Ричард - нагибатель вселенной

Сказать, что я был удивлен таким поворотом темы, — значит, не сказать ничего. Судя по всему, леди Констанция испытывала те же чувства. Мы тупо пялились на вновь обретенную «родственницу». Правда, принцессе при этом все же удавалось удерживать на лице милую и приветливую улыбку. — Итак, слушайте все и передайте по секторам! — провозгласила хозяйка зала. Видимо, ее и называли просто Хозяйкой. — Как и говорилось в Пророчестве, моя сестра вернулась! И теперь она полностью разделит со мной власть в Цитадели! Все ее приказы имеют ту же силу, что и мои. И она может полностью заменять меня в любых, я повторяю: любых обстоятельствах. Если одной из нас придется отлучиться, а вы знаете, что такое возможно, то на вторую полностью ляжет бремя абсолютной власти! Всё! А теперь пошли прочь, нам с сестрой нужно пообщаться! Совет директоров в полном составе мелкими перебежками и пригибаясь, как под обстрелом, бросился к выходу. Правда, на ходу они успевали бросить обожающие взгляды на Констанцию. Через секунду зал опустел. Хозяйка перевела взгляд на меня, и голос стегнул по нервам, как бич: — А тебе что, отдельное приказание нужно? Пошел вон, тебе покажут, где устроится! — Это со мной, — прозвенел не менее сильный, но более мелодичный голос Констанции. — Нам стоит кое-что обсудить, и я хочу, чтобы мой спутник оставался рядом. В глазах Хозяйки мелькнула ярость, но ее тут же сменила милая улыбка. — Как скажешь, сестра. Хотя я на твоем месте построже бы относилась к слугам. Впрочем, это твой слуга, можешь располагать его, как считаешь нужным. — Простите, я что-то не припоминаю, чтобы у меня была еще одна сестра. Так что давайте сразу определимся с нашими родственными отношениями. Разрешите представиться, я — принцесса Констанция Брегонская, а это... Тут я поспешил прервать речь принцессы, пока она не сболтнула чего лишнего. — Меня зовут Дик, я сопровождаю принцессу и забочусь об ее безопасности и удобствах. Так что рассматривайте меня как обязательный довесок к Ее Светлости. По лицу Хозяйки пробежала гримаса злости и отвращения, но вновь сменилась приветливой улыбкой. — Я ценю твою преданность принцессе, но меня совершенно не устраивают твои манеры. Я займусь твоим воспитанием... когда немного освобожусь. Никто не смеет прерывать речь Хозяйки! Я смотрю, вы там совсем распустились! И затем продолжила уже совершенно другим, мягким и доверительным тоном: — Дорогая, тебе стоит держать слуг на коротком поводке. Не стоит давать им слишком много воли. Удобства я тебе обеспечу, а безопасности твоей ничто не может угрожать, пока ты в моей Цитадели. Отправь своего слугу, пусть развлечется с прочими. А мы спокойно осудим свои женские проблемы. — И тем не менее, он останется здесь, — с металлом в голосе произнесла принцесса Констанция. — Итак, я все еще не знаю Вашего имени. — Меня зовут Анжелика, и я, конечно же, не могу быть твоей сестрой. Мы были сестрами, скорее всего, с твоей... наверное, прабабкой. А может быть, и раньше. Мне не очень нравится считать годы, которые прошли с тех пор, как мы расстались, разделив пополам этот вот комплект. Она подняла руки, и показала два браслета. Один желтого, другой белого металла. В оба были встроены точно такие же голубоватые камни, как и те, что красовались в кольце, короне и медальончике, найденных в «обезьяннике». — А сохранять вечную молодость, похоже, мог только вот этот амулет, — она любовно погладила брошь, пристегнутую к верху платья повыше левой груди. — Только потом, через несколько лет, я догадалась, что каждый из элементов выполняет свою функцию. И ждала, что придет моя сестра. Но увы... что же ты так долго шла ко мне, сестренка? Мать ведь рассказала тебе нашу историю, и ты знаешь, какими свойствами обладают эти предметы? Но что же мы стоим, пойдем к столу! И две подружки отправились в дальний угол, где стояли два кресла и низенький столик, вырезанные из камня. И с тем же изяществом, что и трон. Я воспитанно стал за креслом принцессы, и оперся на каменную спинку. Камень оказался странным: не холодный, а теплый, как дерево. И, как дерево, отзывчивый на прикосновение. — Боюсь, произошло несчастье, — ровным голосом произнесла Констанция. — Моя бабка погибла в очень юном возрасте, когда мама была еще малышкой. И до сего дня я не знала об этой истории совершенно ничего, кроме смутных семейных преданий. А украшения я нашла совсем недавно, и нечего не знаю об их свойствах. Они мне просто понравились. Анжелика задумчиво посмотрела на вновь обретенную внучатую племянницу. — Что ж, жаль. А я все думала, почему же сестренка не возвращается... И что же говорят семейные предания? — Да я в общем-то и не запоминала. Помню только, что всех старших сестер в роду почему-то называли Констанцией. И что наш род ведет счет от самого Завоевания. — Завоевания? Так значит, сестренка все-таки отправилась в ту безумную авантюру с завоеванием материка... Судя по всему, все удалось. Я потеряла с ними связь. Да и что происходит на Островах в последние пару сотен лет как-то не интересовалась. Там все из года в год, всегда одно и то же. Только слуги меняются, новые приходят, старые... Ладно, так твой род владеет Пляжем? — Чем-чем? — переспросила принцесса Констанция. — Если ты имеешь в виду материк, то наш род владеет частью земли. Вместе с вождями других племен. Материк слишком огромен, чтобы один человек мог им управлять. Правда, мой спутник, — она кивнула в мою сторону — хотел бы единолично управлять всеми этими землями. Анжелика недоуменно взглянула на меня, и искренне расхохоталась. — Мужчина? Да, чувство юмора у тебя осталось таким же, как и у сестренки. Видимо, это семейное. Придумать такое! Мужчина — управлять! Да им и оружие-то доверять нельзя! Хотя ты своего, вижу, выдрессировала. Он что, и мечом владеет? — У нас многие мужчины владеют оружием. Они вообще любят воевать. Каждый старается захватить соседские земли. — Не понимаю. Ты же говорила, что земли очень много? Хотя, конечно, если воинов не хватает, то можно вооружить и мужчин... Но эти слабые существа не способны драться! Ладно, хватит болтать о мужчинах. Отложим это на вечер. У меня есть парочка неплохих жеребцов. Оформят тебя со всех сторон и во все дырки. А мне отдашь своего. Да не бойся, — расхохоталась она, — не испорчу. Может быть, даже научу кое-каким новым штучкам. Эти здоровяки в любви обычно тугодумны. — Хорошо, не будем говорить о мужчинах, — немного напряженно ответила принцесса. — Давай поговорим о тебе. Расскажи мне нашу семейную историю. Как ты ее помнишь. И подробнее об этих украшениях. Ты говоришь, это был комплект? Как получилось, что он разделился? — Ладно. Все равно не могу поверить, что такое сокровище просто лежало все эти годы где-то в сундуке, и никто... Ладно-ладно. Слушай. — Итак, мы с твоей... скажем, прабабкой были дочерьми правительницы племени Ролдж. И как все молодые дурехи, любили исследовать ближайшие острова. Вместе с малым отрядом воинов мы высадились на небольшой островок в Западном Архипелаге — один из немногих обитаемых. Прошлись по нему ураганом, немного покуражились, и подошли к Красной Горе. Местные называли ее Медной Горой. И упорно рассказывали, что это выход из древней Цитадели, которой еще в довоенные времена управляли могучие маги — Директоры. И пуще всего они охраняли некую святыню, храм, в котором покоилась Последняя Повелительница. Мы перебили почти всех, положив половину отряда. Внутри, кроме прочих сокровищ, была гробница. В ней лежала мумия Повелительницы, и на ней были вот эти украшения. Рассказать нам о них было некому, все слуги и жрецы храма погибли. И мы с сестрой поделили комплект пополам. А потом обнаружили, что можем открыть вход в Медную Гору. Я отправилась внутрь. Констанция собиралась присоединиться ко мне вскоре... но, видимо, увлеклась мыслью о походе и отправилась на Пляж. Так назывался большой мифический материк на севере, наша прародина. Увы, мы тогда не знали, что любую дверь в Цитадели можно открыть, только если у тебя есть такое вот кольцо. И я не смогла выйти наружу. С тех пор я жду ее возвращения. Вот и вся моя история. — А эти мужчины... которые здесь — они тоже с того времени тут живут? — задал вопрос я. — Констанция, утихомирь своего придурка, а то это сделаю я! — выкрикнула Анжедика. — Он что, не знает, что нельзя прерывать женщин, если они разговаривают? — Ничего, пусть болтает. Он иногда говорит интересные вещи. Действительно, если дверь закрылась, откуда здесь эти? Ты ведь говорила, что осталась одна? — Да, я осталась одна. Но в храме был еще один проход... точнее, вход. Он открывался только в одну сторону, оттуда сюда. Это что-то вроде зеркала. Видно в две стороны, но проходить можно только из Храма в Цитадель. И то не всегда. Так ты представляешь, я показываю в это зеркальце какие-то здешние диковинки (а здесь есть куча странных вещиц). И находятся идиоты, которые проходят через этот ход за ними! Приходится даже ограничивать их появление, по нескольким причинам. И когда я ограничила их поток, они даже стали соревноваться, чтобы попасть внутрь! Выставляют свои поделки, безделушки разные. Ну и сами себя показывают. Стараются понравится Хозяйке Медной Горы. Она небрежно махнула рукой в направлении дальней стены. Я напряг зрение, и рассмотрел на длинной полке целый ряд каких-то кубков, фигурок, поделок, среди которых узнал изящную корону с драгоценными камнями в эмали, действующую модель асинхронного двигателя с расщепленной фазой и парящую в воздухе миниатюрную модель дисколета на паровой тяге, украшенного мелкими изумрудиками. — Я отбираю самых интересных, обещаю им всякую чушь. А чтобы количество не увеличивалось, новичок должен убить кого-то из старых. Бывает интересно на это посмотреть. И тут не остается стариков — одни молодые парни. Самых доверенных назначаю старшими. Называю их по-старинному, Директорами. А новым даю звание Лаборантов и даю дурацкие задания... Впрочем, лучше покажу. Так нагляднее. Она взяла со стола маленький колокольчик. Если бы в этом мире существовали журналы, я бы назвал его журнальным, а так столик как столик. Только выполнен уж больно красиво, с душой. На звон в проеме появился давешний рыжебородый крепыш. — Данил, подойди сюда! — велела Анжелика. Тот твердым шагом подошел, и остановился в трех шагах. Анжелика вытянула в его сторону правую руку, и я увидел, как здоровенного мужика вдруг выгнуло дугой, лицо исказила гримаса боли, и он со стоном рухнул на землю. — Это правый браслет, — хвастливо заявила Анжелика. — Если применить его в полную силу, его вообще завяжет в узел. А если подержать так пару минут, то умрет. Она снова протянула руку в сторону рыжебородого, и он забился в судорогах на полу, нечленораздельно мыча. — А теперь вставай! — скомандовала Анжелика. Рыжебородый с кряхтением поднялся, старательно пряча взгляд от хозяйки. Думаю, там было что прятать. — А теперь забудь, что здесь было! — опять скомандовала Анжелика, протянув к рыжему Даниле левую руку. При этих словах тот вздрогнул, в глазах мелькнуло непонимание, и он снова выпрямился с невозмутимым видом. — Данил, наши гости проголодались! Неси нам обед! — Слушаюсь, — с грацией прирожденного каменотеса поклонился Данила и вышел из зала. — Вот так все и происходит. Я даю им какие-то дурацкие задания. Вроде того, чтобы понять, для чего нужна какая-то там игрушка древних. Они играются, раскручивают ее, морочат голову... потом я вызываю их для доклада, выслушиваю ту чушь, которую они несут, наказываю и заставляю все забыть. Если держать заклинание долго, то можно заставить забыть все, что произошло в течение не только несколько дней, но даже месяцев и даже — ты не поверишь — лет! Одного я держала столько, что он разучился говорить и ходить! Правда, устала сильно. Тем временем все тот же Данила вошел в зал с подносом, на котором что-то дымилось. Это что-то оказалось плохо прожаренными кусками мяса неопределенной породы, с какими-то корешками. Разложив кушанье на две тарелки, он с поклоном пододвинул одну Хозяйке, вторую принцессе. Налив в кубки изумительной работы нечто, цветом и запахом напоминающее наполовину перебродившую брагу, он отступил на шаг с выражением выполненного долга. Я внутренне похвалил себя за предусмотрительность — после моих бутербродов с колбасой и сыром, принцесса посмотрела на эту еду с брезгливым недоумением, и капризно сказала: — Ужас, как Вы это едите! Афон, я хочу пирожков! И нормального вина! Тут сильно пригодились уроки леди Элионор — изобразив самый изысканный поклон, я вытащил из-за спинки кресла блюдо с пирожками — половина с мясом, другая с медом и ягодами, и поставил ее возле принцессы. Затем, небрежно выплеснув из ее кубка бурду, которая здесь считалась вином, подал ей его же, но уже со слабеньким сидром. И снова выпрямился позади ее стула. И с удовольствием увидел, как эта стерва Анжелика позеленела от злости. — Вижу, тебе не очень понравилась наша еда, — процедила сквозь зубы Хозяйка Медной Горы. — И твой мужлан действительно может на что-то сгодится. Но мы к такой еде уже привыкли. Видишь ли, тут другой нет. В Цитадели ничего не растет, кроме мха в дальних пещерах. А кухня выдает в день ровно отмеренные порции вот такого вот мяса, одним квадратным куском. Поэтому я и не могу держать здесь много народу, больше не прокормить. Мои слуги и так сегодня остались без обеда, чтобы обеспечить этот пир. — Ну нет, и ладно, — равнодушно произнесла Констанция. — Но приготовить-то мясо можно было нормально? А то оно и недожарено, и пригорело! — Ты слишком многого хочешь от мужчин, — через силу улыбнулась Анжелика. — Но я сурово накажу виновных. А сейчас мне нужно сделать кое-какие распоряжения. Мастер Данил, позовите всех Директоров! Тут же в зал вошли все те же четверо с непроницаемыми лицами и с поклоном выстроились в шеренгу. — Повторяю приказ: моя сестра Констанция становится полноправной правительницей Цитадели! Кроме того, сообщаю Вам, что в ее власти находится материк, который в легендах называется Пляж. И теперь в Цитадели появится новый директор, Директор Пляжа. Им станет слуга Констанции, по имени Ричард. Данил, разместите мою сестру в комнате для гостей. Директора Афанасия поселите... — Спасибо за заботу, сестра, — прервала ее выступление принцесса Констанция. — Афон пока побудет со мной. Подготовьте ему комнату, на всякий случай. Но возможно, я присмотрю для него другое место. Позже. Когда немного отдохну. И отнесите остатки ужина своим подчиненным. Физиономия Анжелики при этом перекосилась, но слово сказано: сестра обладает такой же властью. И ссорится по такому пустяковому поводу она, скорее всего, не станет. Зато выместит злобу на ком-то. И точно, она тут же основа обернулась к совету директоров: — Останьтесь здесь, я должна отдать дополнительные распоряжения. Директора приуныли. По-видимому, они хорошо представляли себе, как действуют браслеты на руках Хозяйки.