Чернее чёрного

      В ночь Самайна Орион ожидал чего угодно. Издревле известно, что в это время граница между мирами истончалась, и на землю проникали духи, дабы присоединиться к празднеству и благословить людей на новый временной цикл, но нередко подшучивали над непочтительными волшебниками. Домовики постарались на славу, накрыв щедрый стол, но ужинать Блэки предпочли каждый у себя, собравшись лишь для того, чтобы бросить в ритуальный огонь свои дары. Обстановка в последние дни, что дома, что во внешнем мире, была достаточно накаленной — гражданская война достигла своего апогея. Реформы, начинавшиеся с вполне мирной политической борьбы, обернулись реками крови. Потери были колоссальны, причем с обеих сторон. Множество древних родов, выживших в Первую магическую войну, трагически оборвались во Вторую. Орион никогда не заявлял в открытую свою позицию, внешне придерживаясь нейтралитета, однако многие знали, что Блэки благоволят Волдеморту. Лорд Блэк, как и его жена и вправду на первых порах искренне поддерживали политику харизматичного и яркого лидера, ведь тот говорил и обещал правильные вещи, пропагандировал чистоту крови, объединил разрозненных чистокровных волшебников. Однако все осталось лишь словами. Возможно, Волдеморту удалось бы осуществить задуманное, если бы он не увлекся запрещенными знаниями. Хотя это уже одному Мерлину известно. А пока лучше подумать о выкарабкавшемся из лап смерти Регулусе, о Сириусе, который несколько дней подряд ходит смурной и о своей маленькой очаровательной внучке, которая, к удивлению самого Ориона, сильно запала ему в сердце.       После воистину волшебного возвращения Регулуса, Сириус вбил себе в голову напасть на штаб Пожирателей смерти и с завидным упрямством убеждал родителей в правильности затеи. От беды спасло лишь то, что ставка Волдеморта была защищена не хуже Хогвартса, да и Сириуса отговорил Дамблдор, хоть какая-то от него польза. Кроме того, в гости заходила Беллатрикс, хотела узнать, не в курсе ли мы, куда делся наш младший сын. Но после встречных вопросов, она сбежала, не сумев дать вразумительного ответа ни на один. Для Пожирателей смерти Регулус Блэк пропал без вести.       — Он невыносим! — в кабинет ворвалась Вальбурга, полыхая яростью. Орион, все это время глядящий в горящий камин, перевел взгляд на жену.       — Чем Сириус разгневал тебя на этот раз, дорогая?       — Этот негодяй.! — Вальбурга глубоко вздохнула, переводя дыхание. Спокойствие супруга слегка остудило женщину. — Я столько раз ему говорила, нельзя в Самайн покидать дом!       — Он ушел? Что-то случилось?       — Я не знаю, в том-то и дело! — снова вспыхнула леди Блэк. — Регулус молчит, как партизан, от Империуса его спасает лишь то, что он нездоров. А твой старшенький бросил болеющую дочь и ускакал куда-то на ночь глядя! Видит Мерлин, эти дети доведут меня до гроба! Это все твои гены!       — Дорогая, мы с тобой родственники, хоть и дальние, так что, по сути, гены у нас хоть немного, но общие.       — Орион Арктурус Блэк, еще слово и я тебя прокляну, — прошипела Вальбурга, на что её супруг лишь рассмеялся. Ориону приносило удовольствие так доводить свою жену еще с малых лет. Вальбурга была очаровательна в гневе, хоть и опасна. Нередко дело доходило до посещения Мунго, когда сам Орион был не в силах развеять особо сильные проклятия.       — Ну-ну, моя дорогая, я тебе еще пригожусь. Лучше пойдем, посмотрим как дела у Ариадны. Все еще кипящая гневом Вальбурга хотела сказать что-то колкое, но раздавшийся на весь дом плач внучки вымел все мысли из головы. Блэки метнулись в сторону детской, где уже был Регулус и безуспешно утешал ревущую девочку, пока вокруг в магическом вихре летали предметы интерьера.  — Это что за сцена, маленькая леди? — строго проговорил Орион. Риа на секунду успокоилась, дабы посмотреть, кто пришел, но не удовлетворившись, снова горько заплакала.  — Она потеряла Сириуса, — вздохнул Регулус. Плач племяшки здорово бил по перепонкам. Риа, будучи в дурном расположении духа, могла разнести всю комнату. Благо, что большую часть выбросов дом брал на себя, однако окружающую остановку от разрушения это не спасло.  — Мы его тоже потеряли, — цыкнула Вальбурга и забрала Рию из объятий младшего сына. — Леди не пристало так реветь, прекращай. Твой блудный отец скоро вернется.  — Ох, матушка, ты даже не представляешь, что произошло, — покачал головой Регулус, доставая палочку. — Экспекто Патронум! Брат, ты наверняка безумно занят и я не хочу тебя отвлекать, но Рия проснулась, устроила дома небольшой апокалипсис и требует тебя рядом немедленно. Едва Регулус договорил, серебристое облако вылетело в окно. Этому заклинанию научил Сириус, но пока у младшего Блэка не получалось какой-то конкретной формы, только эфемерное облако. Риа, проводив взглядом патронуса, слегка успокоилась.  — Все? Запал пропал? — усмехнулся Орион, забирая внучку из рук жены. — Она вся в тебя, Вальбурга, быстро вспыхивает и так же быстро успокаивается.  — Ах ты! Ребенком прикрыться решил? А ты, хулиганка? — женщина перевела взгляд на Рию. — Всегда теперь будешь такие концерты закатывать, когда отец будет отлучаться?  — Не буду, — шмыгнула носом Риа, потирая глаза рукавом, но Орион остановил ее, бережно вытерев слезы платком. — Спасибо, дедуля. Когда папа придет?  — Придет твой отец рано или поздно, не реви. Давай лучше Летти даст тебе теплого молока? Стоило лишь сказать, рядом тут же появилась домовушка. Однако молоко оказалось забыто, едва с улицы послышался рёв мотора.       — Папа? — тут же дернулась Риа. Регулус тихо выдохнул: «Слава Мерлину».       — Ну наконец-то! — воскликнула Вальбурга и поспешила вниз. Покрепче прижав к себе вертящуюся Рию, Орион поспешил за супругой. Вальбурга уже набрала воздух в легкие, чтобы высказать сыну все, что она думает о его легкомысленности, но поперхнулась, заметив в руках Сириуса ребенка и испытывая сильное дежавю.       — Мерлин великий, только не говори, что это еще один бастард, — глаз лорда Блэка непроизвольно дернулся. Дернулась и Риа в его руках, готовая залиться плачем, но сдерживающая себя изо всех сил, потому что пообещала бабуле не плакать. Орион ощутил гордость за внучку.       — Возьмите Гарри и позаботьтесь о нем, мне нужно идти! — Сириус потянулся передать ребенка Вальбурге, но та отшатнулась. — Матушка, нет времени!       — Ты совсем умом тронулся? Что значит «нужно идти»? И что за дитя? Да у него лоб кровоточит!       — Реджи, — Сириус перевел отчаянный взгляд на брата. — Это был Питер, он сдал Поттеров Волдеморту. Я должен его поймать!       — Сириус Орион Блэк! Как глава рода я приказываю: сядь и расскажи все по порядку. Мне не нравится твое текущее состояние, и пока ты не успокоишься — никуда не пойдешь. Хватит игр в героев! — гаркнул Орион, придавливая взглядом обоих сыновей. Второй раз чуда может и не произойти.                          *       *       *       — Значит, этот малец — Поттер. Вот дела… — Орион едва сдерживался, чтобы не глотнуть огневиски. Ситуация располагала, но жена бдила — колдомедик запретил злоупотреблять алкоголем.       — Внук Дореи остался сиротой, какой кошмар. Полукровка и последний из Поттеров, — покачала головой Вальбурга. — Что будешь делать, сын? Едва Сириус открыл рот, камин вспыхнул зеленым пламенем, и оттуда показалась голова директора Хогвартса, кавалера ордена Мерлина первой степени и так далее-далее Альбуса Дамблдора.       — Доброй ночи! Или уже почти утра? Прошу прощения, что так внезапно, но могу ли я войти? Ситуация не терпит отлагательств. Вальбурга громко цыкнула и закатила глаза. Орион нахмурился, но открыл камин. Сейчас, кроме Дамблдора вряд ли кто-то смог бы внятно объяснить текущее положение дел. Огонь в камине поднялся выше и в гостиную ступил Дамблдор. Обычное добродушное выражение лица омрачалось углубившимися морщинами на лбу. Директор Хогвартса заметно постарел за последнее время.  — Сириус, мальчик мой, где Гарри? — опустив формальности, спросил Дамблдор. Старшие Блэки никогда не обманывались чудаковатым видом профессора. Внимательные, ясные голубые глаза всегда наблюдали за собеседником, цепко подмечая малейшие изменения в мимике и реакции на слова. Альбус Дамблдор был превосходным психологом и интриганом, поэтому Орион с Вальбургой так переживали за старшего сына, смотревшему в рот искусному политику.       — Спит, — хрипло ответил Сириус. — Директор, это Питер! Хвост был хранителем Фиделиуса, он предал нас!  — Кто бы мог подумать, что Питер переметнется на темную сторону, — покачал головой Альбус. — Джеймс и Лили доверились не тому человеку.  — Это моя вина, — вдруг заплакал Сириус. — Если бы я не посоветовал Джейми запутать след…  — Ну-ну, мой мальчик. Это не твоя вина. Виноват лишь тот, кто совершил столь ужасающие поступки.  — Вы подозреваете в чем-то моего сына? — прямо спросил Орион. Сириус вздрогнул и поднял взгляд на Дамблдора. Тот лишь грустно улыбнулся.  — Ну что вы, мистер Блэк. Как можно подозревать Сириуса, ближе него у Джеймса не было никого, - Вальбурга нахмурилась в ответ на это, едва успев проглотить желающее слететь с языка проклятье. - Я лишь хотел узнать, как там Гарри, в порядке ли он, — Дамблдор остановил взгляд на Регулусе. — Известно ли вам, молодой человек, что произошло в доме Поттеров?  — Мой младший сын все время находится дома, так что оставьте свои беспочвенные подозрения при себе. Если пришли за отпрыском Поттеров, то забирайте и покиньте наш дом, — не выдержала Вальбурга, не спуская глаз с директора. Сириус моментально вскинулся.  — Матушка, нет!  — Прости, мальчик мой, но так действительно будет лучше, — проговорил Дамблдор. — Я позабочусь о Гарри.  — Так же, как позаботились о Джеймсе с Лили?! — вдруг неожиданно зло воскликнул Сириус. — Вы и их обещали защитить!  — Сириус… — Дамблдор сгорбился, как никогда раньше походя на старца. — Я…  — Прекрати истерику, сын, — сурово заключил Орион. — Сейчас не время поддаваться эмоциям. Авроры осмотрели место происшествия, мистер Дамблдор? Раз уж вы знаете, что Питер Петтигрю повинен в смерти четы Поттеров, не стоит ли бросить силы на поимку предателя?  — В доме Поттеров были обнаружены останки Темного Лорда.  — Что?! — воскликнул Регулус, моментально теряя хладнокровие. — Что значит «останки»?  — Скорее всего, — вздохнул Дамблдор. — После того, как Волдеморт убил Джеймса и Лили, он хотел убить и Гарри, но почему-то не смог. Авада, выпущенная его палочкой, попала в него самого, оставив Гарри лишь рану на лбу.  — После Авады невозможно выжить, — нахмурилась Вальбурга. Дамблдор кивнул.  — Однако Гарри это удалось. Теперь понимаешь, Сириус, почему нужно спрятать Гарри? Последователи Волдеморта наверняка попытаются его найти и закончить дело предводителя.  — Здесь он будет в безопасности! — возразил Сириус. — Наш дом по защитным чарам не уступит даже Хогвартсу.  — Он не доверяет нам, сын. Для общественности мы тоже почти что Пожиратели, — ответил Орион. В этом плане он понимал опасения Дамблдора. Оставлять героя Магической Британии в доме темных волшебников, куда могут наведаться «старые друзья» было бы опрометчиво. Тем более, наличие под боком мальчишки означало постоянное внимание к ним, а этого хотелось бы избежать. К тому же, Дамблдор не знал и о существовании Ариадны, сейчас мирно сопящей в своей комнате. Орион хотел, чтобы так и было впредь — не нужно общественности раньше времени знать о появлении наследницы дома Блэк.  — Прости, мой мальчик, я забираю Гарри. Есть место, где он будет под защитой. Сириус хотел возразить снова, но Орион остановил его, положив руку на плечо.  — Летти, — позвала Вальбурга. — Принеси Гарри Поттера сюда. Верная домовушка в сию же секунду очутилась рядом, с трепетом удерживая спящего Гарри. Рана на его лбу была обработана, ребенок накормлен и сейчас, истощенный событиями, крепко спал. Сириус с тяжестью на сердце наблюдал, как Дамблдор забирал из рук Летти ребенка и бережно прижимал к груди.  — Это дитя — Герой Магического мира, — тихо проговорил директор. — Его подвиг и подвиг Джеймса и Лили никогда не будет забыт.  — Куда… кха-кха, — собственный голос подводил Сириуса. — Куда вы его заберете?  — Не могу сказать, уж извини, мой мальчик. И прошу тебя, не ищи Гарри Поттера. Я понимаю, что ты ответственен за него, как крестный, но за тобой могут следить. Сириусу хватило сил лишь на кивок. Орион слегка сжал плечо сына снова в знак поддержки. Дамблдор попрощался, и исчез в пламени камина с Гарри Поттером на руках. Чуть позже, лежа в обнимку с дочерью и вдыхая её сладкий запах, Сириус смог, наконец, успокоиться и упорядочить свои мысли. Осознание смерти близких друзей и предательство другого тяжким бременем легло на сердце. Сейчас Сириус мог лишь заснуть беспробудным сном, с надеждой на то, что завтра будет легче.