Возвращение Майклсонов.

Приготовления к ритуалу заняли три часа. В основном этим занимались Джози и Фрея, которые готовились к этому дню больше и дольше других. За это время две ведьмы нашли общий язык: Джози охотно перенимала у тысячелетней Фреи Майклсон богатый магический опыт, и в ответ делилась рассказами о существах, которые были незнакомы Фрее, но хорошо известны ученикам школы Сальваторе, поскольку со многими из них им приходилось сталкиваться лицом к лицу. Нередко эти взаимовыгодные уроки проходили вдали от города, на природе, и там Джози впервые поняла, почему ведьм называют "слугами природы". Место для ритуала было выбрано по тому же принципу: это была отдаленная от главной дороги поляна со всех сторон окруженная густым сосновым лесом. Просторный пролесок позволял творить заклинание, не опасаясь привлечь нежелательное внимание со стороны горожан или проезжих, но в то же время предоставлял достаточно пространства для исполнения задуманного. Проснувшись, Лиззи услышала звук мотора, и в окне заметила, как Хоуп и еще двое незнакомых людей выходят из автомобиля. Значит, это случится сегодня. Они вернут Аларика Зальцмана, и весь этот кошмар, наконец-то, закончится. Лиззи еще не разговаривала с Кэролайн, но в глубине души таила надежду, что та задержится в Мистик Фоллс на дольший срок. Иногда казалось, что все, кроме нее, понимают, чего хотят, и знают, куда двигаться. Аларик неплохо справлялся с обязанностями директора, поэтому можно было предположить, что он не станет что-то менять. Необходимость искать спасение от слияния отпала сама по себе, когда Хоуп убила Лиззи, обратив ее в вампира, но то, что Кэролайн найдет другое занятие, которому можно посвятить всю себя, не оставляло сомнений. Джози, конечно, уедет обратно и постарается обустроить свою жизнь в Мексике. Но вот что делать Лиззи? Хоуп сумеет в одиночку спасти школу, если той будет грозить опасность, а она бесполезна. Метания между Итаном и ЭмДжи терзали не только ее, но и двух парней, которые были влюблены в нее. Лиззи отчаянно спрашивала себя, где ее место, но не находила ответа. Казалось, ответа не существовало вовсе. Когда Лиззи спустилась вниз, перед этим приведя себя в порядок, там уже собрались все, кто должен был придти. На лицах присутствующих в той или иной мере было написано волнение и предвкушение. Тем не менее, страха никто не испытывал. Многие из собравшихся уже имели дело с подобной магией, возвращающей мертвых к жизни. Однако каждый понимал, что это не просто ритуал воскрешения, - это сражение с древней злой силой, которая разбила семью Майклсонов несколько лет назад. Они не знали, сработает ли план и погибнет ли Пустая, но думать о том, что будет, если этого не произойдет, никто не решался. - Что же... - Хоуп выступила в центр и нерешительно потерла ладони о джинсы, - Думаю, уже пора. Сегодня мы вернем Лэндона и Аларика, которые пострадали по моей вине, но... Я обещаю, к концу этого дня мы сможем обнять их. Мы вернем их. Сегодня все будет в порядке. Клаус и Фрея, Кол и Давина, Кэролайн и Джози - все молча согласно кивнули. Лиззи последовало их примеру. Ей не верилось, что всего через несколько часов она снова увидит отца. Ей не хватало разговоров с ним, его раздражающих наставлений, и советов. Аларик Зальцман не был идеальным отцом, но все же он любил дочерей и делал все, исходя из единственной цели - их благополучия. Для них он создал школу, которую они могли назвать своим домом. Он нашел людей, которых Лиззи и Джози могли назвать друзьями и даже семьей. Он не хотел бросать их и боролся за жизнь, хотя травмы, нанесенные руками бесчеловечной Хоуп, были несовместимы с жизнью. Свечи, песок, амулеты и гремуары были погружены в багажники машин, и вскоре пятеро ведьм и три вампира двинулись в путь. Дома и площади сменялись за окном, пока совсем не исчезли, сменяясь кукурузными полями и лесом на окраине города. Вскоре добрались до нужного места. Солнце достигло зенита, легкий ветер колыхал ветви дубов и сосен. День обещал быть теплым. Складывая костер, Хоуп почувствовала на себе пристальный взгляд и, подняв голову, увидела отца, внимательно наблюдавшего за ней. Он смотрел взволнованно, и Хоуп стало тревожно от этого взгляда. Но Хоуп попыталась отогнать эти чувства. Она принялась с удвоенной энергией выполнять приготовления к заклинанию, будто от степени ее упорства зависел успех плана. Давина, заметившая ее волнение, подошла и села подле нее: - Позволь мне. - она взяла из рук Хоуп дрова, начав складывать их нужным для заклинания образом. Давина указала головой в сторону Клауса, - Не хочешь поговорить с ним? Хоуп прикрыла глаза и тяжело вздохнула. - Думаешь, все получится? Этот ритуал, воскрешение - думаешь это удачная мысль? - Не знаю. - опечаленно произнесла Давина, страдая от выражения боли и надежды на лице племянницы, - Такие заклинания - это всегда риск. Нет никаких гарантий, что все пройдет, как задумано. Но лучше не думать об этом сейчас. Ты сильная ведьма, и у тебя уже однажды получилось вернуть к жизни человека... - Но?.. - Но тебе лучше поговорить с отцом. Если это последний шанс, ты будешь жалеть, что им не воспользовалась. Хоуп благодарно кивнула и пошла к Клаусу. На ее глазах стояли слезы при мысли о том, что она может снова потерять его. Клаус, который до этого момента, о чем-то перешептывался с Кэролайн, медленно двинулся ей навстречу, заключив в объятия, когда она дошла до него. Неужели это скоро закончится? Неужели он снова оставит ее одну, оставив на память лишь слова прощания? Нет. Хоуп накапливала силу, знания и опыт долгие годы. Она совершенствовалась, чтобы никто не мог причинить вред тем, кто ей дорог. Она не позволит кому-либо умереть сегодня. Хоуп отстранилась. - Обещай, что вернешься. - Хоуп... - Нет, папа, обещай мне. Я понимаю, что это серьезно, и что ты... можешь не выжить во время ритуала, но пообещай, что сделаешь все, что в твоих силах, чтобы вернуться к нам. Мне столько всего тебе хочется рассказать, показать столько красивых мест и познакомить со столькими хорошими людьми! Я хочу отпраздновать день рождение - впервые за много лет - и получить от тебя подарок. Ты не должен умирать. - произнесла она обреченно, - Только не сейчас, когда все стало налаживаться... Сердце Клауса разрывалось от слов дочери. Несмотря на то, как она повзрослела за эти четыре года, Хоуп все так же, как когда-то в пятнадцать лет, нуждалась в своих родителях. Клауса не было рядом большую часть ее жизни, и он подозревал, что не хватит столетия, чтобы наверстать упущенные моменты. Он не мог исполнить ее просьбу, не имел ни малейшего права обещать то, в чем был не уверен, однако Клаус лишь протянул руку к ее щеке и смахнул слезу, кидая вызов своей судьбе. - Обещаю. - прошептал он, и Хоуп подняла на него удивленный взгляд. - Я вернусь к тебе, милая. Чего бы это ни стоило. Когда началось песнопение - приглушенный голос Хоуп завел мотив заклинания - пламя взревело, подбрасывая искры высоко в воздух. Вместе с четырьмя другими ведьмами они образовывали пятиугольную фигуру, расположившись вокруг костра, но внутри узорчатого квадрата свечей, расставленных по углам поляны. Облака помутнели. Солнце скрылось за тучами, уступая неестественной для этого времени суток тьме. Вскоре стало темно, как ночью, и поднялся сильный ветер. Клаус взглянул наверх, вспоминая день, когда его при таких же обстоятельствах вернули к жизни. Кэролайн держалась за его рукав, стараясь не зажмуриться от пыли, попадавшей в глаза. Наконец, пришло время и Хоуп повернулась к отцу, призывая его в центр круга. Клаус понял: сейчас или никогда. Он посмотрел на Кэролайн и, взяв ее лицо в свои руки, поцеловал. Кэролайн вздрогнула от неожиданности, но ответила на поцелуй. Он длился всего мгновение, и было жаль разрывать его, но Клаус неохотно отстранился. Кэролайн проводила его взглядом, но он пошел, не оборачиваясь. Хоуп продолжала читать заклинание. Проговорив непонятные слова, она вдруг замолкла, и достала из внутреннего кармана кожаной куртки флакон. Избавившись от крышки, она вылила содержимое флакона в костер, языки которого после этого поднялись еще выше. Это была кровь Кларка, первенца Маливора, необходимая для того, чтобы помочь Клаусу в мире мертвых отыскать Лэндона. Ради облегчения поисков Аларика Лиззи так же прокусила свою ладонь, позволяя нескольким каплям стечь прямо в огонь. Основные приготовления были закончены. Теперь оставалось главное. Хоуп с каменным лицом посмотрела на отца и спросила: - Ты готов? Клаус решительно кивнул. Тогда Кол вошел в квадрат и протянул Хоуп кол, смазанный смертельным ядом Марселя Джерара - усовершенственного вампира - оружие, способное убить первородного. Хоуп приняла его. Она оглядела смертельное оружие, и подняла взгляд на Клауса. - Начнем. Клаус не почувствовал боли. Он закрыл глаза, а когда открыл их, приметил, что видимость стала менее четкой, воздух вокруг был будто тяжелым и вязким, и понял, что оказался в Лимбе. Он заметил свое тело, которое не загорелось после смерти только благодаря чарам Хоуп и увидел, как его дочь продолжает читать заклинание, не рискуя ни на минуту прервать его. Что же, у него мало времени. Он сел в машину Кэролайн, которая в мире мертвых имела свою точную копию и поехал по направлении к городу, где мог найти тех, к кому его тянула кровь их ближайших родственников. Воспоминания об этом месте, где неприкаянные души блуждали, пытаясь обрести Покой, хлынули на него, возрождая в памяти то, о чем он, казалось, уже позабыл, и Клаус попытался использовать все свои знания об этом месте, чтобы скорее вернуться к Хоуп. Скоро он достиг Мистик Фоллс. Ожидаемо, центр города оказался самым оживленным местом в радиусе нескольких тысяч миль. Покойники Мистик Фоллс расхаживали по знакомым улицам, словно живые, не желавшие осознавать, что мир вокруг них является всего лишь промежуточной точкой - чистилищем, внутри которого они застряли, не завершив свои дела или не обретя успокоения в сердцах. Клаус превосходно понимал их заблуждение. Он сам не единожды предавался ему. Сидя за стойком бара в Руссо, бесцельно бродя по болотам оборотней, засыпая на уличных скамейках во Французском квартале, заглушая чувства и гомон в голове алкоголем, он иногда задавался вопросом: куда все пропали, где его братья и сестры, Марсель с его бандой оборванцев, Хэйли и Хоуп... Разочарование настигало его каждый раз, когда он вспоминал, что находится в чертовом Лимбе, где его удерживало неоконченное дело, знать бы, какое именно... Клаус быстрыми шагами достиг заведения, построенного на тот самом месте, где прежде стоял Мистик Гриль. Не беспокоясь об аккуратности, первородный выбил ударом ноги двойную дверь, неожиданно появляясь перед сборищем зевак, распивающих спиртное и обсуждающих одни и те же городские новости и темы разговоров. В зале воцарилась тишина, и Клаус воспользовался минутным смятением, приподняв уголки губ в зловещей ухмылке и говоря: - Я ищу двух людей. Они зовут себя Аларик Зальцан и Лэндон Кирби. Кто из вас, джентельмены, смог бы подсказать мне, где они?

***

Приподняв согнутые в локтях руки, контролируя дыхание, прикрыв глаза, Хоуп Майклсон читала заклинание. Свое собственное заклинание, которое она изобрела в тот момент, когда ее сущность была не обременена человечностью. Лиззи, Джози, Давина и Фрея поддерживали заклинание своей магией. Они делились с Хоуп своей силой, позволяя на протяжении нескольких часов поддерживать действующие чары. Тело Клауса Майклсона покоилось на земле. Его веки были прикрыты, руки тянулись по бокам, а бледная серость покрыла кожу, проявив вены по всему его телу. Ветер колыхал рыжие локоны Хоуп. Она ощущала, как огромные силы, вложенные в заклинание, тают. Она устала, однако ни на минуту не допускала и мысли о том, чтобы сдаться и завершить ритуал. Она продержится столько, сколько нужно ради того, чтобы двое людей, которых она любит больше всего, вернулись к ней. Они обещали ей: Клаус - благополучный исход ритуала, а Лэндон - вечную любовь и заботу, которых Хоуп так не хватало в последнее время. Однако время шло, но ничего не менялось. Хоуп ждала какой-нибудь знак, сигнал, что-угодно, что позволило бы понять, когда следует приступить к последнему этапу заклинания. Но ничего не происходило. Хоуп взволнованно взглянула на тело отца, ужасаясь при мысли, что оно останется таким навеки - серым и безжизненным. Отогнав эти мысли прочь, она выровнила пульс и сосредоточилась на правильном чтении заклинания - простой формулы из двадцати трех слов, позаимствованных и переработанных из гремуара Эстер. Супруга Майкла и мать первородных вампиров имела доступ к темной магии. Она воссоздала формулу бессмертия, прикоснувшись к основаниям природы и мира смерти, поэтому некоторые элементы ее заклинаний очень помогли Хоуп при создании собственного заклинания воскрешения. Гремуар Эстер имел два экземпляра: несколько лет назад Хоуп одолжила из Нового Орлеана подлинник и сделала копию для себя, несмотря на уговоры Фреи и Кола отказаться от этой идеи. К ее большому разочарованию, ветер начал стихать, через багровые тучи пробивались лучи света. Хоуп открыла глаза. Ее взор уцепился за Лиззи. Хмурое лицо блондинки выдавало ее беспокойство. Их время на исходе. Хоуп мысленно попросила Клауса поторопится, надеясь, что магия донесет до него эту мольбу. Ничего не оставалось. Хоуп продолжила читать заклинание, игнорируя боль и страх.

***

- Пора переставать столько пить. - растерянно проборматал один из постояльцев бара, ставя стакан, до краев наполненный бурбоном на стол. - Кажется, мне начинают мерещиться призраки... Губы Клауса растянулись в довольной ухмылке. - Не обижай меня, старый друг. - Клаус направился к знакомой фигуре, склонившейся над деревянной поверхностью стола, - Я не больше призрак, чем ты, Аларик Зальцман, однако это ненадолго. - первородный похлопал бывшего врага по плечу, опускаясь до уровня его ушей и проговаривая: - Поднимайся, приятель, пора возвращаться домой. Аларик нахмурился. - Что, черт побери, такого ты говоришь? - Нет времени объяснять, но, если вкратце, наши дочери сейчас проводят магический ритуал воскрешения. Мне поручено разыскать тебя и Кирби. Так что, если ты не горишь желанием растрачивать наше время на пустые разговоры, приведи мальчишку и следуйте за мной. - беспечная улыбка исчезла с лица Клауса. Аларику не нужно было много времени, чтобы принять решение. Он мгновенно сорвался с места и через несколько минут появился в сопровождении Лэндона. Клаус остановил взгляд на возлюбленном Хоуп. Тот, в свою очередь, таким же оценивающим взглядом глядел на него. Клаус отметил, что не испытывает негативных эмоций к мальчишке. Лэндон Кирби был по-прежнему простоват, но, по всей видимости, вдобавок к этому самоотвержен и храбр, раз отдал жизнь ради благополучия человечества. Сентиментальная на подобного рода явления Хэйли одобрила бы этот поступок кавалера их дочери. Клаус ступил шаг вперед. - Ты, по всей видимости, Лэндон Кирби. Рад знакомству, Лэндон. Меня зовут... - Клаус Майклсон. - довершил за него парень. - Вы - отец Хоуп. - Значит, она обо мне рассказывала. - улыбнулся Клаус, - Так или иначе, у нас еще будет время познакомиться поближе, Лэндон, а сейчас нам пора. Лэндон и Аларик кивнули Следуя за Клаусом, они, стараясь привлекать к себе меньше внимания, покинули стены бара, в котором проводили большую часть времени с тех пор, как они оба умерли. Они погрузились в красный автомобиль и отправились на полной скорости к спасению из этого проклятого чистилища.