Ричард - нагибатель вселенной

Глава 11 Выйдя из таверны, наш отряд свернул налево, прошел через узкую улочку, перебрался по мостику через ручеек и оказался за городом. Во всяком случае, никаких построек вокруг не наблюдалось. А наблюдалась достаточно ровная поверхность с там и сям раскиданными огромными валунами. Наши проводницы сначала шли быстрым шагом, затем перешли на легкую трусцу. Я старался не отставать, держась чуть позади, моряки же, непривычные к такому способу передвижения, (а где вы видели беговые дорожки на каравеллах?) быстро начали пыхтеть и оступаться. Но упорно держались следом. К счастью, забег по пересеченной местности продолжался недолго. Вскоре впереди выросли невысокие скалы, поросшие чахлым кустарником. Здесь Щепка-Кора замедлила бег и остановилась. Девушки обрались группкой возле небольшой полянки. Дальше начиналась тропинка, уходящая куда-то за камни. Обернувшись, Кора дождалась, когда наша команда соберется вокруг нее и отдышится. Ткнув пальцем в сторону тропинки, она начала инструктаж: — Вот эта тропинка. Мы будем ждать здесь, устроившись вон за теми валунами. Через полсотни шагов будет площадка. Она окружена теми вот камнями. Слева в скале будет лаз. Следопыт выяснил, что именно там и скрывается Сьюб. Он хитрый, хотя и сильный. Можно несколько лет жить возле его логова, и даже не догадываться, что оно обитаемо. Ваша задача: подобраться к лазу и швырнуть возле него вот этот мешок. Можно не развязывая. Она протянула мне, приняв, видимо, за старшего, небольшой мешочек красного цвета. От мешочка остро пахло специями, кровью и вроде бы аммиаком. А еще валерьянкой. — После того, как Сьюб проглотит приманку, нужно швырнуть через вот эти камни (она показала на высокую каменную стену справа) второй мешок, (мне протянули еще один мешочек, на этот раз синий, с ароматом фиалок и козьего сыра). И изо всех сил дудеть в эти вот свистки. Дылда-Эола достала из заплечного мешка три детские свистульки в форме птичек, и протянула морякам. Те с любопытством стали их рассматривать, а штурман Нель даже попытался дунуть. За что удостоился шлепка по руке и свирепого взгляда. — Не сейчас, спугнете зверя раньше времени! Все понятно? — А если он спит? — задал наводящий вопрос штурман Нель. — Сьюбы — звери ночные. Спят они днем. А охотился он вчера, так что теперь отдыхает. Скучает, наверное. Вот мы его и развлечем. Я подумал, что это у нее навязчивая идея, навязывать другим какие-то развлечения, но возражать не стал. Сейчас посмотрим, что это за Сьюб такой. И мы, послушные загонщики, отправились по тропинке. Оставив благородных охотниц ждать бегущего зверя на номерах. Действительно, через пол-сотни шагов забирающаяся вверх тропинка свернула и выскочила на очаровательную площадку. Окруженную невысоким кустарником и россыпью валунов с одной стороны и обрывом (видимо, той самой каменной стеной) с другой. В скале с третьей, противоположной от нас стороны, можно было рассмотреть небольшой вход в пещерку. Судя по размерам лаза, легендарный Сьюб был не больше крупной собаки. В крайнем случае — рыси. Осмотревшись, Ордоньес развернулся ко мне. — Сэр Ричард, простите, но я Вас не понимаю. — В чем дело, Адмирал? — Я понимаю, что Вы рыцарь, паладин, и все такое. Что мы, как благородные люди, должны оказывать уважение дамам. Однако то, что сейчас происходит, не лезет ни в какие рамки. Эти, с позволения сказать, ляди, не только нацепили оружие и носят его, как ни в чем не бывало. Но они еще и пытаются командовать мной! Да что там пытаются: вот он я, стою там, куда меня послали, как простого крестьянина! Даже не спросив моего согласия! Поверьте, сэр Ричард, только уважение к Вам удержало меня от того, чтобы надавать этим «госпожам» по ... тому, чего они заслуживают. Но мое терпение не беспредельно. Я не могу позволить себе быть на побегушках у каких-то женщин, пусть их и считают здесь хозяевами. Так что... — Вы что, хотите отказаться от охоты? — удивленно переспросил я, сделав вид, что не понял основного возражения Ордоньеса. Хотя чего тут не понять! Даже у нас, в «срединном королевстве» подчиняться такой вот «бизнес-вумен» многие считают для себя зазорным. А уж для гордых покорителей океана, которым сам черт не брат, послушно идти по указке наманикюренного пальчика... — Не то чтобы от охоты, — смешался Ордоньес. — От выполнения приказов, которые издают... — Послушайте, адмирал, — миролюбиво проговорил я. — Вспомните, как мы пришли в Вестготию. Тихо, мирно, никого не трогая и не выпячивая своей крутизны. Потом разобрались, что к чему, заполучили неслабого союзника и неплохо заработали. Правильно? — В общем так, но при чем здесь... — А если бы мы втроем вскочили на берегу на лихих коней, выхватили мечи и бросились вперед с криком «всех убью, один останусь!», чего бы мы смогли добиться в лучшем случае? Ну, сожгли бы мы ту рыбацкую деревушку. Потом уперлись рогом в первую же скалу или ущелье, и дождались рыцарского отряда из местных, которые наваляли бы нам по первое число. Вояки там хорошие, вы сами в этом убедились недавно. Ведь так? — Да, но там был обычный нормальный мир, где рыцари воюют, а дамы ждут их дома. А не бегают по полям с мечом на поясе и указывают нормальным людям, что... — Адмирал, именно этим мы сейчас и занимаемся. Пытаемся получить максимум информации о том, как здесь все устроено. И почему здесь за оружие пришлось взяться женщинам, и куда делись все нормальные рыцари, и что нужно сделать, чтобы все исправить. Или Вы предлагаете вызвать на поединок наших случайных знакомых, гордо порубить их в капусту... а потом хвастаться этим? — Ну, это Вы слишком, — засомневался адмирал. — Но вот слушаться их дурацких указаний... — Мне тоже их указания кажутся странными, — прервал я его, повысив голос. — Хотя они, боюсь, лучше знают, как охотится на этих самых Сьюбов. Но слушать их слепо я тоже не намерен. Предлагаю начать ставить их на место не с того, чтобы устраивать истерику. А для начала показать им, что четыре с половиной крепких мужика (я похлопал по загривку с интересом слушавшего наш спор Бобика) легко справятся с какой угодно зверушкой. Так что не будем терять времени. Тем более, что луна светит ярко и нет нужды в факелах. Итак, предлагаю вариант: прячемся вон за теми камнями. Ветер на нас, так что он нас учуять не должен. Я подбрасываю приманку, и когда зверь появляется, выпрыгиваю к нему. Адмирал, постарайтесь воспользоваться метательными ножами. Нель, прикрываете меня слева. Вы, сэр Эймен — справа. Зверя стараемся направлять на меня, у меня меч получше. Ну, с Богом. И швырнул к самому входу в пещерку красный мешочек. — Присев за камнем, попытался задействовать все виды зрения. Как ни странно, даже в запаховом присутствие зверя не ощущалось. Пробежавший с час назад заяц — виден. Пролетевшая недавно сова — отчетливо. А вот крупного хищника не было. Вот не было — и все. Ни сегодня, ни вчера, ни... и вдруг он появился. Весь и сразу. Я даже выглянул из-за камня, чтобы убедится, что мой обоняние меня не обмануло. И придержал за загривок Бобика, который приготовился рвануться вперед. — Сидеть! — шепотом приказал я. — Сами разберемся. Хотя уверенность в удачном итоге охоты понемногу начала пропадать. Я, конечно же, читал в детстве учебники истории, в которых описывалась охота первобытных людей на пещерных медведей и саблезубых тигров. Но даже в детстве не всегда верил в эти картинки. А уж увидев перед собой как будто материализовавшегося из ничего титанического зверя, сочетавшего в себе огромного, метра четыре в длину и метра полтора в холке, медведя с грацией кошки и огромными клыками, выступающими из пасти, и вовсе разуверился в правоте историков. И самое главное, от зверюги несло сильнейшим запахом хищника! Но только что ничего этого не было! Да и не мог он появиться из крохотного лаза... Хотя если он из семейства кошачьих, то мог. У кошки нет ключиц, поэтому критичным для прохождения любого отверстия у них является только размер черепа. А не широченные плечи и толстые лапы. А голова этого монстра как раз и была размером с крупную собаку. И вполне могла протиснуться в отверстие. Но как он скрывал запах??? Даже магов я ловил на этот вид зрения! Запах скрыть сложнее всего. Значит, я знаю об этом далеко не все. Что, разумеется, очень странно, ведь я в этом мире самый грамотный. Ладно, мой выход. Похлопав еще раз Бобика по напряженной спине, я одним махом перепрыгнул камни, оказавшись лицом к лицу с чудищем. Кажется, для зверя мое появление тоже стало неожиданностью. Он чуть отпрянул назад, и подогнул для прыжка задние лапы. И тут из-за валунов выскочили Нель и Эймен, обходя этого тигромедведя с боков. Повертев для приличия башкой по сторонам, он не придумал ничего лучше, чем прыгнуть таки вперед, пытаясь сбить меня с ног. Присев, я попытался всадить клинок в мягкое брюхо пролетающей надо мной зверюги. Ага, «мягкое»! Меч скрежетнул по плотной коже, чуть ли не высекая искры. Слегка поцарапанный монстр обижено рыкнул, и молниеносно развернулся, приземлившись на все четыре. Корабельный плотник Эймен, оказавшийся ближе всего к месту приземления, попытался ударить монстра топором по лапе, и в результате улетел спиной вперед в кусты, схватившись за покрасневший на животе камзол. Топор его, звякнув, приземлился в противоположной стороне поляны. А зверюга уже собрался в тугую пружину и опять бросился на меня, теперь уже целя в ноги. Вот это да, при таком весе и размерах такая прыгучесть! Это ж какие мускулы нужно иметь! Да и шкура, которую я попробовал царапнуть мечом, уже перепрыгнув зверя сверху, невероятно прочная. Как же тебя, гад, взять? Должно у него быть уязвимое место, должно! Например, шея. Или подмышки. Или живот... впрочем, живот я уже проверил. Там облом. Пока монстр прицеливался, норовя снова прыгнуть (похоже, в отношении меня у него в башке прокручивались похожие мысли), шкипер Нель, оказавшийся сбоку, попытался со всего маху ударить монстра мечом в бок. Меч отскочил, как деревянная палка от туго накачанной шины, а шкипер еле успел пригнуться от свистнувшей над головой лапы. Но именно этот поворот головы и решил исход поединка. Молнией мелькнул в лунном свете стальной клинок, и метательный нож вонзился чудищу в глаз. Жалобно (и тонко, что удивительно для такого веса) пискнув, Сьюб ухватился лапой за раненный глаз, склонив голову в сторону. И в этот момент я со всего размаху вонзил, как копье, меч в шею чудища. И тут же, отскочив, покатился по каменистой полянке в сторону, чтоб случайно не попасть под удар агонизирующего зверя. Забулькав перебитым горлом, тот несколько раз попытался достать меня лапой, но постепенно замедлился, покачнулся, рухнул на землю и забился в конвульсиях. Через пару минут все было кончено — грозный Сьюб тихо и мирно валялся посреди поляны теплой и безопасной тушей. Выскочивший из-за камней Бобик немного порычал на него для порядку, но быстро успокоился. — Вытащив из шеи зверя меч, я подбежал к скорчившемуся в кустах Эймену. Камзол на животе был аккуратно разрезан четырьмя огромными ножами, края разрезов были в крови, но рана, похоже, оказалась не опасной. Во всяком случае, холод только немного кольнул пальцы и пропал, а Эймен выпрямился и перевел дыхание. — Да, интересный зверюга, — бодро произнес Ордоньес, выходя из-за валуна. — Тут действительно нужна сноровка и сила, чтобы свалить такого. Не удивительно, что дамы для охоты используют какую-то колдовскую... Договорить он не успел. Внезапно коротко рыкнув, Бобик напрягся и выпрямившись, бросился в сторону логова Сьюба. Я не успел понять, что происходит, как услышал глухой удар, как будто на полном ходу врезались друг в друга две деревянные колоды. Перед входом в логово катался по земле сплошной черный шар из лап, хвостов и распахнутых челюстей. От низкого рыка дрожала сама земля. — Еще один! — предостерегающе крикнул Нель, но я уже и так понял. С устным счетом у наших боевых леди явно были проблемы. До двух досчитать они так и не смогли. Судя по всему, их следопыт тоже не досмотрел, что в пещерке наш красавец Сьюб жил не один, а подругой. Пытаясь помочь Бобику, мы с Нелем и Эйменом по очереди взмахивали мечами, но ситуация менялась настолько быстро, что успеть ударить именно зверя все не удавалось. К тому же тот был почти такого же черного цвета, как Бобик, но раза в два крупнее. Наконец чужак подмял Бобика, и я обрушил сверху мощный удар. К сожалению, удар попал зверюге в голову, а она отнюдь не была его слабым местом. Даже не тряхнув головой для порядка, тот оставил полузадушенного песика и рванул в мою сторону. Удары мечей Неля и Эймена он проигнорировал, то ли не сочтя их достойными соперниками, то ли оставив на закуску. А когда я попытался врезать ему наотмашь мечом по морде, просто и элегантно увернулся. С чисто кошачьей грацией. И попытался достать меня лапой. По которой я врезал мечом со всей дури. Счет оставался прежний: ноль-ноль. Правда, пока не в нашу пользу. Отбежав спиной вперед на край поляны, я неожиданно уперся спиной в валун. Отступать было некуда, поэтому я чуть присел для устойчивости, крепче уперся спиной в камень и выставил меч перед собой, обхватив рукоять двумя руками. К черту все игры, но так просто эта тварь меня не съест. Подавится. Зверь приготовился к прыжку, и прижался к земле, метя по каменистой площадке хвостом. И в этот момент все трое — Ордоньес, Нель и Эймен — одновременно с трех сторон бросились в самоубийственную атаку на монстра. Причем Ордоньес напрыгнул на зверюку сзади и... ухватил ее за уши. А Нель с Эйменом начали молотить его по бокам бесполезными мечами. Не выдержавший такого непочтительного обращения зверь завертелся волчком, как кошка, охотящаяся за своим хвостом. Шкипер с плотником разлетелись в стороны, как биллиардные шары, столкнувшиеся с осколочной гранатой. Но Ордоньес каким-то чудом продолжал сидеть на спине взбесившейся кошки, продолжая крепко держать ее за уши. Монстр, зашипев, как норовистый конь поднялся на дыбы, чтобы сбросить наглого всадника. Зрелище было завораживающее — росту в нем было поменьше, чем в первом, но метра три таки набралось бы. И тут я бросился вперед и всадил меч именно туда, где и предполагал слабое место зверя — в левую подмышечную впадину. В направлении предполагаемого сердца. Судя по всему, попал. Благодаря хорошему толчку, меч вошел в тело монстра почти до рукоятки. Коротко мявкнув, саблезубый кошкомедведь покачнулся и упал на бок, чуть не отдавив руку и ногу незадачливому наезднику. — Чертовы дуры, — проворчал Ордоньес, выбираясь из-под рухнувшей туши, — они что, посчитать не смогли? А туда же, командовать... Не прислушиваясь к его ворчанию, я подбежал к лежащему посреди поляны Бобику. И поспешно положил на его голову обе руки. Холодом обдало так, будто попал под душ Шарко на крымском пляже. Зубы застучали, но верный пес приоткрыл глаза и даже попытался лизнуть меня в нос. — Лежи, лежи, — успокоил я его. — Все в порядке. Мы победили. Черт, ни разу еще ни один зверь не смог так помять моего верного песика. Хотя нет, один смог... а кстати... Еще раз погладив пса по башке и уверив его, что я его все так же люблю, я подошел к туше поверженного противника. Он был поменьше первого, изящнее в телосложении, и в облике его проглядывало что-то знакомое. Так и есть. Это был именно тот зверь, который нашел меня в Брабанте по подсказке короля Кейдана. Аландский Канойр, которого последний раз видели на материке лет пятьсот назад. Вот, значит, откуда он попал в зверинец короля Орифламме. Хотя по виду эта самочка была раза в полтора больше того, Брабантского, экземпляра. Наверное, то был еще малыш. Или кормили плохо, вот и не вырос. С двух сторон ко мне подковыляли Эймен и Нель. У обоих прибавилось дыр в одежде, а у Неля под левым глазом еще и наливался красками огромный фингал. — Спасибо, друзья, — пожал я руки своей команде. Если бы не вы, не знаю, удалось бы его свалить. Хороший экземпляр. Я таких еще не встречал. — Вы что, уже видали подобных? — переспросил устало Ордоньес. Похоже, ему развлечься удалось на славу. — Да, в Брабанте. Правда, тот был поменьше ростом. Там его называют Аландский Канойр, и считается, что последнего убили лет пятьсот назад. А тут они, оказывается, стадами гуляют. Тупо глядя на труп редкого животного, я пытался сообразить, откуда же Кейдан его достал. И означает ли это, что у этого острова есть связь с Орифламме. И почему я всего этого не знаю. И... Сосредоточиться мешал ужасный сквозняк, который дул прямо в спину. Я потрогал камзол на спине — странно, дырки нет. Но дует холодным воздухом.... Что-то я туплю сегодня, подумал я и резко оглянулся. Из редкого кустарника на меня в упор глядели два желтых глаза с вертикальными зрачками. И взгляд это не предвещал абсолютно ничего хорошего. — Атас! — заорал я, отпрыгивая в сторону и пытаясь до предела взвинтить метаболизм. А толку-то? Меч все так же в туше последнего (теперь уже предпоследнего) зверя. Нель, Эймен да и Ордоньес практически безоружны, да и вымотались до предела. Бобик приходит в себя на другом конце поляны. Шансов, на первый взгляд, никаких. На второй — еще меньше. А придумывать что-то сложное и убийственно правильное просто некогда. — Несколько долгих мгновений я вглядывался в эти глаза. Убежать хотелось просто патологически. Вот просто так рвануть с низкого старта, и пусть со зверюгой разбираются остальные. А я убегу. И спрячусь. И никто не найдет... К черту. Никуда я не убегу. И не потому, что не успею. А потому, что пусть сначала эта тварь попробует разобраться со мной. У меня хоть регенерация есть. Интересно, это что, если она будет меня неспешно кушать, то рука или нога будет по мере съедения отрастать? Вряд ли, но проверять что-то не хочется. Рука автоматически прошлась по поясу. Так, меча нет. Я выдернул из ножен кинжал. Да, этой штукой я ему разве что пятку смогу пощекотать. Но оружие в руке (даже такое несерьезное) придает уверенности. До предела ускорившись, я бросился к последнему (надеюсь) канойру. Или Сьюбу, неважно. Время привычно замедлилось. Где-то на краю сознания я отметил, как медленно падает на землю Эймен, и почему-то бросается к распростертой туше Нель. Рядом со мной неторопливо пролетел брошенный метательный нож, и Сьюб лениво отодвинул с его пути голову. Второй клинок летел вслед за первым, но я не стал ждать, когда он достигнет морды чудища. А изо всех сил оттолкнувшись, подпрыгнул и врезал каблуком рыцарского сапога в нос этому кошкозавру. Точнее, хотел врезать, потому, что несмотря на замедление всех остальных событий, Сьюб шустро отдернул морду и даже успел полоснуть меня лапой по ноге. Голень обожгла мгновенная боль, разодранный сапог слетел с ноги и, падая, застыл в воздухе. Рядом с брызнувшими фонтанчиками крови. Которые тоже застыли красивыми красными капельками. Регенерация привычно включилась, и приземлился я уже на почти здоровую ногу. Только босую. И в сильно расклешенной правой штанине. Но зато удар кинжалом в нос Сьюб-канойр пропустил, и судя по всему, это сильно его разозлило. Нос — самая уязвимая часть любой живности: что человека, что кошки. И теперь я из просто добычи стал врагом номер один. Так, задача номер раз, сагрить на себя зверя, выполнена. Теперь нужно увести его от своих, а там видно будет. И я бросился в проход между камнями. — Бежать по прямой — чистое самоубийство, это понятно. Поэтому пришлось то и дело менять направление, отталкиваясь от стоящих по обочинам валунов или каменной стены вдоль тропинки. И то пару раз эта живность меня чуть не достала. Во всяком случае, один раз спину обожгло, и камзол на груди вдруг стал свободнее. Выскочив на чистое, свободное от камней пространство, я вдруг понял, что бежать дальше бессмысленно — просто умру уставшим и вспотевшим. Резко развернувшись, выставил перед собой кинжал. Может быть, это и глупо, но увидев летящую на меня сверху в красивом прыжке черную тень на фоне ночного неба, я заорал что-то воинственное и чрезвычайно нецензурное. Испугать зверя уже не пытался, это как ежика голой задницей. Но адреналин требовал выхода. В последний момент я заметил, как туша как-то странно дернулась в полете, и тут же меня свалило, смяло, вбило в землю и проволокло по камням. Кинжал вошел куда-то, чуть не вывихнув мне руки, но зверь даже не дернулся. Пару долгих секунд ничего не происходило, затем послышался приглушенный вопль: — Держитесь, маркиз! Тушу основательно тряхнуло, а левую сторону груди пронзило острой болью. Я попытался дернуться, и понял, что что-то держит меня, буквально пригвоздив к земле. Напрягшись, попытался залечить рану, но ничего не получалось. В панике собравшись с силами и чувствуя, что если я не сделаю что-то, то накопившийся адреналин разорвет меня, как капля никотина несчастного хомячка. Подтянул к животу обе ноги и с усилием столкнул с себя странно затихшего зверя. При этом острая боль полоснула через всю грудь, и стала затихать. Первое, что увидел, выбравшись из-под туши, это шкипера Неля. Он неловко лежал возле туши, все еще сжимая рукоять меча. А сам меч пронзил насквозь тело последнего из Сьюбов. И, кстати, чуть ли не насквозь продырявил меня. Я поднял взгляд вверх. На вершине почти пятиметровой стены появился Ордоньес, с беспокойством вглядываясь вниз. — Ваша светлость, Нель, с вами все в порядке? — как-то неуверенно прокричал он сверху. — Да, все в норме! — крикнул я, хотя насчет Неля полной уверенности не было. Все-таки сигануть с такой высоты с мечом наперевес... Даже я бы, пожалуй, не рискнул. Потрогал лоб шкипера. Слава богу, он был жив, хотя и в отключке от удара. Подождав, когда холод в руках полностью растворится, осмотрел нашего последнего противника. Кроме того, что Сьюб был насквозь пронзен мечом (моим, это за ним Нель бросился к предыдущему дохлому зверю), у него еще и в районе крестца зияла большущая дыра. Видимо, наши доблестные бизнес-леди все-таки выпустили в него свою Иглу. Хотя не уверен, что у Сьюба или Канойра, как его не назови, именно там находятся жизненно важные органы. Обойдя труп кругом, полез под морду и поискал свой кинжал. Оказалось, мне таки удалось вонзить его в шею зверю. Хотя, чтобы такую шею перерубить, мне бы потребовалось трудится таким ножиком часа три. Но, что безусловно радовало, так это то, что наш третий противник был надежно и безусловно мертв. Из-за камней показался Бобик. Немного пошатываясь, он вылетел со стороны тропинки, подскочил к трупу врага и рыкнул на него для порядка. Затем обнюхал, убедился в безопасности, лизнул меня в нос и потрусил обратно.