Dognapping 101

      Эстелла:       Я никогда не участвовала в праздновании Ночи костров, но этот год был для меня особенным.       В конце концов, это было что-то вроде моего дня рождения.       Я стояла в Риджентс-парке перед фонтаном, ставшим памятником моей настоящей матери Кэтрин. Я чувствовала, что она находится рядом, становясь свидетелем рождения, которое она когда-то пропустила.       Я наблюдала за тем, как Джаспер устанавливает фигуру, изображавшую мою темную сторону, с гораздо большим энтузиазмом, чем ожидалось. Я полагала, что это было справедливо; никто не пострадал от ее рук больше, чем он.       Улыбающийся Хорас раскладывал костер, когда Роджер и Анита присоединились к нам. За ними следовало множество далматинцев: Понго, Перита и их девяносто девять щенков.       При виде этого я снова вернулась к грустным мыслям. Всего несколько часов назад Круэлла де Виль без колебаний убила бы собак, чтобы сшить из их шкур одежду. Но теперь она сама станет одеждой Эстеллы.       Поскольку, конечно, юридически я все еще оставалась мертва. Круэлла была моим бенефициаром; она осталась владелицей Хелл Холла и хранителем состояния фон Хеллман, не говоря уже об огромной империи, которую она построила за последние три года.       Никто, кроме сотни с лишним душ, находящихся сейчас со мной, никогда не узнает об этой передаче власти. Они единственные станут свидетелями того, как Круэлла исчезнет, а Эстелла восстанет, чтобы занять ее место.       Когда Хорас поднес факел к сооруженной нами зловещей фигуре, я смотрела на пламя, представляя, как оно пожирает мои грехи.       «Прощай, Круэлла, — сказала я другой себе. — У тебя был хороший пробег, но я беру руль обратно. Будь уверена, что твоя компания останется в сохранности».       Сумерки сгустились, и звезды мерцали на вечернем небе. Тишину нарушили взрывы фейерверков по всему Лондону, освещая город радужным сиянием.       Во всем этом мне виделся образ мертвеца, пробуждающегося к жизни. Когда я была маленькой девочкой, мама говорила мне, что мое имя, Эстелла, означает «звезда». Она всегда надеялась, что я ярко засияю в чьей-то жизни, и впервые я поняла, что это было правдой.       Хорас и Джаспер смотрели на меня как охваченные благоговением мальчишки, которыми они всегда и были. Как они вытерпели весь тот абсурд, через который их заставила пройти Круэлла, я, наверное, никогда не узнаю. Но я полагала, что у меня будет остаток жизни, чтобы отблагодарить их.       Прямо за мной стояла Анита. Она сияла, видя возвращение своей одноклассницы. Она была одной из немногих, кто верил в меня до конца, надеясь, что под внешней жестокостью все еще теплится искра добра.       Роджер и собаки с восторгом наблюдали за огнем. Больше де Виль не вернется, чтобы преследовать их; они больше не будут жить в страхе перед будущим. Возможно, теперь, с Эстеллой у руля, мир снова может стать прекрасным местом.       Последней, но не менее важной, была женщина, с которой все началось: Кэтрин. Как она, должно быть, опечалилась, став свидетелем того, как ее дочь скатывается во тьму, причиняя боль всем тем, кто ее любил! Как она, должно быть, ненавидела демона, в которого та превратилась, лишенного сострадания и жалости. Только ее ранние уроки могли спасти ее душу; только Кэтрин могла повлиять на Круэллу де Виль.       Пока я смотрела, как мое творение сгорает в огне, у меня возникла новая идея. Да, возможно, не все, что было во мне от Круэллы, ушло; как чистое золото, ее стоящие качества остались. В то мгновение я точно знала, что делать с домом, братьями, компанией и далматинцами. Я коварно облизнулась, с волнением представляя, как мои друзья и семья отнесутся к тому, что я задумала.       В конце концов, я навсегда запомню это Пятое ноября и всю эту историю с пятнами. И у меня есть сто одна причина, почему сезон собачьей охоты никогда не должен быть забыт.