Чернее чёрного

            Дом на Тисовой улице слишком отличался от Блэк-хауса. Вышколенный до блеска, с ровными рядами цветущих роз и маленьким белым заборчиком - так и кричащий о заурядности домик совсем не понравился Рие. То ли дело её дом — с тяжелыми, почти всегда задернутыми шторами, говорящими портретами, приключениями на каждом шагу и мрачноватой, но уютной атмосферой. Но «показывать недовольство в гостях — дурной тон» — говорила бабушка, поэтому Риа вежливо улыбнулась и сделала книксен перед родственниками Гарри, что смотрели на неё с удивлением.  — Добрый вечер, мистер и миссис Дурсль, меня зовут Ариадна.  — Дядя, тетя, — влез Гарри, едва Петунья открыла рот. — Риа потерялась и не знает, как добраться до дома, можно ей посидеть здесь? — умоляюще просил мальчик, внутренне молясь, чтобы Дурсли не опозорили его перед подругой.  — Гм… Ну, — Вернон переглянулся с женой. Девочка выглядела как ребенок из более чем обеспеченной семьи — ухоженная, в дорогой, явно сшитой на заказ (уж Петунья в этом знает толк) одежде, с аккуратными сережками-гвоздиками с инкрустированными драгоценными камнями. Черные косички ярко контрастировали с белым миловидным личиком, в девочке виднелась аристократичная порода. Дурсли расплылись в радушной улыбке. — Конечно, дорогая, оставайся на ужин. А потом я позвоню в полицию, чтобы найти твою семью. Гарри вздрогнул от неожиданности. Такие приветливые и добродушные лица родственников он видел только когда к дяде приходили важные гости. В такие моменты мальчика всегда либо запирали в чулане, либо выгоняли на улицу. Пока он переживал шок, Риа взяла его за руку и прошла за Петуньей на кухню.  — Вы так добры, миссис Дурсль, — щебетала девчушка, таща Гарри на буксире. — Я безумно голодна. Спасибо Гарри, что он нашел и утешил меня, я очень рада, что встретила такого хорошего мальчика. Петунья поджала губы, но промолчала. Выяснять отношения перед гостьей было бы неприятно. Вместо этого она быстро накрывала стол к ужину, слушая и улыбаясь, когда девочка хвалила их дом.  — Миссис Дурсль, вы просто волшебница, — восхищалась Риа чуть позже. — Курица просто тает во рту, очень вкусно, да, Гарри? Гарри, впервые сидящий за столом со всеми, кивнул. Он ел, наслаждаясь горячей едой, и с обожанием смотрел на подругу, с появлением которой без конца начали происходить удивительные вещи. Она такая же маленькая, как он, но дядя с тетей относились к ней почти как ко взрослой и буквально ловили каждое её слово, довольно улыбаясь, когда девочка делала комплименты им и их дому.  — Даже Летти готовит не так вкусно, — тем временем продолжала вещать Риа. — Когда-нибудь я обязательно позову вас в гости, в благодарность за ваше гостеприимство.  — Летти? — тут же переспросила Петунья.  — Наша эм… кухарка, да.  — Кстати, чем занимается твоя семья? — аккуратно начал расспрос Вернон. У Дурслей от любопытства сверкали глаза, а Риа лишь пожала плечами:  — Точно не знаю, чем занимается дедушка, но он часто общается с важными людьми, они говорят об очень серьезных вещах, бабушка устраивает чаепития, но меня на них никогда не берет, а мой папа ловит преступников, еще есть дядя, он меня обучает всяким интересным вещам, — с каждым словом лица магглов становились все радостней. Было бы здорово, если бы семья маленькой аристократки и правда позвала их в гости, видимо, они очень влиятельные люди. «Есть и от ублюдка Поттера польза» — хмыкнул Вернон, бросая взгляд на тут же съежившегося мальчика.  — Дети, идите, поиграйте в детской, а мы пока позвоним в полицию и свяжемся с родителями Ариадны, — сказала Петунья после ужина и стала убирать со стола, походя ласково погладив Дадли по голове. Дадли Дурсль, на удивление всей семьи, весь ужин сидел молча, не спуская глаз с гостьи. Эта девочка была даже красивей Лизы Элкотт — самой симпатичной девочки в районе, но почему-то общалась с заморышем Гарри.  — Благодарю за великолепный ужин, мистер и миссис Дурсль, — Риа держалась как взрослая до самого конца. «Первое впечатление второй раз не произведешь» — говорила бабушка и Риа послушно выполняла её наказ. Не то, чтобы она хотела произвести впечатление на Дурслей, просто она думала наперед, рассчитывая, что если покажется родственникам Гарри хорошей, то сможет еще как-нибудь с ним поиграть. Пора было возвращаться домой, поэтому Риа, отлучившись в уборную, тихо позвала Кричера. Домовик возник рядом сию же секунду, тут же начав биться головой об унитаз и причитать, что не уследил за юной хозяйкой. Уже привыкшая и готовая к такому повороту, Риа шикнула на домовика и приказала:  — Тихо, Кричер! Это приказ! — домовик тут же успокоился и в ожидании уставился на хозяйку, по ходу дела незаметно сканируя её на повреждения. К счастью преданного слуги, юная госпожа была здорова, сыта и в хорошем расположении духа.  — Кричер, что происходит дома?  — О, в благороднейшем семействе Блэк горе, наследница пропала в стихийной аппарации! След аппарации отследить не получилось, поэтому моя бедная госпожа Вальбурга варит поисковое зелье.  — А папа?  — Молодой хозяин Сириус, отрава сердца моей доброй хозяйки Вальбурги ругался очень сильно, сказал, что отрежет мне голову, — хныкнул домовик и хотел было снова начать истязать себя.  — Успокойся, Кричер, я не позволю отрезать тебе голову, ты же мой любимый домовик, — прошептала девочка, и Кричер заплакал. — Не реви и слушай меня. Иди к папе и скажи где я, пусть заберет меня. Домовик кивнул, утирая слезы и с тихим хлопком исчез. Риа тем временем вышла из уборной и пошла в сторону, откуда слышались детские голоса.  — Что, придурок, думаешь, она будет дружить с таким оборванцем, как ты? — Дадли противно хихикал, швыряясь в Гарри игрушечными солдатиками. — Такие девочки дружат только с детьми из при-лич-ных семей, а у тебя даже родителей нет.  — Я… у меня… — голос Гарри дрожал от сдерживаемых слёз, но он со злостью их вытер рукавом ветхой рубашки. Он не будет реветь перед Дадли. Может потом, в темноте чулана, но не сейчас.  — Такие девочки как я, дружат только с хорошими детьми, а не с теми, кто кидается в людей игрушками, — холодно ответила Риа, входя в комнату. Дадли тут же остановился.  — Ты просто не знаешь ничего о нем, — нахально проговорил упитанный мальчик. Его задевало то, что Ариадна была на стороне этого задохлика. — Его родители его бросили, они были…  — Гарри, пошли вниз, мистер Дурсль просил подойти, — перебила Риа и, игнорируя Дадли, взяла Гарри за руку и повела за собой вниз. Дадли с топотом и злобным сопением побежал следом. В гостиной детей встретил Вернон, сидящий в кресле с огромным телефонным справочником в руках. Риа тут же села на диван напротив, все также не отпуская руки Гарри.  — Ариадна, давай найдем номер твоей семьи, как твоя фамилия?  — Блэк. Ариадна Блэк, — с некой гордостью провозгласила девочка. В тот же момент внезапно раздался дверной звонок. Петунья поспешила открыть и вскрикнула, едва увидела, кто оказался за дверью.  — Ты! Как ты посмел прийти сюда? — визжала женщина, тыча пальцем в мужчину на пороге. — Пошел прочь! Сириус Блэк едва справился с удивлением. Вот уж кого он не ожидал увидеть, так это сестру Лили. Тем более его удивлял тот факт, что Риа оказалась именно здесь. Вслед за Петуньей вышел грузный мужчина, напоминающий борова — её муж.  — Что тебе нужно? — нахмурился Вернон. Лицо этого мужчины было ему знакомо, он видел его на своей почти испорченной свадьбе.  — Я пришел забрать дочь, — сухо ответил Сириус и, игнорируя шок Дурслей, крикнул. — Риа!  — Папа! — девочка тут же выбежала навстречу и запрыгнула на руки к отцу. Петунья могла лишь открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба. Кто бы мог подумать, такой милый ребенок окажется из этих ненормальных!  — С тобой я дома поговорю, юная леди, — хмурился Сириус, бегло осматривая дочь на наличие травм. Риа лишь широко улыбнулась, она знала, что отец не станет её ругать, он просто притворяется сердитым.  — Можно Гарри с собой взять? — спросила девочка, умильно сложив ладошки в просящем жесте.  — Гарри? — сердце Сириуса кольнуло. «Может ли он быть…» — с надеждой подумал волшебник, глядя вглубь дома. Там, сверкая зелеными глазами, стояла маленькая копия Джеймса Поттера. — Сохатик…  — Кто? — не поняла Риа, но тут же отмахнулась от ненужной информации. — Папа, это Гарри, он хороший, давай его заберем себе? Сириус, пропустив слова дочки мимо ушей, жадно осматривал такого знакомого и незнакомого мальчика. Гарри был тощим — одна кожа да кости, а растянутые ветхие вещи делали его еще более маленьким и хрупким. Круглые очки (совсем как у Джейми!) держались лишь на изоленте и добром слове, и мальчик то и дело поправлял сползающие с носа кругляшки. Гарри смотрел в ответ на Сириуса и Рию так же жадно, отчаянно завидуя тому, как бережно и ласково мужчина обнимал девочку.  — Это сын Лили? — Сириус перевел злой взгляд на Петунью. — Почему он так выглядит?  — Не твое дело! — прошипела Петунья похлеще любой змеи. — Забирай свое отродье и уходи!  — Пап, а Гарри тут бьют, — неожиданно вставила Риа. Дурсли вздрогнули, когда в глазах волшебника вспыхнуло бешенство. — А еще голодом морят, — добила Риа.  — ЧТО?! — закричал Сириус, но сбавил громкость, когда дочь закрыла уши. — Это же твой родной племянник, Петунья!  — Такой же ненормальный, как его родители, — не выдержав, прокричала женщина в ответ. — Одни проблемы от этого ублюдка, лучше бы сдох со своими жалкими родителями! В руку Сириуса тут же скользнула палочка, и Петунья заткнулась, с опаской отступая назад. И без того выпученные глаза выпучились еще больше. Схватившись за Вернона, женщина делала маленькие шажки обратно в дом, про себя молясь, чтобы эти исчадия навеки покинули её дом.  — Я его забираю, — сквозь зубы прошипел Сириус, угадывая желания женщины и едва удерживая себя в руках. Он перевел более ласковый взгляд на дочь: — Принцесса, иди, помоги Гарри собрать вещи, мы уходим.  — Ура! — Риа спрыгнула с его рук и побежала к Гарри. — Ты теперь будешь жить со мной!                                 *       *       *  — То есть ты просто взял и украл Героя Магической Британии из дома? — Орион сидел в глубоком кресле, вперив суровый взгляд на старшего сына. Тот кивнул и нахмурился сильнее, давая понять, что в содеянном ни капли не раскаивается. Лорд Блэк тяжко вздохнул. Кто бы мог подумать, что Гарри Поттер вновь вернется в стены этого дома.  — Ты же понимаешь, что перед Дамблдором придется объясняться?  — У меня самого к нему несколько вопросов, — буркнул Сириус, запуская пальцы в волосы. — Как это вообще понимать, он же знал, что сестра Лили ненавидит все, что связано с магией! Почему он не оставил его мне?  — Вот и спросишь его, рано или поздно он придет за мальчиком, вот увидишь. Ставлю галлеон на то, что Дамблдор уже в курсе твоего демарша, — едва он это сказал, рядом появился Кричер.  — Хозяин, Альбус Дамблдор просит дать ему доступ к камину.  — Помяни черта, вот и он. Проводи директора в малую гостиную, а ты, — Орион встал и сверху вниз уставился на сына. — Иди и спрашивай, что хотел. Я подойду позже. И не забудь, ты должен мне галлеон. Сириус быстрым шагом поспешил вниз. По пути он встретил Регулуса и попросил его приглядеть за детьми.  — Я не нянька, — буркнул братишка, но послушно пошел в игровую, откуда слышался веселый смех Рии. Когда Сириус вошел в комнату, Дамблдор уже сидел в кресле, спокойно попивая чай. Когда миссис Фигг сообщила о том, что Сириус Блэк забрал Гарри Поттера из дома родственников, Дамблдор сразу же помчался в Блэк-хаус. Сейчас от прежней спешки не осталось и следа. Мантия небесно-голубого цвета с сияющими звездами заметно выделялась на фоне блэковского интерьера. Вплетенные в бороду колокольчики звенели всякий раз, когда директор Хогвартса отпивал горячий напиток или поглаживал бороду. Его вид был крайне задумчив и хмур, однако едва взгляд сфокусировался на Сириусе, Дамблдор тут же приветливо улыбнулся бывшему ученику.  — Сириус, мальчик мо…  — Директор, почему вы отдали Гарри Петунье? — тут же перебил Сириус. — Она ненавидела волшебство, она ненавидела Лили, она маггла, в конце концов!  — С каких пор у тебя появились предубеждения по поводу магглов, мальчик мой? — расстроенно покачал головой Дамблдор. — Все-таки влияние твоей семьи велико…  — Да при чем тут моя семья?! Магглы не смогут воспитать волшебника и вы это знаете! — не выдержав, повысил голос Сириус. — Его били! Он голодал! Вы обещали, директор! Обещали защитить сына Поттеров!  — Сириус… — вздохнул старый волшебник. — Ты не понимаешь.  — Я не пойму, если вы будете молчать! Хотя молчите, мне плевать! Гарри будет жить со мной и точка! — от такой вспышки эмоций с примесью магии чайный сервиз на столике задребезжал, грозя распасться на осколки.  — Великий Мерлин, мало мне твоей матери, давай еще ты начни посуду колотить, — проворчал Орион, открывая дверь и пропуская вперед супругу. — Приветствую в столь поздний час, мистер Дамблдор. Что-то вы зачастили — второй раз уже являетесь накануне ночи.  — Лорд и леди Блэк, — встал директор, кивая на приветствие. — Дело, видите ли, неотложное, как и в тот раз. Повод, кстати, тот же.  — Ах-да, Гарри Поттер, — отозвалась Вальбурга. — Крайне интересное решение — поселить маленького волшебника, пусть и полукровку, среди магглов. За что вы так с мальчиком?  — Петунья Дурсль — единственная семья Гарри, там он был в безопасности. Сириус снова вспыхнул, как спичка.  — В безопасности?! Вы издеваетесь?  — Мальчик мой, так будет лучше…  — Черта с два! Гарри — мой крестник и жить будет со мной! Хватит с меня, я два раза доверил вам жизни дорогих мне людей и два раза вы не сдержали обещания. Больше такой ошибки я не совершу! Дамблдор тяжело вздохнул. Переспорить Сириуса, когда он в таком состоянии казалось совершенно невозможным. Оставалось только одно — сказать правду.  — Гарри в безопасности у Дурслей, потому что Лили перед смертью успела наложить кровную защиту, — вздохнул Альбус. Он хотел до последнего держать этот факт в тайне, однако это был единственный способ утихомирить Сириуса.  — Магглорожденная сумела наложить кровную защиту? — удивилась Вальбурга. Обычно такими ритуалами пользовались только чистокровные, а среди грязнокровок подобное считалось темной магией и всячески порицалось. — Хах, смотрю, ваши подопечные все-таки не гнушались использовать запрещенную магию, несмотря на ваши убеждения.  — Мать пойдет на все ради защиты своего дитя, — глубокомысленно изрек Дамблдор, а Вальбурга скривилась.  — Двойные стандарты, дорогой директор, страшная штука, — вмешался Орион. — Но сейчас мы говорим не о лицемерии «светлых» волшебников, а о крестнике моего сына. Так вы настаиваете на том, чтобы вернуть Гарри Поттера тёте?  — Только через мой труп! — воскликнул Сириус, так и не присев ни разу. Мужчина нервно мерил гостиную шагами, раздумывая. Если Лили и правда наложила кровную защиту, то для Гарри дом Дурслей — самое безопасное место. От этой мысли становилось тошно. Эти магглы так заморили Сохатика, что от прежнего пухлощекого, счастливого и здорового малыша, которого Сириус видел в последний раз, не осталось и следа.  — Сириус, ты ведь понимаешь, что это необходимость? — вкрадчиво проговорил Дамблдор. Он знал, что Сириус в курсе, какую защиту дает жертва матери. К тому же Лили была совсем незаурядной волшебницей.  — Хорошо, — вдруг покорно ответил Сириус. Все остальные волшебники остановили на нем удивленные взгляды. Даже Альбус не ожидал, что непокорный Блэк практически сразу согласится. — Но у меня есть условие.  — Мальчик мой, прости, но это не тот случай, где ты можешь ставить условия, — вдруг жестко отрезал Дамблдор, мигом став суровей. В ответ на это, прежде слегка ощутимое давление в комнате резко усилилось — Сириус ходил по тонкой грани сдерживания эмоций и магии под контролем. От взрыва и скандала его останавливал лишь тот факт, что дети, играющие наверху, испугаются, если он даст слабину и начнет орать в лучших традициях матушки. Поэтому молодой мужчина глубоко вздохнул, произнес про себя считалочку, которой его научила дочь, и громко и четко проговорил:  — Так и быть, пускай он живет у этих… Дурслей, — буквально выплюнул Сириус, словно эта фамилия была каким-то ругательством. — Если это безопасней для него, то хорошо, но хотя бы на выходные я хочу забирать его сюда. Или вы позволяете мне каждую неделю забирать Гарри на Гриммо, или я его выкраду снова, директор.  — Сириус…  — Только так. Иначе я пойду в Визенгамот и Министерство, чтобы требовать передачу опеки.  — Хааа… — Дамблдор слегка пригладил бороду, разочарованно вздыхая так, словно его родной внук вдруг сказал, что сбежит из дома с труппой бродячих артистов и сменит имя. Великий волшебник перевел взгляд на старших Блэков, надеясь, что они приструнят сына и его нелепые выходки, но Орион и Вальбурга молчали, внимательно ожидая исхода разговора. Упрямое выражение так и не сходило с лица Сириуса, ясно давая понять, что он не отступит. «В самом деле, дом Блэков — безопасное место» — размышлял Дамблдор, пытаясь найти компромисс, пока его бывший ученик сверлил его взглядом. «Но Гарри может научиться здесь чему-то… нежелательному. Да и такой маленький ребенок запросто окажется под влиянием этой семьи. Хотя Сириус гораздо ближе мальчику, чем его родная тетя. Подумать только, Героя Магической Британии, Мальчика-Который-Выжил морила голодом и била его же родня!»  — Хорошо, — наконец кивнул Дамблдор, и Сириус с заметным облегчением выдохнул. — Но не более двух раз в неделю, Сириус. Ночевать Гарри обязан у Дурслей, под защитой. Уводить и приводить будешь сам, обязательно проверяй, чтобы никто не следил за вами. Хотя, кому я это рассказываю, ты же аврор, разберешься, — кряхтя, поднялся директор, снова становясь добродушным стариком. — И Сириус, — Дамблдор внимательно посмотрел в глаза мужчине. — Береги Гарри.