распечатала письмо. Она не была на чьей-то стороне, Гермиона просто хотела жить. *** Гарри предложил ей встретиться на зимних каникулах. Гермиона пошла на это с опаской. Могла ли ее ждать ловушка? Что-то было в Поттере, что побуждало ее верить ему. Она хотела его увидеть, хотела продолжать их общение. Неужели от всего в этой жизни она будет отказываться из-за страха? Нет, ей нужно быть смелее. Они снова встретились в магловском кафе. После неловкого молчания Гарри извинился, что напугал ее своим появлением в их штаб-квартире. — Я не подумал, — признался он. — Спасибо, что сказал это, — Гермионе было важно знать, что он хороший человек. — Я купил капучино, — перевел тему Гарри, радостно заулыбавшись. — В этот раз взял магловские деньги, Мерлин, это так необычно! Гермиона тихо засмеялась, поддерживая несерьезную беседу о кофе. *** Время неслось, Гарри даже не заметил, как настал день третьего испытания. Рон вовсю его подбадривал, даже Снегг уделял ему внимание на уроках ЗОТИ, будто пытаясь подготовить. Хотя Гарри было бы куда легче, не делай он этого. Гарри попрощался с Роном и вышел из толпы. Он подбежал к Флер и Краму, становясь перед чернеющем входом в огромный лабиринт. Неподалеку на трибуне сидели Фадж и Том и тихо о чем-то переговаривались. Гарри стало спокойнее из-за присутствия опекуна. Ему не нужна победа, он может просто позвать на помощь и выбыть. Прозвучал сигнал стартовать. Гарри вошёл в лабиринт, зажигая на кончике палочки люмос. Темнота и тишина не пугали его, он часто бродил по особняку один при свете палочки. Это чем-то напоминало ему детство. Он брел по темному туннелю, стараясь не расслабляться. Время тянулось как на скучных уроках, Гарри казалось, что он шел вечность и ничего не происходило. Он даже не слышал Крама и Флер. Вообще никого. Гарри наколдовал заклинание компаса и выбрал поворот направо. Его прошибло странным ощущением того что кто-то идет за ним. Он обернулся, но никого не было. Из следующего поворота вышел высокий волшебник в мантии. Его лицо скрывал капюшон. Он направил палочку на Гарри. Подросток попытался поднять свою, но вдруг понял, что не может пошевелиться, словно завороженный, следя за оппонентом. Его сковал страх. Фигура в балахоне выбила из него дух одним своим видом. На конце ее палочки появился зеленый свет, Гарри слышал нарастающий крик в голове. — Ридикулус! — закричал он, уничтожая боггарта. Обессиленный подросток упал на траву. Это было слишком неожиданно, его немного потряхивало. Откуда-то раздался крик Флер, Гарри решил, что ему не следует разлёживаться. Он пошел по темному лабиринту дальше, крепко сжимая в своих руках палочку, готовый в любой момент ее применить. Сейчас он как никогда радовался урокам с Томом. По ощущениям было очень похоже. Вдруг у Гарри сработало чутье. Он уклонился за секунду до того, как темное проклятие попало ему в спину. Гарри спрятался за стеной, которая тут же стала оплетать его своими ветвями. «Нет, нет, нет», — панически проносилось у него в голове, пока он обрезал ветки палочкой. — Гарри Поттер, — прозвучал противный голос Алекто Кэрроу. — Наконец-то я смогу поиграть с тобой без лишних глаз. Давно я этого ждала. Она медленно к нему приближалась. Гарри успел перерезать почти все корни, когда она кинула в него круцио. Гарри закричал, извиваясь, тем самым окончательно выбираясь из тисков живой изгороди. Боль никак не заканчивалась, казалось, что она уже добралась до самых потаённых уголков его сознания, чтобы разрушить его полностью. — Потрясающе, — прокомментировала она, снимая с Гарри заклинание, чтобы он услышал. Гарри тут же бросил в нее остолбеней, от которого ей даже не пришлось уворачиваться. Он промахнулся. Кэрроу противно заржала. Гарри отполз, борясь с головной болью, что осталась после пыточного. Изгородь над его головой взорвалась. Немного приходя в себя, он выстрелил в Пожирательницу обезоруживающим. Она отбила его и ответила ему новой порцией боли. Закончилось все также резко, хотя пытка казалась невыносимо долгой. В этот раз Гарри было куда тяжелее прийти в себя, голова пылала, не давая его мукам прекратиться. Он постарался сесть. Мир немного расплывался, будто его подводило зрение. Гарри проморгался. Ему казалось он слышал сдавленный крик и плач. Кэрроу больше не нападала. И тут он увидел Тома. — Мой Лорд, — Кэрроу стояла перед ним на коленях вся в слезах, а потом резко замолчала. Гарри моргнул, было такое ощущение, что у него галлюцинации. Мог ли здесь реально быть Том? Тот связал неудавшуюся профессоршу и подошел в Гарри. — Как ты? — на его лице четко читалось беспокойство. — Голова, — прохрипел Гарри. Том приложил руку к его лбу, боль стала уменьшаться. — Так легче, — прошептал Гарри. Том хмурился, будто не был доволен этим фактом. — Иди дальше, — сказал он, когда Гарри смог встать. Поттер не мог оторвать глаза от связанной и заплаканной Кэрроу. — Испытание еще не завершилось. — Хорошо, — сказал Гарри, медленно отходя в один из проходов лабиринта. Том проводил его взглядом. А потом позволил своей злости выплеснуться, выпуская в бывшую слугу смертельный зеленый луч. *** Гарри победил, коснувшись кубка на пару секунд раньше Крама. В запале он не заметил огромного паука, тот сломал ему ногу. Кубок работал как портал, перенося участников обратно на старт. Гарри со слезами на глазах принимал поздравления, пока его не унесли в больничное крыло, лечить ногу. Том нашел его там. Он уже успел обсудить со Снеггом, что скорее всего именно Кэрроу заколдовала кубок огня. Хотела убить Гарри на турнире, неужели настолько рвалась отомстить за пониженного в рядах пожирателей брата? Тома злило поведение слуги. Опустилась до того, чтобы охотиться за ребенком. Однако, из-за нее всплыла более насущная проблема. Как он и думал, сильное темное проклятие ослабило Гарри. Том практически чувствовал боль, когда Алекто его пытала. Он не считал связь к крестражем внутри Гарри чем-то хорошим. Она была так сильна, что он даже смог найти воспитанника в лабиринте. Неясно было во что это может вылиться. Гарри мирно спал на кровати, пока Том гипнотизировал взглядом его шрам. *** — Мой Лорд, я глубоко проник в Орден, — докладывал Крауч. — Я нашел всех детей, что незаконно получили палочки, и готов дополнить этот список. Также стоит отметить, что некоторые волшебники, в которых мы не видим угрозы, тайно состоят в Ордене. — Говори прямо, Барти, — приказал Том. Он недавно вернулся из Хогвартса и еще не отошел от свалившейся на него проблемы с крестражем. — Уизли. Они все еще верят в пророчество, как и большинство членов Ордена, и хотят переманить Гарри Поттера на светлую сторону. Они не участвуют в операциях, но держат контакт с неким оборотнем Люпином. Лорд задумался. — Продолжай слежку и подрыв деятельности Ордена, — приказал Том. С ними пора было разобраться.