Вторая жизнь
6 марта 2022 г., 12:00
***
— Ну что, фон Алефельд, рад тебя видеть! Новые лица в строю — это всегда счастье! Слышал ты уже на этой планете долгое… — Заткнись! Мы вроде как в разведке, так что лучше помалкивать. И называй меня «Ганс», так нам всем будет легче. — Да что ты такой хмурый, будто с того света выбрался? — О Император, за что мне это… Товарищ Сержант, а ваши солдаты всегда такие? — Нет, Ганс, только когда нервничают… — буркнул Сержант, вытаскивая бинокль, — Это ты воюешь несколько лет, и уже научился молча идти, стиснув зубы, в то время как мои ребята слезли с баржи две недели назад… — Так точно, Сержант. — Можешь говорить всем, что наша комиссар приказала не спрашивать тебя ни о чём, и от тебя тут же отъебутся. — Что? — Считай, что ты ей нравишься. Мне она про тебя говорила пару ласковых… — Вы, должно быть, шутите… — Никак нет, Ганс. Я… Неожиданно все застыли, увидев поднятую руку. Сержант смотрел куда-то в сторону и даже, кажется, принюхивался. Всё отделение прильнуло к прицелам, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь подозрительное. Ганс увидел первым, как минимум потому, что знал, куда смотреть. — Сержант, вижу троих на замаскированной точке, — прошептал солдат, — тяжёлый болтер без щитка и… — Не туда смотришь. Покрути прицел. Ганс, ещё не до конца разобравшийся с тем оружием, что ему вручили, попытался выполнить приказ. — Не выходит? Держи бинокль. — Допустим. И?.. — Там полноценный окоп, просто прикрыт чем-то. Это не наблюдательный пункт, это фронт… Наконец Ганс смог разглядеть взрытую землю и подозрительные ямки. Всё это действительно походило на окоп, прикрытый то ли ветками, то ли листовым железом. А за ним расположилась ещё одна траншея, и ещё одна… Сержант забрал свой бинокль и повесил на шею. Жестами он отдал приказы подчинённым занять огневые позиции на приличном расстоянии друг от друга. Когда это было сделано, командир забрал у приписанного к взводу «бойца с тяжёлым вооружением» ракетомёт и, прицелившись, выстрелил осколочно-фугасным боеприпасом по пулемётной точке. Взрыв было слышно на далёком расстоянии, а куски тел еретиков разлетелись ввысь, словно фейерверк. По всей длине замаскированной линии обороны начали высовываться головы противника и их автоганы, из стволов которых полетели шальные пули. Гансу удалось прострелить несколько голов, в то время как его соратники вели огонь куда более беспорядочный, чем того требовала ситуация. — Отходим к месту встречи! — крикнул наконец Сержант и, не переставая стрелять, побежал вглубь леса, из которого вышло отделение.***
— Какого чёрта вы, ублюдки, атаковали расположение противника?! — Мэм, я… — Да! Ты! Я не помню в твоём личном деле упоминания о том, что тебе делали лоботомию посредством вколачивания сапога в твой нос! — Мэм, я… — То есть мозгов на то, чтобы увидеть замаскированную позицию предателей Императора, да сохранит он тебя от того, что я должна с тобой сделать, у тебя хватило, а вот не атаковать, мать твою, линию обороны невесть какой глубины у тебя не хватило и ты, пустив слюну из обоих уголков рта, шмальнул из ракетомёта по пулемётной точке, заставив зелёных новобранцев прикрывать тебя огнём?! — Мэм… — Пошёл вон, Сержант, пока я не отправила тебя обратно на орбиту, где тебя загрузят в макро-орудие и выстрелят в сторону ближайшей звезды! — Мэм, так точно, мэ… — Во-о-он! Командир отделения вышел из землянки побитым и согнувшимся в три погибели. Ганс, который стоял на страже и разминал табак в самокрутке, поймал отсутствующий взгляд. — Подслушивать нехорошо, — неожиданно раздалось над ухом. — Мэм, никак нет, мэм! — Врёшь, — улыбнулась товарищ комиссар и выхватила у солдата самокрутку. — Мэм? — Курить вредно. Если не начал за все годы, что служишь, то сейчас не лучшее время… — ответила женщина и затянулась. — Мэм, так точно, мэ… — Заходи в землянку, надо поговорить. Ганс послушно зашёл внутрь и встал по стойке «смирно». Комиссар спокойно докурила снаружи, после чего, убедившись, что вокруг никто не сможет подслушать, вошла внутрь. — Гвардейцы, оставьте нас, — буркнула она двум охранникам в полной флак-броне. Те послушно двинулась к выходу. — Охраняйте территорию на расстоянии в десять шагов от входа, никого не пропускать, это понятно? Охрана кивнула. Женщина, наконец, села и сняв фуражку, закинула ноги на стол, сколоченный из поленьев. — Мэм? — как-то странно спросил солдат, глядя на фигуру в чёрном плаще. — Габсбург фон Алефельд, да? — Так точно, но все зовут меня просто «Ганс». — Почему? — Так проще скрываться от офицеров, которые в курсе, что я попадал в штрафбат. — Логично… Послышался хлопок, и комиссар налила себе в кружку странного цвета амасек из свежеоткупоренной бутылки. — Пить будешь? — Нет, спасибо, мэм. — Ну, мне же больше достанется… Кружка оказалась очень быстро опустошена, но тут же заполнена вновь. — Вы что-то хотели от меня, товарищ комиссар? — Да. Я почитала отчёт того отделения, что нашло тебя и… Ты когда-нибудь видел ангела? — Кого, простите? — Ангела. Существа из легенд Древней Терры. Такие, с крыльями… — Не имею понятия… — А Невест Императора? — Эм… — Ганс замялся, — Врач говорил, что от обезвоживания бывают галлюцинации… — Бывают. Но это не отменяет моего вопроса. — Видел. — Долго? — Несколько дней подряд, но одну и ту же. Комиссар хмыкнула и снова опустошила кружку. — Мне нравится твоя прямолинейность, фон Алефельд. Я хочу дать тебе отделение. — Что, простите? — Хочу повысить тебя до сержанта. С полковым я уже договорилась. Нашивки вон в той коробочке. — Не совсем понимаю ваш… — Ты умный малый, Габсбург, — голос женщины неожиданно наполнился сталью, — но слишком много думаешь о том, о чём думать тебе не положено. Благодаря действиям долбоёбов, с которыми мне приходится работать, как тот, с кем ты ходил на «разведку»… В общем еретики собираются атаковать нас с двух сторон, и я не уверена, что наших сил хватит на то, чтобы отбить натиск. Подкреплений нет, связи с остатками Имперской Гвардии на этом мире — тоже. Ноль. Командир двухсотого полка уже раздобыл где-то стаб-револьвер и вчера всю ночь играл в рулетку… Везучему гаду потребовалось ровно тридцать три попытки. В общем, я хочу, чтобы ты, как человек с боевым опытом и, что важнее, с опытом в полку линейной пехоты, стал сержантом и командовал… Глаза женщины наконец помутнели от алкоголя, и она откинулась на спинку стула, сваренного из металлолома. — Мэм? — Поздравляю. Отпраздновать не дам. Возможно, это — последняя бутылка бухла, которую я выпью за свою жизнь… — Служу Империуму! — Молодец. Коробочку возьми. Твоё отделение ждёт на тринадцатой высоте…***
Небесное светило медленно завершало свой путь по небосклону. Холодный ветер норовил залезть под одежду, но работа лопаткой помогала согреться. Сержант пятого отделения первого взвода четвёртой роты двести тринадцатого разведывательного полка копал вместе со всеми. Где-то вдалеке виднелись огни армии предателей, которые готовились к наступлению.
